— Если мне не изменяет память, я обещал развлекать вас лишь по вечерам, а не в течение всего дня.

Помедлив, Мег пожала плечами:

— Как скажете. Вечером так вечером.

Кейд наблюдал за тем, как она закончила расставлять фигуры, откинулась на спинку стула и, сложив руки на коленях, устремила взор на подрагивавшие в камине языки пламени.

— Хорошо, — сам того не желая, вдруг сказал Кейд. — Завтра после ленча. Можем поесть прямо здесь, если не хотите откладывать игру.

Мег вскинула голову, и в ее взгляде промелькнула радость, смешанная с удивлением.

— Чудесная идея! — воскликнула она. — Попрошу приготовить повара что-нибудь незатейливое. Любите гренки с сыром?

Мег выглядела такой молодой и очаровательной — просто образец простоты и беззаботности. В душе Кейда зародилось странное волнующее чувство, которое он тут же безжалостно прогнал прочь.

— Хорошо! — грубовато бросил он. — Заказывайте что хотите. А теперь уже поздно. Вам пора.

Взгляд Мег скользнул по стоящим на каминной полке часам.

— О да, вы правы. Спокойной вам ночи, милорд.

Кивнув в ответ, Кейд налил себе еще порцию виски.

Так прошло еще несколько дней. Они с Мег встречались за обедом, беседовали, играли в шахматы и даже карты. Оба оказались сильными соперниками и на удивление приятными собеседниками. Их общение доставляло Мег удовольствие — как, впрочем, и лорду Кейду, — заставляя ее с нетерпением ждать новой встречи.

«Чем мы займемся сегодня?» — раздумывала она, садясь перед зеркалом, чтобы уложить волосы перед обедом. Несмотря на то что ее пребывание в этом доме напоминало заточение, Мег больше не тяготилась вынужденной задержкой в пути. Лорд Кейд был человеком настроения, иногда общение с ним давалось Мег нелегко, а временами откровенно злило. И вместе с тем он оказался на удивление великодушным и справедливым человеком, не скупился на похвалы и прислушивался к мнению своей гостьи.

В большинстве своем мужчины считали женщин привлекательными и послушными существами, способными рассуждать лишь о фасоне новой шляпки или меню званого ужина. Но лорд Кейд был другим. Он всегда выслушивал точку зрения Мег, даже если был с ней не согласен.

С ним она могла говорить о чем угодно, будь то литература или искусство, история или философия. Они даже затронули политику, и Мег с удовольствием отметила про себя, что лорд Кейд, так же как и она, является сторонником партии вигов. Одно было ясно наверняка — рядом с ним ей никогда не приходилось скучать, и Мег искренне надеялась, что и лорд Кейд не унывает в ее обществе. Вчера вечером он определенно выглядел довольным.

Мег мысленно улыбнулась, вспомнив о том, как смеялся лорд Кейд над ее рассказами о наиболее колоритных подчиненных отца и историями из жизни дочери морского офицера.

В такие моменты выражение лица лорда Кейда менялось до неузнаваемости. Складки на лбу разглаживались, а глаза загорались жаждой жизни. Взору Мег на несколько мгновений являлся совершенно незнакомый человек, легкий в общении и беззаботный. Заставляющий размышлять о том, каким он был до ранения.

Когда лорд Кейд улыбался, ее сердце принималось отчаянно трепетать в груди, а при виде ямочек на его щеках перехватывало дыхание. Мег хотелось погладить одну из них, проведя кончиками пальцев по неглубокой шелковистой впадине. При мысли об этом девушку окатывала теплая волна, а по телу пробегали мурашки, заставляя отводить взгляд. Когда же она поднимала глаза, перед ней сидел прежний лорд Кейд с таким серьезным выражением лица, что ей начинало казаться, будто все остальное ей просто привиделось.

Мег хотелось и впредь заставить его улыбаться, но время ее пребывания в его доме неумолимо подходило к концу. Погода заметно улучшилась. Плотные снеговые тучи расступились, давая возможность солнечным лучам осветить землю. Слуги уже начали расчищать дороги с помощью лопат и привязанных к лошадям скребков. Еще день или два — и Мег снова отправится в путь. Она должна радоваться тому, что вернется к прежней жизни.

И она будет радоваться.

Подавшись вперед, Мег в последний раз пригладила волосы и поправила на шее кружевную косынку. Обратив внимание на побледневшее лицо, она пощипала себя за щеки и внезапно замерла.

Господи, да она прихорашивается! Неужели для Кейда Байрона?

Нет, все совсем не так. Она просто пыталась выглядеть хорошо, как и при любых других обстоятельствах. Кейд Байрон нравился ей. Не более того. Да, он весьма привлекателен, а иногда поистине неотразим, но Мег знала, что между ними ничего не может быть. Более того, подобные мысли лишь повлекут за собой разочарование и тоску. Нет, Бог свидетель, она и так настрадалась в последние несколько лет, так зачем же усложнять себе жизнь? Вместо этого она будет получать удовольствие от оставшихся нескольких дней в обществе лорда Байрона, а потом продолжит свое путешествие. Уехав, она забудет его, как и он ее. Вздохнув, Мег поднялась со стула и направилась к двери.

— Как вы отнесетесь к тому, если я приглашу вас на прогулку? — спросил лорд Кейд, когда с обедом было покончено. — Харви сказал, что дорожки вокруг дома расчищены. Не знаю, как вы, а я не прочь подышать свежим воздухом.

Во взгляде Мег промелькнуло удивление.

— О, но ваша нога… вы уверены…

— С моей ногой все в порядке, — возразил Кейд. — Я не калека.

— Конечно, нет. Я просто хотела сказать, что дорожки скользкие и… — Мег осеклась и широко улыбнулась, чтобы снять возникшее напряжение. — И с удовольствием отправлюсь на прогулку, благодарю вас. Позвольте лишь взять накидку, и можем отправляться.

Спустившись в холл пятью минутами позже, Мег обнаружила, что лорд Кейд одет в черное шерстяное пальто и бобровую шапку. В руке, затянутой в перчатку, он держал изящную трость с золотым набалдашником, выполненным в виде лисицы. Сделанные из изумрудов глаза напоминали оттенком глаза лорда Кейда.

— Готовы? — спросил он.

Мег кивнула, ощутив, как в животе запорхали бабочки:

— Да.

Несмотря на яркое солнце и ясное голубое небо, на улице оказалось довольно морозно. Задрожав от холода, Мег поплотнее закуталась в свою накидку.

— Замерзли? — спросил Кейд. — Можем вернуться в дом, если хотите.

Отрицательно покачав головой, Мег искоса посмотрела на него из-под полей шляпки.

— Все в порядке. Я просто не привыкла к холодам, потому что всегда жила в теплом климате.

— Вот как? Мне казалось, зимы в Англии холодны везде. Даже на побережье.

— Верно. Но я приехала в Англию всего пару месяцев назад, а до этого жила на Гибралтаре, где круглый год царит лето.

Кейд остановился и с неподдельным интересом посмотрел на девушку.

— Правда? Я и сам там бывал, поэтому вполне понимаю вашу нелюбовь к холодам.

— Итак, вы тоже приезжали на Гибралтар. Могу я спросить когда?

— В прошлом году, всего на две недели.

Странное ощущение охватило Мег при мысли о том, что они были одновременно в одном и том же весьма удаленном от Англии месте. Интересно, как бы все происходило, если бы они встретились тогда?

— Как странно. Мы ведь могли там встретиться, — произнес лорд Кейд, словно прочитал мысли Мег. — Хотя такая вероятность мала, несмотря на пребывание в одном городе.

Мег махнула затянутой в перчатку рукой.

— И все же больше, нежели вероятность встречи здесь, в английской глубинке. Да еще во время метели. Судьба — довольно странная дама.

Лорд Кейд оценивающе посмотрел на Мег.

— Значит ли это, что вы верите в судьбу? В рок, предсказания и прочую мистическую чепуху? Тогда я совсем не удивлюсь, обнаружив, что вы довольно романтичная натура.

— Никогда не считала себя слишком романтичной, но все вышеперечисленное чепухой не считаю. Не все, что происходит в жизни, случайно. Я верю, что существует некая великая цель, если хотите.

Лорд Байрон остановился и наклонился к Мег:

— Да? И какая же великая цель, скажите на милость, привела вас к порогу моего дома?

Мег медлила с ответом, закусив нижнюю губу.

— Не могу сказать наверняка. Может быть, я встретилась на вашем пути, чтобы испытать вас.

— И каким же образом? — глухо протянул он.

— Ну, хотя бы для того, чтобы заставить вас изменить образ жизни.

— Это вам определенно удалось.

— Или для того, чтобы сделать вас менее замкнутым.

Темные брови его светлости сошлись на переносице.

— Я не замкнутый. Просто ценю уединение.

— Или для того, чтобы напомнить — ваше лицо не треснет надвое, если вы научитесь улыбаться, — продолжала Мег, смягчив свое замечание улыбкой.

— Ах так, значит, вы явились сюда, чтобы учить меня улыбаться, да? А как насчет вас самой, мисс Эмберли? Чему научились вы за эти две недели?

Вопрос застал Маргарет врасплох.

— Чему научилась я?

— Ну да. Следуя вашей логике, осмелюсь предположить, что судьба захотела испытать и вас тоже.

— Не понимаю, каким образом.

— Не понимаете?

В этот момент сильный порыв ветра вырвал из прически Мег локон — даже поля шляпки не помогли, — но, к удивлению девушки, лорд Кейд протянул руку и зажал его между пальцев. Легким, точно шепот, прикосновением он убрал локон обратно под шляпку.

При этом его палец невзначай коснулся щеки Мег, и той показалось, будто ее кожу обожгло огнем. Дыхание остановилось. Бешеное биение сердца прогнало остатки холода. Мег дрожала, и ее губы приоткрылись в предвкушении… она сама не знала, чего именно.

Кейд напрягся, когда его взгляд скользнул по лицу девушки и остановился на ее губах, мягких и сочных, точно спелый персик. И сама их обладательница казалась спелым плодом — свежая, привлекательная и невинная вопреки попыткам казаться более опытной.

И Кейд пропал, утонул в прозрачных глубинах этих ясных голубых глаз. Щеки Мег вспыхнули ярким румянцем от мороза, а может, по какой-то другой причине. Не выпуская из пальцев Трость, Кейд сжал руки девушки. Он еще не знал, хотел ли он ее оттолкнуть или, наоборот, прижать к себе. А потом рассудок оставил его, и он, наклонившись, накрыл губы Мег своими..

Она испуганно охнула, а потом вздохнула, и от этого еле слышного звука кровь быстрее заструилась в жилах Кейда, запульсировала в висках и превратилась в горячее озеро внизу живота, опалив огнем проснувшуюся плоть.

На вкус шелковистые губы девушки оказались божественно сладким нектаром. Прохладные от мороза, они тут же согрелись от настойчивого поцелуя Кейда. Погрузив язык в горячие теплые глубины, Кейд начал чувственную игру.

Мег еле слышно постанывала и дрожала, как если бы не знала, что мужчины и женщины занимаются такого рода вещами. И все же, несмотря на свою чистоту и невинность, она ответила на призыв Кейда весьма охотно, позволив ему делать, что он пожелает. Прижав Мег к себе, он начал целовать ее еще более настойчиво, купаясь в волне такого слегка забытого, но очень яркого удовольствия. Кейд наслаждался объятиями, сквозь туман, окутавший его сознание, раздумывая над тем, целовалась ли Мег с кем-то до этого.

Неужели он первый?

Этот вопрос немного отрезвил его, заставив вернуться к действительности. Кейд немного отстранился, медленно втянул носом ледяной воздух, резко контрастировавший с влажным теплом губ Мег. Поцелуй закончился так же резко и неожиданно, как начался. Кейд решительно отстранился от девушки и сделал шаг назад, подивившись тому, что все еще сжимает в руке трость. Мег же смотрела на него невидящим взглядом. Ее глаза подернулись поволокой, а губы покраснели и припухли. Она выглядела — как зацелованная до изнеможения женщина.

Кейд мысленно выругался, порадовавшись тому, что поблизости не оказалось нежелательных свидетелей его опрометчивого и весьма неразумного поступка.

Мег покачнулась. Ее мысли пребывали в смятении, как если бы она попала в самый эпицентр летней грозы. Странное сравнение. Ведь она стояла на ледяном ветру, а вокруг, насколько хватало глаз, простирались покрытые снегом поля. И все же Мег не ощущала холода, согреваемая пламенем, зажженным в ее душе страстным поцелуем лорда Кейда.

Она наивно полагала, будто бы знает, что такое настоящий поцелуй, улизнув один раз с бала в сад с одним из молодых офицеров. Но только теперь Мег поняла, какой жалкой подделкой, каким бледным подобием настоящего было то мимолетное прикосновение чужих губ.

Мег с трудом восстановила дыхание. Ее губы слегка покалывало, а на языке чувствовался восхитительно терпкий и такой греховный вкус лорда Кейда. Дрожа всем телом, Мег отчаянно желала, чтобы он поцеловал ее снова, несмотря на всю непристойность того, что произошло минутой раньше. Однако холодное и решительное выражение зеленых глаз лорда Кейда говорило о том, что продолжения не последует.