Я приподнимаю бёдра, мой член прижимается к её трусикам.

— Я вижу, что ошибся.

Она облизывает курок пистолета, её язык флиртует с моей смертью.

— Да, так и было. Поэтому Люку пришлось гоняться за мной повсюду, только чтобы найти меня здесь. И теперь он раздражен. Не так ли, детка?

— Только из-за него. Господи, мы уже опаздываем.

— Я уже приступаю к делу, — девушка проводит ногтем по моей груди. — Я познакомилась с Люком в интернете. Он мой парень.

Люк снова проводит рукой по волосам, словно размышляя о том, как глупо связываться с Коллетт.

Мы просто нашли общие интересы, понимаешь?

Я киваю.

— Похоже на любовь. Но Люк работал на Мистера Битара и не мог просто взять и приехать в Калифорнию, не отдав… — она хмурится.

— Щедрый подарок, — огрызается Люк, его голос напряжён.

Её глаза светятся.

— Верно, подарок за то, чтобы уйти от мистера Битара. Но ты позаботился об этом, — она приставляет пистолет к моему виску и наклоняется, чтобы поцеловать меня. На этот раз её язык намного смелее, вторгается в мой рот, выискивая меня. Я разжимаю руки и хватаю её за бедра, покачивая её горячую киску вдоль моей эрекции. Прерывая наш поцелуй от тяжелого дыхания, она берёт одну из моих рук и прижимает её к своей груди.

— Твою мать, Коллетт! — Люк поворачивается, больше не желая видеть, как его девушка трётся о мой член.

— Уверена, что у тебя нет времени на ещё один раунд, прежде чем ты нажмёшь на курок?

— Ммм, — девушка откидывается назад и грозит мне пальцем. — Это не должно повториться. У нас с Люком есть дела, надо кое-где побывать, продать секретные коды, свергнуть правительство. Кроме того, я не хочу его злить, — она понижает голос до театрального шёпота. — Он уже расстроился, что мы сделали это один раз.

— Нельзя винить парня за то, что он взял, пока горячее, — ухмыляюсь я.

Коллетт пожимает плечами и снова направляет на меня пистолет.

Пока, Кэш. Полагаю, теперь я шпион.

Я быстро вскидываюсь, когда она нажимает на курок. Выстрел разрывает комнату, когда пуля попадает в подушку рядом с моей головой. Девушка издаёт вопль и падает на пол, когда Люк стреляет в меня. Я падаю рядом с ней и притягиваю её к себе, пока она царапается и пинается. Мой пистолет скользит по полу и становится вне досягаемости.

— Она у меня. Прекрати стрелять, или я сверну её чёртову шею!

— Убей его, детка! — Коллетт пытается ударить меня пяткой по яйцам, но я зажимаю её ногу между своими и сжимаю её шею, пока она не перестаёт сопротивляться.

— Просто отпусти её, и мы уйдем, ладно? — голос Люка тихий.

— Подойди к двери и выйди наружу. Закрой за собой дверь.

— Я не могу этого сделать. Отпусти её.

Я крепче сжимаю шею Коллетт.

— Кэш? — призывает Люк.

Я не обращаю на него внимания.

Он делает шаг вокруг кровати.

— На твоём месте я бы этого не делал, — я, наконец, отпускаю шею Коллетт, и она хватает ртом воздух.

— Иди, — хрипит она. — Просто выйди на улицу. Он убьёт меня, если ты этого не сделаешь.

— Колл…

— Иди! — рычу я.

Я смотрю под кровать, как его ноги отступают. Он колеблется у двери, но, в конце концов, следует моим указаниям и выходит наружу.

Коллетт всхлипывает.

— А теперь отпусти меня, и ты больше никогда нас не увидишь.

— Не будь дурой. Я отвезу тебя обратно в США, — я толкаю её к краю кровати и хватаю свой пистолет.

— Ты не можешь! Я не вернусь, — она скрещивает руки на груди и смотрит на меня снизу вверх. — Ты не можешь меня заставить.

— Не двигайся, — я хватаю свои боксёры и штаны и натягиваю их, не сводя с неё глаз. — Ты вернёшься. Я никогда не проваливаю свои миссии. Мне всё равно, куда ты пойдёшь и что будешь делать после этого, — смеюсь я. — Хотя я обязательно расскажу агентству о вашем маленьком предприятии по продаже секретов.

— Ты этого не сделаешь! — её подбородок дрожит, когда я по кусочкам разбираю её план.

— Я так и сделаю. А теперь, вставай, черт возьми. Пора уходить, — я машу ей пистолетом, и она встаёт на ноги.

— Люк спасет меня, — Коллетт вскидывает подбородок.

— Да? — я подхожу к ней и заламываю ей руки за спину. — Это ещё одна маленькая загвоздка в твоём плане. Прости, но я собираюсь убить твоего парня, — я связываю её запястья ремнём и толкаю вперёд к двери.

— Он убьёт тебя раньше, чем ты успеешь это сделать.

— Посмотрим.

— Люк? — зову я.

Тишина.

Он притворяется застенчивым. Как мило, — я рывком открываю дверь и выталкиваю Коллетт вперёд.

На дорожке никого нет. Я сканирую каждую тень, каждое место, где он мог бы спрятаться. Он, должно быть, тянет время, потому что его нет нигде рядом. Проход до стойки регистрации открывает обзор на дорогу и холм за ней. Мне это не нравится.

— Иди, — я держу одну руку на её плече, а пистолет приставлен к другому уху. — Делай это медленно.

— Ты хоть знаешь, куда идти?

— Мне и не нужно. Пока у меня есть ты, я на верном пути.

Рядом раздаётся выстрел. Я прижимаюсь к стене, таща за собой Коллетт.

— Чёрт возьми! — Ибица, шатаясь, выходит из дверного проёма перед нами и падает.

— Идём, — я снова осматриваю окрестности, но не вижу Люка на залитой лунным светом дороге или прячущегося в кустах рядом с отелем.

Я опускаюсь на колени и сажаю Коллетт на задницу. Осторожно приподнявшись, я прислоняюсь к стене ниши, отгороженной от улицы.

— Ты в порядке?

Ибица поднимает голову и убирает руку от раны на животе.

Идеально. Лучше не бывает, — она быстро теряет кровь.

— Чёрт, — я кладу её руку обратно.

— Белобрысый наёмник. Почти такой же красивый, как ты, — кровь пузыриться и лопается, стекая по её губе. — Он напал на меня.

Коллетт с трудом сдерживает улыбку.

— Я же говорила, что Люк убьет тебя…

Резкая пощёчина с моей стороны заставляет её замолчать, и она прижимается к стене рядом с Ибицей.

— Давай, — я обвиваю рукой спину Ибицы и поднимаю её на ноги. Она стонет, и ещё больше крови течёт из уголков её рта. — Коллетт, вставай.

Коллетт встаёт, и я толкаю её перед собой, пока мы идём в офис. Молодого парня нет за стойкой, и в комнате воцаряется тишина, нарушаемая лишь плеском морских волн.

Я опускаю Ибицу на диван и использую телефон на столе, чтобы вызвать скорую помощь. Паренёк лежит на полу за столом, его невидящие глаза смотрят на меня, его телефон всё ещё зажат в руке.

Коллетт пытается отодвинуться.

— Твой парень уже несёт ответственность за одну невинную жизнь. Я более чем счастлив сравнять счет на данный момент, забрав твою. Я скажу агентству, что ты была сопутствующим ущербом, — я вложил в свои слова всю злость.

Она смотрит на убитого у моих ног и съёживается. Хорошо.

Я возвращаюсь к дивану, на котором лежит Ибица, прижав руку к ране.

— Оставайся здесь. Кто-то придёт. Мне нужно идти, — я опускаюсь на колени рядом с ней. — С тобой всё будет в порядке. Он охотится за девушкой и за мной.

— Ты всё ещё должен мне два миллиона, — глаза Ибицы сверкают, как дымчатые драгоценные камни, но кровь на губах тревожит.

— Ты знаешь, где меня найти, — я целую её липкий лоб и встаю. Вдалеке воют сирены.

Я хватаю Коллетт за локоть и выдергиваю её за дверь. Ночь остаётся спокойной. Слишком тихо. Он наблюдает. Я запихиваю Коллетт в машину, припаркованную вдоль узкой улицы. Пуля отскакивает от крыши машины, когда я опускаюсь на водительское сиденье и использую ключ паренька, чтобы запустить двигатель. Я включаю передачу, и мы мчимся в ночь.

— Если Ибица умрет, я убью тебя назло, — я стискиваю зубы и переключаю передачи, когда позади меня появляется пара фар.

— Она тебе даже не нравится. Ты сказал, что убьёшь её…

— Бизнес есть бизнес. Ибица это знает. А теперь заткнись нахрен.

Сейчас середина ночи, и мы несёмся по узким дорогам над грохочущим морем, мимо тёмным пятном проплывают маленькие виллы. Фары освещают нас, когда я маневрирую вокруг крутого поворота и направляюсь вверх по скалистому утёсу подальше от пляжа.

Коллетт кричит, когда я подхожу слишком близко к краю, и шины крутятся на рыхлом гравии у края дороги. Но шины снова набирают обороты, и мы уходим, стремясь вверх и прочь от Люка, висящего у нас на хвосте.

— Он довольно хороший наёмник. Жаль, что я собираюсь убить его, — я поворачиваю руль вправо, и Коллетт визжит почти так же, как и шины. Развернув машину полностью, я направляю её вниз по склону, целясь в Люка, лоб в лоб.

Фары его машины становятся ярче, когда он приближается. Я держу курс и сильнее жму на газ. Коллетт начинает издавать постоянные вопли, которые заставили меня пожалеть, что я не вырубил её раньше, а просто ударил её. Ледяная вода течёт по моим венам, когда приближается смерть, но я не волнуюсь. Я уже знаю, чем это закончится — с Люком в мешке для трупов.

В последний момент я сворачиваю влево, огибая край утёса и сбивая машину Люка в стену утёса. Как только я проскальзываю мимо него, он теряет управление, и машина перелетает через край и падает на скалистую береговую линию внизу.

Я дергаю за ручной тормоз. Он включается, когда я нажимаю на педаль тормоза. Машина с визгом останавливается всего в нескольких дюймах от крутого обрыва. Я вытаскиваю пистолет. Выйдя из машины, я смотрю вниз по крутому склону. Луна даёт достаточно света, чтобы я мог видеть наёмника. Он пережил крушение. Мужчина пытается выбраться с водительского сиденья своей искорёженной машины. Я вспоминаю парнишку за стойкой регистрации, когда прицеливаюсь в его бензобак. Выстрел — это просто хлопок, но последующий взрыв отбрасывает мои волосы назад.

Коллетт снова кричит, поэтому я подхожу к машине с её стороны, вытаскиваю её и бью пистолетом по затылку. Она падает мне на руки, и я запихиваю её в багажник.

Я уезжаю с моим грузом в целости и сохранности, когда мигающие огни скорой помощи освещают отель под нами.


Глава 7


— Ты не можешь так обращаться с моей дочерью и обвинять её в преступной деятельности! — Фрэнк Стэнфорд, отец Коллетт, сидит в комнате для допросов в агентстве, его проницательные глаза изучают меня с головы до ног, когда я вхожу.

— Ваша дочь пыталась продать ваши данные тому, кто больше заплатит, — я бросаю вниз флешку, которую нашёл в номере отеля Люка в Риме. — Она встретила Люка, он уговорил её пойти с ним, и он же организовал её похищение и продажу в секс-рабство. Они всё спланировали заранее. Единственное, на что они не рассчитывали, был я.

Я сажусь в кресло напротив него, моё тело затмевает стол. Мужчина ёрзает на стуле, пережёвывая мою информацию, в то время как его адвокат ломает руки рядом с ним.

— Но ей не предъявят обвинения?

— Полагаю.

— Что?

Я наклоняюсь вперёд и кладу руки на стол, мои круглые серебряные запонки звенят о металл.

— Что вы выплатите компенсацию семье Чарльза Койкоса. Это тот парень, которого её парень убил, пока мы были в Греции. Я ожидаю, что пара миллионов долларов США сделают своё дело. Как только это будет сделано, я позволю ей уйти. Но ни на секунду не думайте, что мы не будем за ней присматривать. Она опасна.

Он усмехается.

— Она не опасна. Она моя дочь. Невинный младенец.

Я откидываюсь назад и провожу рукой по подбородку. Мне нужно побриться.

— Посмотрите некоторые фотографии и видео, которые она прислала Люку. Они на флешке. Тогда вы увидите, насколько она невинна. Не говоря уже о её планах продать ваши технологии вооружения террористам, — я качаю головой, когда он открывает рот. — Как я уже сказал, мы будем следить.

— Я-я отказываюсь верить, что она когда-нибудь…

Адвокат кладёт руку Фрэнку на плечо и наклоняется к нему.

— Мне плевать. Моя работа закончена.

Я встаю и иду к двери.

— Мы переведём два миллиона на счёт Койкос не ранее, чем через два рабочих дня, — адвокат сжимает плечо Стэнфорда. — Спасибо за предоставленную возможность.

Стэнфорд начинает бормотать о надлежащей правовой процедуре и ложных обвинениях.

Я открываю дверь, готовый закончить этот день. Я только что вернулся домой, чтобы переодеться, достаточно долго для миссии по возвращению Коллетт. Мне нужно отдохнуть, чтобы я мог отправиться на свою следующую миссию — преследовать торговца оружием в Конго.

— Тише! — адвокат пытается вразумить своего клиента, и всё, чего я хочу, — это схватить Стэнфорда и прижать его к стене, пока он не перестанет быть невыносимым придурком.

— Ты ещё не слышал о последнем доводе, — Фрэнк смотрит на меня снизу-вверх. — Я знаю, что произошло в Греции. Она рассказала мне, что ты с ней сделал.

Я улыбаюсь и поворачиваюсь к нему.

— Я трахнул мозги твоей дочери. Это не преступление. Попросите вашего адвоката справиться с этим, — и выхожу из помещения.

Дверь закрывается за мной с удовлетворительным щелчком, когда я прохожу мимо своего сердитого начальника