— Ау! — отозвалось совсем близко из перелеска.
Пентауров на следующее же утро после приключившегося с ним недоразумения в Рыбном укатил в Питер.
Там его по-прежнему видали в среде золотой молодежи, ожидавшей по ресторанам государственных должностей, и когда Степана Владимировича спрашивали, отчего он так скоро вернулся из имения, он поводил с небрежным видом плечом и отвечал:
— Что мне там было сидеть? Привел все в порядок и вернулся!
Маремьян вольную не получил, да и не добивался: очень уж он стал заботиться об управлении Баграмовым, неизвестно кому больше приносившим доходу — барину или ему, приказчику.
Помирился он и с Тихоном, несмотря на два зуба, вышибленные тем ему в беседке.
Встретились они впервые после происшествия в какой-то компании, и Тихон пояснил Маремьяну, что все обстояло именно так, как следовало.
— Вы, Маремьян Василич, серчать бросьте! — сказал он ему. — Нонче я вам в морду заехал, завтра вы мне — дело житейское: обижаться на это нечего!
Рязань по-прежнему продолжала питаться событиями, и первым, очередным, был спектакль, нежданно-негаданно устроенный двумя пожилыми особами — сестрами Зяблицыными на Большой улице. Они напали на гулявшего в аристократическое время Арефия Петровича, отколотили его зонтиками и гнали, молотя ими, пустившегося удирать беглеца от Мясницкой до моста.
После победы они торжественно возвратились домой со шляпками на боку и со сломанными зонтиками, висевшими в виде плетей-трехвосток.
Клавдия Алексеевна с брызгавшими из нее слюной и восторгом объяснила это происшествие Елизавете Петровне тем, что Званцев позволил себе выразиться где-то о младшей Зяблицыной, что она старая, плешивая девка, помешавшаяся на женихах, чего никак не могли стерпеть даже такие мирные и благочестивые особы, как ее сестры.
— Любопытно, кто же им передал слова? — сказала Елизавета Петровна.
— Разумеется, я! — Клавдия Алексеевна с гордостью выпрямилась и указала на свою особу пальцем. — И нарочно это сделала. Я не забыла гадость, которую он позволил себе с Андреем Михайловичем!
Елизавета Петровна пригнула ее к себе за длинную шею и поцеловала.
— Вы истинный друг! — с чувством произнесла она.
— Но до чего интересно жить на свете! — воскликнула, отдав хозяйке столь же горячий поцелуй, Клавдия Алексеевна. — Подумайте только, дорогая: один женится, другого колотят! Умирать не надо!!
Португалия. Эшпиньо. Лето 1919 г.
"Гусарский монастырь" отзывы
Отзывы читателей о книге "Гусарский монастырь". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Гусарский монастырь" друзьям в соцсетях.