Ветер принес с собой какую-то мелкую морось, и Рози вдруг подумала, что же будут делать английские дети, если в конце концов пойдет настоящий дождь. Ведь сегодня Пятое ноября, Ночь костров, как здесь ее называют. Аида рассказала об этом Рози на прошлой неделе и даже прочла столетней давности стихотворение, которое выучила еще ребенком:


Помни, помни Пятое ноября, порох, измена, заговор...


Аида объяснила, что в 1605 году при короле Якове некий Гай Фокс вознамерился взорвать здание Парламента. Однако по доносу он был схвачен еще до того, как успел что-либо сделать, обвинен в измене, признан виновным и казнен. С тех пор в Британии Пятое ноября отмечается как день Гая Фокса.

В эту ночь повсюду зажигают костры, бросают в пламя чучело Гая Фокса, устраивают фейерверки и пекут на кострах каштаны и картошку. Конечно, если не идет дождь.

– Если все пойдет хорошо, мы будем праздновать конец съемок пятого числа,– сказала Аида, когда они завтракали в ресторане студии в прошлый вторник.– Боюсь только, что пожарники не разрешат нам устроить костер. Но, может быть, мы придумаем что-нибудь еще, чтобы как следует отпраздновать Ночь костров и завершение картины.

Рози не могла точно определить, что имела в виду Аида под словами «как следует», но вскоре все станет ясно: вечер начнется через несколько часов.

Бросив быстрый взгляд на опустевшую съемочную площадку Шеппертонской студии, она поспешила в свою мастерскую в здании производственного цеха.

Последние девять месяцев она все время работала там и настолько привыкла, что чувствовала себя здесь как дома. Ей также нравилось работать с Аидой и со всей съемочной группой. Все они были англичанами, и с самого начала Рози ощутила себя с ними легко и свободно.

Вдруг ее поразила мысль, что ей будет не хватать Шеппертона и всего, что связано со здешними съемками.

Так бывало не всегда. Иногда она испытывала облегчение, заканчивая работу над фильмом. Хотелось скорей уехать и не оглядываться. Но при работе над «Делателем королей» между актерами, съемочной группой, режиссерами возникло удивительное чувство товарищества, которое еще больше окрепло за эти долгие месяцы. Может быть, так случилось потому, что с самого начала им пришлось столкнуться с разными трудностями. Все вместе они боролись за свой фильм, за то, чтобы он получился. И Рози была уверена, что фильм будет иметь успех. По какому-то неписанному киношному правилу, трудный фильм после завершения неизменно оказывался лучшим.

Все работали с невероятным напряжением. Работали даже тогда, когда казалось, что последние силы на исходе. А Гэвин, вложивший всю душу в роль Ричарда Невилла, графа Варвика, сыграл ее блистательно. Рози считала, что работа достойна «Оскара». Хотя, конечно, она не была вполне беспристрастна.

Распахнув двойные стеклянные двери производственного цеха, Рози прошла по длинному коридору в свою мастерскую. Войдя, она на мгновение замерла в дверях, обвела взглядом комнату, висящие на стенах эскизы, вешалки для костюмов, огромный стол с нагромождением книг, журналов, рисунков, деталей созданных ею костюмов и аксессуаров.

За девять месяцев работы здесь накопилось невероятное количество вещей, и ей пришло в голову, что несколько дней придется порядком потрудиться, чтобы упаковать все это хозяйство. Хорошо еще, что у нее были две ассистентки, Вэл Хонер и Фанни Лейланд. Они помогут ей составить каталог эскизов, упаковать их вместе с костюмами, которые она решила оставить для своего архива, уложить в ящики книги и фотографии, использовавшиеся при выдумывании костюмов.

Основные эскизы костюмов Гэвина были приколоты на длинной стене мастерской, и сейчас она подошла к ним и остановилась, склонив голову и внимательно вглядываясь в каждый из них. Затем она кивнула, как бы соглашаясь со своими мыслями: «Гэвин прав, «Делатель королей» был очень сложным фильмом». И не только из-за своего размера и огромного количества персонажей, но из-за необходимости соблюдать историческую достоверность. Да, эта работа стала настоящим испытанием для Рози. Однако она умела справляться с трудностями, казалось, они пробуждали в ней какие-то дремлющие силы. Какой бы изматывающей ни была эта работа, Рози приятно было сознавать, что она поучаствовала в фильме такого размаха.

С самого начала, еще на подготовительном этапе, она испытывала какой-то удивительный подъем и прилив энергии, переполнявший ее.

В центре внимания был, конечно, Гэвин, утвержденный на роль графа Варвика. Граф Варвик два десятилетия XV века был самым могущественным человеком Англии. Представитель йоркширской династии, потомок короля Эдуарда III, он был первым графом Англии того времени и величайшим воином и рыцарем всех времен, словом, фигурой легендарной.

Именно Варвик посадил на английский трон своего кузена Эдуарда Плантагенета. Это произошло в результате гражданской войны между королевскими династиями Йорков и Ланкастеров, обычно называемой войной Алой и Белой розы, поскольку белая роза была эмблемой Йорков, а красная Ланкастеров. Варвик был главным действующим лицом этой войны. Именно благодаря ему после многих кровопролитных боев войска Ланкастеров были разбиты, и он вручил королевство Эдуарду Йорку.

Поскольку Варвик всегда оставался в тени, будучи главным советником своего девятнадцатилетнего ставленника, короля Эдуарда IV, современники прозвали его "Делатель королей». Четыре века спустя это прозвище стало названием их картины. В сценарии обладательницы «Оскара» Вивьен Ситрин описывалась жизнь Варвика с 1461 года, когда он, тридцатидвухлетний, достиг вершины своего могущества и смог удержаться на ней еще два года, про которые и рассказывалось в фильме.

Главной заботой Рози было сделать такие костюмы для Гэвина, которые бы, не выбиваясь из средневекового стиля, нравились самому актеру, хорошо смотрелись и не стесняли движений.

Как обычно, она придавала большое значение исторической достоверности костюмов и аксессуаров, без которой не добиться правдоподобности и убедительности. Кроме таланта Рози отличалась невероятной трудоспособностью, что сильно способствовало ее успеху как театрального художника.

Костюмы Розалинды Мадиган отличались удивительным чувством стиля, будь то фильм из прошлых или настоящих времен. Она всегда стремилась подчеркнуть статус, социальное положение, национальность персонажей фильма или пьесы.

При работе над «Делателем королей» Рози изучила такое количество материала, что, как она сама поняла, объем намного превысил необходимый. И все ради Гэвина. Фильм был его идеей, его личным проектом. Он был одним из продюсеров, сам добывал деньги для финансирования. Голливуд отказался от какого-либо участия в фильме, хотя Гэвин был кинозвездой не меньшего масштаба, чем Костнер, Сталлоне или Шварценеггер, и в рейтинговом списке киноактеров занимал одно из первых мест.

Со своим фильмом Гэвин оказался в такой же ситуации, что и Костнер, когда попытался заинтересовать Голливуд «Танцами с волками». Никто не захотел этим заниматься, и Костнеру пришлось все делать самому. Только прибегнув к помощи независимого продюсера из Европы, он сумел раздобыть деньги.

Концепция фильма полностью принадлежала Гэвину, и он верил в нее с такой горячностью, что зажигал энтузиазмом всех окружающих.

Любитель истории, он давно заинтересовался образом Варвика. Прочитав, не одну его биографию, Гэвин был захвачен страстями, успехами, славой и финальной трагедией жизни Варвика. Вдохновленный пылким воображением, он выбрал для своего фильма несколько самых ярких лет из его жизни, когда звезда Варвика была в зените. Затем заказал сценарий Вивьен Ситрин. Вместе они проработали почти год, прежде чем Гэвин удовлетворился сценарием.

Рози тоже с самого начала была увлечена идеей фильма. Впервые Гэвин упомянул о своих планах в Беверли-Хиллз в конце 1988 года; и когда наконец в прошлом году ему удалось приступить к работе, волнение ее было безгранично.

Задолго до подготовительного этапа съемок в Англии Рози принялась изучать материалы по костюмам той эпохи, читать биографии Варвика и Эдуарда IV, а также книги по истории средневековой Англии и Франции. Чтобы лучше представить себе жизнь этих людей, она изучала искусство и архитектуру того периода, а будучи в Лондоне, проводила долгие часы в музеях, рассматривая коллекции исторических костюмов.

Когда помощник режиссера, художник, директор и еще несколько человек из съемочной группы под предводительством Гэвина отправились на поиски натуры, Рози поехала с ними.

Прежде всего они направились в Мидлхемский замок на йоркширских болотах, бывший когда-то главным оплотом Варвика на Севере. Давно превратившись в руины, он стоял продуваемый ветрами, с разрушенными башнями и залами. Но Гэвин чувствовал, что для него очень важно увидеть собственными глазами место, где Варвик вырос и провел большую часть жизни.

Рози и Гэвин вместе прошли по когда-то Большому залу замка. Крыши не было, стены, разъеденные плесенью, почти разрушены. Под пронзительно-голубым небом они ступили на вымощенный каменными плитами пол, местами заросший травой. Кое-где из расщелин виднелись первые крошечные полевые цветы. Несмотря на плачевное состояние, замок выглядел внушительно и покорил ее воображение. Гэвин чувствовал то же самое. Потом они проехали по мрачным болотам, где когда-то разыгрывались решающие сражения Варвика. В конце поездки, несколько отклонившись от маршрута, они свернули к восточному побережью. Гэвину хотелось побывать в Йоркминстере, великолепном готическом соборе за старинными городскими стенами Йорка. Именно здесь когда-то прошли триумфальным маршем обласканные славой Варвик и Эдуард IV. Они двигались по йоркширской равнине во главе своего многочисленного войска, на покрытых попонами лошадях, под развевающимися шелками геральдических знамен, оба признанные всей Англией герои – молодой доблестный король и тот, кто возвел его на трон. Рози считала этот эпизод одним из самых эффектных и живописных в сценарии, и она с волнением предвкушала работу над ним.

После многочисленных поездок в Йоркшир и долгих часов в музеях и библиотеках она наконец сочла, что накопила достаточно знаний по английскому средневековью, чтобы приступить к разработке костюмов.

В сценарии была одна большая батальная сцена, которую Гэвин решил сохранить несмотря на трудность съемки и дороговизну, поэтому Рози пришлось взяться за латы. Эти рыцарские доспехи оказались единственной серьезной проблемой для Рози. Вспомнив пережитые волнения, она оглядела доспехи, стоящие в углу комнаты, и невольно поморщилась. Ей никогда не забыть, сколько пришлось вынести, прежде чем сделать первый образец.

В конце концов она справилась, но только благодаря главному художнику фильма Брайану Экланду-Сноу. Брайан был невероятно талантлив, на его счету уже был один «Оскар» за картину «Комната с видом на». Теперь он был поглощен Англией XV века на сценарной площадке Шеппертона.

По мнению Рози, Брайан был просто гениален, и она считала себя его вечной должницей. Он познакомил ее с изготовителем костюмов для подводного плавания, который сделал копию ее модели доспехов из необыкновенно прочного и жесткого материала – изопрена с металлическим покрытием. Получилась точная имитация железа. Эта синтетическая резина была легкой и удобной для актеров, а в фильме доспехи выглядели совершенно как настоящие.

Рози приблизилась к длинному столу в дальнем углу комнаты. Нужно разобрать все эти кипы книг, журналов, эскизов. Для упаковки потребуется не меньше шести больших ящиков.

А еще образцы специально окрашенных шерстяных тканей – твида, сукна; кусочки замши и кожи для сапог, брюк, камзолов и курток; обрезки меха и множество лоскутков шелка и бархата. В корзинах и на подносах лежала сверкающая театральная бижутерия: брошки, кольца, ожерелья, серьги, браслеты, богато украшенные пуговицы, ремни, ножны и позолоченные короны – полный набор атрибутов пышности и величия прошлого.

«Ну и работка!» – подумала она почти с изумлением. Фильм потребовал столько денег, труда и сил, сколько они не могли и представить себе в начале. Временами напряжение достигало предела. По самым незначительным поводам– плохая погода или болезнь – разыгрывались бурные сцены, вонзались друг в друга колкие словечки. Причем все это, не имея отношения к действительно серьезным проблемам, задерживало съемку и накручивало расходы. Но, с другой стороны, съемки фильма настолько захватывают, что обо всем забываешь. А такой великолепной работы, как эта, у нее никогда не было и, вероятно, не будет.

Рози не упускала случая сходить с Гэвином на просмотр отснятого накануне. От каждой сцены у нее перехватывало дыхание. Фильм, несомненно, «смотрелся», в нем было все: и яркие, захватывающие образы, и увлекательный сюжет, и превосходная игра актеров.

Заботы о фильме ни на минуту не оставляли Гэвина. Да и все они волновались. Только теперь, когда снят последний эпизод, она вдруг уверовала, что фильм удался. Фильм Гэвина не уступит знаменитому «Льву зимой». Да, он должен завоевать целый выводок «Оскаров». С этими мыслями она присела к столу и, подвинув к себе телефон, набрала номер. Прозвучало несколько гудков, прежде чем ей ответили. Знакомый девичий голос произнес: