– Я не знала, что Ян… – Марта попыталась выглянуть в окно. – Я не думала, что Ян найдет меня!

– Его уже нет. Всё.

Марта закрыла глаза, откинулась на спинку сиденья.

– Тебе его жалко? – спросил Иван.

– Да. Мне всех жалко. И так Свету жалко… Нет, мне его не жалко… Как же глупо… – Слезы были где-то близко, но плакать Марта пока не могла.

– Он убил Светлану Евгеньевну?

– Да. Там, в ее доме, – дрожа, выдавила из себя Марта.

– Я ехал по мосту и вдруг увидел тебя… И его. Знаешь, я до самой смерти не забуду этой картины. Снег… и ты на нем, – сказал Иван и замолчал, глядя в сторону.

– Я тоже этого никогда не забуду, наверное… Ты вовремя.

– Прости меня.

– А что ты можешь еще сказать… – она нашла в себе силы иронизировать.

– Прости меня, – Иван обнял ее.

– Как мне не простить тебя… Я тебе жизнью обязана.

– Прости меня, – повторил он, точно заклинание. – Я… ты мне дороже всего, Марта. Дороже всех. Я решил бросить свою работу.

– Ты?!

– Да. Потому что я… Потому что я люблю тебя. И не хочу тебя терять.

– Не надо ничего бросать… Зачем?

Они не смогли договорить – у Ивана зазвонил сотовый.

– Алло… Да, Петр Исаевич. Хорошо… – Иван спрятал сотовый в карман. – Сейчас подъедут.

– И что будет? – спросила Марта.

– Все самое плохое, что могло случиться, уже было. – Он перекинул ее ноги к себе на колени, прижался к ним щекой. – Кажется, отогрелись… Ножки мои любимые!

– Щекотно… – закусила губу Марта. – Ножки… хороши ножки – сорок первого размера!

Иван поднял голову и посмотрел на Марту такими ошалевшими, такими бешеными глазами, что она не выдержала и засмеялась – хотя меньше всего ей хотелось сейчас смеяться…

Эпилог

То, что произошло потом, было самой удивительной частью этой истории – во всяком случае, для Марты.

Во-первых, она даже не чихнула ни разу, хотя ждала, что свалится по крайней мере с воспалением легких.

Во-вторых, особых неприятностей у Ивана на работе тоже не было.

В-третьих, после Нового года их обоих вызвал к себе Лосев и сделал неожиданное предложение – ехать в Женеву.

Иван особо не удивился (из чего следовало, что о подобном предложении он знал заранее), а Марта округлила глаза:

– Я?! С Иваном? В Женеву?.. Зачем?

– Затем, что концерн «Эллиос» продолжает себя вести, мягко говоря, непорядочно… – сказал Лосев. – Мы должны доказать, что кое-кто из наших чиновников получал от «Эллиоса» взятки.

– А я тут при чем?

– При том, что Иван один в Женеву ехать не хочет! – буркнул Лосев. – А у меня, между прочим, не так много кадров…

Марта повернулась к Ивану, но тот в данный момент пристально разглядывал стену в кабинете – словно пытался найти на идеально зашпаклеванной поверхности хоть какую-то трещинку. Потом Иван спохватился:

– Это абсолютно безопасно! Никаких погонь и перестрелок… Все чинно-благородно.

– И что мне там делать? – спросила Марта.

– Вы будете работать в одной дизайнерской фирме, – вмешался Лосев. – То есть сугубо по специальности, Марта Витальевна… Вы ведь… не против?

Марта задумалась. Потом сказала:

– Я не против.

– «Эллиос» как раз строит новый офис в Женеве! – добавил Иван. – Интерьеры понадобится оформить и все такое…

– Здрасте! – язвительно воскликнула Марта. – Шнейдер меня в лицо знает, забыли?

– Карл Шнейдер сейчас в Южной Америке. А вы, Марта Витальевна, с вашим умом, проницательностью, с вашей красотой… – торжественно начал Лосев, но Марта очень непочтительно его оборвала:

– Но я знаю только английский…

– Этого достаточно.

– О господи… – она потерла виски. – Ладно, я согласна. Но только ради тебя, Иван…

– Завтра свадьба, – сказал Лосев, поглядев на часы. – Я все устроил.

– У кого свадьба? – басом спросила Марта.

– У нас с тобой, – строго ответил Иван.

– Да?.. И что… по-настоящему или… как? – осторожно спросила она.

– Конечно, по-настоящему! – возмутился Иван.

– Правда?

– Истинная правда, – ответил он и поцеловал Марту, ничуть не смущаясь присутствием начальства.