– Правильно, внучка есть в яхонте сила необыкновенная, исполняет он желания тех, кто обладает этим драгоценным камнем.

– Бабушка, а когда ты появилась, я думала о тебе, но у меня в руках яхонта не было.

– Эх, Люсмила, яхонт всегда у тебя был.

– Ба, говори, где яхонт лазоревый в моем доме?

– Лежит он в этой комнате, спрятан в шкатулку, выполненную под книгу, а ты чай ту книгу-шкатулку в руки не брала.

– Бабушка, все не прочитаешь.

– А ты посмотри в шкаф книжный и увидишь книгу – шкатулку.

Я внимательно посмотрела в шкаф. Да, книги дома я не перечитывала, я читала новые книги из магазина, а старые книги дома еще не смотрела и не читала.

Внимание остановилось на очень старом переплете, я взяла книгу – это оказалась шкатулка. Открыла – в ней лежала еще одна шкатулка, открыла шкатулку, а в ней яхонт лазоревый!

– Бабушка, я нашла яхонт!

– Да, внучка, да, это наш камень, не теряй его, теперь у тебя много камней, но перед людьми не хвастай камнями, береги их, найдется мастер – ювелир, отдай в работу три камня, но не больше.

И Дама недр, в сопровождении двух невысоких мужчин в зеленых куртках, исчезла в проеме двери, а потом и в лесу, с редкой листвой. Я спрятала сундук, точнее его преобразила под мягкий пуфик. В этот момент я вздрогнула и оказалась в комнате, я вновь сидела за журнальным столиком в небольшом кресле.

– Люсмила, зачем ты сундук закопала? – спокойно спросила Полина.

– Так получилось.

– Слушай, Люсмила, а Толик случайно не родственник твой?

– С чего ты взяла?

– Пока не знаю. Пока… – сказала Полина и вышла из комнаты Люсмилы.

Я задернула шторы. Я, если честно боялась этого сундука, и спрятала его подальше от себя, почти у соседнего города. Я написала на листе бумаге все предметы сундука. Я точно помнила, что топора в сундуке не было, были разноцветные самоцветы, и большой синий сапфир. Значит, сундуком кто-то воспользовался, а кто туда мог подложить старый топор? Очень старый? Думать о давно забытом и зарытом сундуке мне не хотелось. Загадка была, но смысла в ее разгадке я не видела.

В это время вернулась Полина:

– Люсмила, ты знаешь, в городе весь транспорт стоит!

– Чего здесь удивительного? Пробок не видела.

– Нет, говорят, по городу провезли синий шар, и все машины встали.

– Синий шар, говоришь?

– Люсмила, ты о чем?

– О сапфире – яхонте – Тот, что в нашем музее лежал?

– Да, его украли, но почему его всему городу показывают, непонятно. Это был сапфир "Синяя звезда". Я этот сапфир сюда привезла, и мы его выкопали, а колдун с ним носиться.

Население города говорило только о колдуне Феофане и сапфире 'Синяя звезда'.

Жаждущие здоровья за деньги, и без боли, стояли к нему в очереди. Я подошла к толпе, которая волнами ходила рядом с его местом обитания.

Я лезла сквозь толпу с криками:

– Пропустите, я его жена!

Люди удивленно на меня смотрели, но пропускали. В последней комнате, перед входом в обитель колдуна сидел Толик.

– Толик, привет, пропусти к Феофану!

– Люсмила, здравствуй, сама пришла или Полина прислала?

– Сама, конечно, ты же знаешь, я всегда астрологией и психоанализом занималась.

– Если такая умная, скажи, что здесь происходит?

– Психоз любви и почитания Феофана.

– Правильно, я тебя пропущу, через одну дамочку, уж очень она хорошо заплатила за визит к всемогущему Феофану.

– Ты, что я ждать не буду и не заплачу, она подождет, не волнуйся, я ее успокою.

Я подошла к даме, и узнала в ней Полину.

– Полина, тебя, что здесь интересует? Тихо, я знаю, что мы участвовали в находке сапфира.

– Тише, ты, глупая.

– Все, сиди, а я сейчас пойду, как только выйдет посетитель.

Из двери вылетела Текира, волосы у нее были взъерошены:

– Люсмила, привет, ты психолог, вот и иди, всю толпу двумя словами распусти!

Я вышла на крыльцо и сказала:

– Господа – товарищи, граждане, все на сегодня свободны! Господин Феофан уснул от усталости, всех ждет завтра, или десять человек из очереди.

Толпа как под гипнозом, развернулась и растворилась ручейками по городу.

Я вернулась в комнату.

– Полина, – сказала я и осеклась, – передо мной сидел Феофан, больше никого не было в комнате.

– Люсмила, приветствую тебя! – сказал Феофан.

Я посмотрела на него внимательно:

– О! Дмитрий Афанасьевич!

– Хоть ты узнала, – сказал бывший тренер Дмитрий.

– Ты ведь давно исчез.

– Как исчез, так и воскрес, ха-ха!

– Дмитрий, ты, что колдун?

– Жить захотелось, стал колдуном.

– Зачем ты украл сапфир в музее? Люди очнуться от гипноза и придут к тебе, за тобой.

– Люсмила, этот сапфир дорогого стоит, ты на нем могла бы безбедно своих детей кормить, изображая мага, потомственного мага!

– Дмитрий, а я всей толпе сказала, что я твоя жена, но я не знала, что Феофан – это ты.

– В тебе Маг заговорил! Посвящаю тебя в маги! И, дарю тебе синий сапфир, 'Синюю звезду.

– Спасибо, но…

Я увидела в руках тренера синее сияние! Вскоре сияние лежало в моих руках, – это был шар, с большим количеством плоских граней, он действительно был синим…

– Этот сапфир не из музея?

– Нет, моя радость, это настоящий, синий сапфир, и весьма ценный экземпляр.

– Ты, где его взял?

– Не в музее.

– И, то ладно. Мне им не стыдно будет пользоваться?

– Нет. Этот сапфир из твоего сундука дамы Недр. Все тебе надо знать. Вопросы кончились, бери синий сапфир, и лети домой, меня не ищи, – сказал Феофан – Дмитрий и исчез за дверью.

Я показала Полине синий сапфир.

– Полина, Феофан дал мне синий сапфир.

– И то ладно, – спокойно сказала она.

– Ты не удивилась?

– Нет, – сказала она.

Я пошла на кухню, где меня остановил телефонный звонок, я взяла трубку.

– Люсмила, есть срочная работа.

– Шеф, что на этот раз?

– Не по телефону.

– Поговорим завтра, на работе.

– Нет, сейчас, я стою под твоими окнами, посмотри в окно, моя машина тебя ждет.

– Иду.

В руках Шефа лежала злополучная Соломенная вдова.

– И ты в маги подался, – сказала я, садясь рядом с шефом.

– Нет.

– Зачем тогда сапфир?

– Люсмила, – сказал шеф, и упал замертво, из виска текла струйка крови.

Я невольно отшатнулась от него, в окно просунулся пистолет:

– Люсмила, верни желтый сапфир, он на пол упал.

Я отрицательно покачала головой.

– Дмитрий, ты зачем его убил?

– Он у меня взял сапфир, а это много.

– У нас с ним одна работа.

– Так я и поверил, сапфир подними.

Я нагнулась за сапфиром, Дмитрий ударил меня по затылку, отбросил в сторону, взял желтый сапфир, и быстро пошел к машине, стоящей рядом. У меня в туманной голове промелькнуло: сапфир отдаст… Пока я была в бессознательном состоянии для окружающих, в моей голове возникли моменты жизни других людей, связанных с сапфиром 'Соломенная вдова'.


Глава 11


Люсмила на следующий раз стала говорить о насущных радостях юности.

На летнюю практику на Тракторный завод города, я и Полина попали в один цех, в одну смену. Кто бы знал, сколько шума было в этом цехе! В первый день мы прошли цех, и вылетели из него всей группой, оглушенные, ударами прессов; вращением барабанов с песком, в которых снимались с отлитых деталей для тракторов – металлические заусенцы.

Вот эти – то заусенцы, не снятые в барабанах и снимали на практике мы в третью смену на наждаках. Однажды я сняла наждаком часть пальца на руке, а когда работа была сделана, то под утро умудрялась заснуть в этом цехе, в этом шуме, с хорошей вентиляцией. К чему люди не привыкают? Но и польза от работы в цехе оказалась ощутимой. Полина и я получили деньги. Мы с Полиной получили деньги за практику на заводе и решили поехать к ней домой. Могу я летом поехать куда-нибудь кроме этой деревни Медный ковш? Вот я и поехала на свою голову.

У Полины оказался брат Поликарп. Я решила, что Поликарп мне не подходит, и спокойно прошла за Полиной в квартиру времен середины столетия двадцатого века.

На круглом столе с квадратными ножками стояла полная ваза слив: огромных, темно-синих.

Косточки свободно вынимались из слив, и мы ели мякоть сливы с большим удовольствием. Руки мы вымыли в ванной комнате, я заметила, что она просторная, но с ограниченным течением воды. На следующий день Поликарп предложил нам проехать за город по местным дорогам на спортивных велосипедах. И что же происходит? Полина отказалась ехать, а я согласилась поехать на спортивном велосипеде вместе с Поликарпом. Велосипеды стояли в прихожей. Поликарп переоделся в велосипедные трусы. Я надела спортивные брюки и вперед…

Коленки быстро замелькали у рам велосипедов. Мы, проехав город поперек, выехали на просторы удивительной страны. Деревьев здесь было немного. Встречались сады и поля… Хорошо поработав коленями, мы въехали в гигантский стог соломы. Что было?

Поликарп – мужчина с высокими ногами, оказался еще и с длинными и очень шустрыми руками. Я – девушка с полными коленками, стала от него отбиваться, превращая все в шутку. Шутка затягивалась, бои в соломе продолжались минут десять. Боролось я, как тигрица. Поликарп, почувствовав мое сопротивление, еще сильнее стал меня обнимать. Я удачно вывернулась из его рук и выскочила из стога на дорогу.

Осталось – отряхнуть солому из волос, цвета соломы. Из стога выполз Поликарп и стал вытаскивать солому из своих волос цвета спелой вишни.

Мы вновь сели на велосипеды и поехали дальше. Минут через 10 блеснула вода в камышах. Мы остановились на привал. Вода в водоеме была теплая. Полные коленки вылезли из брюк, и я осталась в купальнике. Свалились с Поликарпа спортивные трусы, под ними оказалась полоска плавок… Вода охватила нас своей прохладной негой, разгоряченные тела… Поликарп поднял меня на руки. Полные коленки засверкали над водой. Страсть мужчину охватила неземная, но я его остановила…

Я отбивалась руками и ногами, и как-то так получилась, что с размаха врезала ему в… глаз. Синяк под глазом стал расцветать спелой сливой… Полные колени покрылись мелкими синяками от мужских пальцев, как черешни… Мы сели на берегу маленькой речки, и стали просто разговаривать. Выяснилось, что Поликарп он уже проехал тысячу километров на спортивном велосипеде. Ноги у него были необыкновенно стройные, с красивой мускулатурой. Вся его фигура была похожа на фигуру вождя индейцев из нового фильма об индейцах, а я очень любила книги и фильмы об индейцах, а теперь со мной рядом сидел такой мужчина! Великолепный мужчина, с развернутыми плечами, с тонкой талией, с волосами стоящими в прическе, чисто мужской прическе. Мечта любой женщины.

Как-то вечером мы пошли гулять к местному кладбищу, заброшенному и поросшему травой. За кладбищем тянулся яблоневый сад, охраняемый сторожем, с ружьем заряженным солью. Несколько страшновато было ходить среди покосившихся каменных плит, и развалившихся от времени столбиков из кирпичей, указывающих на границу кладбища. С кладбища Поликарп привел меня на территорию детского сада.

Вечером дети детский сад не посещали, но скамейки оставались, и достаточно большие по своему размеру. Естественно мы устало сели на одну из скамеек. Руки Поликарпа неизменно потянулись к полным коленям, но до драки дело не доходило.

Детский сад просматривался со всех сторон, и Поликарп держал себя в руках.

Скромные его поцелуи – я останавливала рукой. Посидели. Поговорили и пошли в дом, в котором оба мы временно жили.

С синяком под глазом у Поликарпа, и с синяками на коленях у меня, не прикрытых коротким платьем; мы поехали по местам бывшей его жизни в этом городе, навестить его друзей и подруг. Но его любимый друг детства уехал после института в маленький город с большим заводом.

Мама друга, посмотрев на синяк под глазом Поликарпа, спросила:

– Поликарп, ты женишься?

Поликарп удивленно спросил:

– Почему вы так решили?

– А кто, кроме будущей жены может такой синяк под глазом поставить?

Следующим мероприятием был поход в кино в соседний квартал. Теплым вечером из кино возвращались пешком. Поликарп все пытался поднять меня на руки и нести, сколько хватало сил. И сил хватало: держать в руках меня и не выпускать из рук, а если он ставил меня на ноги, то объяснялся в любви на трех языках. Так мы и вернулись из кинотеатра домой. Поликарп оказался большим выдумщиком на развлечения, и придумал поездку на водохранилище. Поехали втроем: Поликарп, я и Полина.

Мы взяли рюкзаки, одну палатку, и немного еды. Сели на пригородный автобус и приехали на побережье огромного водохранилища. По водохранилищу плавали трупы огромных сомов, они, как бревна качались на мелких волнах. Мы остановились на высоком берегу водохранилища. Ветер прибил грязь и тину именно к этому берегу, так, что купаться было негде. Поставили палатку рядом с шалашом, который уже стоял тут, но был пуст. Перед шалашом росли кусты томатов. Спелые помидоры украшали усыхающие кусты. В десяти метрах от шалаша находилось поле с подсолнечником. Огромные шапки с семечками слегка поникли, в них были почти спелые семечки. Звучала далекая музыка из соседнего лагеря.