Эпиграф

В сердцах кричало всё внутри,

Орало, разрывало, убивая.

И в строках пламенем горит,

Из пепла к жизни возвращая.

Возможно, слеп был я?

Ответа я, увы не знаю.

А на дороге капли от дождя,

Снегами той зимы растают.

Я так любил смотреть на небеса,

И видеть в них свой путь.

Но по щеке твоей бежит слеза,

Утратило всё собственную суть.

И смерти тьма нема к мольбам,

Моим словам она не внемлет.

Я так привык к твоим рукам,

Но зло в тени людской не дремлет.

Контакт подписан, приговор озвучен,

Я кровью прокляну след госпожи.

И пусть возмездие получит,

Как только небо разрешит.

Я подписал контракт со смертью,

В замен мне дали слишком много.

Стою теперь за дверью,

За ней всего одна дорога.

Так больно видеть, слышать и дышать.

Так больно разручаться мне с тобою.

На что людской молвы мне благодать,

Когда плачу за этой алой кровью?

Не отпускай меня лишь ты.

Ты видишь, больно стало мыслить.

А на надгробье алые цветы,

Остались только даты… числа.

…Добро пожаловать в начало конца…

©Проклятые Фортуной. Дисконект.

25. 01. 20

ПРОЛОГ


— У меня только один, мать его, вопрос, Эн?! Как это возможно?

Я вертел в руках ключами от машины и шёл на подземную парковку агентства. Спокойно вышел из лифта и ничего не подозревая, стал свидетелем того, что называется семейные разборки.

Вообще, я не очень-то и хотел "держать свечку", но мне просто не оставили выбора, поскольку я выйти за поворот не успел, как тут же прижался к стене, и замер.

— Послушай, и прекрати кричать на меня, Сай! Я тебе тысячу раз говорила, что это добром не закончится! Ты! — госпожа ткнула Сонбэ в грудь, буквально толкнув на машину, — Меня никогда не слушаешь! Постоянно! Всё время перечишь!

— Наверное, потому что я твой муж, тебе так не кажется? Нет?

"Айгу-у-у… Первый раз вижу такое между ними вживую!" — мелькнуло в голове, когда рядом прозвучал голос Шина.

— Что там такое? — Хён попытался выйти на парковку, когда я его схватил и прижал к стене, заткнув рукой рот, со словами:

— Тихо сиди!

Шин расширил глаза и нахмурился, а за поворотом прозвучали новые вопли.

— Ну и голосок у нашей госпожи, — я отпустил Шина, когда он понял что происходит, и мы вместе выглянули на парковку, чтобы охренеть разом.

"Вот это…"

— Страсть… — в голос за меня закончил макнэ, когда мы замерли на картине того, как Сонбэ вжал в машину госпожу, и они спокойненько и не опасаясь никого, устроили разврат прямо на подземной парковке.

— Ого… — убито выдохнул Шин, когда Сонбэ решил что губы госпожи это не предел его мечтаний.

— Красиво… — опять прошептал брат, и сглотнул, — Прямо…

— Горячо, — я ухмыльнулся и сложил руки на груди, ожидая момента, когда Сонбэ наконец поймет, что это парковка, и как бы ещё не все из агентства убрались по домам.

Поэтому, когда сладкая парочка замерла тяжело дыша, я решил обозначить наше присутствие. Схватил Шина за шиворот и поволок обратно к лифтам, где нарочито громко прокашлялся и произнес:

— Сегодня чертовски тяжелый день. Я ни одну мышцу не чувствую.

Шин посмотрел на меня как на полоумного и покрутил у виска, когда мы услышали, как машина, очевидно Сай-ши, сорвалась со свистом из парковки. Мы с братом вышли из-за поворота и наблюдали лишь только бампер красотки, принадлежащей госпоже Ли.

— Чтоб я так жил, — хохотнул Шин и мы переглянулись.

— Так у тебя же есть Ари, — я прицыкнул и пошел в сторону своей тачки.

Шин естественно не будет ждать Волков, поэтому и встал у пассажирской двери, ожидая, когда я открою машину.

— Что не так? — заметил сразу перемены в поведении брата.

Когда Шин сел в авто, он опустил взгляд вниз и промолчал.

— Шин? — повернулся к нему и опешил от того, что он сказал:

— Арым хочет расстаться, — глухим голосом прошептал брат, и отвернулся к окну.

Я честно находился в лёгком шоке. Шин и Арым встречались около полутора лет. Он почти жил у неё в апатах. Потому услышать такое, значило, что небо свалилось прямо на землю.

— Её травят, Тиен, — продолжил Шин и протянул мне свой сотовый.

Травля фанатами и сасэн не редкость в нашей профессии. Однако я приучил себя к тому, чтобы не обращать на это много внимания. Выходил в эфир в определенные дни, а все остальные трансляции курировали менеджеры и директор Пак Чи Джин.

Я взглянул на экран сотового Хёна, и только прочитав первые сообщения под публикацией Арым на странице в Инстаграм, будто язык проглотил.

— Это что за дерьмо? — пролистал ленту комментариев вниз, и резко посмотрел на Шина, — Давно это продолжается?

— Полгода, Хён. И сейчас я очень напуган. Ты же слышал, что случилось с Дэном и Леем?

Естественно я это слышал и знал. Как такое можно не заметить или забыть, если смерть уже троих айдолов стала главной новостью последних пяти месяцев.

— И теперь… — я еле озвучил свою догадку, — Ты думаешь, что Арым тоже в опасности?

Я не понимал подобной глупости. Из-за каких-то хейтерских писулек так себя изводить, что впадать в депрессию? Зачем?

— Да… — кивнул Шин, чем удивил меня ещё больше.

— Брось, Арым умная девочка. Она не станет читать эту грязь.

— Уже… прочла, — резко и с негодованием произнес брат и вырвал свой сотовый из моих рук, — Потому что её агент не печется так о защите её страниц, как наш Сонбэ. Это нам повезло, что всю грязь о нас методично чистит госпожа.


В этом Шин был бесспорно прав. Что-что, а поливать нас грязью Сонбэ не позволял никому. Но даже если было бы иначе, я бы вряд ли стал обращать на это внимание.

— Давай я отвезу тебя к ней, — я завел мотор, нажав на кнопку зажигания, и неспешно выезжая из парковки.

— Нет, — Шин покачал головой, — Давай лучше домой…

В тот вечер я послушал Шина, но лучше бы этого не делал. Потому что то, произошедшее всего через несколько дней изменило наши жизни навсегда.

Ничего не предвещало беды, а мы привычно сидели в студии нового "шоу", изображая крайнюю заинтересованность вопросами ведущего. Сколько себя помнил, наша четверка всегда отличалась немногословностью. Только Дже всегда пытался как-то развеселить нас. Всему виной то, что лично меня не интересовали "ток-шоу", когда у нас на носу "камбэк" и новые съёмки.

Потому как только ад для моих мозгов закончился, а лицо ожило после четырех часовой съёмки и постоянной, словно приклеенной, улыбки к лицу, я выдохнул с облегчением.

Следующим пунктом сегодняшнего графина, была помощь в открытии новой клиники, куда нас пригласили естественно для рекламы. Уже поправляя внешний вид, я поблагодарил девочек за работу, и мы с парнями вышли из павильонов телеканала, чтобы сесть в фургон и поехать к больнице.

Никто не ожидал подобного, как никто не мог в это поверить, но на выходе нас ждал очередной сюрприз. Кто-то собрал целый пикет против Арым, которая якобы украла "оппу Шина" у фанатов.

— Пошло всё к черту, — Шин стащил маску с лица и пошел прямо на толпу с таким лицом, словно готов их разорвать.

Если бы не вовремя подоспевший справа Лео, Шин точно бы добился своего, и вечером мы бы не на "фансайне" с фанатами общались, а сидели бы на диване в кабинете Сонбэ.

— Ты с ума сошел?! — Лео отпихнул Шина ко мне и вместе мы чуть не под руки повели брата к фургону.

— Что ты вытворяешь? — со злостью бросил в сторону Шина и попытался его успокоить.

Однако брат совершенно не хотел слушать никого. Он только опустил голову вниз, и более не проронил и слова, пока мы ехали до клиники.

— Полюбуйтесь, мать вашу! — спустя десять минут пути Лео бросил мне на колени свой сотовый и я скривился.

Момент, когда Шин попытался напасть на фанатов засняли со всех ракурсов, и естественно в ту же секунду в моем кармане зазвенел мой телефон.

— Да, Тепьюним! *(Менеджер) — я даже не глядя на экран поднял трубку, хорошо зная кто это звонит.

— Что у вас там случилось? — я вскинулся, когда услышал голос начальника сетевиков.

— Простите, — я поклонился в извинениях, и приставил руку к сотовому, уже тише продолжив, — Шин очень устал, поэтому ему показалось, что в толпе был опасный человек. Поэтому он решил узнать, так ли это. Простите, госпожа Кан.

— Понятно. Успехов на открытии. Мы уже всё удалили, — спокойно ответила девушка, и положила трубку.

— В этот раз пронесло? — спросил Дже, на что я лишь кивнул и опять посмотрел на Шина, который не открывал взгляда от спинки сидения перед ним.

Однако этот день стал началом конца. Потому что своего брата я видел вменяемым последний раз. Всему виной то, что произошло на открытии.

Мы провели несколько фотосетов с работниками клиники, пожелали удачи новому делу владельцев, раздали автографы всем желающим, и конечно же не заметили, как время пролетело слишком быстро.

Несколько работниц стаффа как раз решали вопросы с фанатами, которые выстроились в несколько рядов рядом с входом в клинику, когда прозвучал первый вскрик.

Естественно мы не придали этому значения, пока прямо рядом с нами за лицо не схватилась одна из наших девочек.

— Что такое? — я подался назад от стола, и пытаясь как можно незаметнее, понять что происходит.

— Кан Арым, Тиен-ши… — прошептала девушка, а я нахмурился.

Однако когда заметил как она побледнела выхватил у нее сотовый, чтобы ощутить, как кровь отхлынула от лица и конечностей.

"По непроверенным данным, известная актриса и певица Кан Арым, около часа назад была найдена мертвой в своих апатах. Пока пресс-служба агентства артистки молчит…"

Не знаю, как мне это удалось, но я всё-таки повернул голову в сторону Шина, но не успел. Брат вскочил со своего места за столом, как ненормальный. За ним тут же понёсся Лео, пока мы с Дже поднялись и встали, не понимая что делать.

Перед нами была целая толпа, которую бросить вот просто так нельзя. У айдолов существует свод непреложных правил поведения на публике, и согласно нему, даже если случается что-то очень серьезное мы обязаны сперва извиниться перед фанатами и только потом завершить встречу.

— Что делать? — убито спросил Дже, смотря на то, как всё больше людей собиралось вокруг, не понимая почему два артиста сорвались с места.


— Поехали! — я сдал сотовый в руке и обернувшись к толпе, громко и отчётливо произнес:

— Мы приносим свои извинения! — низко поклонился, а потом продолжил, — Но мы вынуждены остановить фансайн. Простите, это недопустимо с нашей стороны, однако ситуация сложилась так, что нам необходимо это сделать. Простите нас ещё раз!

Теперь мы с Лео поклонились вместе, и не теряя времени, быстрым шагом, чтобы не выдать насколько всё серьёзно поспешили к коридору, который вел на задний двор.

За нами тут же пошло трое охранников, и таким составом мы и вышли наружу. Однако ни Шина, ни Лео уже нигде не было, как и нашего фургона.

В кармане пиджака снова завибрировал сотовый и я спешно поднял трубку, услышав голос Сонбэ.

— Где вы? — спросил Сай-ши, а Дже уже вызывал такси.

— У клиники "Мендэ", Сонбэним, — ответил и не теряя времени сел в такси, следом за Дже, который отпихнул охранника и покачал головой.

— Вам придется ехать туда без охраны! Никто не должен знать, что вы были у Кан Арым!


— Мы уже в такси, но Шин взял фургон агентства, — Дже назвал адрес аджосси таксисту и мы сорвались с места.

— Вашу ж…!!! — выругался Сай-ши, и поставил трубку.

— Аджосси! — я схватил таксиста за плечо и мило улыбнулся, — У вас же есть запасные медицинские маски, правда?

— Есть, — ошарашенно кивнул мужик и достал из бардачка пачку с масками, — Вот, берите сколько нужно.

— Кумапсымида, аджосси! *(Спасибо, господин!) — Дже выхватил пачку из рук таксиста, и тут же протянул мне маску.

Когда мы приехали, у высотки, а которой находились апаты артистов агентства Кан Арым была не просто толпа репортёров. У меня сложилось ощущение, что мы в концертном зале, настолько много людей здесь находилось.

— Проклятье! — выругался, заметив, как Шин пытается пробиться сквозь кордон полиции, а Лео оттаскивает его в сторону.

— И что делать? — спросил Дже, но я покачал головой и кивнул в сторону, где было меньше людей.

Там мы и встали, понимая, что все это бесполезно. Шина уже засняли со всех ракурсов, и оттащить идиота оттуда мы точно не сможем, не привлекая ещё больше внимания.