Юлия Резник

Дед

АННОТАЦИЯ

У него ничего не осталось. Даже собственное имя затерялось под обломками рухнувшей жизни. А потом в этом вакууме появилась она…Это история Деда. Это история женщины, сумевшей вернуть ему имя. Это история о двух полярных вселенных, которые неожиданно сошлись в одной системе координат.

ГЛАВА 1

— Андрей Николаевич, уверяю вас, это лучший вариант в сложившихся обстоятельствах. Просто потянуть время, пока он не переключится на другую.

Андрей Гладких сидел в шикарном кожаном кресле, за не менее солидным письменным столом и сверлил цепким взглядом льдистых глаз начальника службы безопасности своего холдинга:

— Ты хочешь сказать, что в своей стране, при моем положении в обществе, при моих деньгах и связях мы не можем найти управы на чокнутого маньяка, который уже трижды пытался выкрасть мою дочь?!

— Вы забываете, что этот чокнутый маньяк — арабский шейх.

— И это даёт ему право делать, что хочешь?!

— Ну… Его намерения как раз вполне ясны.

— Какие намерения, Антон? Ну, какие на хрен намерения? Ты представляешь, что ждёт женщину в мусульманской патриархальной стране? Ты можешь нашу Плюшку там представить?!

— Не могу! Поэтому и настаиваю на том, что её надо увозить. Тайно, и как можно скорее. Даже до неё дошло, что влипла по-полной. А ведь поначалу только хвостом крутила и от ребят моих бегала!

— Да уж… Докрутилась… Хвостом!

— Знали бы вы, какую она головомойку пацанам задала, когда ей запретили покидать страну. Здесь-то оборону держать проще… А потом — как отрезало, дошло-таки, что дело серьёзное.

Андрей резко встал, отвернулся к окну, потёр устало шею:

— Она из дома выйти боится, — выдыхает раздраженно, не привыкший к такому бессилию, — от тени каждой шарахается! Вот ты можешь представить Плюшку зашуганой?! Вот и я не мог… Защитить не могу самое дорогое. Что я за отец?!

Антон отбросил официоз, что позволял себе не так уж и часто:

— Андрюха, говорю тебе, пусть пересидит. Переключится этот арабчик, найдёт себе новую кандидатку в жены. И сам отвянет. А пока у него это помешательство на Плюшке нашей не пройдёт, она будет в постоянной опасности. Ведь даже при всех наших усилиях не факт, что мы её убережем.

— Черт, ну как мы в это вляпались, а? Рассказать кому — не поверят. Вот допрыгалась, егоза! Дострелялась глазками! Крутит с детства всеми, никто ей отказать не может. Скольким парням голову морочила? А гулянки эти? То у неё Ибица, то Майами. Я так её воспитывал?!

— Ну, ты на Плюшку не наговаривай. Отрывается она- это да… Так молодость же! Но и голова на плечах есть: учится хорошо, университет, вон, закончила. Оксфорд! А парни… Н, знает девка себе цену, осознает, что красива до неприличия. Но не трахается же она со всеми подряд…

— Я ей трахнусь! — взвивается задетый в лучших чувствах отец.

— Так двадцать два года девахе, не думаешь же ты…

— Я вообще предпочитаю об этом не думать, — рявкает Андрей.

Антон скрывает улыбку. О совершенно маниакальной родительской любви Андрея Гладких к единственной дочери ходили легенды. И даже внушения обожаемой жены Ольги, что он немного переигрывает, были не в силах что-либо изменить. Он не мог по-другому… Это же его маленькая Плюшка. И пофигу, сколько ей лет.

— Ладно… Ближе к делу. Что ты конкретно предлагаешь?

— Есть одна идея… Человек надёжный. В горах живёт, сельским хозяйством занимается: виноградники у него, и так… фрукты-овощи… По мелочи производство. Элитные сыры-колбасы. Можем договориться Плюшку у него припрятать, пока зятек твой несостоявшийся не угомонится.

— Ты серьёзно? Королевична наша, и на ферме задрипанной? Нет, фигня полная… А если ей защита все-таки понадобится? Чем твой фермер поможет?

— А вот тут как раз и сюрприз. Не так прост этот фермер, как кажется. Мой однополчанин. Альфовец. Крутой спец.

— Так чего, если такой крутой, в сельское хозяйство подался?

Антон темнеет лицом и отвечает:

— Я тебе сейчас все расскажу, ну а ты решай, как дальше быть. И это… Плюшку увозить надо стопудово. Не нравится мне все, что происходит — жуть, как не нравится.

Елена Прекрасная, она же Плюшка, она же Елена Андреевна Гладких лежала на своей кровати в старой детской её родительского дома. Да уж… Влипла, так влипла. Кто бы мог подумать, что в высшей степени приятный и с первого взгляда цивилизованный молодой человек так усложнит ей жизнь? Кто знал, что обожание и поклонение, к которым, чего греха таить, Лена привыкла с детства, на этот раз примет совершенно нелицеприятную форму? Форму болезненной одержимости. Она и раньше сталкивалась с навязчивым вниманием, но все было как-то несерьезно, что ли… И стоило только Лене действительно захотеть избавиться от мужчины, горе-ухажеры исчезали из её поля зрения, как миленькие, уж больно не простым человеком был её отец. И никто не решался перейти ему дорогу. А тут такое… Она даже не поняла поначалу, как вляпалась. Просто очередная вечеринка золотой молодёжи, которую устраивали её приятели в Сен-Тропе. А там он — Карим ибн как-то там. Черт дёрнул — познакомились. Чего и говорить, умел он красиво ухаживать… Месяц тусили вместе, отмечая окончание университета. Когда Карим сделал ей предложение, она только рассмеялась, посчитав это какой-то шуткой. И не учла главного — мужчина совершенно не шутил, околдованный её совершенной красотой. И началось натуральное преследование. Везде, где бы ни появлялась Лена, оказывался и Карим. Милан, Париж, Лондон… Она пыталась объяснить, что ни о какой свадьбе не может быть и речи. Но он не слышал ни одного слова! В итоге Карим так её достал, что Лена прямым текстом послала его по всем известному адресу. Ещё одна ошибка! Нельзя так с восточными мужчинами… Тогда он ушёл, но то, что девушка увидела в его прощальном взгляде, напугало её до чертиков! Тогда-то она и призналась во всем отцу. И правильно сделала, по сути, потому как уже спустя сутки её просто-напросто похитили. Средь бела дня, кстати сказать. И только то, что отец всегда был помешан на её безопасности, уберегло девушку от непоправимого. Её телефон и серьги в ушах оказались далеко не простыми. В них были вмонтированы специальные маячки, которые позволили оперативно отследить местонахождение дочери, когда отец не смог с ней связаться. То, что он среагировал мгновенно, сразу же подключив весь дипломатический корпус их страны в Лондоне, позволило вернуть девушку в семью, прилично обломав планы шейху. Но с тех пор попытки похищения повторялись, и это пугало до чертиков. Только дома, рядом с родителями и полным домом охраны, Лена чувствовала себя в относительной безопасности. Ни о каких клубах, ресторанах или магазинах речи вообще не шло. Она даже на работу боялась выйти, хотя в холдинге отца её уже давно ждали. Надоело! Девушка перевернулась на живот, уткнувшись лицом в сгиб локтя.

— Можно? — нежный голос мамы от двери.

— Заходи, конечно.

— Ну как ты, зайка?

Лена неопределённо скривилась, утыкаясь в родные мамины руки.

— Ну, ты что, Леночка? Хорошая моя… — материнское сердце Ольги сжималось от боли, глядя на непривычно притихшую и напуганную дочь.

— Он меня никогда не оставит в покое, да?

— Ну что ты, маленькая… — Ольга зарылась рукой в светлые локоны, успокаивающе поглаживая дочь по голове, — папа звонил, сказал, что кое-что придумал…

— Правда? — вскидывает полные надежды глаза.

— Да, милая, в детали по телефону не вдавался, но сказал, что у них появился план.

Из открытого нараспашку окна донёсся звук подъезжающего автомобиля.

— А вот и папа! — подхватилась с кровати Лена — Пойдём скорее!

И бегом вниз, навстречу отцу. Ольга едва поспевала за дочерью, хотя и самой не терпелось узнать, какой же выход из ситуации им предложат. Последние месяцы прошли просто в невыносимом напряжении.

— Папочка!

— Плюшка! Ты чего так носишься? Шею свернуть не боишься? — шутит, обнимая и целуя дочку в макушку.

А та вырывается нетерпеливо и, глядя прямо в глаза:

— Ну что? Что вы придумали?!

Андрей не спешит отвечать на дочкин вопрос, обнимая и целуя жену, которую целый день вообще-то не видел. Лена закатывает глаза и едва не пританцовывает от нетерпения. Если родители начали любезничать — это надолго. И не надоело же за столько лет брака!

— Пойдём, Андрюша, поговорим — видя нетерпение дочки, обращается к мужу Ольга, — не томи нас, родной.

Все вместе проходят в отцовский кабинет. Хозяин усаживается в кресло, а Лена, как в детстве, забирается к нему на колени.

— Ну что, папочка?

— Ты мне тут глаза невинные не строй, Елена Андреевна! — начинает строго мужчина. Ооо, если по имени отчеству батюшка величает — плохо дело. Плюшка — как-то привычнее.

— А я и не строю! — сопит отцу в шею.

— Не строит она, — передразнивает Андрей дочь, а потом, как-то резко переключаясь на серьёзный тон, продолжает, — в общем ты, Плюшка, уезжаешь. Пересидишь в одном месте, пока у этого козла заграничного бзик не пройдёт.

Лена отстраняются от отца недоуменно:

— Где пересижу? И сколько?

— Сколько понадобится! — отрезает мужчина.

— А если это затянется на годы?! — восклицает девушка в ужасе, — ты предлагаешь мне годы скрываться, не понятно где? А как же моя работа? Семья? Друзья?

— Не бузи, Плюшка! Ты, конечно, девушка у нас видная, но таких еще пруд пруди. Переключится шейх на кого-нибудь.

— А если нет? — с ужасом всматривается в глаза отца девушка.

— Значит, будем решать этот вопрос по-другому! В любом случае, на это время — ты уезжаешь.

Лена всматривается в непоколебимое выражение лица отца и понимает, что все… Кончилась прежняя жизнь. Ей действительно придётся где-то скрываться. Какой-то сюр.

Течение мысли прервала до этого молчавшая мама:

— Андрюша, ты предлагаешь вывезти Леночку за границу?

— Нет, — отрезает отец, — никаких заграниц! Доездилась уже… — хмурый взгляд на ещё больше поникшую дочь. — За пределы страны — ни ногой! Дома оборону держать проще, больше места для манёвра, в случае чего, плюс — исключаем дипломатические заморочки.

— Тогда каково твоё предложение? — взволнованно уточняет женщина.

— Пересидит в горах, у одного надежного человека, — и, видя изумленно расширенные глаза дочки, пояснил, — подышишь воздухом, насладишься видами.

— В Альпах?

— У нас в стране есть Альпы? Я думал, в Оксфорде лучше преподают географию.

— Андрей! — шикает на мужа Ольга, — нам сейчас не до твоей иронии!

Лена совсем растерялась и перестала что-либо понимать. Горы у неё ассоциировались исключительно с Альпами. Гоняли они с друзьями на лыжах там регулярно. Ну, были как-то в Аспене, в гостях у американского приятеля, там тоже горы красивые. Девушка настолько погрузилась в размышления, что пропустила половину дальнейшей отцовской речи.

— … в общем, собирай все необходимое, и завтра Антон тебя отвезет.

— Как завтра? Куда отвезёт?!

Андрей как-то устало посмотрел на дочку, перевёл взгляд на жену:

— Оля, помоги Плюшке собраться.

ГЛАВА 2

Мама действительно помогла ей с вещами. Растерявшаяся Лена абсолютно не могла сосредоточиться и что-либо делать. Последнее время она вообще пребывала в какой-то прострации, не понимая, как ее вполне благополучная жизнь превратилась в кошмар с преследованием. В голове у девушки не укладывался факт того, что она была вынуждена убегать из собственного дома. Среди ночи, на полу пропахшей топливом машины садовника. А потом, как воришке, в подземном паркинге торгового центра пересаживаться в другую неприметную машину, чтобы ещё через несколько кварталов вновь сменить средство передвижения. И вот теперь они вместе с Антоном Петровичем уже восьмой час ехали по трассам, сельским дорогам и горным серпантинам. Она дико устала. Эта усталость даже не дала возможности насладиться прекрасными видами, открывшимися, как только они подъехали к подножию гор. Девушка вообще ничего не замечала, прокручивая в голове болезненную сцену поспешного прощания с родителями. Как с ней это произошло? Она не знала…

Когда машина, наконец, остановилась у добротного деревянного сруба, было уже около полудня. Антон Петрович вышел из машины, чтобы оглядеться, и пошел на поиски хозяина, попросив Лену оставаться на месте. А она не могла! Все тело затекло от долгой дороги. Девушка буквально вывалилась из старого джипа, и с наслаждением потянулась. Осмотрелась… Не с интересом даже, а так… По необходимости. Дом, как дом. На горе только. И лес кругом. Где-то рядом послышался странный звук, и Лена медленно побрела на него, поддевая носком балетки встречающиеся по дороге камушки. Обогнула какую-то постройку, выполненную в одном стиле с домом и… Она натуральным образом застыла… Залипла взглядом на фигуре мужчины. Сильный и жилистый, загорелый дочерна, он колол дрова и, видимо, из-за этого шума пропустил появление девушки. Мужчина отбросил топор, потянулся, держась за поясницу, откупорил бутылку воды, стоявшую тут же, на пне, отпил жадными глотками, а остатки вылил себе прямо на голову. Лена, как зачарованная, смотрела, как искрящиеся капли стекают вниз по сильной шее, на спину, в ложбинку позвоночника, и теряются под резинкой низко сидящих шорт. Мужчина резко обернулся и… Лена пропала. В один момент. Так бывает вообще?