Король откинулся на подушки, чувствуя громадное облегчение. То, чего он всегда так боялся, миновало его. Он не умрет без покаяния.


***

В Париже ждали вестей из Версаля и, казалось, чуть ли не радовались тому, что король умирает. О наследнике престола говорили уже, как о новом короле. Многие слышали, что этот совсем молодой человек не интересуется женщинами, что он очень спокойный и скромный.

Жалели даже, что Бог не прибрал старого короля несколько лет назад, а то бы уже давно правил Францией новый король. Наследника уже называли Луи Долгожданный. Все изменится, говорили люди, когда он придет к власти. В толпе, собравшейся у дворца, бросалась в глаза очень красивая женщина шести футов росту. Это была жена офицера де Каваньяка, а до замужества ее звали мадемуазель де Роман.

Годами искала она сына, которого отняли у нее. И вот теперь она надеялась, что поиски ее увенчаются успехом, потому что после смерти короля некому будет бояться разительного сходства мальчика с отцом.

Мадам де Каваньяк верила, что Людовик Шестнадцатый, о котором говорили, что он такой добрый, поможет ей найти ее исчезнувшего сына.

И потому она была здесь, терзаемая надеждой и ожиданием. Она любила того, кто в эти минуты умирал в стенах Версаля, и страстно желала вновь обрести своего ненаглядного мальчика.


***

Открылись двери опочивальни короля, и в дверном проеме остановился герцог Бульонский.

— Господа,— сказал он, — король умер.

Наступило молчание, вдруг сменившееся суматохой.

Передние, коридоры, парадные залы наполнились топотом ног дам и мсье, наперегонки спешивших выразить новому королю и королеве соболезнования и выказать свою преданность.