Определившись с планом как жить дальше и чего делать, я почувствовала внутреннее спокойствие. Ничего. Все в моих руках. Я справлюсь. Должна справится. А завтра вечером пойдем с детворой любоваться украшенной к празднику Москвой. Может к тому времени вернется Гриша. Приглашу и его погулять. Психологи советуют чаще быть вместе, чтоб восстановить семью. И нужно затолкнуть свою гордость далеко подальше. Улыбаться и радоваться, забыв о желании вцепиться ему в лицо или разреветься.

— Пойти погулять? — Гриша смотрит на меня насмешливо. Задумчиво скривил губы. — Устал после работы.

Врет мне прямо в глаза. Зачем? Что это за игра? Прикусила губу. Выдохнула.

— Тогда отдыхай. — я лишь пожала плечами. — А мы с детьми пойдем гулять.

Деревья на Арбате украшены иллюминацией, что делают их похожими на волшебный лес. Красиво. Аж дух захватывает. Москва преобразилась до неузнаваемости. Кажется, что в гости заглянула сказка. И создается ощущение, что обязательно случится чудо. Именно сегодня, именно сейчас. Новый год, праздник, сказка. Ведь нас так учили в детстве? На елке с Дедом Морозом мы кричали: «Ёлочка! Гори!» И чудо случалось. А тут столько елок, столько волшебства, а чуда нет. Лишь обида и желание чуть ли не выть. Почему он не пошел с нами? Почему он так со мной? За что? Я же ничего такого не сделала, а почему-то чувствовала себя виноватой.

Нас окружили две туристические группы. В одной то ли китайцы, то ли корейцы, в другой наши школьники, что приехали из другого города.

— Мама! Ваня пропал! — Лика теребит меня за рукав шубы. Шум, гам, музыка, а я оглядываюсь по сторонам и не вижу сына. Так, главное не паниковать. Он не мог потеряться. Он где-то недалеко. До того как мы столкнулись с экскурсиями он был рядом. Наверное, что-то привлекло его внимание и Ваня отошел. В этот момент я его и потеряла. Главное не паниковать. А сама готова была разреветься. Что делать? Кричать? В этой толпе мой крик просто утонет.

— Мама! — А его крик перекрыл весь гам. Сидит на чьей-то шеи и машет мне руками. Я схватила Лику за руку и побежала к нему. Наверное, я со стороны напоминала помешавшуюся.

— Я же говорил, что найдем мы твою маму. — мужчина снимает его со своей шеи, а я сразу Ваньку в объятья заключаю. Машинально. Кажется, что так смогу его защитить от всех опасностей. А он вырывается, говорит, что взрослый. Только на щеках дорожки от слез. Достала влажную салфетку и протянула ее «взрослому» сыну.

— Спасибо. — я наконец посмотрела на мужчину, который нашел Ваню. На вид ему лет тридцать. Одет просто и невзрачно. На щеках трехдневная щетина.

— За что? — он кажется искренне удивился. — Это же нормально помочь другому.

— В современном мире каждый сам за себя. Простое человеческое участие уже редкость. — Ответила я.

— Тогда я отказываюсь жить в таком мире, где люди хуже зверей. Звери щенков в беде не оставляют и прекрасных дам.

— Как напыщенно! — фыркнула Лика. Я не успела ее одернуть.

— А что вам не нравится в моих словах, юная леди? — он посмотрел на нее сверху вниз. Сразу как-то выше стал, хотя был с меня ростом. — К тому же надо хоть как-то на себя внимание обратить. Я же весь серенький, невзрачный, приходится словами играть, чтоб хоть как-то заинтересовать. А девчонки все от меня шарахаются как от огня.

— Так никто сейчас на улице не знакомится. — рассмеялась Лика.

— Это почему?

— Не прилично. Нормальные девушки не знакомятся. — ответила она. А я слежу за разговором со стороны и понимаю, что девочка моя повзрослела. Еще недавно мы с ней в Барби играли, а теперь она рассуждает, где нужно знакомиться, а где нет. Надо с ней дома поговорить.

— И где же мне тогда знакомится?

— В интернете.

— Это неинтересно. Мало ли с каким крокодилом я переписываться буду. Приду на свидание, а меня крокодил съесть решит.

— Крокодилы в Африке живут. Мам, мы на каток пойдем? — влез в разговор Ваня.

— Сейчас пойдем. — ответила я.

— Что за каток?

— На Красной площади. Мы туда шли. — сказал Ваня.

— А меня с собой возьмете?

— Возьмем. — кивнул Ваня, которому уже надоело стоять.

— Тогда мы помешаем вам продолжить знакомиться. С нами ваши шансы упадут еще ниже. — надо его дипломатично отшить. Жаль опыта маловато для этого.

— Тебе. Меня Антон зовут. — сказал он.

— Но мы не знакомимся. Рановато нам для таких знакомств. — я посмотрела на дочь.

— Я знакомлюсь только после девяти вечера. — хмыкнула Лика, зло посмотрев на меня.

— Тогда придется мне ждать этого времени, чтоб узнать ваши имена. — в наглую беря нас под руки, вздохнул он. — Показывайте дорогу к вашему катку. Я плохо в городе ориентируюсь.

— А откуда вы? — спросила Лика.

— Мы же договорились, что без официоза. Из мелкого городка в пяти сотнях километров отсюда. Все равно о моем городе вы не слышали. Он ничем не знаменит. А вы откуда?

— Из Москвы. — ответила Лика.

— Тогда мы точно не заблудимся. — сказал Антон.

Они шли и непринужденно о чем-то болтали, а я была в ступоре. Никогда не попадала в такие ситуации. И как от него избавится? Настроение и так было плохое, теперь окончательно испортилось. По дороге нам попались несколько фигур в виде фантастичных животных, сделанных из разноцветных гирлянд. Лика тут же забыла о нашем кавалере и потащила Ваньку фоткаться на фоне их. У Ваньки был талант к фотографии. Лика его всячески эксплуатировала. Тот не был против.

— Ей всего пятнадцать. — сразу сказала я Антону.

— Думаешь, я не вижу, что она мелкая? Лика назло тебе флиртовать начала. Хочет казаться взрослой. Пусть тренируется. — Спрятав руки в карманы, ответил Антон. Стоит и смотрит, как фоткается детвора. — Так-то ей такой старик и даром не сдался.

— Тогда зачем тебе все это?

— Скучно. Заодно к тебе поближе подберусь. — он обнял меня за плечи.

— Эй, поосторожнее. — выбираясь из его объятий, сказала я. — У меня муж есть.

— Чего-то я его не вижу. — Антон демонстративно покрутил головой по сторонам.

— Он дома.

— Муж дома, а ты тут с грустными глазами. Понятно.

— Ничего тебе не понятно.

— Куда мне, простому смертному, до таких возвышенных отношений! — Антон явно дурачился.

— Может уйдешь по-хорошему?

— Ни по-хорошему, ни по-плохому. Вам компанию составлю на этот вечер. Вам скучно, мне скучно, значит, будем развлекаться как умеем. Что ты на меня так смотришь? Вот что за жизнь такая? Подходишь к симпатичной женщине, а тебя сразу подозревать начинают в чем-то плохом. — хмыкнул Антон. — Новый год, праздник. Можно же просто побыть собой, без всяких премудростей и заморочек? Пойдем лучше фоткаться на фоне этих чудищ.

Он потянул меня за руку. Вечер действительно вышел веселый. Может нужно иногда прекратить себя сдерживать и поверить в сказку? Вновь вернутся в детство, когда за каждым поворотом волшебного города тебя ждет чудо? Правда кошелек я убрала подальше. На всякий случай.

Гостиный двор сверкал гирляндами, напоминая пряничный домик. Огромный каток.

— Лика, присматривай за Ваней. Одного его не оставляй. — сразу выдала я инструкции детям.

— А ты с нами не пойдешь? — спросил меня Антон.

— Мама кататься не умеет. — в один голос сказала детвора и засмеялись.

— И чего тут смешного? — не понял Антон.

— Ты меня на коньках не видел. — рассмеялась я. — Как корова на льду.

— Так надо научить.

— Бесполезно. Этот вид спорта не для меня.

— Ерунда. — отмахнулся Антон, покупая билеты.

— Я тебе сейчас деньги отдам.

— Обойдусь. Пошли кататься.

— Это неправильно.

— Чего не правильно? Кататься? — серьезно так смотрит на меня.

— Платить.

— В следующий раз заплатишь ты. — пожал он плечами.

— Это плохая идея меня ставить на коньки.

— А мне нравится. — ответил он.

— Я льда боюсь.

— Но я же рядом буду. Не дам тебе упасть.

И чего я согласилась? Ноги разъезжаются по скользкой поверхности. Ваня с Ликой носились по катку, играя в салки. А я стояла и держалась за бортик. Дура дурой. И во всем Антон был виноват. Почему-то из-за него появилась уверенность, что смогу освоить эти скользкие полоски.

— Руки давай. — ко мне подкатил Антон.

— Легко сказать. Тогда я упаду.

— Не упадешь. Я же тебя не гонять приглашаю.

— Все равно страшно.

— Начинать что-то новое всегда страшно. — он взял меня за руки. — Ты под ноги не смотри. На меня смотри. Ноги ровно поставь. Держи равновесие.

— На скользком льду?

— А какая разница лед это или доска?

— С доски не упадешь.

— Легко. Доска может быть мокрая от дождя, можно на ней споткнутся. Но мы сегодня спотыкаться не будем. Просто доверься.

— Первому встречному? — хмыкнула я.

— Почему бы и нет? Тебе хочется сказки. Мне тоже. Вот и сделаем эту сказку. Хотя бы на вечер, — ускоряя темп, сказал он. Уверена, что мы ехали со скоростью улитки, но мне казалось, что ветер свистит в ушах.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Смотрю на Антона, спокойный такой. Смотрит на меня и улыбается.

— Глаза закрой и загадай желание. Раз мы сегодня решили, что у нас сказка, то в сказках случаются чудеса, а желания сбываются. Не бойся, ты не упадешь, и кошелек мне твой не нужен.

Откуда он знает о чем я думаю? Рискнуть? Что я хочу? Счастья хочу. Быть счастливой. Рывок. Я только успела машинально схватиться за Антона. Он крепко держал меня. Его губы накрыли мои. Поцелуй напоминал огонь. Пламенный, обжигающий, сильный. Я выпала из реальности. Его щетина колола мои щеки, а мне все равно. Время остановилось.

— Снег пошел. Наши желания сбудутся. — довольно сказал он. Первые снежинки упали мне на горячие щеки.

Метель налетела стремительно и яростно. За секунду видимость упала до нуля. Казалось, что мир перестал существовать. Остались лишь мы вдвоем.

— Красиво. — наблюдая за буйством стихии, прошептал он. — Ты мне нравишься.

— Нет. — выдохнула я. А чувствую, как внутри все сжимается от этих слов.

— Знаю. А жаль. — с ноткой грусти сказал он. Буря утихла так же внезапно, как и появилась. — Поедем к выходу?

— Поедем. — мы сдали ботинки. До закрытия катка на техническое обслуживание оставалось еще десять минут.

— Хоть номер телефона дашь? — он прямо посмотрел на меня.

— Нет. Это лишнее. Разные дороги. Конец сказки.

— Или начало. Посмотрим, исполнятся ли наши желания. — он усмехнулся. — Спасибо за вечер. Еще увидимся, когда дороги пересекутся.

— Если пересекутся.

— А мне кажется, когда.

Он ушел. Я осталась дожидаться, когда вернутся дети с катка. Странный вечер, странное приключение. Но об этом потом подумаю. Сейчас мысли разбегаются. Нужно вначале успокоиться.

Глава 3

Сказка закончилась, наступили серые будни, а мне хотелось улыбаться искренне. Впервые за долгое время у меня было хорошее настроение. Дома на меня только поглядывали с интересом и недоверием. Лику я застала за просмотром моего телефона через два дня после приключения на катке. Она сидела на кухне и что-то активно искала.

— Свой потеряла где-то в квартире. Найти не могу. Прозвонить хочу. — Она быстро набрала свой номер телефона. Телефон зазвонил у нее в кармане. — Глупая какая. Сама же его туда положила и забыла.

— У меня нет номера телефона Антона. — Улыбаясь, ответила я. Лика сразу смутилась, но потом недоверчиво посмотрела на меня.

— Я видела, как вы…

— Целовались? — Я налила себе чая. — Это миг: ничего не значащий и ничем не обязывающий. Два человека поддались порыву. Но это не значит, что нужно и дальше развивать это знакомство. Часто то, что нам нравится сердцем, потом превращается в ошибку. Поэтому надо еще и головой думать, прежде чем отдаваться чувственным порывом.

— А папа знает?

— Хочешь, расскажи ему. Тогда мы разведемся. Твой отец дал ясно понять, что ищет повод расстаться. Но виноватой выставить собирается меня.

— Ты разве не виновата?

— В том что нахал меня поцеловал? — я рассмеялась. — Считаешь, что во всем виновата женщина?

— Ничего я не считаю. — Лика отвернулась. Я видела, что она нервничает. Когда она нервничала, то теребила прядь волос.

— Спрашивай? Или так и будешь мучиться?

— Вы с папой разведетесь?

— Не знаю. Я не хочу. Но не все в моих силах.

— Почему? — спросила Лика. Пятнадцать лет, а все еще верит, что мама и папа всесильны. Жаль, что это не так.

— Я же не волшебница. Лика, люди не могут влиять на других, если другие этого не хотят. А еще есть поговорка, насильно мил не будешь. Сейчас у нас с твоим отцом трудности. Надеюсь мы их решим, но может и не решим. Я не знаю.