- Привет.

- И тебе привет.

Он был одет в брюки индивидуального пошива и черную рубашку на пуговицах, которая была помята и выпущена, с двумя расстегнутыми пуговицами сверху. Воротник выглядел так, будто он растянул его, и, черт возьми, с его темно-русыми волосами, голубыми волчьими глазами, а также с острыми скулами, Картеру удалось выглядеть неспокойным, на взводе, и изысканным одновременно.

Он встал на колени у края ванной.

- Хорошо провела время?

- Когда я приехала домой, тебя здесь не было. - Я не хотела, чтобы это звучало как обвинение, но это вырвалось как-то само собой.

Он улыбнулся и опустил свою руку в воду, помешивая ее медленными движениями.

- Сегодня я получил новости, и мне нужно было поехать и лично убедиться.

Мое сердце остановилось. Плохие новости!? Звучало скверно.

- Что за новости?

- Новости, которые… - Он заколебался, и его улыбка сползла. - … которые могут изменить многие вещи.

«За тобой наблюдает мужчина». Я вспомнила слова Терезы, вместе с другим криком. «Мисс Нэтанс!» Я закусила нижнюю губу и спросила:

- Должна ли я знать, что эта за новости?

Вспышка темных эмоций прошлась по его чертам, прежде чем он спрятал их. Передвинув свою руку на мою ногу, он начал медленно поглаживать ее вверх-вниз своими пальцами. Простое легкое прикосновение и я начала задыхаться. Я взглянула вниз, завороженная его пальцами. Вода стекала по моей коже с его руки. Когда он остановился, то резко опустился и еще раз обмыл мою ногу водой. Я должна была оторваться от этого видения и поднять свой взгляд обратно на его лицо.

Его глаза были замученными, когда мой взгляд поймал его, этот взгляд сразу исчез, и он пробормотал:

- Ты должна, но я не знаю, смогу ли я сказать тебе.

Он сдвинул брови и покачал головой, опять став скрытным. Затем он скользнул своими руками под меня в ванну. Он стоял, подняв меня из воды. Вместо того чтобы схватить полотенце, он отнес меня в спальню и поставил на пол, в одном из углов. Я могла видеть нас в зеркале, в противоположной стороне комнаты.

Он наклонился, его голова двигалась в изгибе моего плеча и шеи, удерживая меня. Его рубашка натянулась на спине, очерчивая его широкие плечи и узкую талию. Мои руки были обернуты вокруг его шеи, и я скользнули ими вниз по его спине. Он задержал дыхание от моего прикосновения.

Он опять пробормотал, напротив моей кожи:

- Почему твое прикосновение может меня успокоить!? Твое прикосновение делает меня живым, и один лишь твой маленьких вздох заставляет меня спать в твоих объятиях целыми днями!?

Я улыбнулась, двинувшись, чтобы поцеловать его в ухо.

- Потому что ты меня любишь.

Он отстранился, его глаза встретились с моими, всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Его лоб уперся в мой, а затем одна из его рук обхватила мою щеку. Большим пальцем, он поглаживал мою щеку и заправил прядь моих волос за ухо.

- Мне нужно рассказать тебе, что произошло сегодня, потому что это может повлиять на нас.

Он разрывался. Я видела это.

- Но не сейчас. – Добавил он.

Откинувшись назад, я взяла его лицо в свои руки и убедилась, что он смотрит мне в глаза.

- Чтобы это ни было, мы будем в порядке. – Сказала я ему. И я верила в это. – Мы пережили слишком многое.

- Я знаю.

Я наклонила голову. Это был не Картер, которого я знала. Он обо всем позаботился. Он объявил войну ради меня, и я знала, что он сделал бы это снова.

- Должна ли я волноваться?

Тот же самый замученный взгляд появился в его глазах, но он сказал

- Нет.

Протянув меня обратно в свои объятия, раздвинув мои ноги шире, и, двинувшись ближе, он прижался своими губами к нижней части моей челюсти, шепча:

- Никогда. – Еще один поцелуй в уголке моих губ. – Когда-нибудь.

Третий поцелуй, его губы остановились на моих, и он пробормотал:

- Я обещаю. С тобой никогда ничего не случится.

- С нами. – Мои руки ухватились за его плечи.

Затем целуя меня, и он взял контроль на себя.

- Забудь все, что я сказал.

С этими словами, он наклонил меня назад к стене и оставил поцелуи вдоль моей шеи, на груди, и на всем пути до моей талии, в то время как его руки сжали мои бедра, крепко удерживая меня на столе. Там он остановился, и я выгнула спину, уже зная, куда он держал путь.

Его язык накрыл меня, и мои руки легли на его плечи, слепо удерживаясь. Когда он двинулся еще ниже, из меня вырвался глубокий гортанный стон.

Боже мой.

Я любила этого мужчину.

ГЛАВА 2

КАРТЕР

Когда мой телефон завибрировал, я не спал, а лежал, держа в своих объятиях спящую Эмму. Она, обнаженная обвилась вокруг меня, и я глянул на свой телефон. Меня просто подмывало проигнорировать его. Я знал, кто был на том конце.

Это был Джин, мой старый наставник из семьи Маурисио. Он всегда был занозой в заднице, и я понимал, что это никогда не изменится. В отличие от большинства моих людей и остальных из Семьи, Джин не придерживался моих пожеланий на уединение. Когда он хотел поговорить, он звонил. Когда он хотел встретиться, он этого требовал. Уже не один раз мы ругались, и я в следующий раз, если он открыто будет выражать свою неприязнь к Эмме, угрожал его избить.

Сейчас, он звонил мне, и я не хотел слышать все то, что он должен был мне сказать. Мне нужно было защитить Эмму, чтобы ни случилось. Я еще крепче сжал ее в своих объятиях, когда этот чертов телефон снова запиликал.

Это не закончится. Он не перестанет звонить.

Я выругался, прежде чем оторвался от нее и выскользнул из постели. Схватив телефон, я натянул штаны и направился в свой кабинет. Добравшись до него, я приложил телефон к уху и направился прямиком к бару.

Плеснув себе немного бурбона, я ответил:

- Джин, ты мне мешаешь.

На том конце послышалось ворчание.

- Вне всяких сомнений. Понадобилось шесть звонков, чтобы ты наконец-то ответил.

Я сильнее сжал телефон.

- Значит, ты слышал?

- Да, слышал. Каждый в семье слышал. Коул вернулся?

- Да, он вернулся.

- Ты собираешься к нему?

- Уже был.

- И?

- И ничего. Он говорит, что я вне игры.

- Черт, Картер. Пять лет назад, ты сохранил его жизнь, и теперь он вернулся. Я знаю тебя. Да, возможно он сказал тебе, что ты вне игры, но мы оба знаем, что ты вернешься.

- Джин… - Начал я.

- Не спорь со мной.

- Я остаюсь вне игры.

Он снова фыркнул.

- Это больше не я.

- Я знаю. – Его голос притих. – Ради нее, я надеюсь так и будет продолжаться, но я знаю тебя, Картер. При первом намеке на проблему, ты вернешься, Послушай меня. Вот почему я звоню тебе. Оставайся. Вне игры.

- Остаюсь.

- Я серьезно, Картер. Оставайся вне игры. Сделай это для женщины, которую любишь.

- Это мой план. – Но сейчас, когда я сказал эти слова, я сжал стакан так сильно, что он треснул. Я был вне игры. Я купил свою свободу ради Эммы. Сейчас все касалось Эммы, но…

- Я знаю, ты любил его как брата, но эту женщину ты любишь больше. – Сказал Джин. – Только помни эти слова и будешь в порядке.

- Джин. – Он был прав. Эмма была всем.

- Что?

- Это была семья Бертал.

Он выругался на том конце, вздыхая в трубку.

-

У нас был год перемирия. Это еще один год, чем в какое-либо другое время. Ты дал нам это, Картер. Запомни это и помни мои слова. Я знаю, ты его любишь, но ее ты любишь больше. Она - причина, по которой ты должен держаться в стороне.

- Я знаю.

- Хорошо. А сейчас не буду тебя отвлекать от той девушки. Передавай ей привет.

Я засмеялся в трубку.

- Ты и я - мы оба знаем, что из-за тебя ее бросает в дрожь. Она всегда следит за тем, чтобы не быть поблизости, когда ты приходишь на ужин.

Он засмеялся, по-настоящему засмеялся.

- Я знаю, но это же хорошо. У твоей девушки отличное чутье. Продолжай доверять ее интуиции. Она сильная.

- Я знаю. - И я так и делал.

Сидя за столом, я посмотрел на потолок, так будто мог видеть сквозь него, туда, где она лежала. Она была этажом выше меня, спящая. Умиротворенная. Так и будет продолжаться. Я пообещал это ее брату, ЭйДжею, когда мы были детьми, и я выполнял это обещание все эти годы.

Джин попрощался и повесил трубку, но он допустил одну ошибку.

Я не хотел возвращаться, но прошлое Коула, с тех пор как семья Бертал напала на него, я был вынужден остаться в стороне и наблюдать. Я был привязан к семье Маурисио, даже если вел бизнес с обеими семьями. Но если они притронуться к Эмме, то все договоренности будут отменены.

ЭММА

Неделей позже я была на стрельбище с Терезой и Амандой. Ной тоже здесь был, так как технически он был нашим учителем, но после того как он и Аманда поругались в третий раз, она отослала его в будку для наблюдений, находящуюся над нами, за пуленепробиваемым стеклом. Он мог наблюдать и слушать, но если мы не нажимали на интерком с нашей стороны, то не могли его услышать. Тереза убедилась, чтобы все динамики были выключены.

Аманда и я обменялись ухмылками на то, как Тереза отдавала инструкции. Мы учились стрелять на протяжении нескольких месяцев. Это была идея Терезы, и нам пришлось заменить наши винные вечера этими занятиями. Также ее идеей было, чтобы нашим инструктором был Ной. Картер был лучшим стрелком, но Тереза по-прежнему предпочитала держаться от него на расстоянии. Он до сих пор вызывал у нее беспокойство.

Аманда спросила ее об этом однажды ночью в их доме, когда я пошла в ванную. Я остановилась в холле, когда услышала, как Тереза объясняла:

- Не то, чтобы он мне не нравился. Только… он убийца, Аманда. Он опасен. Я знаю - она его любит, и я знаю, что кто и защитит ее, так это он, но… - Она вздохнула. - Я не знаю. Он известен как Хладнокровный Убийца. Трудно выкинуть эти мысли, хотя я знаю, что Эмма так сильно его любит.

Аманда спросила:

- Ты за нее беспокоишься?

- Нет. - Она замешкалась. - Я имею ввиду… возможно. Я не беспокоюсь о том, что он причинит ей вред, я беспокоюсь из-за него. Он связан с мафией.

- Она сказала, что он из нее вышел.

- Да, отлично, кто-нибудь действительно из нее выходит!?

Аманда ответила:

- Прежде, она была в беде не из-за него. Эмма и я - сами вляпались в это.

- Я знаю. Я действительно знаю, и чувствую себя паршиво, но я просто на взводе из-за парня. Он смертельно опасен. Ты не видела это в его глазах!? - Тереза встала, чтобы направиться в кухню. - Мне нужно еще выпить. Ты?

Я незаметно проскользнула обратно в ванную. Когда она шла по коридору, дверь в ванную была закрыта.

Взглянув на нее сейчас, я вспомнила, что ее улыбки, кажется, были натянуты тем вечером, а смех был громче обычного, и те скрытые взгляды, которые она кидала в сторону Аманды. Они были соседками. Они обсуждали меня. Это было очевидно, и также это причиняло мне боль, хотя я знала, что не должно было.

Тереза беспокоилась за меня. Я продолжала уверять себя, что все так как есть, но между нами ощущалось напряжение. Аманда и я были в порядке. Мы все еще были семьей, и всегда будем. В действительности мы все, до сих пор, были небольшой семьей, но сейчас между мной и Терезой была небольшая дистанция. Я не думала, что она когда-либо чувствовало это со своей стороны, но это имело место быть. И я знала, Аманда заметила это. Я часто видела вопрос в ее глазах, когда она наблюдала за Терезой и мной вместе. Я чувствовала ее озадаченность и понимала это, но все оставалось по-прежнему. Я все еще любила Терезу. Я оставалась рядом с ними. Стена между нами не собиралась исчезать. Но с тех пор, когда я не была в ванной, эту тему никто не поднимал, так что об этом мы не разговаривали.

И опять же, Тереза вроде бы не выглядела так, будто было о чем говорить. В настоящее время она больше всего волновалась о свидании, которое, в прямом смысле провалилось, из-за взрыва накануне вечером.

Она зарычала, направляя пистолет на цель.

- Я не должна злиться, но когда птица взорвалась в духовке, я была сыта по горло. Это его идея быть романтичными. Положить бенгальский огонь в индейку. Он поджег его, а затем положил туда, скрыв это от меня. Он собирался вытащить его, как некий великий жест, но он забыл, что огонь продолжал гореть. Моя кухня разит сожженной птицей. И вы знаете, что он после этого сказал!? Он спросил, не хочу ли я еще вина. Он думал, что это было так забавно. Я клянусь. Еще вина, в задницу.

Она сделала три выстрела, один за другим, а затем глянула на наблюдательную будку.

- Да, это было не смешно. Или романтично.

Ной засунул руки обратно в карманы. У него был хмурый взгляд.

Аманда подняла пистолет и прицелилась.