Кора Бек

Эльнара. История принцессы

История Пехлибея

Давным-давно, в самом сердце просторных степей знойной Азии, на берегу могучей и полноводной реки Янури, находилось великое Хоршикское ханство. Окруженные различными кочевыми племенами, хоршики вели оседлый образ жизни и были очень трудолюбивым, талантливым народом. Завоевав в ходе многолетних ожесточенных битв признание и уважение со стороны суровых кочевников, они построили посреди бескрайних степей Азии прекрасные города, изысканная архитектура которых настолько впечатляла, что порой путники, не знакомые со здешними местами, издали принимали их за миражи.

Столицей Хоршикского ханства являлся поистине сказочный — богатый и многолюдный Перистан, расположенный в устье реки Янури, по берегам которой цветущими оазисами раскинулись другие, большие и малые города великого ханства. Каждый из них был по-своему примечателен: один славился бойкой торговлей, другой слыл средоточием культуры, в третий стекались посланцы со всего Востока, дабы заказать оружие, по красоте и мощи которому во всей Поднебесной не было равных.

Город Архот, где проживал лекарь Пехлибей со своей дочерью Эльнарой, был известен искусством кожевенных дел мастеров. Одна часть мужского населения Архота занималась выделкой кожи, вторая половина — изготовлением из нее всевозможных изделий, которые затем передавались в женские руки для украшения их причудливыми орнаментами, меховой окантовкой, а порой и драгоценными каменьями. С самого раннего утра и до позднего вечера, не поднимая головы, трудились тысячи ремесленников, мастерство которых высоко ценилось не только жителями обширного ханства, но и представителями многочисленных сопредельных кочевых племен. Стойкий запах свежевыделанной кожи присутствовал едва ли не в каждом дворе, сопровождая жизнь уроженцев Архота от рождения и до последних дней. В этих однообразных буднях незаметно протекали дни и годы, одни поколения архотцев сменяли другие, подобно тому, как меняются времена года. И все так же летом немилосердно палило высокое солнце, выжигая степные равнины, осенью дул промозглый ветер и шел проливной дождь, из-за чего не только люди, но даже лошади с трудом передвигались по пропитанной влагой земле. А в зимнюю стужу от невыносимого мороза пряталось все живое. И только вьющийся над печными трубами дым говорил: в заснеженном Архоте жизнь не угасла, а ждет весны. Когда растекутся вешние воды, прилетят из теплых краев птицы, а на деревьях появится нежная листва. Когда воздух наполнится пьянящим ароматом свежести и буйного цветения, будоража душу мечтаниями и непонятным томлением.

В одну из таких весен потомственный лекарь Пехлибей, будучи молодым и порывистым юношей, отправился вместе с племенем самсетов в глубь Востока, манившего своей загадочной и волнующей недосказанностью. Не один год провел Пехлибей в дальних странствиях, дошел до берегов Индийского океана и везде, благодаря своему честному нраву и способностям целителя, находил приют и доброе к себе отношение. Немало интересного узнал любознательный и впечатлительный юноша об обычаях и культуре народов Востока, немало полезному научился в искусстве врачевания у тибетских и индийских целителей. Не раз способному и пригожему молодому мужчине предлагали остаться жить в той или иной стране, сватали за него своих дочерей и сестер, но Пехлибей, постигая мир, все шел и шел вперед.

Оказавшись у берегов Индийского океана, он поначалу поразился его красоте и величию. Но потом неожиданно для самого себя ощутил вдруг сильную тоску по родине. По реке Янури, с которой были связаны самые счастливые воспоминания его детства, по родному городу, все дома и общественные здания в котором были построены из гладкого белого кирпича, по жителям Архота — бесхитростным и неутомимым труженикам Великой Степи. Пехлибей понял, что настало время возвращаться домой — продолжать дело своих предков.

Обратный путь его пролегал через утопающую в неге и роскоши страну — Персию.

Хозяин караван-сарая, в котором он однажды остановился на ночлег, узнав, что его постоялец является лекарем, предложил ему попытать счастья и осмотреть дочь одного знатного вельможи, не так давно захворавшую непонятным недугом. За излечение любящий отец обещал заплатить баснословную сумму. Правда, неуспех в этом деле карался сурово — отсечением головы. После того, как несколько местных целителей поплатились жизнью за свою излишнюю самонадеянность, никто из окрестных врачевателей по доброй воле уже не переступал порога дома жестокого богача. Безутешный отец удвоил сумму награды, но и эта мера не вдохновила служителей медицины. Тогда по стране были отправлены гонцы на поиски опытных лекарей, а несчастная девушка с каждым днем таяла словно свеча.

Не ради денег или славы, а из человеческого сострадания и чувства долга отправился на следующее утро Пехлибей в дом грозного вельможи. Осмотрев больную, исхудавшую настолько, что ее бледное личико составляли, казалось, лишь огромные черные, исполненные боли глаза, юноша тотчас направился в ближайшие горы. До самого заката он неутомимо искал нужные травы. Уже стражники, сопровождавшие его и имевшие поначалу суровый и даже устрашающий вид, едва не валились с ног от усталости, а Пехлибей все переходил с одного горного склона на другой. Наконец, собрав все необходимые растения, в сопровождении воинов он вернулся во дворец визиря Сатара.

В эту ночь, выпив приготовленный чужеземным лекарем целебный отвар, единственная дочь персидского вельможи красавица Фарида впервые за последнее время заснула спокойным сном.

В течение следующей недели Пехлибей ежедневно навещал девушку. Но осматривал он ее в присутствии многочисленной женской челяди. Готовил настойку из трав и терпеливо объяснял служанкам, как правильно делать обтирания, какие точки нужно массировать на ступнях ног, которых посторонний мужчина, будь он трижды целитель, ни в коем случае не смел касаться.

Вскоре Фарида выздоровела, вернув славу одной из красивейших девушек Персии, чем безмерно обрадовала отца, у которого относительно дочери были большие планы.

Но тут занедужил Пехлибей, пораженный в самое сердце красотой, нежностью и добрым нравом персидской красавицы. Несколько раз после ее выздоровления он исхитрялся находить повод, чтобы навестить свою бывшую пациентку, и с каждой новой встречей огонь страсти все больше разгорался в его сердце, причиняя немыслимые душевные муки. Сатар сдержал свое слово, щедро наградив искусного целителя, но все золото мира не могло бы облегчить боль несчастного влюбленного.

Позабыв о возвращении домой, он днем и ночью непрестанно думал о красавице Фариде, вспоминал ее мелодичный голос, грациозную легкую походку, нежное белое личико, обрамленное густыми черными волосами, загадочный взгляд огромных черных глаз, маленький точеный носик, пухлые вишневые губы, милый румянец на щеках. Снедаемый любовной тоской, ночами Пехлибей писал пространные грустные стихи, а утром, едва дождавшись, пока проснется хозяин караван-сарая Саид, с которым они успели хорошо подружиться, заставлял его слушать свои творения, большей частью не слишком удачные.

Однажды Саид, услышав в сотый раз слова про безответную любовь, вдруг встрепенулся:

— Послушай, Пехлибей, а ты уверен, что твоя любовь безответная и что юная дочь Сатара не питает к тебе никаких чувств?

— Конечно, — удивился друг. — Разве может Фарида, такая красавица, умница, да еще дочь знатного человека, полюбить бедного целителя, да еще из чужой страны?

— А ты ее саму об этом спрашивал? — задал коварный вопрос хитрый перс.

— Что ты?! — испуганно замахал руками несчастный влюбленный. — Мы же ни разу не оставались с ней наедине, все время нас окружали ее тетушки и служанки. Что ж я мог ей сказать, даже если бы надеялся на взаимность… Ах, друг, не береди мою израненную душу, лучше послушай, что я этой ночью сочинил.

— Хватит сочинять, толку-то от твоих словесных излияний! — неожиданно возмутился Саид. — Нужно найти возможность переговорить с девушкой, узнать, нравишься ли ты ей, и уж тогда будет ясно, что делать дальше.

Как и большинство горожан, Саид недолюбливал жестокого и алчного Сатара, а потому был бы несказанно рад хорошенько ему насолить.

Спустя несколько дней приятелям стало известно, что Сатар вместе с падишахом выезжает на большую охоту, а значит, несколько дней будет отсутствовать в городе. Грех было не воспользоваться таким случаем.

В ту же ночь, подкупив одного из стражников, Саид помог другу пробраться на женскую половину спящего безмятежным сном роскошного дворца.

Но Фарида не спала. Вот уже не одну ночь она мучилась бессонницей, вспоминая статного смуглого лекаря с мужественным лицом и красивой стройной фигурой. Его глубокий грустный взгляд, красноречивее всяких слов говоривший о любви, кружил ей голову, волновал юную кровь. Ей так хотелось прижаться к его широкой груди, почувствовать крепкие и ласковые объятия, узнать сладость поцелуя крупных, четко очерченных губ. Всякий раз при встрече с Пехлибеем, чтобы не выдать своего волнения, Фарида опускала глаза, а теперь казнила себя за то, что не успела полностью впитать в себя дорогой ее сердцу облик. Не попыталась отчетливо, до мельчайших подробностей, запомнить его на всю жизнь. А теперь красивый чужеземец наверняка находится по дороге к своему дому, и, уж верно, позабыл о ней, дочери грозного персидского вельможи, которой завидуют все, кому не лень, даже не подозревая о том, как она на самом деле несчастна.

Фарида знала, что после возращения отца в их дом должны приехать сваты от самого падишаха, пожелавшего взять юную красавицу в жены своему старшему сыну — толстому, глупому и очень чванливому Хусейну, предпочитавшему всяким государственным делам бесконечные пирушки, развлечения и охоту. Ее отец был чрезвычайно горд высочайшей милостью, которая оставляла ему надежду сохранить свое положение при дворе в случае смерти уже немолодого падишаха. Однако у пылкой романтичной девушки наследный принц вызывал лишь отвращение. Она пыталась убедить отца не выдавать ее замуж за человека, который сделает его дочь глубоко несчастной, но Сатар запретил и думать об этом. Во дворце шли приготовления к встрече сватов.

В эту лунную летнюю ночь Фарида сидела у раскрытого окна опочивальни и грустно глядела на роскошный сад, в котором росли невиданной красоты цветы, высокие стройные деревья и тихо шумел фонтан, выложенный греческим мрамором. Но ничто не радовало девушку. Вдруг ее чуткий слух уловил какой-то шорох, а спустя еще несколько секунд, к своему изумлению, она увидела в свете луны Пехлибея, непонятно каким образом очутившегося под ее окном. Взглянув в его лицо, юная персиянка увидела такую мольбу и отчаяние, что решилась на безумный для восточной девушки шаг.

Она прошла к своей постели и, связав две простыни, вышла на балкон. Потом, привязав один конец к гранитным перилам, другой бросила красивому чужеземцу, захватившему в плен ее неискушенное сердечко. Пехлибей, не сразу распознавший намерения возлюбленной, впал в уныние, когда девушка удалилась в глубь комнаты. Но потому его радости не было границ, когда он понял, что Фарида ждет его.

Через минуту подданный хоршикского хана предстал перед прекрасными очами первой красавицы Персии. Донельзя взволнованные встречей, влюбленные признались друг другу в чувствах, но потом еще больше расстроились. После пылкого признания девушка сообщила, что отец в ближайшем времени намеревается насильно выдать ее замуж за сына падишаха. В ответ Пехлибей, которому любовь придала небывалую решительность, предложил Фариде бежать с ним на его родину. Дочь персидского визиря, немного пугаясь своего безрассудства, согласилась.

— Я знаю, свет души моей, — ласково и чуть печально произнесла она, — что отец, когда узнает о моем побеге, непременно отправит за нами погоню, и если нас настигнут, то наши бедные головы полетят с плеч. Но я также знаю, что теперь, после нашего чудного свидания, мне без тебя, светоч глаз моих, белый свет уже будет не мил, я просто зачахну, как цветок, которого внезапно лишили солнечного света. Я готова пройти любые испытания, лишь бы быть рядом с тобой.

Пехлибей, у которого от счастья кружилась голова, горячо заверил возлюбленную, что приложит все силы, дабы их мечта — быть вместе — как можно быстрее исполнилась.

Поджидавший друга в глубине сада Саид, узнав, как стремительно разворачиваются события, был просто восхищен отвагой и решительностью скромного хоршикского лекаря. Выбравшись через маленькую калитку на улицу, приятели поспешили домой, чтоб обсудить свои дальнейшие действия. По мнению хозяина караван-сарая, возлюбленным сейчас ни в коем случае не следовало отправляться в дорогу. Как только во дворце станет известно об исчезновении невесты шахзаде, за ними тут же по шлют погоню. Зная крутой нрав Сатар-визиря, можно было предположить, что он полностью перекроет все пути, так что без его ведома даже мышь не сможет проскользнуть за пределы страны, не говоря уж о двух взрослых людях. Хитрый перс предложил другу оставаться в городе, так как никому и в голову не придет искать беглецов у себя под носом, а когда страсти немного поутихнут, под видом мелких торговцев присоединиться к какому-либо каравану, направляющемуся в сторону Азии.