– Это что, твоя? – не скрывая восторга, спросила я.

– Одна из… – сухо ответил он.

– Да-а, кажется, я продешевила с поцелуями! А ты так торговался, словно пятьсот баксов – это деньги.

– А ты так быстро согласилась, что отбила мне всю охоту накинуть пару сотен за язык…

– За какой еще язык?

– Длинный, без костей, – пояснил гад. – Тот, с помощью которого будешь сводить меня с ума в поцелуе.

Я даже про машину забыла:

– Про “сводить с ума” впервые слышу! – Хотела состроить обиженную гримасу, но передумала, вспомнив о количестве пустых чеков в кармане так называемого жениха. Взглянув на него исподлобья, миролюбиво разрешила: – Но ты можешь еще торговаться, только не забудь – сделаешь что-то, не спросив, вступит в силу уже мой тариф!

– Посмотрим, – не стал отказываться Себастьян. – Чем черт не шутит…

По его жесту водитель выскочил из авто и бросился открывать двери. Меня, стоявшую чуть позади жениха, мужик заметил не сразу. Зато, увидев, порадовал реакцией. Отшатнулся, испуганно потянулся к кобуре, потом опомнился и, глянув на начальника, спросил, все еще пребывая на стороже:

– Дама с вами, босс?

– Да-а-а, – едва не пропел Себастьян, явно наслаждаясь случившимся, при этом сохраняя максимально серьезное выражение лица. – Присаживайся, Сисси.

Охранник вскинул брови, и беззвучно шевельнул губами. То ли мое имя повторял, чтобы запомнить, то ли молился…

В салоне пахло потрясающе, а уж кожаные сиденья были настолько удобными, что я осталась бы на них жить.

– В ювелирный, Маркус, – приказал Себастьян, усаживаясь рядом с самой серьезной миной. – Пришло время узаконить наши с Сис отношения.

Меня перекосило. Вот сволочь, решил с именем поиграть? Ладно…

– Ах, Бастик, я все еще переживаю, как отреагируют на меня твои родители? Может быть, не стоит нам выходить в свет? Меня устраивает все, как есть сейчас.

Жених ответный ход оценил. “Случайно” наступил на ногу своей огромной лапой. Я зашипела, а он прижал меня к себе со всей дури и все с той же серьезной миной приторно сладко проговорил:

– Любимая, я больше не хочу скрывать наши чувства. И потом, ты ведь сама говорила, как хочешь детей. А я готов работать над этим вопросом только в браке. Я старовер, помнишь?

По голосу гада было не понять, серьезен он или прикалывается, но готова поклясться, он не улыбался, хотя я видела только его галстук, будучи уткнувшейся в сильную грудь.

Водитель молча завел машину и плавно двинулся прочь от моего дома. Единственное, о чем он спросил спустя пару минут, не нужна ли нам звукоизоляция на время пути?

Себастьян отказался и попросил ехать быстрее. Ему не терпелось обручиться с ненаглядной заей. Когда я поняла, что это он обо мне, чуть не передумала выходить замуж. Даже фиктивно.

– Не называй меня так, – прошептала, пытаясь вырваться из стальных объятий своей фиктивной второй половины.

Он отпустил, но тут же сцапал руку, прижимая тыльную сторону ладони к губам и пристально глядя в область, где под балахоном надежно пряталась грудь:

– Сисси, малышка, а какой у тебя размер?

Я закашлялась и скосила глаза на водителя. Тот упорно делал вид, что его с нами нет.

– Бастик, – пытаясь изобразить стеснение, я опустила взгляд и чуть улыбнулась. – Что за вопрос?

– Просто я раньше никогда не дарил тебе колец, – все так же невозмутимо ответил он. – Так какой размер у этого очаровательного пальчика?

– Пятнадцать с половиной, – ответила я, часто моргая и изображая кокетство, наконец сообразив, о чем женишок спрашивал.

– Так я и думал, – по-деловому кивнул Себастьян. – Скажи мне…

И все же, несмотря на всю его максимально серьезную мину, в глазах мужчины плясали озорные искры. По ним я поняла, что он собирался снова меня поддеть, но тут зазвонил смартфон. И мужика словно подменили. Вроде лицо тоже – ни один мускул не дрогнул, но озорство из глаз ушло и холодом повеяло. Нажав какую-то кнопку на панели, он активировал заслонку между водителем и нами, после чего снял трубку, отпуская мою руку и прикладывая указательный палец к губам, тем самым, призывая к тишине.

– Слушаю. Нет, еще не подписал. Мои юристы проверяют документы, как только они дадут добро – будем работать. Есть некоторые опасения, но они несущественны. Проверим, хорошо. Договорились. Нет, завтра не смогу, везу невесту знакомиться с родителями. Не ослышался. Невесту. Обязательно, но она очень скромная и не слишком любит публичность. При встрече поймешь, почему. До скорого.

Он отключился, и некоторое время так и просидел, глядя на экран смартфона, но явно пребывая мыслями где-то далеко.

В какой-то момент в салоне раздался тихий неприятный скрип, после чего голос водителя донесся из мини-динамика слева: “Приехали. Ювелирный салон.”

– Спасибо, Маркус. Идем, дорогая.

Я не выходила из авто, пока Себастьян лично не открыл дверцу с моей стороны и не предложил руку помощи. Одарив его лучшим оскалом, вышла, воркуя на ходу:

– Ты ж моя лапочка, и как я жила без тебя все эти годы?

Не знаю, с чего вдруг во мне проснулось это желание постоянно играть на нервах “жениха”, ведь умом я понимала, что после разговора с неизвестным, он остался напряженным и без настроения. А значит, можно было нарваться на грубость. Или, хуже того, расторжение контракта. А это, в свою очередь, грозило неуплатой аренды… Но стоило взглянуть на самоуверенную непроницаемую физиономию Себастьяна, как рот сам открывался и язык двигался… В итоге я произносила всякие гадости, не слушая вялых сопротивлений здравого смысла.

От моих слов лицо мужика перекашивало чуть в сторону, и это служило бальзамом моему самолюбию.

– Идем, Сисс, сейчас выберу для тебя лучшее колечко, – проговорил в ответ Себастьян, и я на миг решила, что он выберет мне нечто совершенно неподходящее, с милыми цветочками или котиками. Ошиблась. Гад оказался не настолько предсказуемым. Он оказался хуже!

– Добрый день, – вежливо приветствовал работниц ювелирки жених, пока те нервно переглядывались, косясь на хмурую, подозревающую неладное меня. – Нам нужны кольца. Да непростые. – Тут Себастьян крепче притиснул меня к себе и ущипнул за зад у всех на виду: – А такие, чтоб моей Мо не стыдно было среди своих подруг показаться.

Кто-то из продавщиц хихикнул. Другая с тихим “Ох…” облокотилась на витрину. И только третья, выскочив перед нами, предложила:

– Пройдемте, у нас шикарный выбор, непременно что-то подберем!

И мы подобрали. В прямом смысле слова. С самого нижнего яруса закрытого на замок сейфа. Это были жутко дорогие перстни, причем мой оказался увенчанным красным булыжником. Продавщица упорно называла громадину шикарным аксессуаром с величественным рубином. Еще бы, не величественный… у меня от него моментально палец устал и обвис, как подкошенный.

Себастьян же был предельно доволен:

– То, что нам нужно! Правда, Сисс? Ты у меня такая заметная, и кольца должны быть под стать!

– Я сейчас сдохну от счастья, – не смогла я скрыть своей радости.

Слабым утешением стало, что парное кольцо Себастьяна оказалось не менее жутким и еще более дорогим. Огромный дутый перстень с пузатым изумрудом.

– Под цвет твоих глаз, – не удержалась я, хотя видит бог, глаза у этого черноволосого подонка были самые что ни на есть карие.

– Всегда знал, что ты у меня уникальная, – меня не спрашивая чмокнули в лобик и пояснили уже для консультантов. – Моя ласточка дальтоник, представляете! Уникальная женщина!

Девушки-продавцы моей уникальностью прониклись еще в тот момент, когда я только вошла в салон, но согласно закивали. Расплатившись Себастьян вывел меня из магазина, а сев в авто отдал приказ водителю отправиться обратно к моему дому, после чего поднял заслонку разделяющую салон.

– Итак, прекратим ненадолго наше представление, – серьезно произнес он. – Нужно обговорить еще несколько моментов.

– Слушаю, – я тоже постаралась настроиться на серьезный лад.

– Цену на свое кольцо ты видела, можешь считать это неким лимитом моего доверия к тебе. Никаких письменных договоров, как ты сама понимаешь, заключать мы не станем. Однако, если тебе все же захочется подурить, заняться каким-нибудь видом шантажа или иным образом начать портить мне жизнь, то я найду способ ответить тем же.

– А если сглажу? – все же не могла не ляпнуть я.

– Магией не обладаю, но как один из крупнейших риелторов Филадельфии жизнь могу испортить, – прозрачно намекнул он. – Однако, я так же не хочу чтобы ты все это посчитала угрозами. Это скорее предупреждение. На всякий случай.

Что ж вполне резонно, понять подобные требования было можно, и я кивнула.

– Переходим ко второму пункту. Надеюсь, ты понимаешь, что хранить тебе верность в постели я вряд ли стану. Насколько помнишь, наши отношения фиктивны, и случиться может всякое. Однако со своей стороны обещаю, что если даже что-то подобное произойдет, то об этом вряд ли кто-то узнает. Я в своих связях крайне осторожен.

Тут я с полным спокойствия душой просто пожала плечами.

– Мне искренне плевать с кем ты будешь спать, – заверила его я, и с усилием удержала себя за язык, чтобы не добавить: “даже если это будут мужики”.

– Однако я еще раз напомню, что мои родственники, скорее всего, за тобой устроят слежку, по крайней мере первое время. Поэтому, надеюсь, у тебя нет никакого бойфренда-ведьмака, который поспешит истыкать иголками мою восковую фигурку-виду?

Я прыснула от смеха. Себастьян оказался намного подкованее в бутафорской магии, чем можно было предположить вначале.

– От меня, значит, требуется лебединая верность? – уточнила я.

– Именно так.

– Без проблем, по крайней мере пока. Вдруг завтра я все же встречу любовь всей своей жизни и решу прекратить наши фиктивно-денежные отношения, – эту маленькую оговорку я себе решила все же оставить, на всякий случай.

Потому что мой первый и последний парень, которому отдала можно сказать все, оказался редкостной сволочью и исчез с моего горизонта около полугода назад. Так что по плотским проявлениям любви я особо не страдала и могла спокойно и дальше продолжать в том же духе. Но вдруг завтра в мои двери постучится сам Принц Уэльский, и коня белого под окнами припаркует.

– Ну и третий пункт. О всей этой афере, кроме нас будет знать только один человек. Моя сестра. К сожалению, скрыть от нее это невозможно, потому что именно с ее легкой руки я оказался сегодня у тебя в квартире. И зная Миранду, ей лучше сказать сразу. Тем более что она, не смотря ни на что, умеет хранить секреты. Для всех остальных, даже если тебе покажется что это мои лучшие друзья и знакомые – ты моя невеста. Девушка, в которую я безумно влюблен и скрывал долгое время от семьи, не желая показывать всем такое сокровище как ты.

Сарказм в его голосе был скрыт настолько хорошо, что даже я прониклась своей ценностью и исключительностью.

– Ну и напоследок, – он вытащил из кармана белую визитку с золотистым тиснением букв и протянул мне. – Сбрось мне на электронный адрес всю информацию о себе, которую должен знать “жених”: возраст, любимые цветы, книги, фильмы. Пару фактов из биографии. В ответ получишь тоже самое обо мне и выучишь к завтрашнему вечеру. Если ты не будешь знать обо мне хотя бы минимума информации, наш спетакль очень быстро подойдет к концу.

Я взяла визитку и сунула в сумочку, в ответ протянула свою. Черный прямоугольник с траурной рамкой из черепушек по периметру.

– “Леди Моргана. Ведьма в шестом поколении. Достану кого угодно, на том и на этом свете”, – прочел Себастьян. – Оригинально. И почему-то верю. Достанешь!

В этот момент автомобиль остановился у моего дома.

– Заеду завтра в четыре, – уже стоя под подъездом и прощаясь, напомнил “женишок” и почти целомудренно чмокнул в лоб. – Не скучай без меня, солнышко!

– Ни в коем случае, – “солнышко” поправило иссиня-черные волосы и звякнуло амулетами с летучими мышами и зацепило боковым взглядом шикированный фейс водителя.

Почтенный джентльмен все еще находился в прострации от происходящего и явно пытался понять, что случилось с его прежним хозяином, откуда взялась эта “невеста с того света”, а главное, чем грозят эти резкие перемены.

***

Я поднялась в свою квартиру и, все еще пребывая в некотором пристукнутом состоянии, прошла на кухню. Большая чашка давно остывшего кофе сиротливо ждала меня на столе, и я почти залпом ее выпила. С опозданием навалилось ощущение нереальности происходящего. Только в фильмах бывает, что в твою квартиру вваливается красивый мужик и предлагает сыграть роль его невесты, за более чем круглую сумму.