- Кто сказал, что я с ней спал? - Спрашивает он, постукивая по подбородку, словно он действительно об этом забыл.

Я бью по его руке, а он смеется.

- Ты, на вечеринке в прошлые выходные.

Он качает головой, отчего пряди светлых волос падают ему на глаза. Лунный свет и свет от фар усиливаю синеву его глаз, придавая им незабываемой красоты вид. Если бы у меня был свободный день, когда я могла бы рисовать все, что черт возьми, хочу, часами рисовала бы его глаза.

- Я никогда не говорил, что спал с ней. Ты сама это решила после того, как утром я пробрался в твою комнату, и ты заявила, что не хочешь видеть меня в своей постели, когда от меня разит как от шлюхи.

Мою лицо хмурится, пока я вспоминаю. - Но ты и не отрицал этого.

- Но и не говорил, что это правда. - Пожимает он плечами.

Не спрашивай.

- Так это правда? - Вот чертов рот.

Уголки его губ угрожают подняться вверх.

- А что бы ты делала, скажи, что это правда?

- Ничего. - Хотя в глубине души понимаю, что подобное чертовски раздражало бы меня, даже будучи в пьяном состоянии. А может быть, даже и больше в таком состоянии.

Он колеблется, не отрывая от меня глаз, и исходящая из них напряженность выбивает из колеи.

- В общем, я этого не делал. На самом деле, я даже не целовал ее.

Смотрю ему в глаза и пытаюсь определить говорит ли он правду. Он редко лжет мне, и никогда о девушках, с которыми спит. И тот факт, что он не спал с Дитци, заставляет меня по-глупому чувствовать себя лучше.

- Но ты с ней заигрывал, - обращаю я внимание на этот, хотя и спорный факт. Для Миши флирт ничего не значит. Он со всеми флиртует, даже с шестидесятилетней женщиной в продуктовом магазине, от которой пахнет кошачьей едой.

- Ну так что? - Он изгибает бровь. - Я уже неоднократно повторял, что всего лишь убиваю время, пока ты, наконец, не согласишься. Иногда на меня находит скука, вот и заигрываю.

Я борюсь с улыбкой. Мне не следует этому радоваться.

- Остановись. ПРЕКРАТИ.

Я не могу больше сдерживаться, поэтому смеюсь.

- Не улыбайся, красавица, - дразнит он, когда мы приближаемся к толпе. - Улыбка разрушает твой "а мне плевать" образ.

- Эй, ты обещал меня так сегодня не называть. - Напоминаю я ему в жалкой попытке изменить тему разговора.

- Я не смогу так быстро забыть твой порыв ревности, - возражает он, и его губы подрагивают, сексуально улыбаясь.

Я грызу ноготь, охватывая взглядом окружающие нас машины и не желая обращать на него внимание. Вот Додж Челенджер Денни 71 года, Камаро 68 года Майка, а это Понтиак GTO 70 года Бенни, который я в тайне обожаю, хотя никогда не признаюсь в этом Мише, чтобы не ранить его чувства.

- Ну так скажи. - Миша встает рядом со мной и вырисовывает круги на моем плече, уставившись взглядом на машины перед нами. - Почему мысль о том, что я с ней пересплю так беспокоит тебя?

- Потому что она недостаточна хороша для тебя, - отвечаю я, пожимая плечами. Потом небрежно протягиваю руку и вытаскиваю бутылку водки из его кармана.

Он искоса подозрительно смотрит на меня.

- А кто же достаточно хорош для меня? Ты? - Он шутит, но эти слова берут за живое. Словно невидимая рука сжимает мое горло.

- Нет, Миша, не я. - Выскальзываю из его объятий. - Я недостаточно хороша для тебя. - Я сливаюсь с толпой, сердце бешено стучит в груди, и говорю. - Сейчас вернусь. - Я оборачиваюсь и направляюсь к машине.

Как только я оказываюсь на заднем сидении, открываю крышку бутылки и делаю несколько больших глотков, после чего откидываюсь назад. Миша должен понимать, какой он замечательный, и что ему нужна совсем не такая девушка, как Дитзи. А потом он поймет и быстро позабудет те краткие моменты со мной или еще с кем-то...когда мы были здесь, в этом городе.

Когда я и все то, что я делала, превратится лишь в блекнущее воспоминание. Даже если я нарушу обещание, данное ему.

Глава 6

Миша

Я сморозил невероятную глупость. И понял это, как только ее произнес, но мне до смерти надоела ее уверенность, что я со всеми сплю, чего на самом деле нет. Я так больше не могу, особенно, когда у меня такие чувства к ней.

Не могу придумать способ, как избавиться от этой сумятицы, и в результате она куда-то сбегает. Я не следую за ней, поступи я так, и она будет продолжать убегать от меня. Если я дам ей несколько минут прояснить мысли, скорее всего, она вернется и сделает вид, что ничего не произошло.

Я продолжаю фокусироваться на гонке, чувствуя себя немного лучше, когда мне бросает вызов Стэнфорд со своим Мустангом, ведь у него чертовски жалкий двигатель.

Намереваюсь вернуться к своей машине, готовый к выходу на старт, но Элла до сих пор не вернулась. В голове царит туман, пока я в поисках Эллы осматриваю толпу, а затем заброшенный ресторан, в котором несколько человек ловят кайф. Обычно Элла подобные вещи не приветствует, но порой она бывает непредсказуемой, и в результате совершает множество идиотских поступков. Но все же, ее там нет. И когда я направляюсь обратно к толпе, меня находит Итан.

- Запрыгивай в чертову тачку, - произносит он, толкая меня в спину. Он не гоняет, но одержим моими победами. Он много работает с моей машиной и двигателем, стало быть, мы "разделяем лавры". - Я поеду с тобой, если ты не найдешь ее.

Нахмурившись, я взбираюсь по грязи к машине, размахивая ключами вокруг пальца.

- Просто найди ее, хорошо? И не сболтни какую-нибудь глупость, когда найдешь, иначе выбесишь ее.

- Сам знаешь, это нереально. - Он возвращается к месту, где выстроились в линию припаркованные бок о бок две машины. - Скажи я ей хоть слова, и она наорет на меня. Единственный человек, на которого она никогда не злится - это ты.

Он прав. Эти двое собачатся больше, чем мои родителе до ухода отца.

Из-за отсутствия времени я разворачиваюсь на каблуках и бегу обратно к машине, пытаясь себя успокоить.

Я смогу гоняться и без нее. Мне не стоит о ней беспокоится.

И когда добираюсь до машины, мне внезапно становится намного лучше.

Элла развалилась на заднем сиденье, уставившись на звезды через опущенное вниз окно с бутылкой водки в руке.

Я располагаю руки на подоконники водительской двери.

- Ты прикончила бутылку?

Она качает головой, не глядя на меня.

- Нет. - Поднимает бутылку, и я вижу, как внутри нее плещется жидкость. - Хотя и выпила пару стопок.

Я вздыхаю с облегчением и открываю дверь.

- Хочешь, чтобы я отвез тебя домой, и мы могли поговорить?

- Что? Нет. Зачем? - Ее глаза перемещаются в моем направлении.

Я запрыгиваю в машину и закрываю дверь. Мои плечи расслабляются.

- Просто ты выглядишь расстроенной, и у меня такое чувство, что я могу сделать этот вечер еще хуже.

Она вечность не сводит с меня взгляда, и только потом садится, завинчивает обратно крышку бутылки и бросает ее на пол. Стремительно быстро перемещается на переднее сиденье и упирается локтями в консоль.

- Я в порядке. - Она стаскивает резинку с волос и отбрасывает ее. - Прости, что сорвалась. До конца вечера не буду париться. Клянусь. И я пойму, если ты не захочешь гонять вместе со мной. Я только отвлекаю.

- Ты уже в норме... - Я кусаю нижнюю губу, наблюдая за тем, как она расчесывает пальцами волосы. Мои руки начинают болеть, когда она наклоняет голову назад и выгибает грудь вперед, закрывая веки. Я мог бы написать тысячу песен о том, как она сейчас смотрится, и еще тысячу о том, что она заставляет меня чувствовать.

Она снова поднимает голову, ее глаза приоткрываются и встречаются с моим голодным взглядом.

Я тут же прочищаю горло и оглядываюсь, прежде чем совершить нечто глупое. - Ты же знаешь, я всегда хочу, чтобы ты ездила со мной, даже когда ты расстроена. И когда чем-то отвлечена.

Какое-то время она молчит, и, когда снова заговаривает, ее голос звучит нежно, почти безжизненно.

- Миша?

Я хватаюсь за руль, уставившись на окружающий этот район деревья, молясь, чтобы она, наконец, поняла, что тоже меня любит.

Но все, что она сказала, это, - да так ничего. Не бери в голову. Скажу тебе позже.

Я едва могу дышать, не говоря уже о том, чтобы надавить на нее.

- Ладно, звучит хорошо. - Я перевожу рычаг в режим "движение". - Готова?

Кивнув, она спьяну ныряет над консолью, тем самым вызывая у меня смех. Отталкивается от нее, приходит в себя и машет рукой, указывая мне ехать вперед.

- Что ж, начнем нашу вечеринку.

- Пристегни ремни, - произношу я. Когда она хмурится, я добавляю. - Твоя безопасность всегда на первом месте, красавица.

Она вздыхает, затем перекидывает ремень через грудь.

- Хорошо, но это также касается и тебя.

Я поступаю так, как она просит.

- Спасибо. Рад тому, что моя безопасность на первом месте и ты считаешь меня красивым.

Она качает головой, не соглашаясь со мной.

Я подъезжаю к стартовой отметке, чувствуя себя немного спокойнее. Но начинаю заводиться в ожидании, когда подруга Стэнфорда даст нам сигнал. Я тереблю пальцами по коленям, вожусь с магнитолой, делая почти все, что угодно лишь бы, нахрен, успокоиться.

- Ты можешь расслабиться? - Говорит Элла, положив руку на мое дергающееся колено. - У тебя получится. У тебя всегда все выходит.

Мой взгляд скользит по ее руке, лежащей на моей ноге, а потом поднимается наверх к ее глазам.

- Я знаю, но всегда так чертовски нервничаю перед тем, как опускается флаг. Зацикливаюсь на своих мыслях.

- Да, я это знаю. - Она что-то обдумывает, а затем ее зеленые глаза загораются. - У меня есть идея. - Она протягивает руку и забирает с док-станции мой iPod. Перелистывает треки и останавливает свой выбор на «The Distance» группы Cake, врубает на полную мощность и запускает полный взрыв до тех пор, пока в микрофонах не появляется треск, а ветровые стекла не вибрируют.

- Вот так ты не сможешь слышать свои мысли! - Смеясь, кричит она сквозь музыку.

Мы начинаем смеяться вместе.

- Спасибо тебе!

Ее великолепные губы растягиваться в улыбке.

- В любое время. - Она кладет руку мне на колено, словно там ей и место.

И на мой взгляд, так оно и есть.

Я качаю головой в ожидании сигнала. Пальцы Эллы сильнее сжимают мое колено, в то время, как девушка Стэнфорда медленным шагом пробирается между машинами.

- На старт! - Она принимается поднимать флаг. - Внимание. Вперед!

Мы срываемся с места стоянки и летим по дороге, бок о бок с Мустангом. В гонках есть какая-то зыбкая красота, даже свобода. Но, что действительно прекрасно, так это то, как Элла заводится от опасных острых ощущений. Посадите девчонку в машину, выжимающую сотню миль в час, и она, черт побери, едва не кончит. Трудно концентрировать внимание, когда она отпускает мое колено и вытягивает руку из окна, будто хочет поймать воздух. Другая ее рука скользит к животу, пальцами слегка задевая нижнюю часть рубашки, словно она обдумывает мысль касаться ли себя.

Да, пожалуйста, прикоснись к себе. Боже мой, прикасайся к себе...

- Миша, осторожнее! - Выкрикивает она, ее глаза округляются, а рука вдавливается в приборную панель.

Мое внимание устремляется на дорогу, к концу которой мы приближаемся. Я резко давлю на тормоза и выкручиваю рулевое колесо. Машина дико вращается, шины визжат и поднимают грязь. Мне удается взять автомобиль под контроль и повернуть к финишу.

- Твою мать, - выдыхает Элла, когда заканчивает играть песня. Затем взрывается пьяным, беспечным и полным свободы смехом.

И хотя я смеюсь вместе ней, тем не менее немного расстроен. Жестокая, суровая реальность того, что только что произошло, тяжелым бременем нависает надо мной. Я чуть не убил нас, потому что не смог удержать свои похотливые мысли под контролем.

Это уже не в какие рамки не лезет.

Может быть, пришло время сказать ей, объяснить, что я чувствую. Потому что, если я этого не сделаю, черт возьми, в конечном итоге убью нас обоих.

Глава 7

Элла

- Время праздновать! - Восклицаю я, выскакивая из машины с поднятой вверх бутылкой водки.

Вслед за мной, вытягивая свои длинные ноги, из машины выбирается Миша.

- К черту празднование. - Он не выглядит счастливым, каким должен быть, что меня расстраивает.

- Что не так? - Спрашиваю я, обхожу машину и направляюсь к нему.

- Все нормально, - отвечает он, пока наблюдает, как я откручиваю бутылку водки и, запрокинув голову, делаю большой глоток.

- Для того, кто сейчас кое-кому надрал задницу, ты выглядишь расстроенным. - Тыльной стороной ладони я вытираю с губ жгучую жидкость, уставившись на только что кем-то разожженный костер. - Это из-за того, что ты в конце чуть не потерпел аварию? Но такое случается и с лучшими.