– Знаешь, что я тебе на это скажу?

– Что?

– Верю, верю всякому зверю, а тебе, ежу, погожу! – скептически бросила Юлька через плечо и захлопнула перед Колькиным носом дверь подъезда.

Колька остался стоять с опущенной головой и разбитым сердцем. Раньше Юлька называла его «Коленька, ненаглядный, милый, хороший, дорогой»… А теперь? «Ежу – погожу»… Обидно было слышать такое. Справедливо, но чертовски обидно. И как теперь с этим бороться, непонятно. Но одно Колька знал наверняка: без Юльки ему не жить.

Впрочем, это уже совсем другая история…