— Но Дэни... я же просто... я не хотел...

— Протрезвей.


Она спустилась на первый этаж и, решив отвлечься и занять себя, принялась за уборку. На кухню и кабинет ушло около часа, на ванную комнату и гостиную — ещё полтора. Ричард пришёл после полудня, когда Дэни заканчивала протирать книжные полки.

Он положил на пол мусорный мешок, в который, судя по звуку, собрал стекло и ноутбук. Затем подождал, пока Дэни обратит на него внимание и обернётся.

— Ты обиделась? Знаю, не отвечай, — сказал он безэмоционально. — Прости, что назвал тебя сукой.

— Прощаю. А ты прости, что мне наплевать.

— Тебе не наплевать, — на его губах появилась кривая улыбка. — Ты совсем, как я: гордая и неприступная.

— Я бы не назвала тебя неприступным, — Дэни тоже улыбнулась.


Ричард пожал плечами и вдруг схватился за голову. Девушка тут же оказалась рядом и помогла ему сесть на диван.

— Много выпил сегодня?

— Нет, не так уж много. Но голова кругом идёт.

— Я дам тебе болеутоляющее, потом пообедаем. Если станет плохо, позови. А я — на кухню...

Он взял её за руку, пока она не ушла, притянул Дэни к себе, встретившись с ней взглядом, и произнёс:

— Когда я сказал, что ты мне нравишься, я не солгал.

— Мне уже начало казаться, что ты забыл, — она вдруг поняла, как сильно забилось сердце, а голос и вовсе охрип. — Почему ты молчал?

— Я просто думал... долго думал. Дэни, я...


Его пальцы, сжимавшие её тонкое запястье, были невероятно горячими, и девушке самой вдруг стало жарко, потому что она уже чувствовала его дыхание на своих губах. Как же быстро он стал так близок к ней? Дэни вздохнула и закрыла глаза, ожидая, что он коснётся её...

Но, когда снова посмотрела на парня, он грустно улыбнулся и откинулся на спинку дивана. Его пальцы отпустили руку Дэни, и она тряхнула головой, чтобы очнуться от мимолётного забытия.


***


На следующий день Дэни пришла пораньше, чтобы застать мать Ричарда, но той дома не оказалось. А она уже приготовилась к серьёзному разговору на тему увольнения. Дэни понимала, стоит ей вернуться в январе, случится нечто такое, что изменит её, а она этого не хотела. Или же просто боялась. Она чувствовала приближение неизбежного, и, кажется, её сердце не было готово оттаять.

Ричард разговаривал с кем-то по мобильному, когда девушка вошла в гостиную. Его голос звучал глухо из-под капюшона, чуть хрипло, и Дэни ждала в дверях, пока парень закончит разговор:

— ... Это так ты от меня избавилась? ... Нет, не оправдывайся, мам. Надеюсь, ты там повеселишься... О, я в полном порядке!


Дэни закатила глаза, переминувшись с ноги на ногу; сарказм в голосе Филча так и блестал, это звучало совершенно холодно и грубо:

— Относительно... Прекрасно! Ты не думаешь, что история повторяется? ... Как это, когда? Мне было одиннадцать, когда ты провела Рождество в Уинфорде, а я с нянькой остался в Бристоле... Да, мам, я вырос, и я не ною! Просто хочу сказать спасибо за то, что мы проведём праздники друг без друга!


Ричард обернулся и, увидев Дэни, мрачно улыбнулся, повертев в пальцах мобильный.

— Ещё один мой маленький позор, — сказал он, хмыкнув. — Она позаботилась о том, чтобы быть подальше от меня.

— Твоя мать не приедет на праздники? — Дэни нахмурилась.

— Нет. Она прикрывается работой, но я знаю, что это всего лишь прикрытие.

— Мне очень жаль.


Сжав губы в тонкую линию, Ричард кивнул и отвернулся. Дэни окинула беглым взглядом его широкие, худые плечи, и вздохнула. То, что она сделала пару минут спустя, никак не вязалось с её планами, со всем, чего она хотела и ждала. Но самое главное — она даже не задумалась перед тем, как сделать звонок.

— Кендра? Привет, это я.

— Привет, моя дорогая! Как ты? Мы так ждём тебя...

— Слушай, я не смогу приехать. Не знаю, как объяснить, но я не могу его оставить. Мне кажется, если я это сделаю, он умрёт от тоски.


Глава 14


Я слежу за тобой, как ястреб.

Слежу так, словно хочу разорвать тебя на куски...*


События прошедших дней сливались в один сплошной поток из будничной рутины, многочасового одиночества и молчания. И всё бы ничего, только вот Дэни это не устраивало. Ни холодность в отношениях с Ричардом, ни собственные чувства по отношению к нему.

Рождество обещало быть мрачным, особенно на фоне всех этих уличных гуляний, нарядных витрин магазинов и бесконечных прохожих, носящихся туда-сюда с коробками подарков.


Дэни сидела на кухне перед ноутбуком, доедала засохшие пончики с глазурью и разглядывала старые фотографии Филча и его группы в интернете.

Ричард в расспахнутой белой рубашке, улыбается и проводит рукой по взъерошенным волосам.

Ричард с какой-то полуголой мадам в обнимку на балконе, на фоне заката.

Ричард в строгом костюме, полулежит на кожаном диване и задумчиво глядит мимо объектива.


Десятки фотографий на сайте группы и на страничке MySpace приводили Дэни в непонятное ей самой состояние, и она уже не знала, как реагировать на это увлечение. Она никогда не влюблялась, боялась мужчин и того, что вся власть так и не иначе в их руках. А что же теперь?

— Не влюбилась же я действительно?

Дэни посмотрела на монитор с очередным фото Ричарда Филча и закатила глаза.

— Только не в человека, которого больше не существует.


Из-за громкой музыки в наушниках она не сразу заметила, что мобильный подал сигнал. Девушка обнаружила два пропущенных вызова от своего подопечного. И вот, мобильный завибрировал в третий раз.

— Слушаю тебя, — произнесла она устало.

— Что, вот так? Без приветствий и поздравлений с Рождеством?

— Извини, Ричи-Рич, я не в настроении. У тебя что-то стряслось?

После долгой паузы он всё-таки ответил, пусть и заметно неохотно:

— Значит, в окно выглянуть тоже не захочешь.


Дэни вскочила с места, подбежала к окну и, одёрнув пыльную штору, увидела у крыльца такси и Ричарда, прислонившегося к двери со стороны пассажира.

Парень помахал свободной рукой и тихо произнёс:

— Если у тебя нет иных планов на этот вечер, и если ты сама пожелаешь, я предлагаю оставить все лишние разговоры позади и поехать со мной.

И тут же отключился, нажав на «сброс».


Девушка отвела мобильник от уха и уставилась на замёрзшие цветы на подоконнике.

Провести очередную рождественскую ночь одной, слушая, как потом нетрезвая мать возвращается с гулянки? Рвануть ли в Кеншим и молча глотать зависть, глядя на счастливую сестру и её жениха?

Или сделать то, чего она так хочет и так боится?


Через две минуты Дэни была одета и собрана, только едва не забыла завёрнутый в подарочную плёнку CD-диск.

Рич улыбнулся, увидев, как она спускается к нему с крыльца, и даже открыл перед ней дверь такси.

— Ну, давай, олень. Вези меня в свою оленью страну, или как там...

— Я тоже рад тебя видеть, — сказал Филч, усаживаясь рядом.

Затем просто назвал водителю адрес и за всю дорогу не произнёс больше ни слова.


Почему-то Дэни не была удивлена, когда они приехали к знакомому ей уже зданию: здесь находилась его расчудесная студийка, от масштабов которой у Дэни до сих пор кругом шла голова. Перед тем, как впустить девушку в квартиру, Рич попросил её закрыть глаза.

— Ты знаешь, что я тебе не доверяю? — спросила она саркастично, хватаясь руками за стены.

— А придётся. Больше тебе здесь некому довериться... Тише, тише, переступи порог. Вот так! Теперь можешь смотреть.


Пересилив себя и не показав ему в ответ язык, Дэни открыла глаза и... обомлела. Большую светлую гостиную было не узнать: повсюду красные ленты и праздничные украшения под стать; чулки над декоративным камином и, самое главное, рождественская ель рядом со входом на балкон.

Попутно скидывая куртку и джемпер в кресло, Дэни рассматривала комнату с раскрытым от удивления ртом.

— Ого! И опять: ого! Ричи-Рич, ты что, каталогов с рождественским декором пересмотрел?

— Тебе не нравится? — спросил он, явно настроившись на худшее.

— Нет, нет! В смысле, нравится, и даже очень, — поспешила заверить девушка и обернулась к нему. — Просто... так неожиданно. И это очень... классный дизайн. Я такое только в журналах видела, ну и в магазинах.


Филч улыбнулся, отчего у Дэни будто камень с души свалился. Не хватало качать права в его собственных апартаментах и быть чем-то недовольной.

— А кто здесь всё это устроил? Ты сам?

— Нет, я бы и ёлку украсить без ежеминутной отдышки не смог. Я нанял команду профессионалов. Они это сделали.

— О... Поняла.


Ричард медленно снял верхнюю одежду, и Дэни увидела его в белой рубашке, расстёгнутой на две верхние пуговицы, прямых брюках тёмно-серого цвета и до блеска начищенных, дорогих ботинках.

— Эм-м-м, я думала, мы просто посидим, — протянула девушка, смутившись. — Не знала, что надо по-особенному одеться.

Она вдруг поняла, что чересчур уж откровенно разглядывает парня, но, к её радости, он не подал вида, что заметил это.


— Я и не настаиваю, однако...

— Да? — Дэни с трудом посмотрела ему в глаза.

— Поднимись наверх, там тебя кое-что ждёт. Ты ведь помнишь, где моя спальня? Если решишь, что для тебя это слишком, я пойму и не обижусь.

С этими словами он указал ей на коридор, а сам спокойно направился в кухню. Поднимаясь по лестнице на второй этаж, Дэни волей-неволей вспоминала, ЧТО случилось в той спальне, и от подобных мыслей едва ли не сводило мышцы живота.


Комната была точно такой, какой Дэни её запомнила с «той самой ночи». На широкой, заправленной постели девушка обнаружила два пакета с логотипами «Marc&Andre» и две большие коробки с туфлями Balenciaga и платьем, судя по бирке, от «Marc Cain». Прикинув примерную цену всем этим подаркам, Дэни ужаснулась, села на постель и так просидела минут десять, глядя перед собой.

В конце концов, женские инстинкты взяли верх, она раскрыла поочерёдно каждый пакет и коробку, и теперь просто недоумённо смотрела на комплект чёрного белья с тонкими кружевами и фиолетовыми лентами... На ощупь — словно бархат...

Платье ей показалось слишком открытым: голая спина, плечи и короткий подол, да и высота каблуков у туфель не внушала доверие. Едва Дэни допустила мысль о том, чего может стоить ей весь этот маскарад, как вдруг у изголовья кровати она заметила конвертик, перевязанный лентой. На чуть шершавой бумаге каллиграфическим шрифтом было напечатано:


« Больше всего я боюсь, что ты решишь, будто я покупаю тебя.

Но это не так.

Я хочу, чтобы ты оставалась собой, но при том ощущала себя самой желанной девушкой на свете!

Не лишай же и меня такого удовольствия.

Р.Ф. »


Лёгкая улыбка тронула её губы, и Дэни отложила записку на прикроватную тумбочку. Поднялась, расстегнула молнию на джинсах и судорожно спустила их до щиколоток...


***


Ей хватило двадцати минут, чтобы привести себя в порядок. В любой другой день Дэни ни за что не признала бы, что выглядит, скажем так, неаппетитно. Но сегодня, во-первых, был праздник, во-вторых, только полная дура не воспользуется шансом надеть такое платье на целый вечер.

Как и все англичане, Дэни старалась соблюдать праздничные традиции по мере своих возможностей.


Волосы она наскоро уложила с помощью фена и только тогда заметила, что они стали достаточно длинными за целый месяц. Из косметики, которая прилагалась, видимо, ко всем остальным подаркам, Дэни воспользовалась только тушью и губной помадой. Поглядев на себя в зеркало ещё раз, она шумно вздохнула и, расправив плечи, надела туфли. Спуск по лестнице показался ей вечностью, то ли из-за волнения, то ли из-за её маленьких шагов. С каблуками Дэни никогда не дружила, как и большинство её приятельниц.


— Наконец-то! — Филч вышел к ней из гостиной и остановился внизу лестницы. — Я уж было подумал, что ты сбежала через окно или...

Он замолчал, когда увидел её. Чуть склонил голову вбок, пока внимательно разглядывал Дэни, затем, дождавшись, пока она спустится, держась одной рукой за перила, просто сказал: