Тихо, спокойно. Народа нет. Изредка пробегали собаки, но они не обращали на меня внимания. Странно, что здесь живут люди. Я бы не смогла. Это же дно жизни из которого потом не выбраться. Почему они не уезжают? Ведь это не жизнь, а скорее существование. Ходить в туалет в ведерко или на улицу на свежий воздух. И это двадцать первый век! А люди живут, женятся, рожают детей. Только какая их дальше ждет жизнь в этом болоте? Вот чем они думают? Это же просто безответственно.

Бараки пересекались с частным сектором. А дома в частном секторе были дорогие. Неплохие. Чаще всего за однотипными железными заборами. Интересный город. Город противоречий. С одной стороны развалины, с другой стороны особняки. Все равно Леснов вызывал неприятное ощущение. Погружал в другую жизнь. И я не могла понять как относится к этой жизни. Осуждать ее или понять.

Окраина города. А дальше поле. Еще желтое от прошлогодней травы. Зеленая трава только начала пробиваться. Над головой было яркое небо с белыми барашками облаков. Ветер играл с моими волосами. Красиво. Я шла по грунтовой дороге, которая змей извивалась по весеннему полю. По ее обочинам мелькали желтые огоньки мать-и-мачехи. В Москве уже вовсю цвела черемуха, а здесь было севернее и весна задерживалась. Чуть в стороне сверкала на солнце своим водами река. Около крутого берега раскинула пушистые ветви яблоня. Бутоны только пробивались на голых ветвях. Не знаю что меня туда потянуло. Может захотелось на яблоню посмотреть или на реку, которая текла рядом. Земля была сухая, но от нее еще веяло холодом.

Честно, не ожидала увидеть, что под яблоней кто-то был. Мужчина спал навалив под яблоню веток. Шапка закрывала лицо, темно-синяя куртка заляпана грязью, спортивные штаны, сапоги с резиновыми галошами так же несли на себе следы засохшей глины. Надо было пройти мимо, но вдруг он вообще труп? Может что-то случилось? Хотя вряд ли. Ветки ведь срезать не забыл, чтоб на холодной земле не спать. Я осторожно подошла к нему. Решила, что посмотрю: дышит или нет. Если дышит, то не буду человеку мешать отдыхать. А понять сложно. Дыхание слишком слабое. Неожиданно он открыл глаза и посмотрел на меня. Лицо закрывала серая борода, взгляд был мутный. Стало страшно. Я отскочила в сторону. Споткнулась. Упала на землю. Мужчина тем временем сел. Сдвинув шапку, посмотрел на меня.

— Обалдеть, — он достал из кармана мятую пачку сигарет. Вытащил одну. Закурил. Посмотрел на меня. — Не пропала.

— Антон? — в этом грязном заросшем человеке трудно было разглядеть знакомые черты.

— Ага, — довольно расплываясь в улыбке, ответил он.

— Ты чего здесь делаешь?

— Спал. Разве не видно? — он все так же придурковато улыбаясь смотрел на меня.

— Извини, что разбудила. — вставая, ответила я.

— Сонька, до сих пор не могу поверить, что ты мне не снишься! — он повалился на ветки.

— Тебе плохо?

— С деревьями разговариваю. Иди сюда, составь компанию.

— Будь ты почище, может и составила бы.

— Брезгуешь?

— Да. Ты чего так опустился? Пропал куда-то.

— У меня отпуск. Ушел я с того склада. Завис здесь. Каждый развлекается как может. Вот ты развлекаешься с каким-то мужиком богатым, а я вот с ней. — он достал откуда-то бутылку с водкой.

— Сейчас семь утра. Ты уже напиться хочешь? — спросила я, наблюдая как он вновь садиться и открывает бутылку.

— Какая разница? — отпивая прямо из горла, как воду ответил он и с вызовом посмотрел на меня.

— Дурак ты.

— Зато ты умная и красивая. Мы отличная пара. Недаром дураки в сказках на прекрасных и умных женились. А все почему? Потому что им одним не прожить. — он выпили еще, вытер губы грязным рукавом куртки.

— Так нельзя.

— Как?

— Ты заболеть можешь.

— Беспокоишься о моем здоровье? Чего это так тебя волнует? Ты ведь мне никто и звать тебя никак! Вот и вали отсюда. Или не вали. Ты хорошая. А я когда выпью дурак дураком. Нельзя пить. — он задумчиво посмотрел на бутылку и отпил еще.

— Может тогда не стоит? — я села перед ним на корточки.

— Может и не стоит. — он кивнул и вновь решил сделать еще один глоток.

— Отдай мне эту гадость.

— И что ты сделаешь?

— Вылью ее. Не нужно тебе эта бяка.

— Бяка. Забавно. — он улыбнулся. — Согласен, гадость еще та. Пойдешь со мной сегодня гулять?

— Для начала тебя отмыть надо.

— Лерка тоже самое говорит. Она меня вчера выгнала. Сказала, что такую свинью в кровать не пустит.

— Я ее прекрасно понимаю.

— Пойдешь со мной?

— Куда?

— Меня Лера одного не пустит. А с тобой пустит.

— Почему?

— Когда я выпью, я к ней лезть начинаю. Ну нравится мне вас таких хороших обнимать. А она злиться. Сегодня я тебя обнимать буду.

— Антон!

— Что? Ты такая не прикосновения что ли? — он насмешливо посмотрел на меня. Рывок и я упала на ветки. Он оказался сверху. Запах водки ударил в лицо. Но больше всего испугало, что я не могла пошевелиться. И страх той ночи. Он вновь вернулся, сдавив горло. Я не могла кричать, не могла отбиваться. Только плакать.

— Я же дурачусь. Ничего я тебе не сделаю.

Он поспешно отстранился. Я села. Обняла себя за плечи. Как же страшно.

— У тебя под ветками земля теплая. — дрожащим голосом сказала я. Все равно о чем говорить, главное понять, что голос вернулся.

— Ночью костер жег и на звезды смотрел. А потом на это место спать лег. Я не полный дурак, как может показаться. — Антон опять закурил. — Ты сейчас одна?

— Нет. Роман в Москве остался. Я к отцу в гости приехала.

— Он тебя обижает? Можешь не отвечать, просто кивни. Да?

— Роман, наоборот, понимает все. Это мне почему-то страшно. — я пожала плечами.

— Это вы все это время за ручку гуляете?

— Он живет у меня. Там сложная ситуация…

— Ясно. — он посмотрел на меня. — Сонь, что бы не случилось, я тебя не обижу. Никогда. Просто поверь. Я могу дурачиться, но я тебя не обижу.

— Не надо только так делать.

— Пока не буду. Пойдем, тебя с родней познакомлю.

— Как бы не хочется.

— Тогда здесь пить продолжу.

— Шантаж?

— Небольшой. Я вчера сильно накосячил. Они меня могут на порог не пустить. — серьезно сказал он. — А при тебе ругаться не будут.

— Помогаю тебе, только потому что когда-то ты помог мне. — вздохнула я.

— Я как раз хотел тебе об этом напомнить. — весело сказал он. Настроение у Антона менялось слишком быстро. Одну фразу он мог сказать серьезно, а на второй уже вести себя, как шут.

— Только не надолго. У меня Ваня с рыбалки должен вернуться.

Не знаю почему я верила Антону. Может потому что от него я не видела еще зла? Или подкупала эта веселость и беззаботность, которая то и дело появлялась у него. Он создавал впечатление человека, который живет не задумываясь о завтрашнем дне. Некогда ему было думать о всяких подлостях. Да и сколько раз мы с ним встречались и не обидел. Даже сегодня мог, но не стал. Иногда ведь нужно верить людям. К тому же ему явно нужна была помощь. Успокоив себя этими мыслями, я пошла в гости к Антону, знакомится с его теткой, про которую он все уши прожужжал.

Глава 14

Я никогда еще не видела такого красивого дома. Он походил на игрушечный. Резные наличники, крылечко делали дом похожим на сказочный. Около дома росли старые кусты сирени. Перед домом была детская площадка с песочницей и качелями. Антон толкнул калитку. Ему навстречу выбежал рыжий лохматый пес. Поднявшись на задние лапы, он принялся лизать Антону лицо.

— Вот он меня точно понимает. Мы с ним даже похожи? Правда? — Антон посмотрел на меня.

— Косматостью?

— Под заборной жизнью. Я его пол года назад в снегу нашел. Голодный, замерзший. А у нас пса как раз машина сбила. Детвора переживала. Я Рыжика притащил. Они его выходили. Так что теперь он у нас дом стережет. — Антон потрепал пса и пошел в дом. Мне не оставалось ничего, как следовать за ним. — Дома кто есть?

— Явился баламут? — из комнаты вышла невысокого роста бабушка в цветном платке.

— А где все?

— В город уехали. — ответила она, не скрываясь рассматривая меня.

— Это Соня. — он кивнул в мою сторону. — А это Ульяна. Моя бабушка. Только не думай ей об этом говорить. Она у нас только Ульяна и никак иначе.

— Та Соня, которая тебя на толстосума променяла? И правильно сделала. Ты балбес. Зачем вчера Леру обидел?

— Сильно обиделась?

— Я бы на ее месте не простила.

— Ладно, что-нибудь придумаю. — Антон стянул шапку. — Я вас минут на пятнадцать оставлю. Сонь, подождешь меня?

— Подожду.

— Пойдем чай попьем. — Ульяна прошла на кухню. Кухня была небольшой, но уютной. Резьба была повсюду. Красивая, тонкая, как кружево. Я невольно любовалась ею. Как в музеи. Ульяна не задавала вопросов. Поставила чайник на газовую плиту и достала кулек с конфетами.

— Спасибо. — сказала я, когда она поставила передо мной кружку с чаем.

— Где ты его нашла?

— Антона? В поле, под яблоней.

— Ясно. — она кивнула. — Он хороший парень. Только дурной немного. Мается, по свету носится, все себя ищет.

Во дворе зала собака. Через минуту вошла молодая женщина с каштановыми волосами, собранными в пучок. Впереди нее шел мальчишка лет десяти весь в грязи.

— До первой лужи дошли. Леша с Надей на праздник пошли, а мы вернулись отмываться. — сказала она. Потом заметила меня. Нахмурилась. — Егор, чего стоишь? Переодевайся давай. Я сразу вещи замочу.

А сама на меня при этом смотрит. У меня же в голове лишь одна мысль: что я здесь забыла?

— Лера, это Соня. Антона домой привела. — сказала Ульяна.

— А сам Антон где?

— Как я поняла, пошел из поросенка превращаться в человека.

— Это совершилось! Чудеса. — Лера закатила глаза к потолку. — Сонь можно тебя на минутку? Я как раз вещи Егора замочу. Пошли называется в город на праздник концерт посмотреть и погулять. Но ладно, все в жизни бывает.

Она говорила быстро и с напущенной веселостью, но стоило нам выйти из дому и завернуть к хозяйственным пристройкам, она стала серьезной.

— Ты уж извини, что я так по-простому. Просто Антон много о тебе рассказывал, уже как родная стала. Он же как выпьет, так язык-помело. А пьет он у нас уже месяц. Хотел взяться за ум, но что-то не заладилось. Опять с работы уволился.

— Мы с ним давно не общались. С марта. Как он из больницы вышел. Я думала работает. Поэтому ему некогда.

— Он на три недели устроился на вахту. Получил деньги и вернулся сюда. Уже все пропил. Думала уедет. Подвернулась халтура. Он по новой зарядил. А я уже порядком устала. Он сейчас никого не слушает. Вчера оскорблять меня начал.

— Я тут причем?

— Ты сейчас имеешь на него влияние. Уговори его поехать работать. Понимаешь, он легко поддается женщинам, в которых влюблен. Не смотри так. Проверено на себе. На пьедестале сейчас ты.

— Я ему не нянька.

— Понятное дело, что не нянька. Но он тебя послушает. Леша его не трогает. Жалеет. А мы вешаемся с Ульяной. С ним жить, как на пороховой бочке. То он меня в углу зажимает, то оскорбляет. Лешка ревнует, но молчит. А Антон дурью мается. Главное, все это понимаем, что ему лишь бы побеситься от скуки. Но все равно неприятно.

Хуже придумать было нельзя. Приехала в гости к отцу, а оказалась втянутой в чужие семейные разборки. Сама виновата. Ведь чувствовала, что не надо было общаться с Антоном, не надо было к нему подходить сегодня. Все мы умные задним умом. Тоже нашли мне воспитательницу. Они не могут справиться со своим великовозрастным ребенком, а теперь я должна с ним заниматься. И я не знала, что ей ответить. Я понимала Леру. Или наверное понимала, но это не мое дело. Хоть вой.

— А я думал, ты убежала. — Он вышел с мокрыми волосами в свежем свитере. На губах улыбка, а глаза серьезные.

— Пока еще нет, но мне нужно домой возвращаться. Я тебя предупреждала, что у меня сын с рыбалки вернутся должен.

— Я помню. — Антон кивнул. Руки в карманах, вид такой небрежный. Ветер теплый, пахнет землей и весной. Время на миг остановилось.

— Мне пора. — разрушая момент, сказала я.

— Я тебя провожу.

— Шапку надень, а простынешь. Опять в больнице окажешься.

— Подожди минуту, я быстро. — он опять вбежал в дом, довольный такой, как большой ребенок.

— Спасибо. — сказала Лера.

— Пока не за что. — Вот и зачем мне все это?

Пес крутился около моих ног. Я потрепала его по голове. А ведь и правда, они похожи. Оба дурные. Пес начал заняться за своим хвостом, повизгивая и поглядывая на меня. Тоже нашел, чем хвастаться. Умение схватить свой хвост самое нужное знание в жизни. Антон выскочил на бегу надевая куртку, уже другую. Чистую. Мы вышли за калитку.