Светлана Нарватова

Искусство управлять людьми

«Только безнадежные дела стоят того, чтобы за них сражаться».

Ричард Фарсон «Менеджмент абсурда»

Глава 1

После звонка с пары студенты быстро освободили аудиторию, и теперь Маша Горская привычно вытирала доску. Вот казалось бы, что сложного? Выброси окурок в урну, смой за собой в туалете, сотри записи после лекции… Утром встал — убери свою планету. То ли встают не с той ноги, то ли планета для них чужая. Хотя, по мнению Маши, чужую тем более нужно убрать. В гостях пакостить в два раза хуже. Ан нет. Доска исписана в три слоя, туалет можно найти по запаху, а мусор — первое, что встречает тебя по возвращению на родину.

Лавируя среди студиозусов и здороваясь на каждом шагу, она наконец добралась до заветной двери. В кафедральной каморке обнаружилось всего две единицы ППС[1]. И это к лучшему. После трех лекций и одного семинара на общение не тянуло. Вообще.

— Привет, звезда! — помахала ей рукой Галка, жизнерадостная блондинка. Маша улыбнулась и направилась в сторону чайника. Только глоток чая может спасти смертельно уставшего Бегемота в ее лице. Валерка предусмотрительно щелкнул рычажком, как только она вошла. Подружка тоже подтянулась к чайному столику.

— У тебя, говорят, второй курс заочников-менеджеров сегодня, — проговорила она, взяв в руки горячую кружку с пакетиком хэйлиса инсайд.

— Соболезнования принимаются, — согласилась Маша.

— Эх, глупенькая, там же Вереин, — мечтательно произнесла Галка.

— Это какая-то звезда местного разлива или просто очередное воплощение Бреда Питта на земле? — оторвался на мгновение от проверки работ Валера, который знал вкусы Галки не хуже Маши.

— Темнота! Андрей Вереин — лучший бомбардир нашей команды. Именно он вывел ее в премьер-лигу несколько лет назад! — восторженно прощебетала Галя. — И да, он воплощение Бреда Питта на земле, — подмигнула футбольная фанатка. Кто бы мог подумать.

— То есть мне нужно готовиться к худшему? Меня ждут не просто заочники, меня ждут спортсмены. Мать моя женщина!

— Мария Петровна, — укоризненно произнесла приятельница, — не поминайте всуе проректора по учебной работе. Накликаете…

— Эх, не любите вы начальство, — вздохнула Маша и потянулась за печенькой.

— Мы любим, — возразила Галка. — Издалека. Чем дальше начальство, тем крепче любовь.

— Я как-то читал на физвосе, — свернул неполиткорректную тему Валера. — Мысль, не долетая до первой парты, натыкалась на стену непонимания, бессильно падала и билась в агонии. Полный интеллектуальный вакуум. Не поверите, я прямо чувствовал, как мой IQ вытекает из мозга. Незабываемые ощущения.

— Умеешь ты утешить, Лерик, — Маша специально назвала его именем, которое тот терпеть не мог.

— Мусечка, — ответил коллега той же монетой, — крепись. Может, всё еще обойдется. Насколько я помню, на моих занятиях в прошлом семестре эта персона так и не появилась.

— Но автограф в зачетку он получил? — не то чтобы Маша коллегу осуждала. Ей просто было интересно. Давить на Залесского было бесполезно. По меткому выражению Галки, на него где сядешь, там вокзал. Значит, кто-то попросил. Точнее нет: КТО-ТО попросил. Вопрос — кто?

— Проректору по экономике, трепетно сжимающему в руках экзаменационный лист, отказать невозможно.

Гм, проректор по экономике… Серьезное лобби.

— У Маши он точно появится, — радостно возразила Галя. — Я этого красавчика только что видела в коридоре.

— Ты этого… — как его?… — еще и в лицо знаешь?

— Конечно. И ты сейчас тоже будешь знать! — блондинка шмыгнула к своему столу и, к ужасу Маши, вынула из ящика фотографию А5-го формата.

С изображения смотрел одетый с иголочки красавчик.

— Гм. Всё еще хуже, чем я думала. Спайс-бой[2], — поставила диагноз Горская. — А тебе, Гала, я так понимаю, не дает покоя слава Виктории Бэкхем[3].

— Выдающиеся познания в мировом футболе, — хохотнул Валерка.

— У тебя просто нет старшего брата, который часами о нем рассказывает. Даже если никто не слушает. Только бы Евгений автограф выпрашивать не стал. Впрочем, теперь ему не до того.

— Он разлюбил футбол? — Галина всегда очень живо интересовалась Женькой, «паршивой овцой» в ученом семействе Горских. Тому тоже до Бреда Питта было недалеко.

— Нет, ты не поверишь, но он полюбил детей.

— Да ну?! — не поверила блондинка, широко раскрыв глаза.

— Ну да! Как неожиданно выяснилось несколько месяцев назад, Змеюшка наш Горыныч занялся исправлением демографической ситуации в стране. И теперь сутками напролет рассказывает об «Асеньке». Даже если его никто не слушает.

— Жаль, — искренне огорчилась коллега. — Такие кадры теряем!

— Кто-то теряет, а кто-то находит, — философски заметила Маша. — Ты бы лучше дисер дописывала, а не вьюношами сомнительной интеллектуальной ценности интересовалась.

— Евгений, насколько я понимаю, ныне не вьюноша, но муж, — возразил, вновь оторвавшись от работ, Валерка и подмигнул.

— А место мадам Вереиной пока вакантно, — в голосе Галки слышались мечтательные нотки: — Эх, будь у меня Вереин, разве мне нужна была бы диссертация?…

Горская перевела взгляд на фотографию, лежащую на столе. В глазах мужчины не было ни намека на мягкость или теплоту. Это был взгляд бойца. С таким взглядом киллера нужно играть. Князя, ведущего в бой дружину. Главную роль в фильме «Спасти рядового Вереина». Хотя нет, рядовой — не его профиль. Даже в анфас видно.

— Галочка, четверть ставки мадам Вереиной — максимум, на что здесь можно претендовать. Если повезет, то треть. По аккордному договору[4], — вынесла приговор Маша и сменила тему: — Залесский, ты над чем там хихикаешь?

Валера полностью развернулся к ним:

— Проверочная по статистике. Средние величины. Попытка обнаружить разницу между средним арифметическим и средним арифметическим взвешенным.

— И?…

— И оптимизм только что в очередной раз проиграл бутылку коньяка жизненному опыту.

Уровень знаний необучаемых обучающихся — любимый конек преподавателей всех стран и времен. За обменом последними студенческими перлами пролетела перемена. В коридоре прозвенел звонок.

Горская сделала последний глоток, откопала на столе бегунок заочки с расписанием своих занятий у второго курса менеджеров и печально взглянула на Валеру.

— Иди, я тебя пожалею, — предложил он и раскрыл объятия. Маша не стала отказываться от моральной поддержки. — Держись, малыш. Осталась всего одна пара, — сочувственно прошептал ей в макушку Залесский.

Девушка подняла к нему лицо и получила привычный «чмок» в кончик носа.


Андрей в очередной раз перелистал каталог и усилием воли заставил себя закрыть его и отложить на край стола. Велосипеды подождут. Перед смертью не надышишься. Все равно рано или поздно занятия придется посетить. Так почему бы не сделать это в первый день сессии, как все нормальные студенты?

Нет, можно, конечно, и не посещать. «Закрыл» же он первый курс, так ни разу и не появившись в аудиториях? Но там же не было ничего важного, напомнил себе про смягчающее обстоятельство Вереин. Он же не ради естествознания с иностранным пошел учиться?!

Однозначно, согласился с Андрей с внутренним голосом. Но как человек честный и не обремененный свидетелями, Вереин мог признаться — он трусил. Смешно, правда? Так уж сложилось, что учеба никогда не была его сильной стороной. В детстве Андрюше было скучно сидеть за столом и выводить в тетрадке ровненькие строчки букв и цифр. Нет, его неудержимо тянуло на улицу. Остановить не могли ни ругань матери, ни ремень отца. То, что не удалось родителям, оказалось по силам тренеру. Когда тот поставил условие, что с двойками на тренировки пускать не будет, пацан всё же собрался и стал твердым троечником. Кое-где даже четверки появились. Но уверенные слова математички, химика и завуча, что Андрей — «необучаемый дебил», навсегда отпечатались в его мозгу.

Позже, когда Вереину самостоятельно — и довольно успешно — пришлось штудировать учебники по анатомии и физиологии, вера в непререкаемость школьных авторитетов в нем пошатнулась. А когда футбольные комментаторы приписали ему талант стратега, Андрей вполне уверился в собственных способностях. Его спортивный блог приобрел славу на пике футбольной карьеры автора, но и теперь не страдал отсутствием посетителей…

Но…

Оказалось, этого мало.

Потому что стоило Андрею подумать об учебе, как в глубине души оживал мальчишка-троечник, который застывал под строгим взглядом учителя, будто бандерлог перед Каа, мысли начинали путаться и прятаться друг за друга, а язык отнимался, приклеившись к нёбу.

Так, напомнил себе Вереин, ты уже давно взрослый, успешный мужик! И если какая-нибудь грымза, возомнившая себя пупом земли с правом определения уровня интеллекта по юзерпику, рискнет на тебя вякнуть, ты найдешь, что сказать ей в ответ. А на занятия пойти действительно нужно.


Покидая футбольный небосвод, Вереин точно знал, чем займется. Разрабатывая коленный сустав после первой травмы, выбившей его на полгода с поля, Андрей основательно «подсел» на велосипед. В детстве свой велик был для него несбыточной мечтой, хотя на чужих он гонял с удовольствием. Но разве на чужих накатаешься? Выяснилось, что будучи взрослым крутить педали также увлекательно, как и в детстве. Одного он не мог понять: почему на велосипедах у нас в России ездит так мало народа? Почему взрослому кататься на велосипеде чуть ли не постыдно? И уже тогда, восемь лет назад, Вереин решил, что сделает всё, чтобы показать, что велосипед — это не детские бирюльки. Это здОрово, здорОво, это круто, черт подери!

Поставщиков для задуманного спортивного магазина он подбирал заранее. Деньги у него были. Связи в администрации — тоже. Пробивного характера имелось — воз и тележка. Большая. И сам он, такой умный.

Мечта воплотилась в реальность. Только почему-то в реальности всё оказалось совсем не так, как в мечте. А всё почему? Потому что в мечтах Вереин занимался велосипедами. А в реальности пришлось иметь дело с людьми — сотрудниками и покупателями. «Дебилы, кругом одни дебилы», — крутилось в мозгу новоиспеченного предпринимателя день и ночь. Но когда Андрей пожаловался на свою беду местному олигарху Тяжелкову — владельцу команды, в которой Вереин «отфутболил» шесть своих лучших лет, — олигарх лишь утешающее потрепал его по плечу и сказал, что если вокруг все бабы — суки, может всё дело в том, что ты — кобель? Эта мысль засела в голове у Андрея, заставив признать, что, наверное, денег, связей, поставщиков и пробивного характера для того, чтобы управлять своим делом, недостаточно. Нужны еще знания. Вот ради знаний Андрюха и собирался сегодня посетить университет, в котором уже год как «учился» по направлению «Менеджмент», профилю «Управление малым бизнесом». Дело оставалось за малым — дать себе пинок под задницу, встать, надеть велосипедный шлем, и, смывая встречным ветром последние сомнения, направиться в альма-матер.

Кому матер, а кому и мачеха.


Вереин пришвартовался к пандусу главного входа, включил обе сигналки — одну «пугалку» с сиреной, вторая была сделана на заказ, — и двинулся внутрь здания. Он заглянул к декану факультета и паре проректоров: для поддержания связей с сильными мира сего периодически требуются легкие дозы признания их выдающихся достижений. Получив ответные заверения, что «и ты…, и тебе…, забегай почаще», Андрей направился к расписанию.

Первой стояла «Теория организации». Лекция была поточной, и в аудитории сидело порядка сорока человек. Он смутно припомнил троицу парней, с которыми был на оргсобрании после зачисления. К ним-то Вереин и присоседился. Андрею хватило пяти минут, чтобы влиться в мужской коллектив. Компания оккупировала две задние парты возле самого выхода из аудитории.

— Разве так можно начинать?… — пожаловался самый молодой, Игореша.

— А в чем проблема? — полюбопытствовал поддержания разговора ради Андрей.

— Так это… Примета есть: как сессия начинается, так и закончится, — ответил Игорь.

— Ну тебя с твоими приметами! Накаркаешь еще, — недовольно пробурчал второй сокурсник, Сашок.

— И что же такого страшного нас ожидает? — спросил Вереин, выкладывая на стол тетрадь и ручку.

Мужики переглянулись и, будто репетировали, хором произнесли: