Король Уолл-стрит

Луиза Бей


Переведено группой Life Style ПЕРЕВОДЫ КНИГ

Переводчик Костина Светлана


Любое копирование текста без ссылки на группу ЗАПРЕЩЕНО! 


Перевод осуществлен исключительно в личных целях, не для коммерческого использования. Автор перевода не несет ответственности за распространение материалов третьими лицами.

  

Глава первая

Харпер

Целых. Десять. Минут. Кажется не очень долго, но когда я сидела напротив Макса Кинга, так называемого Короля Уолл-стрит, пока он молча читал первый набросок отчета, который я подготовила по текстильной промышленности Бангладеш, были похожи на всю жизнь.

Борясь с желанием четырнадцатилетнего подростка спросить его, что он думает о моем докладе, я осмотрелась, пытаясь найти на чем бы сосредоточить взгляд.

Офис Макса ему идеально подходил — кондиционер был установлен на среднюю температуру холода, скорее мороза, стены, потолки и полы были ослепительно белыми, добавляя арктическую атмосферу. Его стол был стеклянным с хромом, и Нью-Йоркское солнце истекало кровью сквозь непрозрачные жалюзи, пытаясь безуспешно оттаять лед в этой комнате. Я ненавидела это. Каждый раз, когда я входила в его кабинет, у меня возникало желание показать свой бюстгальтер или разрисовать граффити стены ярко-красной помадой. Это было место, где радость умирала.

Макс вздохнул, отчего я перевела свое внимание на его длинный указательный палец, который опустился на страницу моего отчета. Он покачал головой. У меня скрутило живот. Я знала, что впечатлить его будет невозможно, но это не означало, что я в тайне не надеялась, что поражу его наповал. Я столько трудилась над этим отчетом, моим первым исследованием для Макса Кинга. Я мало спала, работала вдвое больше, не пренебрегая другими своими обязанностями в офисе. Я изучила все, что было написано о промышленности за последнее десятилетие. Я корпела над статистическими данными, пытаясь отыскать примеры и сделать соответствующие выводы. Я изучила архивы King & Associates, пытаясь найти любое историческое исследование, которое мы готовили, чтобы объяснить любые несоответствия. Я все продумала, не так ли? И когда рано этим утром я распечатала свой первый отчет, раньше всех придя на работу, я была счастлива… даже горда. Я проделала хорошую работу.

— Вы говорили с Марвином о последних данных? — спросил он.

Я кивнула, хотя он даже не поднял на меня глаза, поэтому я сказала:

— Да. Все графики основаны на последних цифрах. — Они что не неправильные? Он ожидал чего-то другого?

Мне всего лишь хотелось, чтобы он сказал: «Хорошая работа».

Я старалась изо всех сил, работая на Макса Кинга с тех пор, как поступила в бизнес-школу. Он был силой, стоящей за троном, многих историй успеха Уолл-стрит за последние несколько лет. King & Associates предоставляли инвестиционным банкам крайне необходимые исследования, которые помогали банкам принимать правильные инвестиционные решения. Мне нравилась сама идея того, что множество эффектных костюмов от инвестиционных банков кричали насколько они богаты, а человек, который все это сделал, был счастлив спокойно заниматься своим бизнесом, просто удивляясь тому, что он совершил. Знающий, решительный, успешный в высшей степени — он был всем тем, кем я хотела стать. Когда я получила в последнем семестре предложение стать младшим сотрудником King & Associates, я была в восторге и ощущала странное чувство, что вселенная просто расположилась, как надо, как будто это был просто следующий шаг в моей судьбе.

Судьба может поцеловать меня в задницу. Мои первые шесть недель в новой должности были совсем другими, чем я ожидала. Я предполагала, что меня будут окружать амбициозные, умные, хорошо одетые двадцати и тридцатилетние с хвостиком люди, и насчет этого я оказалась права. И клиенты, для которых мы производили исследования (почти для каждого инвестиционного банка на Манхэттене) были феноменальными и оправдали все мои ожидания. Макс Кинг, однако, оказался огромным разочарованием. Фактически, несмотря на то, что все на Уолл-Стрит были помешаны на нем и безумного его уважали, смотрели на него, будто он висел на постере на стене в спальне подростка, он был таким…

Бесчувственным.

Резким.

Бескомпромиссным.

Полной задницей.

В реальной жизни он оказался таким же красивым, как и на фотографии на обложке Forbes или на любом другом рекламном снимке в интернете, когда я изучала все, связанное с ним во время моего MBA в Беркли. Однажды утром, я приехала очень рано, и увидела его в экипировке для бега, потного, задыхающегося, одетого в лайкру. Его бедра были настолько крепкими, что выглядели так, будто они были сделаны из мрамора. Широкие плечи, решительный римский нос, темно-коричневые с блеском волосы, почти черные (настоящее расточительство для мужчины) и круглогодичный загар, который кричал, что я отдыхаю четыре раза в год. В кабинете он надел обычный костюм. Костюм сшитый на заказ, который отлично облегал его плечи, такие костюмы я могу узнать, благодаря нескольким встречам, которые у меня состоялись с моим отцом. Его лицо и тело оправдали все мои ожидания. Работа с ним, не совсем.

Я не ожидала, что он такой тиран.

Каждое утро, когда он скользил по пространству открытой планировки с нашими рабочими столами в свой кабинет, он ни разу не сказал нам «доброе утро». Он регулярно кричал в свой телефон так громко, что его можно было услышать у лифтов. А в прошлый вторник? Когда я прошла мимо него в офис и улыбнулась, вены у него на шеи вздулись и у меня было такое чувство, будто он собирался меня задушить.

Я разгладила ткань на юбке от Zara. Возможно, я раздражала его, потому что не выглядела такой глянцевой, как другие женщины в офисе. Я не одевалась в стандарты от Прада. Может я выгляжу, будто меня это совсем не беспокоит? Я просто не могла позволить себе таких нарядов в данный момент.

Как самый младший член команды, я была в самом низу иерархии. Это означало, что я занималась заказами мистера Кинга на сэндвичи, знала, как вытащить замявшийся лист из ксерокса, и каждая курьерская компания была у меня на быстром наборе. Но этого следовало ожидать, и я была просто счастлива, потому что я работала с парнем, на которого годами смотрела с восхищением в глазах.

И вот он отрицательно качал головой и держал ручку с красными чернилами, которой я раньше не видела. С каждым кругом, перечеркиванием и огромным вопросительным знаком, который он делал на моем отчета, мне казалось я становилась меньше, сжимаясь.

— Где твои ссылки? — спросил он, не поднимая глаз.

Ссылки на литературу? Я просматривала другие доклады, которые готовила наша фирма и ни разу не нашла ссылок на источники.

— Я оставила список у себя на столе…

— Ты говорила с Донни?

— Я жду от него ответа. — Он поднял на меня глаза, и я постаралась не вздрогнуть. Я два раза звонила другу Макса во Всемирную торговую организацию, но так и не смогла заставить парня мне перезвонить.

Он покачал головой, схватил телефон и набрал номер.

— Привет, крутой, — произнес он. — Мне необходимо понять позицию по Всему, что происходит, Кроме Оружия. Слышал ваши ребята давят на ЕС? — Макс не включил громкую связь, поэтому я только видела, как он делал заметки на бумаге. — Это, действительно, существенно важно для исследования, которое я делаю по Бангладеш. — Макс усмехнулся, мимолетно встретившись со мной глазами и отвернулся, как будто один взгляд на меня вызывал у него раздражение. Причем очень сильное.

Макс повесил трубку.

— Я звонила ему два…

— Важен результат, а не усилия, который будет оценен, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

Значит, он не собирался хвалить меня за мои попытки? Что еще я могла сделать с этим парнем, кроме как заявиться к нему в офис? Я не Макс Кинг. Зачем какому-то парню из ВТО перезванивать мне, совершенно не известному исследователю?

Боже, неужели он не может дать девушке шанс?

Прежде чем я собралась ответить завибрировал его сотовый на столе.

— Аманда? — гавкнул он в телефон. Господи. Наша компания была небольшой, поэтому я знала, что Аманда не работала в King & Associates. И у меня разлилось странное чувство удовлетворения, что он не только был резким со мной. Я не видела, чтобы он часто общался с другими сотрудниками, но его отношение ко мне я ощущала немного личностным. Но сейчас все было похоже на то, как будто Аманда получила то же самое, что и я, резкое и бесцеремонное обращение.

— Мы не будем обсуждать это снова. Я сказал «нет». — Подруга? На странице Шесть в журнале сплетен и слухов никогда не было никаких заметок о том, с кем Макс встречался. Но он явно должен был с кем-то встречаться. Мужчина устроен так, мудак он или нет, он не может без этого обойтись. И сейчас его слова звучали так, как будто Аманда имела честь видеться с ним в нерабочее время.

Отсоединившись, он бросил телефон на стол, наблюдая, как тот заскользил по стеклу и остановился у его ноутбука. Продолжая читать, он потер длинными загорелыми пальцами лоб, словно Аманда вызывала у него головную боль. Мой отчет, видно, не очень помогал его головной боли.

— Опечатки неприемлемы, мисс Джейн. Нет оправданий тому, когда делается что-то спустя рукава, когда дело требует только усилий. — Он закрыл мой отчет, и откинулся на спинку кресла, уставившись на меня. — Внимание к деталям не требует изобретательности, креативности или нестандартного мышления. Если вы не можете справиться с основами, почему я должен доверять вам что-то более сложное?

Опечатки? Я прочитала этот отчет тысячу раз.

Он сцепил руки перед собой.

— Переделайте отчет в соответствии с моими заметками и не приносите его мне, пока не будут исправлены все опечатки. Я буду штрафовать вас за каждую ошибку, которую обнаружу.

Штрафовать меня? Я хотела уволиться, если бы могла штрафовать его каждый раз, когда он был настоящим мудаком, я могла бы выйти на пенсию уже через три месяца, скопив изрядное состояние. Настоящая задница.

Медленно я потянулась за своим докладом, задаваясь вопросом, может он скажет мне какие-нибудь слова поощрения или благодарности.

Но нет. Я взяла стопку бумаг и направилась к двери.

— О, мисс Джейн?

Вот оно. Он все же решил сохранить кусочек моего достоинства. Я повернулась к нему, затаив дыхание.

— Копченая говядина с булочкой из ржи, без соленых огурцов.

Я застыла, почувствовав, как мне дали под дых.

Что. За. Мудак.

— На ланч, — добавил он, всем своим взглядом выражая, почему я до сих пор здесь.

Я кивнула и открыла дверь. Если я не выйду из его кабинета в данную минуту, то, наверное, наброшусь на него и вырву ему все волосы.

Как только я закрыла дверь, Донна, помощник Макса, спросила:

— Как все прошло?

Я закатила глаза.

— Не знаю, как вы умудряетесь работать на него. Он такой… — Я начала пролистывать отчет, ища опечатки, на которые он ссылался.

Донна отъехала на стуле от стола и встала.

— Не так страшен черт, как его малюют. Ты идешь в закусочную?

— Да. Сегодня копченая говядина.

Донна натянула куртку.

— Я пойду с тобой. Мне нужен перерыв. — Она схватила сумочку, и мы отправились в центр Нью-Йорка. Конечно же Макс не признавал сэндвичи, которые продавались рядом с офисом. Мы должны были пройти пять кварталов на северо-восток до кафе «Джоуи». По крайней мере, было солнечно и еще рано для дождей, поэтому можно было пройтись пешком в закусочную со странным чувством, будто идешь в полдень по улицам Калькутты.

— Привет, Донна. Привет, Харпер, — произнес Джоуи, владелец закусочной, как только мы вошли через стеклянную дверь. Закусочная была полной противоположностью тем местам, где я могла предположить Макс может заказывать свой ланч. Очевидно, что эта закусочная была семейным бизнесом, и она давно не реконструировалась еще со времен «Битлз». Здесь ничего не было от эффектной, современной, безжалостной персоны Макса Кинга.

— Как босс? — спросил Джоуи.

— Ох, ты же знаешь, — ответила Донна. — Работает слишком много, как обычно. Какой у него был заказ, Харпер?