При вскрытии оказалось, что доктор Вебер скончался от сердечного приступа, причину которого так и не смогли установить. Возможно, больное сердце главврача, на котором действительно делали операцию в прошлом году, не выдержало безграничной жестокости своего обладателя.

На протяжении трех недель, в которые доктор Морриган был занят восстановлением психиатрической лечебницы, главным врачом которой он теперь являлся, я занималась написанием собственных мемуаров.

Написать книгу обо всем, что произошло, мне посоветовал доктор Морриган, в целях лечебной психотерапии. Эта книга была написана, как дневник, девушкой, которая в самом деле пережила весь этот кошмар.

Сегодня мой последний день в центральной больнице Кракова, и захлопнув крышку ноутбука, я встаю с кресла и выхожу за дверь палаты, где меня ждет прекрасный брюнет с разноцветными глазами.


***


В психиатрической больнице имени Станислава Левандовски было тихо и спокойно. Мы сидели на большом кожаном диване в общем зале.

- В новостях я слышала, что ты решила написать мемуары обо всем произошедшем, – произнесла худенькая брюнетка, сидящая рядом со мной. Ее глаза восторженно блестели. – Кристина, это так здорово!

Я посмотрела на девушку, безразлично кивнув.

- Я надеюсь, тебя скоро выпустят отсюда, Джули, и ты сможешь побывать на презентации книги, где я, наконец, смогу познакомить тебя с Алексом, – отозвалась я, задумчиво сжимая в своей руке песочные часы, висевшие на моей груди.

- Ты так изменилась, Кристина, – произнесла девушка нахмурившись.

- А разве могло этого не произойти, после всего что случилось? Однажды мой воображаемый друг сказал мне, что все происходящее с нами неважно и бессмысленно. В этом мире есть лишь одна вещь, которую стоит ценить – человеческая жизнь. Кроме нее все остальное незначительно, – произнесла я задумчиво, поднося чашку черного кофе к губам. Сделав глоток, я затянулась сигаретой, выпустив в воздух клубы шоколадного дыма. – Возможно, когда два раза переживаешь клиническую смерть, все окружающее тебя начинает казаться тебе абсолютно бессмысленным?

В комнату вошел доктор Живаго, приблизившись  к нам, мужчина радушно улыбнулся, протянув мне руку.

- Кристина, как я рад Вас видеть! Вы стали еще прекраснее, с нашей последней встречи.

В ответ, я холодно улыбнулась, протягивая свою руку ведущему психиатру закрытой клиники Кракова.

- Рада Вас видеть, Юрий.

- Я слышал, завтра вас можно будет поздравить? – Спросил доктор Живаго с улыбкой.

Я задумчиво кивнула.

- Джули Окконел так и не научилась сохранять чужих тайн, – ответила я равнодушно, пожав плечами.

- Джулия, поднимитесь, пожалуйста, в кабинет доктора Морригана, на четвертый этаж, он обещал вам уделить полчаса на сеанс психотерапии, – произнес доктор Живаго, обращаясь к брюнетке.

Девушка казалась растерянной.

- Но ведь у доктора Морригана сегодня выходной.

- Я попросила его не пропускать твои сеансы, – пояснила я отстраненно. – Мы никуда не опаздываем, и он вполне может уделить тебе время.

Девушка благодарно поцеловала меня в щеку, и поднявшись с дивана, забежала в туалет, прежде чем покинуть комнату.

Доктор Живаго, вышел из зала, плотно закрыв за собой дверь. Откинувшись на спинку дивана, я выпустила клубы шоколадного дыма под потолок.

Когда то давно Смерть мне сказал что на все воля Случая, над которым не властен даже он. Ведь ему не дано вмешиваться во все происходящее в мире. Случай же вершит судьбы, распоряжаясь сложившимися обстоятельствами по своему усмотрению. Будь то захлопнутая в спешке дверь или же пролитый кем-то кофе.

В тот день во все происходящее в психиатрической больнице имени Станислава Левандовски решил вмешаться Случай, который и изменил все последовавшие дальше события в свою пользу.

Этим утром, медсестра Мэри-Роуз дежурила на втором этаже первого корпуса клиники, и, заметив утром, что дверь в общий зал заклинивает, вызвала мастера, который должен был прибыть в больницу еще до десяти часов утра и починить дверь.

Но жена мастера, этим утром подала мужу слишком горячий кофе, и налила его в металлическую кружку, в которой обычно подает лишь холодные напитки. Взяв в руки раскаленный металл, мастер выронил горячую кружку и облился, в результате чего задержался дома, переодеваясь на пятнадцать минут, и не успел починить дверную ручку в общий зал. Выходя из зала в десять пятнадцать, доктор Живаго, будучи уверенным в том, что дверную ручку уже давно починили, захлопнул дверь в комнату, заблокировав выход из зала всем, кто в данный момент в нем находился.

Джулия, не успевшая выйти из комнаты перед доктором Живаго, отошла в туалет, расположенный в общем зале, где у девушки случился припадок.

Дрожащей рукой девушка успела распахнуть дверь туалета. Все находившиеся в комнате пациенты в ужасе наблюдали за пациенткой, которая держала в руке бензиновую зажигалку доктора Морригана, забытую по неосмотрительности на раковине в туалете двадцать минут назад. Девушка в припадке безумия просила ее отпустить и не сжигать заживо. Задеревеневшие руки Джулии чиркнули колесиком зажигалки. Вспыхнувшее пламя лизнуло бумажную салфетку, торчащую в кармане девушки.

В комнате был лишь один санитар, который по воле случая оказался новеньким и работал первый день, а санитар, который должен был его обучать не пришел в тот день на работу, в связи с сильной простудой. Мужчина бросился к девушке, но не смог к ней подобраться. Джулия отбивалась, невидящим взглядом осматриваясь по сторонам и крича про огонь. Ее кошмар воплощался в реальность, пламя охватило хлопковую футболку девушки и уже подбиралось к волосам.

Все по той же воле случая, я выронила свой мобильный телефон из сумочки, выходя из черного лексуса в девять часов утра. Телефон остался в машине, и сейчас я не могла позвонить Даниэлю, чтобы позвать на помощь. Я подбежала к кнопке вызова санитаров, и отчаянно нажала на вызов.

Но кнопка, не сработала, так как ночной охранник, делавший вчера обход случайно пролил на нее остывший чай, и, вытерев насухо стену, не счел необходимым сообщать о досадном происшествии дежурившей сегодня медсестре Мэри-Роуз.

Попавший в пробку в центре города мастер опаздывал уже на полчаса. Я отрешенно смотрела на девушку, которую охватило пламя, и безразлично выдыхала сигаретный дым к потолку. Не было смысла ломиться в заблокированную дверь. Я смотрела с полнейшим безразличием на то, как пламя охватывает тканевые жалюзи. Вся комната утопала в клубах дыма и криках Джулии и прочих пациентов, не желавших расставаться с жизнью. Становилось трудно дышать от угарного газа, заполнявшего комнату.

- Ты так прекрасна, Кристин, - из дыма ко мне шагнул прекрасный шатен. Его глаза блестели, словно расплавленная сталь.

Он рассматривал мое ярко-красное облегающее платье, и красные лакированные туфли, на высоких каблуках. Я выдохнула в воздух клубы ароматного дыма, и, не потушив сигарету, бросила ее на пол.

Вокруг бушевало пламя, в комнате становилось нестерпимо жарко. Смерть коснулся холодными губами моей руки, и опустился рядом со мной на диван.

Я больше не замечала ничего происходящего вокруг. Отчаянные крики и мольбы о помощи поглотил рев разрастающегося пожара.

Из моих рук выпал песочный хронометр, который я, сняв со своей шеи, сжимала в руках. Пробегающий мимо дивана санитар - стажер, наступил ногой на песочные часы. Стекло лопнуло, на кафельный пол высыпался золотистый песок.

- Время пришло, Кристин, - произнес брюнет задумчиво.

Смерть помог мне подняться с дивана, притянув меня к себе.

По ту сторону двери раздался шум, дверь пытались выломать. Но двери психиатрической лечебницы, сделанные из металла, были намного более прочными, чем деревянные. В стеклянное зарешеченное окошко по ту сторону двойной двери стучали. Сквозь дым я увидела прекрасное лицо брюнета, отчаянно выкрикивая мое имя, он колотил руками по раскаленной двери, разбивая кулаки в кровь и обжигая запястья.

В последний раз я взглянула в его объятое ужасом прекрасное лицо, которое скрыло от меня пламя, подступившее к дверям.

Отвернувшись, я взглянула на лицо Смерти, которое, не смотря на все происходящее вокруг, оставалось спокойным и хладнокровным. Протянув ему руку, я погрузилась в холодные властные объятия Смерти, чувствуя, как легкие наполняет угарный газ.

На меня нахлынула волна спокойствия, заполнившего все мое сознание, сердце остановилось, застыв, как песок в хронометре. Ничто больше не имело смысла. Тишина, спокойствие, вечный сон.


Эпилог.

Мужчина шел по тускло освещенному коридору северного крыла закрытой психиатрической больницы имени Станислава Левандовски, в сопровождении двух пожилых джентльменов в строгих классических костюмах.

Остановившись перед дверью в палату номер 104, мужчина достал из кармана белого халата связку ключей, и, подобрав нужный ключ, открыл дверь в палату.

На кровати, поджав босые ноги под себя, сидела прекрасная девушка в черном бархатном платье. Ее густые черные волосы спускались по спине водопадом блестящих локонов. Девушка отстраненно смотрела в пустоту, словно видя перед собой несуществующий мир грез.

На прикроватной тумбе стоял ноутбук, с открытым текстовым файлом.

- Кто это прекрасное создание, Доктор Морриган?

- Это моя дочь, Кристин Морриган, – ответил мужчина, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку. Вспыхнул огонек, по палате разлился аромат шоколада.

- Какой у нее диагноз?

Мужчина нахмурился.

- Корсаковский психоз. Она живет в мире иллюзий, сочиняя вокруг себя несуществующие миры, калейдоскоп непрерывных метаморфоз и трансформаций. Это болезнь появилась у нее еще в раннем детстве. И не смотря на это моя дочь, невероятно талантливая писательница. Вы, должно быть, читали ее новый мистический роман, который недавно вышел в свет?

- Но откуда ваша дочь черпает идеи и вдохновение, находясь здесь, взаперти и не видя реального мира? – Удивился один из мужчин.

- О, у нее есть намного больше, чем реальный мир, у нее есть целая вселенная, которую никто не в силах опошлить или извратить. А еще у нее есть тайный покровитель, который служит ей утешением в этом мире.

- Кто же он, доктор Морриган?

Достав из кармана больничного халата цепочку с разбитыми песочными часами, доктор Морриган внимательно всмотрелся в кулон. Его тонкие, плотно сжатые в линию губы растянулись в холодной усмешке.

- Смерть.

Откинув длинные каштановые волосы за спину, мужчина повел новых владельцев закрытой психиатрической больницы имени Станислава Левандовски дальше по коридору.


Примечания:

Психологические портреты персонажей основаны на реальных историях болезни пациентов психиатрического диспансера.