Виктория Эшли

Хеми



Примечание автора: Из-за ненормативной лексики и большого наличия сексуальных сцен, книга не предназначена для лиц младше 18 лет. Это вторая книга из серии "Аллея Позора", все книги которой будут выдающимися. Она содержит сцены Ж+М и Ж+М+М, так что если вам не нравятся сцены грязного секса с пошлой лексикой, то эта книга не для вас. Если же нравятся… тогда, добро пожаловать в мир грязных мальчиков Аллеи Позора.


Пролог

Хеми

Я чувствую руку на плече, толкающую и трясущую меня, заставляя меня стонать и царапать голову. Я так обдолбан, что едва могу двигаться. Если честно, это просто может быть игрой моего воображения, поэтому я решаю проигнорировать это.

- Чувак. Хеми. Да проснись ты уже, черт возьми. Вставай, брат.

Я делаю попытку открыть глаза, но они лишь закатываются назад и закрываются. Я в коме, вызванной наркотиками, вынесшими мне мозг. Мои веки настолько тяжелы, что я даже не собираюсь повторять попытку поднять их. Все, что я хочу, это спать, не думать. Мой мозг в тумане, никаких намеков на то, что я делал прошедшие двадцать четыре часа; это моя искусственная нирвана.

- Тебе пора валить отсюда, мужик. Бери Рейчел и убирайтесь. У меня есть гребаные дела. - Голос эхом отдается у меня в ушах, смысл слов не доходит до мозга, за исключением одного единственного.

Достаточно лишь имени Рейчел, чтобы мой мозг осознал, что тут нахрен происходит, и я отрезвел достаточно, чтобы двигаться. Я знал, что не стоило приходить сюда прошлой ночью. Хотелось всего лишь сбежать из своего ада на десять минут. Я не собирался обдолбываться так, но опять же, это никогда не входит в планы, пока не становится слишком поздно.

Сев, я открываю глаза и трясу головой, словно это поможет мне выйти из настоящего состояния. Комната начинает кружиться вокруг меня, так что я наклоняюсь, сжимая голову руками и закрывая глаза. Мне нужно прийти в себя, но мой мозг еще совершенно отключен.

- Чувак… Я говорил тебе притормозить вчера, но ты как всегда был непреклонен.

Мой мозг наконец начинает соображать, и я снова открываю глаза и вижу своего хорошего друга, Митча, стоящего надо мной с моей футболкой в руках. На его лице одновременно читается и злость на меня, и жалость к моей ситуации.

Он бросает футболку мне в лицо и, в итоге, она падает мне на колени, на которых, я только сейчас понимаю, лежит Рейчел, зарыв голову посередине. Она стонет и прижимается сильнее к моему дружку, но не просыпается.

Черт.

Одним быстрым движением я отталкиваю Рейчел и вскакиваю на ноги.

- Ах, нахрен. - Я тру лицо руками и отхожу от кровати. - Что это за дерьмо?

Рейчел открывает глаза и соблазнительно улыбается, дотягиваясь до моей штанины. Я стряхиваю руку и откидываю ее.

- Что случилось, малыш? Вчера я тебе нравилась. Я что-то сделала не так? - Она надувает губы и выставляет нижнюю вперед.

Указывая пальцем ей в лицо, я делаю глубокий вдох и выдох, пытаясь совладать со злостью.

- Нихера ты не нравилась. Ты чертовски хорошо знаешь, что я не хочу никакого дерьма связанного с тобой. - Я беру свою футболку и пячусь назад. - С тобой я разберусь позже. Я говорил, что эту хрень нужно прекратить. Мне нужно идти.

Я иду через дом, Митч следует за мной по пятам. Как только я выхожу наружу, то останавливаюсь и делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь собраться после того, что произошло. Сейчас моя голова кружится еще сильнее, и я понятия не имею, как доберусь домой в таком состоянии. Я едва могу прямо стоять.

- У меня плохие новости, брат. - Голос Митча, мягкий и полный сожаления, раздается сбоку от меня.

Мне не нравится этот звук. Я опираюсь на кирпичную стену и тру лицо так быстро, как только могу.

- Просто скажи.

Митч прислоняется к стене рядом со мной. Он мгновение колеблется, что значит, он не хочет говорить то, что собирается.

- Оникс пришла сегодня утром, искала тебя. Я пытался сказать ей, что тебя тут нет, но друг, она не глупа.

Я поворачиваюсь и ударяю кулаком о стену со всей силы, снова и снова злясь на себя самого. Треск кости от удара указывает на то, сколько силы я приложил. Наркотики в моей кровяной системе затуманивают боль, которую я мог бы сейчас испытывать.

- Что она видела? - спрашиваю я сквозь зубы. - Почему ты не разбудил меня? Черт, я мог бы все объяснить.

- Я пытался разбудить твою задницу. Ты был слишком обдолбан. Она вошла в спальню и увидела тебя без рубашки с Рейчел, лежащей на твоих коленях. Она просто стояла там неподвижно несколько секунд, потом развернулась и ушла. Вид у нее был достаточно спокойный, друг. Я не знаю. Я пытался объяснить, но она продолжала идти, бормоча что-то о вечной боли в сердце.

Я вздыхаю и провожу пальцами по мокрым от пота волосам.

- Как, черт возьми, Рейчел вообще оказалась там со мной? Когда я вчера пошел в ту комнату, то был один. У меня нихрена с ней не было. Я ни разу не прикоснулся к ней. - Моя челюсть сжимается от мысли, что Рейчел хочет приручить меня. Это уже не первый раз, когда она делает такую хрень.

- Я не знаю, чувак. Я просто пришел утром проверить дышишь ли ты еще, и она была там, полураздетая, и спала у тебя на коленях. Я не знал, что нафиг случилось, поэтому просто оставил вас двоих наедине. - Он поднимает руки, показывая, что не хочет быть втянутым в это. - Мне жаль, мужик. Думаю, твое время с Оникс подошло к концу. У всех есть переломный момент, когда они сдаются и уходят. Ты слишком много раз лажал. Тебе нужно собрать все свое дерьмо, пока ты не закончил свою жизнь где-то один в канаве.

Я стою и позволяю его словам утонуть в воздухе, пока он отталкивается от стены и уходит, заканчивая разговор. Я не знаю, что сказать. Знаю, что не представляю из себя ничего больше огромного мудака. Я всегда был бесполезным. Даже мои родители так думали.

Давая своему телу еще несколько минут, чтобы проснуться и заработать, я стою тут с закрытыми глазами, хватаясь за стену перед собой. Я чувствую, что кровь начинает медленно сочиться из разорванной кожи, стекая по пальцам, но понимаю это только из-за влаги, а не боли. Я все еще не чувствую боли, никогда. Это то, за чем я гонюсь все время и это причина, почему я оказался в такой ситуации. Как, черт возьми, я объясню эту дрянь Оникс? Она, скорее всего, уйдет к тому времени, как я доберусь до нее.

Черт, я облажался...


Тридцать минут спустя я подъезжаю к своей квартире и спрыгиваю с мотоцикла. Мне понадобилось так много времени, чтобы вернуть способность нормально функционировать. Даже с улицы я вижу несколько ее сумок на крыльце, говорящих мне о том, какой я кретин.

Я стою там и смотрю, как Оникс выбрасывает еще одну сумку на крыльцо, даже не глядя в моем направлении. Это действительно происходит. Она действительно уезжает, а я все еще под кайфом, не в силах бороться за нее. Я едва сдерживаю желчь, подступающую к горлу. Даже я считаю себя неудачником в данный момент. Как я должен переубедить ее в обратном?

Положив шлем на сидение, я подбегаю к крыльцу и беру ее за руку, в тот момент, когда она выставляет очередную сумку.

- Это было не так, как выглядело. Дай мне объяснить.

Ее обжигающие зеленые глаза встречаются с моими янтарными, и я чувствую, что мое сердце падает вниз. В ее взгляде не осталось ничего, кроме ненависти и боли, и становится еще больнее от понимания причины. Я сделал это с ней, и я делал с ней это последние шесть лет.

- Это не важно, Хеми, - бормочет она. - Думаешь, я не знаю, что ты не спал с этой шлюхой? Я знаю это… но вопрос в том, сколько она получила удовольствия, добравшись до тебя, пока ты был пьян, под кайфом и в отключке? Как я должна себя чувствовать из-за всего этого, а? Мысль о ней, трогающей тебя, вызывает у меня желание блевать. Ее руки на твоем теле, на твоих волосах; в местах, которые должны быть моими. Я не могу больше, я не могу больше оставаться в тени, мучаясь из-за тебя. Просто не могу.

Я сглатываю и кладу руку ей на подбородок, делая шаг ближе. Я вижу, как ее взгляд опускается на мои губы, прежде чем она отворачивается и отступает.

- Не надо, - шепчет она. - Просто. Не надо. Пожалуйста, дай мне уйти.

Больно от того, что она отталкивает меня. Не иметь возможности коснуться своей женщины - худшая боль, но я не виню ее.

- Мне нет оправдания. Я натворил дел. Я знаю это. Я живу единственным знакомым мне способом - забываться иногда.

- Что же, я не могу так больше. Я не могу терпеть этого. Я отдала все, что у меня было и теперь у меня больше ничего не осталось. Каждый проведенный с тобой день, я все больше умираю внутри; все больше надежды теряю. Я понимаю, что у тебя было плохое детство. Я понимаю, что твои дерьмовые родители бросили тебя. Ты был маленьким ребенком, одиноким и испуганным в этом мире; я понимаю это и не могу сказать тебе, что где-то там есть твоя сестра или сказать, что она вообще жива. Я не могу вернуть время вспять, но я могу показать тебе, что любовь существует, что я всегда рядом. Я старалась. Действительно старалась, но это все, что я могу, Хеми. Я понимаю причины твоего поведения, но в итоге... я должна быть твоей единственной. - Ее голос сломлен и это убивает меня.

Она срывается на слезы, отходя от меня, словно близость со мной причиняет боль. Мне хочется провести руками по ее рыжим кудрям и притянуть ее к себе, но я не делаю этого. Не могу. Не заслуживаю.

- Ты безнадежен, Хеми. Я не могу заставить тебя измениться. Ты не можешь и не хочешь. Мне всего лишь восемнадцать, черт возьми… тебе девятнадцать. Это слишком для меня. Мы слишком молоды для такого дерьма. Разве ты не видишь этого?

- Я могу измениться. Мне просто нужно время. Моя голова сейчас не в том состоянии, и я не достаточно силен, чтобы двигаться дальше. Ты знаешь, как тяжело просыпаться каждый день с этими воспоминаниями? - Я указываю на голову, моя рука дрожит. - Места, в которых я был. Люди, которых я видел. Вещи, которые мои родители делали с Сейдж. Это зияющая рана в моем мозгу. Теперь я, черт возьми, даже не знаю где она! Ей было всего девять. Я должен был защищать ее. Я изо всех сил стараюсь, хорошо?

- Прости меня, - шепчет она. - Я пыталась помочь. Я пыталась, но не могу больше погружать себя в эту грязь и страдания. Возможно, ты не трогал ее в этот раз, но что будет в следующий? До какой грани ты дойдешь в своих попытках забвения, а? Мне нужно сбежать от этого до того, как я потеряю себя. - Ее глаза встречаются с моими, а нижняя губа дрожит. - Я уже потеряла тебя, потому что ты с самого начала не был со мной в полной мере. Я знаю тебя шесть лет; шесть лет, Хеми, а ты становишься только хуже. Не превратись в своих родителей. Не позволь им выиграть.

Я отворачиваюсь от нее, не в силах больше видеть разочарование в ее глазах. Это слишком больно.

- Можешь просто дать мне еще один шанс? Я обещаю, что никогда не причину тебе боль намерено. Вещи, что ты видела в прошлом, были вне моего контроля. Я мог флиртовать, когда был под кайфом, но я никогда не приводил другую женщину в кровать.

- Откуда ты знаешь, Хеми, - сказала она резко. - Мы не можем быть в этом уверены, и я не собираюсь застревать тут до выяснения. Я должна уйти. Мне нужно уйти. Ты слишком много раз причинял мне боль, и мне кажется, что я больше не могу дышать. Это. Очень. Больно.

Она поворачивается и направляется к двери, но потом останавливается.

- У меня всего один вопрос. Ты хоть когда-то любил меня?

Ее слова зависают в воздухе, пока я пытаюсь заставить заговорить. Я хочу сказать "да", но правда в том - я не знаю, что такое настоящая любовь.

- Оникс, я...

- Нет. Нет. Нет. Я не хочу слышать никаких оправданий. Я понимаю. - Она хватает дверную раму, но не поворачивается ко мне лицом. - Скажи мне, что любишь меня, Хеми. Дай мне надежду, потому что у меня ее не осталось.

Мое сердце ускоряется и становится тяжело дышать. Я не стою этого, и мы оба это знаем. Она сказала это раньше, когда назвала меня безнадежным.

- Прости, - все, что я могу выдавить из себя. Такие как я не умеют любить. Это не заложено в моей генетике. Как сильно бы я не хотел задержать ее здесь, она заслуживает большего. Но я превращаюсь в эгоиста, когда дело касается ее.