– Надеюсь, что этого не случится.

– Все равно я рад, что ты останешься со своим мужем, – Рэнди крепче обнял ее за плечи.

– Правда? – спросила она, хотя вовсе не удивилась, когда услышала это.

Рэнди кивнул.

– Ты ведь знаешь, не правда ли, что Джон, возможно, не такой уж и инвалид, как большинство из нас.

Она кивнула, улыбаясь.

Неожиданно из кухни послышался зуммер.

– Первая партия печенья. – Рэнди встал. – Я не мог дождаться Кэри.

Она посмотрела, как он вышел из комнаты, как спускался по лестнице. Она опять открыла ящик и положила свитер поверх всего остального. Затем свернула письмо Марго вчетверо и затолкала его назад, туда, где нашла. Она оставит его там, на случай, если Рэнди нужно будет напомнить себе совет своей сестры. Однако она сомневалась, что ему придется это делать. Он ведь сразу же воспользовался ее советом.

55

Харперс Ферри, Западная Вирджиния

Январь 1994 года


За окнами отеля «Разлив» в Харперс Ферри мягко и равномерно падал снег, а внутри ежегодная конференция Ассоциации по реабилитации инвалидов округа Вашингтон была в полном разгаре. Все шутили, что второй год подряд администрация отеля специально вызывает снегопад, чтобы участники конференции не уезжали, заставляя их снять номера еще на одну ночь. Однако никто не возражал. Отель был теплый и удобный, местоположение прекрасное, высоко над двумя бушующими реками.

Огонь бушевал в камине в общей гостиной, где Клэр и Джон сидели с группой своих коллег. Они позвонили Сьюзен только час назад, чтобы дать ей знать, что они не приедут домой этой ночью. Сьюзен, которая была дома на каникулах, будет возвращаться в колледж на следующий день, как и в прошлом году, Клэр и Джон не смогут повидаться со своей дочерью до того, как она уедет. Тем не менее они даже не думали ехать в такую бурю. Клэр просто продлила их проживание в отеле, а Джон просто ждал, что она это сделает. В сегодняшнюю ночь дороги были опасны.

Клэр окинула взглядом круг своих друзей, стараясь встретиться глазами с Джоном. Он тоже смотрел на нее, смотрел и улыбался и кивнул в направлении лифтов.

Она кивнула ему в ответ и встала, и они проделали путь через заполненную людьми комнату, прощаясь и желая всем приятных сновидений.

Мери Дрейк остановила их у лифта, схватив Клэр за руку.

– Я так вами восхищаюсь, – сказала она. – Ваш семинар вчера был самым лучшим из тех, что вам довелось проводить.

– Нам он тоже понравился, – сказал Джон.

– Продолжайте в том же духе, – надрывалась Мери. – Вы знаете, что я имею в виду. Раньше, когда вы оба выступали, вы, конечно, были великолепны и вдохновляли всех нас, но всегда каждый думал, ну, у Джона и Клэр все получается, потому что у них нет никаких проблем.

Клэр засмеялась и положила руку на плечо Джона. Мери покачала головой.

– Я должна согласиться, что вы меня несколько шокировали, когда начали так чистосердечно рассказывать о том, чем был для вас этот год. Но вы позволили каждому посмотреть на это с другой стороны и вселили надежду.

– Спасибо, Мери, – сказала Клэр искренне. Они слышали подобные похвалы и от других участников конференции после того, как прошел их семинар вчера. На самом деле она и Джон не знали никакого другого способа осуществить свое выступление как с абсолютной правдивостью.

Они поехали в лифте до верхнего этажа. Как и в прошлом году, они остановились в том же просторном номере в башне. Королевских размеров постель окружал ряд окон. Все занавески были подняты, и небо снаружи было темным, а падающий снег едва виден.

Джон поехал в ванную комнату, пока Клэр старалась дозвониться Ванессе еще раз по телефону. Ванесса должна была приехать в Вашингтон сегодня с Брайаном и двухмесячной дочерью Кэтрин. Клэр уже сто раз звонила в отель своей сестры, но, очевидно, погода вызвала отмену рейсов в аэропорту. Тем не менее на этот раз персонал отеля соединил ее с номером Ванессы, и ее сестра ответила почти тотчас же.

– Мы все еще в Харперс Ферри, Ван, – сказала Клэр. – Прости, я не уверена, что смогу приехать вовремя на встречу завтра.

– Не волнуйся, – сказала Ванесса. – В отеле меня дожидалась записка, в которой говорится, что встреча отложена до среды. Погода ужасная. Никто не сможет добраться сюда завтра.

Они назначили встречу за месяц до этого с сенатором Кристин Уоррик, новым спонсором обновленного законопроекта помощи взрослым – жертвам насилия. При удачных обстоятельствах этот законопроект вступит в силу в этом году. В прошлом – этого не удалось сделать. Признание Зэда Паттерсона своей «проблемы» и его последующее участие в лечебной программе для педофилов как бы в насмешку отвлекли центр внимания от законопроекта, спонсором которого он был. Но три настороженные женщины и двое перепуганных детей, которые выступили со своими обвинениями в насилии от рук Паттерсона, не оставили у Клэр и Ванессы сомнений в том, что они поступили правильно. Джон пообещал Ванессе, что фонд поддержит ее подростковую программу на плаву до тех пор, пока не найдется подходящий источник финансирования.

Она и Ванесса поговорили по телефону еще некоторое время, в основном о Кэтрин, которая доказывала, что станет хорошим путешественником, несмотря на ненастье.

– Не могу дождаться, когда я ее увижу, – сказала Клэр.

– Она похожа на тебя, Клэр.

– Похожа на меня?

– Да. Честно. Я подумала, что, может быть, я только воображаю это, но Брайан тоже заметил. Вот здорово. У меня такое чувство, что ты все время со мной.

Клэр улыбнулась про себя.

– Я и так с тобой, ты же знаешь.

– Да, – сказала Ванесса. – Я знаю.

Джон уже лежал в постели, когда она оторвалась от телефона. Она пересказала ему все, что говорила Ванесса, пока раздевалась. Джон слушал, опираясь спиной на подушки, и Клэр увидела улыбку и нетерпение в его глазах, когда складывала свой свитер и вешала юбку.

– Иди в постель, Клэр, – сказал он.

Она закрыла дверцу встроенного шкафа, потом подошла к своей стороне постели и выключила лампу на ночном столике. Комната погрузилась в темноту, и когда она стояла между кроватью и стенами с кривыми окнами, то почувствовала, что ее мысли не с ней. В темноте комнаты она могла видеть спокойно падающий снег, толстый слой которого лежал серым покрывалом на замерзших реках. И она могла видеть, далеко на большом расстоянии мост над Шенандоа с туманными фонарями. На мгновенье она замерла в трансе. Ее больше не было в номере, она была там, на том мосту, дрожа от холода и снега, высоко над рекой.

– Я жду тебя, Харти, – тихо послышался голос Джона в темноте, и она вздохнула и медленно отвернулась от окон, прочь от далекой полоски огней. Когда она проскользнула в постель рядом с мужем, она беззвучно воздала молитву благодарности Марго Сент-Пьер.