Татьяна Осипцова

Из круиза с любовью

Втащив в каюту чемодан и сумку, Виктория устало плюхнулась на одну из двух кроватей.

Четырехчасовой перелет до Неаполя измотал ее, да и коллеги по турбизнесу, в основном молодые девушки, вели себя чересчур шумно. Многие, боясь самолета, наклюкались, и каждая норовила обсудить с Викторией Анатольевной животрепещущую тему: нападение на директора турфирмы «Q & U» Елену Евгеньевну Егорову. У Виктории с Еленой была одна каюта на двоих, однако, когда все уже собрались в Шереметьево, та сообщила по телефону, что загремела в больницу. Накануне вечером ее подстерегли в подъезде бандиты: избили, ворвались в квартиру и обокрали. Известие вызвало общий шок, и все гадали, что именно воры вынесли из квартиры небедной директрисы.

Жалея Елену, Виктория все-таки не могла не радоваться, что двухместная каюта-люкс оказалась в ее полном распоряжении. Она не любила жить в одном номере с чужими людьми, а знакомство с Еленой Евгеньевной можно было назвать лишь шапочным. Теперь она насладится одиночеством, которое при ее напряженной жизни выпадает не часто. Впереди две недели комфортабельного отдыха и масса новых впечатлений. Правда, в Риме, Неаполе и Барселоне она бывала, и не раз, в Тунисе тоже отдыхала года три назад, зато Сицилию, Сардинию, Мальту и Монако увидит впервые.

Она безвольно валялась, пока не ощутила, что корабль двинулся с места. Тогда встала, немного полюбовалась через иллюминатор на огни удаляющегося Неаполя и открыла чемодан. Вскоре белье с одеждой перекочевали в шкаф, предметы гигиены ― в ванную комнату, а плейер, книжка и косметика на туалетный столик. Привыкшая путешествовать, Вика чувствовала себя дома в любом, даже не слишком просторном номере, особенно если его ни с кем не надо делить.

Часы показывали, что время ужина уже давно настало и, переодевшись в платье, которое с некоторой долей воображения можно назвать вечерним, Вика вышла из каюты и двинулась к ресторану.

Ее попутчицы уже расположились неподалеку от входа, за столом на восемь мест. Увидев Викторию Анатольевну, девушки заулыбались и жестами стали звать к себе, указывая на соседний столик, но она лишь помахала им в ответ и направилась в глубь зала. Она не собиралась проводить тур в компании молодых коллег, но не потому, что они простые сотрудницы из разных турагенств, а она ― владелица собственного, просто в последнее время ее стал раздражать стиль общения молодежи, их бесконечные разговоры о скандалах с кавалерами, тряпках и моделях сотовых телефонов; сплетни о Ксении Собчак, участниках проекта «Дом-2» и прочая ерунда…

Она нашла местечко за столиком на четверых, где ужинала пожилая немецкая пара. Пока делала заказ, подошел еще один мужчина и по-английски попросил разрешения сесть. Объясняясь с официантом, она лишь кивнула. Когда закончила делать заказ, сосед неожиданно спросил по-русски:

– Вы не поможете мне сделать выбор? Ни черта не понимаю в этих итальянских названиях!

Вика, водя пальцем по строчкам меню, рассказала о составе тех блюд, которые знала. С ее помощью сосед заказал салат с морепродуктами, стейк из тунца и белое вино.

Официант отошел, а мужчина представился:

– Меня зовут Владимир, а вас?

– Виктория, Вика, ― ответила она, наконец внимательно взглянув на него.

Симпатичный мужчина. Правильные черты лица, умные серо-голубые глаза, русые волосы с легкой проседью зачесаны назад. Плечи в меру широкие; о росте, пока не встанет, нельзя определенно судить, но, похоже, немаленький.

Сосед поинтересовался:

– Вы говорили с официантом по-итальянски… Хорошо его знаете?

– Совсем чуть-чуть, на самом простом бытовом уровне. Глупо вовсе не знать языка, если часто бываешь в стране.

– А вы часто ездите в Италию? ― удивился он.

– Два-три раза в год.

– Отдыхать или по работе?

– Иногда удается и отдохнуть, а вообще я работаю в турбизнесе, и на данный момент Италия одно из моих любимых направлений.

– Вы москвичка? ― продолжал он расспрашивать, пристально, с интересом вглядываясь в ее лицо.

Виктория кивнула и пояснила:

– Но, как почти все москвичи, родилась на периферии. Поселок Максатиха ― наверно, и не слыхали о таком? Это в Тверской области. А вы москвич?

– Коренной, в третьем поколении.

– А вы чем занимаетесь?

– Геологоразведкой, учился в МГРИ.

– Отчего-то я считала, что все геологи нищие. У меня соседка работает в НИИ геологии, так она ни разу за границу не выезжала. Или вы большой начальник?

– Я тоже этом НИИ работал когда-то. Сейчас у меня небольшая собственная фирма: выполняем отдельные госзаказы, но в основном занимаемся частными. А как зовут вашу соседку?

– Ира Нейман.

– Ирина? Я прекрасно ее помню! Она окончила институт на год позже меня, и кстати, в экспедиции не ездила, сразу пристроилась на непыльную работу в музее НИИ. Ну, надо же! ― сосед покачал головой. ― В который раз убеждаюсь, что теория глобального знакомства работает: между нами всего одно звено. Разве не удивительно найти общих знакомых, встретившись случайно на Средиземном море?

Вика улыбнулась: и в самом деле удивительно. А он приятный мужик. Может, закрутить с ним роман? Интересно, почему он путешествует в одиночестве? Наверняка ведь женат. На вид лет сорок, в таком возрасте свободных мужчин раз-два и обчелся, все стоящие прибраны к рукам.

Официант принес полный поднос и расставил заказанное на столе. Приступив к ужину, Виктория гадала: закрутить или не закрутить? С одной стороны ― какой-никакой, но у нее есть Игорь, и она только что мечтала наслаждаться одиночеством, а с другой… В ее жизни давно не было ничего, похожего на яркие чувства, да и секса в последнее время, можно сказать, почти не было… Конечно, сама она инициативы проявлять не станет, но, если ее проявит сам Владимир ― отбрыкиваться, пожалуй, не будет. В конце концов, всего две недели, и даже если он женат… Спросить, что ли? Нет, неудобно. К тому же давно известно: все мужики на отдыхе холостые.

Они закончили ужинать одновременно, и вышли на палубу. Виктория достала сигарету, Владимир щелкнул зажигалкой и сам тоже закурил.

– Может, вы, как представитель турагентства, поведаете, какие развлечения имеются на этом теплоходе?

– Я знаю немногим больше вас. Собственно, такие рекламные туры нам предоставляют как раз для того, чтобы мы могли все увидеть собственными глазами, проверить маршрут, уровень сервиса, дополнительные услуги, а потом рассказывать клиентам, что их ждет, и с бо̀льшим энтузиазмом втюхивать путевки. Насколько я помню, здесь по вечерам работают две дискотеки, есть кинозал, интересная концертная программа.

– Может, сходим, потанцуем? ― предложил Владимир.

– Не сегодня, ― мягко отказалась Вика. ― Честно говоря, последняя неделя перед отъездом была просто сумасшедшая, я жутко устала. Да и нынче с утра… Представляете, на женщину, которая должна была жить со мной в одной каюте, напали бандиты. Ее ударили по голове на пороге собственной квартиры, ворвались туда, все перерыли, украли золотые украшения, шубу дорогущую, еще что-то. Я весь день телефоны обрывала, не могла понять, куда Елена пропала, пока она не позвонила из больницы. Так что, простите, сил на танцы у меня сегодня нет. К тому же разница во времени… У нас уже почти час ночи.

– Тогда предлагаю небольшой променад на сон грядущий. Давайте просто пройдемся по теплоходу, посмотрим, где что находится, чтобы быть в курсе.

Прогулка заняла около получаса. Похоже, их одних в этот вечер не прельстили увеселительные заведения на громадном судне. Бары ломились от посетителей, на дискотеках яблоку негде было упасть. Даже в бассейне, несмотря на позднее время, плескалось несколько человек.

Владимир проводил Вику до дверей ее каюты.

– Смотрите-ка, мы и живем рядом. Я всего через три двери от вас.

– Ничего удивительного, обычно номера бронируются подряд, и все земляки оказываются недалеко друг от друга. У вас тоже двухместный люкс? Тогда почему вы один?

Он усмехнулся:

– Так получилось. Моя спутница в последний момент сделала финт ушами.

– Что? ― не поняла Вика.

– Свалила в неизвестном направлении, ― Володя помолчал, а затем добавил, глядя на нее пристально: ― Хотя, может, и к лучшему… Вика, неужели вы не узнали меня? А я вот узнал почти сразу. У вас такие необычные раскосые глаза… ― он запнулся, подбирая точное слово, ― как у газели… Их просто невозможно забыть…

Она уставилась на него, ничего не понимая.

– Правда, когда я подобрал вас возле чердачной двери в одном халатике, вы от холода и стресса совсем ничего не соображали, и, кажется, не расслышали, как меня зовут. К тому же прошло уже восемнадцать лет… Ну что, вспомнили?

Он смотрел выжидающе. Не сводя с него глаз, Виктория кивнула. Потом пробормотала:

– Увидимся завтра, спокойной ночи, ― и спешно скрылась в своей каюте.

Владимир озадаченно постоял перед закрытой дверью.

Что это она? До сих пор тяжело вспоминать про тот случай? Столько времени прошло… Ей сейчас должно быть лет тридцать пять или чуть больше. Он помнил ее бледной, лохматой и зареванной девчонкой, которая от пережитого потрясения еле-еле отвечала на его вопросы. А теперь это красивая, уверенная в себе женщина. Кажется, тогда волосы у нее были темнее ― впрочем, все женщины красятся. Зато какая роскошная фигура! Ему никогда не нравились худышки. Эталоном женской красоты Владимир считал Катрин Денев в зрелом возрасте, и, пожалуй, Вика ― женщина такого же типа. Рост, осанка… Может, другой овал лица, но четко очерченные губы, красиво изогнутые брови, а глаза… необыкновенные, и правда, как у газели.

Просто фантастика, что они встретились через столько лет, да еще на другом краю света! Может, это знак судьбы? Она второй раз их сталкивает, и условия как нельзя более благоприятные: оба оказались на отдыхе в одиночестве, впереди еще две недели на шикарном теплоходе… Может, все окончится легким флиртом, а может, и до постели дойдет.

При мысли об этом Володя почувствовал легкое возбуждение. У Вики такая шелковистая смуглая кожа… Когда они стояли на палубе, его так и тянуло потрогать голое плечо. Лямка открытого платья периодически сползала, и Виктория все поправляла ее, подергивая этим самым плечом.

Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.

Размечтался! Может, она давно и серьезно замужем? Ведь даже не спросил. Хотя, пожалуй, нет. Она смотрела слишком заинтересованно для женщины, имеющей нормальную семью. Впрочем, чего гадать? Завтра все узнаю. Спрошу, она ответит. Женщины обычно не скрывают, что состоят в браке, напротив, гордятся этим ― в отличие от нас, мужиков.

Владимир мысленно усмехнулся и направился к своей каюте.


Вика лежала на кровати, уставившись в потолок.

Неужели, и правда, тот парень? Я совсем не помню его лица. Но откуда еще он может знать, как я сидела в ступоре возле чердачной двери старинного дома в Гнездиковском переулке? Только я была не в халатике, а в ночной рубашке ― голубой ночной рубашке в мелкий синий цветочек, с оборками на кокетке. Я сшила ее сама из отреза ситца, который нашелся в загашнике у бабушки. В восемьдесят восьмом году почти все было дефицитом, и бабушка очень гордилась своей запасливостью и тем, что материал пригодился. Ситец был куплен едва ли не в сталинские времена, я даже сейчас помню, каким он был на ощупь…

* * *

В Максатихе имелось всего две школы. Вика Соколова училась в школе № 1 и окончила ее очень хорошо: в ровный ряд оценок «отлично» в аттестате затесались лишь три четверки. На выпускном вечере, который состоялся 18 июня 1988 года, школьная директриса сказала Викиной маме, что такой дочерью можно гордиться. И мама гордилась, а вот отец…

Вика не любила отца и боялась его. Она не помнила, чтобы в детстве он брал ее на руки или ходил с ней гулять; он никогда не интересовался ее учебой. Для отца дочь была лишь еще одной парой женских рук в доме.

Викина мама, Маргарита, работала на деревообрабатывающем комбинате, и возвращалась оттуда, валясь с ног от усталости. С семи лет девочка научилась мыть посуду и полы, разогревать обед, а к десяти годам освоила стиральную машину и гладила все, вплоть до мужских рубашек, на что, как известно, требуется особая сноровка. С весны до осени Маргарита ежедневно после работы моталась на огород, 10 соток возле речки Мологи, а каждую субботу, сделав наскоро еду на два дня, прихватывала Вику и уезжала на автобусе к своей матери в Малышево, потому что боялась оставаться дома. Обычно к вечеру муж напивался так, что мог наброситься на любого, кто под руку попадется: на жену, на дочь… Случались и драки с соседями.

Вика долго не понимала, за что отец так ненавидит их с матерью, и считала, что драки в семье обычное дело. В их трехэтажном доме едва ли не каждый день хоть в одной из восемнадцати квартир случался скандал с мордобоем. Мужики в поселке пили почти все поголовно, а женщины привычно терпели трепки и затрещины. Одна могучая тетя Катя из семнадцатой квартиры никогда не давала спуска своему пьянице, сама лупила его всем подряд. Вика иногда скрывалась от отцовского гнева за ее широкой спиной, если мамы не было дома.