Во мне зарождается тревога. Я не уверена, мудро ли связываться с чем-то, чего не понимаю. Но какой у меня есть выбор? Мысль о возвращении к моему одинокому существованию кажется жалкой. Сегодня вечером самое успешное свидание, которое у меня было за долгое время. Несомненно, это просто потому, что я плачу ему, но, тем не менее, я чувствую себя другой. Более спокойной, более изящной, под контролем.

Когда женщины покидают туалет, я привожу себя в порядок. Я не сдамся сейчас и должна знать, что произойдет дальше. Я запускаю пальцы в трусики и спускаю их по бедрам, кладу крошечный кусочек красной ткани в сумочку и, расправив плечи, выхожу из туалета.

Во время моего отсутствия, официантка унесла мою тарелку, наши бокалы, и оставила счет. Я проскальзываю обратно на свое место в кабинке прямо напротив него. Его губы дергаются в улыбке, словно он хочет спросить меня, как все прошло, но не произносит ни звука. Как будто он знает, что я в шаге от передачи доказательств, и нет необходимости заполнять тишину бессмысленной болтовней. Его уверенность захватывает.

Я копирую его самоуверенную позу, достаю из маленькой черной сумочки трусики и сжимаю их в кулаке. Сглатывая внезапный нервный ком, я тянусь через стол и протягиваю ему свою руку. Он осторожно вытягивает свою руку и принимает мое предложение, затем перемещает руку в карман пиджака и прячет трусики в безопасное место.

Он будет хранить их? Я полагала, что это будет просто тест, призванный удостовериться, что я могу следовать его инструкциям. Я не предполагала, что он спрячет в карман мое нижнее белье, чтобы позже взглянуть на него.

Блин.

— Если это все, то, полагаю, что на сегодня наша встреча окончена, — говорит он, невозмутимо наблюдая за мной.

Мои мысли омрачены тем, что я услышала в туалете, и я отчаянно нуждаюсь в ответах. Неуверенная в том, что еще нужно сделать, я согласно киваю.

Он встает и смотрит, как я беру свою сумочку и выхожу из кабинки. Он настоял на том, чтобы оплатить огромный счет, хотя сам заказал только воду, в то время как я заказала коктейли и еду.

Когда мы подходим к парадному входу в джаз-клуб, он держит дверь, и я выхожу в ночь. Прохладную чикагскую осень сложно не заметить, поэтому я обхватываю себя руками, жалея, что не надела пальто.

— Ты нормально доберешься домой? — спрашивает он.

— Все в порядке. Я живу не очень далеко, — я едва притронулась ко второму напитку и уже не чувствовала воздействия алкоголя.

Он поднимает мою руку ко рту и прижимается губами к запястью. Жест такой неожиданный и настолько интимный, что я вздрагиваю.

Его глаза встречаются с моими, и он видит мое беспокойство.

— Мне нужно, чтобы тебе было комфортно со мной, Бриэль, — говорит он низким голосом, его губы все еще на моей руке.

Я киваю.

— Я знаю. Просто я плохо с этим знакома.

— Как давно ты была в интимной близости с мужчиной? — спрашивает он, изучая меня.

Я хотела соврать, потому что правда чертовски смущающая. Но он был честен со мной до сих пор во всем, поэтому я решила ответить тем же.

— Четыре года.

Он сглатывает, и это единственный признак удивления.

— Я обещаю, все хорошо. Тебе нечего бояться. Мы выберем стоп-слово, и вся игра остановится, когда ты используешь его. Понимаешь?

— Да, — я моргаю и чувствую дрожь, пробегающую по моей спине.

— Что еще тебя беспокоит?

Его способность читать меня как книгу, несмотря на то, что мы только встретились, просто ошеломляет.

— Я просто не привыкла к такому пристальному вниманию со стороны привлекательного мужчины, а ты очень привлекательный мужчина, и ты сказал, что женщины привязываются к тебе, и я не хочу, чтобы это произошло.

О, Боже, я болтушка. Кто-нибудь, заткните меня! Во втором напитке была сыворотка правды?

Его губы сжимаются в жесткую линию.

— Это было бы плохой идеей.

Я сглатываю и киваю.

Он приближается, и я могу чувствовать запах мяты в его дыхании.

— Я знаю, ты думаешь, что это для Кирби, но это для тебя. Я собираюсь помочь тебе стать женщиной, которой ты хочешь быть. Той, которой не сможет сопротивляться ни один мужчина.

Он прав. Это то, чего я хочу, независимо от того, что произойдет у нас с Кирби. Я устала от неудачных свиданий. Хочу встретить хорошего парня, и если мне не предначертано быть с Кирби, значит, Господин Наставник будет преподавать мне уроки для победы над кем-то более реальным. Я заслуживаю любви, и буду усердно работать, чтобы это произошло.

— Ты должна доверять мне. Верь в этот процесс. Это будет забавно, я обещаю, — он кокетливо подмигивает и рассматривает меня с ослепительной улыбкой на губах.

Я чувствую головокружение, и не знаю, как реагировать.

— Что ты теряешь? — он наклоняется ближе, его губы почти касаются моей шеи. Мой первый порыв — притянуть его ближе к себе, и дать все, что он хочет, но это не имеет никакого смысла. Я едва его знаю.

Его губы задевают мою шею. Они теплые и мягкие, и могу поклясться, что он сдерживает себя, чтобы не давить на меня.

Отступая, он поправляет свой пиджак.

— Спокойной ночи, Бриэль.

— Спокойной ночи, — бормочу я, завороженная им. Я пытаюсь придумать какой-то остроумный комментарий о моих трусиках, которые все еще находятся в его кармане, но я в замешательстве.

Он больше ничего не говорит, как будто хочет оставить недосказанность между нами. Очевидно, что он решительный во всем, и этот момент не исключение. Он ждет, пока я сяду в машину, прежде чем направиться к черному роскошному седану и скользнуть внутрь.


***


Хейл


Черт, это было интересно. Когда я вошел и увидел ее, мне показалось, что это сон. Я буду рассматривать ее только как клиентку, потому что, если правда всплывет на поверхность, она разрушит все, что я построил для себя.

Я смотрю, как ее автомобиль удаляется, и жду, пока фары не скроются из вида. После этого запускаю руку в карман пиджака и достаю самый крошечный кусочек красного кружева, который я когда-либо видел. Это жалкое подобие трусиков. Я должен наказать ее, отшлепать ее прекрасную задницу за то, что весь день держала киску едва прикрытой, ожидая встречи со мной. Она пытается дразнить меня? Так не пойдет. Я не могу позволить ей думать, что у нее есть власть. Я должен показать ей, кто главный.

Подношу ткань к носу и глубоко вдыхаю. Сладкий запах женского возбуждения приветствует меня. Блядь. Мой член твердеет и упирается в ширинку брюк. Будь я проклят, если это не маленькое влажное пятнышко на ее трусиках. Что-то мне подсказывает, что будет забавно играть с моей новой маленькой сабой.

Затем я завожу машину и направляюсь в квартиру Крисси.

Глава 7

Бриэль


Не могу описать словами то, что произошло. Я ела в компании человека, которого не знала, отвечала, когда он забрасывал меня эротическими вопросами, и теперь уезжаю домой без трусиков под платьем. Я чувствую, будто нахожусь в тумане. Если бы меня догоняли шесть автомобилей, я бы вежливо улыбнулась, кивнула и продолжила бы держать руль на два и десять. (Примеч. на курсах вождения автомобиля, обычно учат держать руки на руле на десять часов и на два часа).

Глубокий вдох, глубокий выдох.

Когда начинает звонить мой телефон, я тянусь к сумочке, чтобы ответить. Я в таком шоке от встречи с ним, что полностью забыла о своем обещании позвонить Джули.

— Ну? Ты встретилась с ним? — спрашивает она.

— Да, мы только что попрощались. Я еду домой.

— И? Как все прошло? Какой он?

— Это было... интересно, — говорю я, за неимением лучшего слова.

— Он псих?

— Нет, он оказался абсолютно нормальным. Фактически, он великолепен.

— Ну, и ты собираешься сделать это?

— Я не знаю. Это безумие, да? — поскольку я сижу в машине одна, сомнения начинают медленно подкрадываться ко мне.

— Мне кажется, что это круто. Добиваться того, чего хочешь. У тебя есть голова на плечах, и мне это нравится в тебе.

— Я ничего не знаю об этом, — теперь я понимаю, что было умно с его стороны заказать мне напиток. Возможно, именно благодаря ему появилась моя храбрость.

Мысли разбегались, и только голос Джули удерживал меня в данный момент.

— Ты должна это сделать, Бри. Ты сказала, что он великолепен. Серьезно, в чем проблема? Ты чувствуешь себя в безопасности, тогда какого черта нет? Черт, может, я тоже запишусь к нему на занятия, если это сработает.

Мысль о Джули, прикасающейся к нему, и его приказном тоне, предназначенном для ее ушей, не является приятной. Для меня это как будто пощечина, и непреодолимое желание удержать его возле себя вспыхивает внутри меня. Избавляясь от нахлынувших чувств, поскольку это не что иное, как просто интерес с оттенком похоти, я въезжаю в подземный гараж своего дома.

Паркуюсь на своем обычном месте, беру сумку и выхожу из машины с телефоном, зажатым между ухом и плечом.

— Я рада, что ты поддерживаешь эту идею. Думала, ты посчитаешь меня сумасшедшей, — вообще-то, я не собиралась рассказывать кому-либо об этом — даже Джули — потому что считала идею не очень благоразумной. Он мог оказаться серийным убийцей. — Я думаю, что для меня все сложится хорошо.

Я готова проделать тяжелую работу, чтобы получить то, чего хочу. Хотя, поверьте мне, идея сближения с Домом не кажется работой. Он интригующий, сексуальный и властный. Мне никогда раньше не нравились такие мужчины, как он, поэтому я уверена, что это просто счастливая случайность. Мои друзья в колледже были жуткими занудами, которые носили очки и белые теннисные туфли, и предпочитали находиться в компьютерных классах. Я почти захихикала, когда подумала о различиях между ним и мужчинами, к которым я привыкла. Это сравнение двух противоположностей. Лев против рыбки.

— Я горжусь тобой, — говорит Джули. — Когда вы снова встречаетесь? И ты ведь понимаешь, что я хочу больше деталей, верно?

Входя в лифт, я смеюсь и ударяю кулаком по кнопке шестого этажа, где расположена моя квартира.

— Я прекрасно знаю это.


***


Лежа в постели этой ночью, не могу перестать думать о своей встрече с Домом. Я прижимаю подушку к груди и плотней укутываюсь в одеяло. Я понимаю, что он взял под контроль нашу встречу, указывая мне как одеться, какое выбрать нижнее белье, и я охотно повиновалась. Возможно, во мне больше покорности, чем я предполагала.

Когда я думаю о нем, рассматривающим мои трусики, которые он с положил в свой карман, улыбка появляется на моих губах. Моя жизнь может быть приятной и упорядоченной, но трусики, которые больше напоминают зубную нить, чем нижнее белье, должны сигнализировать ему, что я открыта для сексуального приключения.

Я чувствую себя порочной, и у меня перехватывает дыхание, но если он и правда может мне помочь завоевать Кирби, то решение принято. Я на все готова. Боже, это будет, наверно, чертовски весело.

Глава 8

Хейл


Бриэль выполнила все, как хороший маленький сабмиссив.

К вечеру четверга в электронном ящике меня ожидает подписанное соглашение о неразглашении. Оно не может быть использовано в суде, но дает нам обоим душевное спокойствие, и это дело мы должны проворачивать осторожно. Второе вложение содержит результаты ее анализов. Она абсолютно чиста. И ее второе имя Гертруда. Я подавляю смешок.

Я высылаю ей ответное письмо, прикрепляя мои собственные результаты анализов. Мое имя закрашено черным, и все, что она может узнать, это что мне двадцать восемь лет и что я родился в Чикаго. Я сказал ей встретить меня в тихом шикарном баре в центре Чикаго в пятницу вечером. Тогда и начнется наш первый урок.

Доминант во мне усмехнулся от мысли, что я для нее приготовил.


***


Я сразу же замечаю ее. Сидя на барном стуле с бокалом белого вина в руках, она не обращает внимания на мужчин, которые в данный момент окружили ее. Платье сливового цвета завязано на шее, обнажая ее спину почти до самой задницы, и это заставляет меня чувствовать себя странно собственнически. Я сжимаю кулаки и делаю глубокий вдох.

— Кто сказал, что ты можешь носить платье с открытой спиной? — шепчу я ей на ухо, незаметно подкравшись сзади. Бриэль подскакивает, словно мой голос напугал ее. Она не моя, моя она только для того, чтобы в течение следующих шести недель обучаться, но то, как мужчины смотрят на изящный изгиб ее спины и ямочки на пояснице, гнетет меня изнутри.