– О, вы об этом. Миссис Картер просто заботилась о нашей безопасности.

– О какой помощи и безопасности идет речь? Я не понимаю, ровным счетом, ничего. Ваша, так называемая, подопечная сказала, что здесь я узнаю ответы на все свои вопросы.

– Именно так, и я готова ответить на них прямо сейчас.

– Отлично. Кто вы такая, и в чем заключается ваша помощь?

– Меня зовут Вивьен Суини, – произнесла девушка, после чего отвернулась и замолчала.

– Вы немного странная, Вивьен, – заговорил Вуд, девушка вздрогнула, после чего с удивлением взглянула на Вуда. – Суини. Вы ирландка? – после недолгого молчания спросил Вуд.

– Мои прадед и прабабушка ирландцы по происхождению, но вынуждены были переехать из Корка после начала Первой Мировой Войны, они ждали ребенка. Мой дедушка, Райан Суини, родился уже здесь, в Нью-Йорке.

– У вашей семьи, видимо, интересная история, но больше всего меня интересуете вы.

– Что же вас интересует, мистер Вуд?

– Как минимум то, что вы знаете мое имя, но откуда?

Девушка заметно изменилась в лице, вздохнула, после чего заговорила:

– Все началось с самого моего рождения: у моей матери были проблемные роды, врач сказал, что у меня есть некоторые отклонения в головном мозге, и, возможно, я останусь инвалидом на всю жизнь, но мои отклонения вылились в способности, которые не под силу каждому человеку. С малого возраста меня начали преследовать странные видения.

– Звучит немного странно, – перебил Вуд.

– Вам стоит послушать меня, – продолжила Вивьен. – Когда мне было 6 лет, мы с мамой прогуливались домой из магазина: я увидела милого щенка во дворе соседского дома, подошла погладить его и упала в обморок. Моя мать тут же вызвала скорую, но я пришла в себя до их приезда. Из моего носа шла кровь, но чувствовала я себя нормально. Нам все же пришлось проехать в госпиталь. Будучи уже в палате, я рассказала маме о том, что видела, пока была не в сознании: я видела свою бабушку, а из ее тела, из середины живота, исходил красный сигнал. Позже я увидела, что бабушка идет по черной тропинке. Мать не придала этому значения и сказала, что это просто сон. Через месяц моя бабушка умерла от рака поджелудочной железы, о котором она узнала только за два дня до своей кончины.

– Очень занимательная история, но к чему она? – вновь перебил Вуд.

– Прошу вас, не перебивайте меня. В следующий раз я потеряла сознание в первом классе, и у меня вновь было видение – по черной дорожке шла моя одноклассница Джейн, красный свет доносился из ее грудной клетки. Через месяц маленькая Джейн Эллиот скончалась от рака легких. После этого я поняла, что вижу людей, умирающих от разнообразных болезней, и даже вижу, в какой части тела находится изъян, – Вивьен вдруг снова замолчала.

– Продолжайте, – нарушил молчание Вуд.

– Думаю, дальше вы сами понимаете.

– Я не понимаю вас.

– В данный момент моя особенность дошла до той степени, когда я вижу личность человека, чем он занимается, где он живет. Я пытаюсь найти каждого человека, которого вижу в своих видениях, и сказать ему о его проблеме, помочь ему собраться с мыслями, привести дела в порядок. Именно поэтому я называю их своими подопечными. Миссис Картер – та безобидная женщина, проникшая в вашу палату – одна из моих подопечных, она страдает от сердечной недостаточности. Через 10 дней, рано утром, ее снова схватит приступ, и она скончается в кровати собственной квартиры.

– То есть вы хотите сказать, что вы сумасшедшая ясновидящая, которой снится чужая смерть, и вы лично находите этих людей и говорите им о том, что они умрут через месяц!? И при всем при этом вы называете это помощью?! – выпалил Вуд, придя в гнев.

– С вашей точки зрения, примерно так и есть, – с неким смущением ответила Вивьен.

– Отлично, с тем, кто вы такая, мы разобрались! – с ухмылкой сказал Вуд. – Теперь о другом – по какой причине здесь нахожусь я!?

– Вы еще не догадались… Я все пытаюсь до вас донести это. Два дня назад, когда вы потеряли сознание на кухне, у меня было очередное видение – в нем были вы! Ваш рак мозга… Я все знаю,

– Вивьен выдохнула полной грудью, Вуд слушал ее молча. – Следующее полнолуние случится через 29 дней, 19 июля, оно заберет вашу жизнь, как и всех моих подопечных. Вас погубят 7 дней рождения.

Вуд засмеялся, постепенно его смех перерос в истерический.

– 7 дней рождения!? Полнолуние? – сквозь смех выговорил он.

– Так оно и есть, – абсолютно серьезно ответила Вивьен. Вивьен понимала Вуда, ведь он далеко не первый, кто впал в истерику, узнав страшную правду. И вряд ли кто-то смог бы отреагировать нормально, узнав от незнакомого человека о том, что ему остается жить считанные часы.


Вуд переменился в лице:

– Какие 7 дней рождения? – спросил он с любопытством.

– Все, что будут сопровождать вас в этом отрезке времени.

– Но… Скоро дни рождения у меня и моей дочери, а со дня на день моя жена должна родить.

– Да, я знаю. Именно эти дни рождения и будут сопровождать вас.

– Как я могу исправить это? Это какое-то проклятие, как снять порчу?

– Я не знаю, порча ли это, и уж тем более не знаю, как ее снять. Я не ведьма и не гадалка, я просто вижу судьбы людей. И это ваша судьба, к сожалению, от нее не уйти. В моей практике не случалось спасений.

– Быть может, я стану исключением, ведь что-то еще возможно сделать? Я пойду на химиотерапию, я сделаю операцию, у меня есть на это деньги.

– Мистер Вуд, я вынуждена признать, что все кончено. Если бы я видела ваше исцеление, я бы обязательно сказала вам об этом. Вам стоит собраться с мыслями и принять правильные решения, чтобы оставить своей семье еще что-то помимо денег, – совершенно спокойно ответила девушка, последние ее фразы уже не доходили до Вуда, который уставил свой бешеный взгляд в одну точку.


Истерика и шок Вуда сменились недоверием и агрессией:

– Вы шарлатанка, я не верю ни единому вашему слову! Я не знаю, чего вы хотите от меня, но я вам не верю! Обманщица!

Не желая слышать ответа, Вуд развернулся и рванул с места к выходу. Выбежав из квартиры, Вуд побежал на лестницу. Скорость мыслей, пролетающих в его голове, в тот момент превышала скорость света.

– Шарлатанка! Обманщица! – кричал Вуд, перепрыгивая по 2-3 лестницы за один шаг.

Выбежав из подъезда, он остановился отдышаться, его дыхание было сбито. Раскаты грома перебивали все звуки жизни, ливень за несколько секунд превратил одежду Вуда в половую тряпку. Сквозь перебитое дыхание Вуд вышептывал:

– Шарлатанка!

Он вытащил из кармана бутылку воды. Отпив немного, он смог взять себя в руки, после чего решил пойти к машине.

–Жизнь несправедлива, друг мой. Если ты не причинил никому вреда, то жизнь причинит его тебе – именно эта фраза занимала его внимание всю дорогу.

Подойдя к машине, Вуд огляделся. Рядом с закусочной, в которой он уже бывал в тот день, находился бар с незамысловатым названием «Техасский конь». Он решил поступить так же, как поступил бы любой мужчина на его месте – напиться до потери сознания.

Войдя в заведение, Вуд обратил внимание на три выделяющиеся вещи – изображение улыбающегося коня в шляпе, выполненное из лампочек разных цветов, бармена, который умело перебрасывал через себя бутылку бурбона, и мужчину, который спал за дальним столом лицом в миске из-под снэков. Помещение напоминало захудалый спорт-бар, и уж явно не было похоже на элитное заведение – справа от входа вряд стояли три стола со скамейками, слева же находилась барная стойка с небольшим количеством стульев. За барной стойкой сидели всего два гостя, на телевизоре, висевшем за спиной бармена, показывали очередной обзор на вчерашний баскетбольный матч – в этот день все телевизоры страны трезвонили только об одной новости: «Кливленд Кавальерс» – новоиспеченные чемпионы НБА, которые тяжелым трудом выиграли, казалось бы, провальную финальную серию, а ЛеБрон Джеймс – новый «Бэтмен» штата Огайо, Кайри Ирвинг же стал новым «Робином».

Над столами и барной стойкой висели конусообразные люстры, издававшие тускловатый свет, который придавал бару необыкновенную атмосферу тишины и умиротворения, именно он превращал помещение в нечто большее, чем просто захолустный спортивный бар, его лучи привносили что-то милое и в то же время нечто несуразное, ведь люстры были настолько широкими, что свет от них не помещался на поверхности столов, резко обрываясь на их краях и падая на пол.

– Милое местечко у вас тут, – произнес Вуд, взобравшись на стул, при этом не отводя взгляда от мужчины, который видел сны прямиком из тарелки. – Наливают у вас, видимо, тоже неплохо, – Вуд кивнул головой в сторону спящего.

– Если ты про Эрни! Если ты про Эрни, то… То у него просто неудач… Неудачный период в жизни, – запинаясь, произнес мужчина, сидевший на соседнем стуле от Вуда. На вид ему было лет 50-60 – толстый лысоватый мужчина с щетиной из седых волос, таких же седых, как и небольшая копна, оставшаяся на его голове, и выпиравшим пивным животом из-под майки «Бруклин Нетс» с номером 8. По запаху перегара, веявшего от его натуры, можно было определить, что находился в баре он не первый час и успел выпить за время своего нахождения достаточно, для того чтобы путать местами буквы и проглатывать окончания в словах.

– Думаю, сейчас у всех не самое простое время, – ответил Вуд, повернувшись в сторону собеседника.

– Не уверен, что у вас дела похуже, чем у Эрни. Эрни по-понизили на работе, и из-за этого от него ушла жена. Но по-последней ка-каплей стало то, что вчера «Кливленд» вырвал по-победу у «Голден Стэйт». Эрни очень любит «Голден Стэйт», после их по-поражения он со-сорвался и начал пропивать деньги, отложенные на отпуск с женой. Они ведь ему все равно уже не… Не пригодятся! – ухмыльнулся перебравший фанат баскетбола и алкоголя.

– А вы оптимист! Кстати, забыл представиться, – Стэнли Вуд. Сегодня я узнал, что мне осталось жить всего месяц, поэтому дела вашего Эрни еще ничего! Я планирую дойти примерно до такого же состояния, как и он.

– Ди-Диккенс. Уолтер Диккенс. Увы, вынужден со-согласиться, ваши проблемы – хуже некуда, и вы выбрали подходящее место для того, чтобы на-напиться в компании несчастных людей.

– Великолепно! Тогда мне, пожалуйста, то же, что пил печальный парень по имени Эрни.

– О, мистер Вуд, не советовал бы вам! Эрни выпил три порции «Бешеного коня», а перед этим три порции «Карусели», – вмешался в разговор бармен.

– Наслышан о «Карусели», но впервые слышу о «Бешеном коне», мсье, – ответил Вуд.

Старик Диккенс рассмеялся:

– Слышишь, Мартин, этот парень здесь впервые! – Диккенс ткнул локтем в руку своего товарища. Мартин молча ухмыльнулся в ответ. – «Бешеный конь», мистер Вуд, фирменный напиток данного заведения, его рецепт прост – смешать в хаотичном порядке весь алкоголь, который вы только можете найти на полках. Не думаю, что вам под силу такой своеобразный напиток.

Внезапно спящий в конце зала мужчина встрепенулся:

– «Бешеный конь»? Шон, повтори! – вскрикнул он и вмиг засопел в сидячем положении, даже не опустив головы.

– Лучше при нем не говорить об этом коктейле, – пошутил Шон – бармен и, по его словам, администратор, менеджер и владелец данного заведения – худощавый молодой человек лет 25, обладающий модельной внешностью. Его прическа напоминала Вуду какого-то знаменитого актера, а его прищуренный взгляд зеленых глаз был похож не на дефект зрения, а на недоверчивое отношение к каждому посетителю.

– Пожалуй, остановлю свой выбор на Лонг Айленде, – подумав, ответил Вуд.

– Отличный выбор, – сказал Шон.

– Почему ваш друг Мартин не проронил ни слова? – поинтересовался Вуд.

Мартин попытался показать что-то жестами, но Вуд ничего не понял.

– В этом и со-состоит проблема Марти – он уже до-долгие годы нем, как рыба, но никто из окружения не понимает язык же-жестов, поэтому он может лишь помотать го-головой. Пятнадцать лет назад наемники конкурентов забрались в его дом, пристегнули его к батарее и на глазах изнасиловали и убили жену, а ма-маленького сынишку пристрелили во сне, обчистили дом до нитки и скрылись с места преступления. По-подонков так и не нашли, а Мартин после пережитого потерял дар речи и долго не мог прийти в себя.

Мартин печально пожал плечами и кивнул головой.

– Хорошо, мистер Диккенс, тогда что, кроме запоя, печалит вашу жизнь?

– Я б-богат. Сказочно и несметно. Но всю свою жизнь я настолько был увлечен де-деньгами, что так и не нажил себе семьи. И вот сейчас, когда мне уже далеко за 40, я абсолютно не-не знаю, чем мне себя занять, и чего я хочу от жизни. Кстати, се-сегодня я угощаю всех посетителей бара. Сегодня я праздную свой День Рождения.

– Проклятье! – вскрикнул Вуд, прервав разглагольствования Диккенса о несчастье, он вспомнил о своей «порче». Сначала Вуд хотел встать и выбежать из бара, но позже понял, что терять ему уже нечего, а День Рождения уже столкнулся с ним лицом к лицу. – Минус один!