— Ваше величество, — поклонился Гейбриел, а Антуанетта присела в почтительном реверансе.

— Вы напугали моих слуг. Они не привыкли принимать посетителей в неподобающее для визитов время.

— Прошу извинить меня за причиненное беспокойство, сэр. Смею вас заверить, что нас привело сюда отнюдь не пустяковое дело. Вы знакомы с мисс Дюпре?

— Да, мы виделись.

Принц странно посмотрел на Гейбриела, перевел взгляд на мисс Дюпре и кивнул.

— А сидящая перед вами дама, — Гейбриел взмахом руки вежливо указал на пожилую седоволосую женщину, — это леди Эпплби.

— Разве леди Эпплби не умерла? — произнес Альберт, в то же время внимательно разглядывая необычную гостью.

— Как видите, я еще немного жива, ваше высочество. — Леди Эпплби попыталась встать на ноги, но ей это не удалось и она снова упала в кресло. — Выгляжу я, конечно, неважно, жизнь изрядно потрепала меня, но, тем не менее, все еще жива.

В воздухе повисла гнетущая тишина. Принц подошел к изможденной женщине и положил руку ей на плечо.

— Пожалуйста, леди Эпплби, сидите, не волнуйтесь. Простите, если я неумышленно оскорбил вас недоверием. Но сами видите, какая у вас фантастическая история. Пока длится наша беседа, может, вы хотите принять что-нибудь для поддержания сил? Я могу послать за кофе.

— Лучше всего, сэр, если подадут шотландское виски, — твердо ответила на предложение принца леди Эпплби.

Принц усмехнулся и подал знак слуге выполнить просьбу его гостьи. Моментально на подносе возникло виски в бокале. Принц собственноручно взял бокал и подал гостье.

— Благодарю вас, ваше высочество. В моем заточении никто не знал, что такое хорошее виски, — отхлебнув глоток, заметила леди Эпплби. — О, да это виски с солодом, как мне его не хватало, — вздохнула она.

— Самое лучшее виски, леди Эпплби, — улыбнулся принц и тут же погасил улыбку. — Полагаю, мне следует принести вам свои извинения. Лорд Эпплби довольно часто посещал меня и был на хорошем счету как трудолюбивый, целеустремленный человек, какими по праву может гордиться Англия.

— Лорд Эпплби, не жалея сил, втирался ко всем в доверие, сэр, — произнесла Антуанетта с чувством оскорбленного достоинства. — Сначала он приобрел доверие моего дяди, затем, через дядю, узнал обо мне с сестрой и нашем наследстве. Вот тут ему в голову и пришла мысль завладеть моим состоянием. Именно ради этого он притворился другом нашей семьи и стал ухаживать за мной.

Антуанетта все говорила и говорила — уверенно, спокойно, не упуская из виду ни одной важной детали, и с каждым ее словом веревка все туже стягивалась на шее лорда Эпплби. Один или два раза леди Эпплби презрительно хмыкнула.

— По-видимому, он быстро истратил мои деньги, — заметила она. — А для того чтобы поправить положение, решил воспользоваться уже вашими, мисс Дюпре.

— Моя сестра Сесили находится в его доме в Мейфэре. — Антуанетта с тревогой взглянула на Гейбриела и опять перевела взор на принца. — Меня очень волнует ее судьба.

— Разумеется, я немедленно дам указание шефу городской полиции найти и задержать лорда Эпплби.

Антуанетта с облегчением вздохнула:

— Благодарю вас, сэр.

— Садитесь, пожалуйста, мисс Дюпре, — забеспокоившись, предложил ей принц.

— Сэр, со мной все в порядке. Вы не представляете, как приятно сознавать, что все уже закончено. Я так счастлива.

— Моя смелая леди, — прошептал Гейбриел.

Антуанетта бросила на него озадаченный взгляд, и Гейбриел понял, что сказал что-то невпопад, причем это сказанное, к его ужасу, увеличило расстояние между ними.

В этот момент в приемную вбежал слуга с испуганно-удивленным выражением лица:

— Сэр, лорд Эпплби здесь. Он просит разрешения поговорить с вами. Следует ли его?..

— Есть ли границы человеческой наглости и самоуверенности?! — возмущенно воскликнул принц. — Неужели он полагает уверить меня в своей невиновности? Поразительно!

— Сэр, возможно, он не знает о том, кто у вас в гостях, — возбужденно и быстро проговорил Гейбриел. — Если вы позволите ему войти, тогда мы припрем его к стенке прямо здесь, на месте, и он вынужден будет сознаться.

Принц Альберт заколебался, его глаза перебегали с леди Эпплби на мисс Дюпре и обратно. Наконец он подал знак слуге.

— Хорошо. Думаю, нам будет интересно услышать, что лорд Эпплби скажет в свое оправдание.

Антуанетта застыла, строгая и прямая, возле спинки кресла, в котором сидела леди Эпплби. Ей не по сердцу была эта идея. Минуту назад Гейбриел назвал ее смелой, но сейчас в ее крови не было и капли мужества. Больше всего ей хотелось оказаться сейчас дома, в Суррее, и забыть навсегда обо всех злоключениях. Притвориться, что все это был какой-то кошмарный сон, а проснувшись утром в своем поместье, услышать пение птиц и выйти на прогулку в сад.

Увы, это было невыполнимо.

Дверь бесшумно распахнулась, и сквозь открытый проем послышался приближающийся уверенный голос лорда Эпплби, который о чем-то весело разговаривал с одним из секретарей принца. Но едва он зашел в приемную и увидел группу поджидавших его людей, как веселость исчезла с его лица. Он сразу понял, в каком затруднительном положении очутился.

— Мисс Дюпре? — воскликнул он с неловким смехом. — Никак не надеялся встретить вас здесь, но мне все равно очень приятно видеть вас.

— Лорд Эпплби, — с достоинством ответила она, — вы помните мистера Лэнгли? И конечно, вы не забыли… вашу жену?

В тот же самый момент леди Эпплби откинула капюшон с головы, открывая свое изможденное лицо и коротко остриженные белокурые волосы. На ее губах блуждала страдальческая улыбка.

— Мой дорогой муж, — воскликнула она. — Вы не представляете, как долго я ждала этого момента.

Лорд Эпплби не отрываясь смотрел на нее, и кровь отхлынула от его лица, он стал бледным как полотно. Он мотнул головой и повернулся к принцу, но по выражению его лица сразу понял: какие бы оправдания он ни приводил в свою защиту, его высочество не поверит ни единому его слову.

— Милорд, — произнес принц, — в моей голове никак не умещаются вместе чудесное творение ваших рук, Хрустальный дворец, и то, что мне довелось услышать о вас сегодня ночью.

— Сэр, умоляю вас…

— Почему вы ни разу не навестили меня, Редьярд? — вдруг прервала его леди Эпплби своим звучным голосом, который так контрастировал с ее тщедушным видом.

— Навестить вас? — в изумлении вскрикнул Эпплби. — Но как я мог навестить вас?

— А почему бы и нет? Мне известно, что вы хорошо платили за мое пребывание в приюте для душевнобольных. По крайней мере, могли бы время от времени заглядывать ко мне в гости.

Эпплби заскрежетал зубами.

— Я не мог посещать вас, потому что вас считали умершей, глупая вы женщина!

Леди Эпплби так звонко рассмеялась, что Антуанетта даже испугалась за ее рассудок. Неужели виски так сильно ударило ей в голову?

— А разве у меня были похороны? Вы же знаете, я всегда мечтала о белых лилиях на похоронах.

— Не помню, — мрачно отозвался лорд Эпплби. — Организатор похорон сделал все необходимые приготовления.

Леди Эпплби улыбнулась:

— Узнаю вас, дорогой мой Редьярд. Как и прежде, у вас камень вместо сердца.

— Вы просто выжившая из ума старуха. Кто поверит в ваш бред? — злобно бросил ей в лицо Эпплби.

— Я поверю, — вдруг вмешался в разговор принц Альберт, затем строго и внушительно прибавил: — Я послал за полицией, милорд.

Словно отказываясь верить, лорд Эпплби замотал головой:

— Сэр, кому, как не вам, известно, насколько важны мои промышленные предприятия! Разве можно позволить, чтобы они встали! Я не могу допустить мысли, что такое случится. Вы же должны понимать. Вы сами говорили, что гордитесь тем, что в нашей стране есть люди, подобные мне, которые сами добились успеха в жизни. Вы же не станете возражать, что речь идет о всеобщей пользе, о государственной выгоде, в конце концов, если все закроют глаза на то, что произошло? Я поселю жену в провинции, назначу ей содержание, и никто ни о чем не узнает.

Лорд Эпплби до сих пор верил в свою неуязвимость. Он действительно полагал, что, несмотря на все свои деяния, может ускользнуть из рук закона и по-прежнему жить в свое удовольствие. Для Антуанетты тут не было ничего неожиданного, ей часто доводилось слышать от него разглагольствования о собственной исключительности, но, несмотря на это, его чудовищная самоуверенность и высокомерие безмерно удивляли ее.

— Боюсь, что я не могу покрывать преступления, милорд, — надменно ответил принц, и его глаза холодно сверкнули.

Но лорд Эпплби не поверил. Он попытался опять что-то говорить в свое оправдание, уверяя, что ни в чем не виноват. Когда же заметил недоверчивое выражение на лицах всех присутствующих в приемной принца, пришел в раздражение и откровенно начал винить во всем свою жену, проклиная ее на чем свет стоит.

— Почему вы не могли примириться с тем, что вы уже больше никому не нужны и ни на что не пригодны? — почти кричал он. — Со временем жены обычно уходят в тень своего мужа.

Ошеломленная столь резкими выпадами в свой адрес, леди Эпплби только радовалась, что так разозлила мужа. Она начала смеяться, и чем сильнее она смеялась, тем громче кричал Эпплби. Наконец, потеряв голову, он шагнул к ней с явным намерением ударить. Принц отдал приказ, и слуги схватили лорда, но он вырвался из их рук.

Выглядел он страшно: побагровевшее лицо, тяжелое свистящее дыхание, растрепанные седые волосы, безумный взгляд.

— Письмо, Эпплби.

В дело вмешался Гейбриел. Он опять столкнулся лицом к лицу со своим врагом, который едва не разрушил его жизнь.

— Где письмо моей матери?

Эпплби удивленно взглянул на Гейбриела и, узнав его, проворчал:

— Молодой Лэнгли.

— Итак, вы все-таки признаете, что я сын сэра Адама? — со скрытым торжеством сказал Гейбриел.

Эпплби скривил рот:

— Мальчишка, да у вас нет ни капли моей крови. Но мы с вами еще не в расчете, я еще не поквитался за нанесенное физическое оскорбление.

— Вы присвоили себе то, что не принадлежит вам, Эпплби.

— Я взял это по праву силы. Ваша мать лгала мне, а ваш отец просто размазня. Если бы он был настоящим мужчиной, сильным и ловким, то я ничего не сумел бы получить от него. Он отнял у меня двух женщин, и я заставил его страдать и мучиться; не важно, сколько для этого мне пришлось ждать.

— Мой отец стоит дюжины таких, как вы, — горячо воскликнул Гейбриел, делая шаг навстречу Эпплби. — Он отдал вам Уэксмур-Мэнор только потому, что оберегал честь моей матери. Но вам этого никогда не понять. Да и как вы можете понять, если все время думаете только о себе? Вы эгоист и мерзавец, Эпплби. Лживый, продажный негодяй, который заслуживает пожизненного заключения в тюрьме. И вы еще смеете называть себя человеком, который всего сам добился в жизни? Да вы полное ничтожество.

В ответ раздался дикий рев. Эпплби сжал свою трость в побелевших от напряжения пальцах и замахнулся ею на Гейбриела. Антуанетте показалось, что он намерен ударить Гейбриела по голове. Но вместо этого из трости выскочила узкая тонкая рапира, и он сделал бешеный выпад. Гейбриел не успел увернуться. Эпплби нанес колющий удар и выдернул клинок.

Антуанетта дико закричала, и приемная превратилась в хаос. Слуги принца скопом набросились на обезумевшего лорда схватили за руки и, вырвав рапиру, кинули на колени.

— Гейбриел!

Антуанетта склонилась над раненым, сдерживая рыдания. Ее губы затряслись, когда она увидела, как расплывается темно-красное пятно на его боку. Она водила дрожащими руками над пятном, как будто пыталась остановить кровь.

— Пожалуйста, только не умирай.

Каким бы безрассудным человеком он ни был, но смерть была бы несоразмерно суровым наказанием за его авантюрные поступки. Нет, еще неизвестно, смогла ли бы она перенести его смерть.

— Дорогая, — прошептал он, — Дай руку.

Она взяла его за руку и ласково сжала, а вокруг царила страшная суета до тех пор, пока наконец не пришел врач, единственный, кто оказал действенную помощь.

Антуанетту увели в соседнюю комнату, угостили чаем и успокаивали, как могли, но она все равно чувствовала себя одинокой и несчастной. Перед ее глазами все время возникала страшная картина: ее возлюбленный, бледный как полотно, скорчившись, лежит на окровавленном ковре, и с каждой каплей крови из него вытекает жизнь.


Глава 33


Сесили Дюпре обняла сестру, склонив свою головку с золотистыми волосами ей на плечо.

— Когда я обнаружила, что тебя нет в доме лорда Эпплби, я страшно разволновалась, но на все мои расспросы Эпплби отвечал, что ты гостишь у друзей. Но он лгал — ни у кого из наших друзей я не могла найти тебя.