— Ты злишься, — я вздыхаю, пытаясь не смеяться, когда ставлю свой чемодан.

— Нет. Ладно, да, я действительно злюсь. Я могу простить то, что ты забыл о нашей годовщине, хотя это было всего два месяца назад, но если ты думаешь, что я собираюсь принимать твоё отсутствие каждый праздник, потому что считаешь это «клише» или «произволом»... — она замолкает, когда я вытаскиваю обувь, обёрнутую Хелен. Я кладу коробку ей на колени и смеюсь над собой из-за большой слащавой усмешки, растянувшуюся по моему лицу.

— Вы что-то говорили, миссис Скотт?

На её лице распространяется огромная улыбка, и Лорен закатывает глаза.

— Ты придурок, ты знаешь это? — она шутит, развязывая бантик на коробке.

Я сажусь рядом с ней и целую её шею. Она так осторожно разглядывает коробку.

— Давай, детка, порви его!

— Хорошо, хорошо. Просто это так красиво, — визжит она, убирая бумагу, и замирает, когда видит коробку. Она смотрит на меня своими вытаращенными и блестящими глазами. — Ты не мог! — говорит Лорен взволнованно. А затем открывает коробку, чтобы увидеть пару туфелек Дороти, о которых она говорила всю неделю подряд. — О господи! Кэл, — говорит она со слезами на глазах.

— Прочитай открытку, — говорю я, указывая на неё, вставленную между туфлями. Лорен берет её.


«Эти туфли выглядят так, будто их привезли прямо из «Волшебника Страны Оз», но так как иногда я похож на торнадо, который уносит тебя в Страну Оз, думаю, ты можешь носить красные туфельки Дороти. И если я уйду и потеряюсь, может, ты сделаешь маленький щелчок, и я найду дорогу домой."


— Банально, не так ли? — спрашиваю я, чувствуя себя немного смущённым.

Она кивает и залазит ко мне на колени.

— Так же банально, как и то, что ты мой прекрасный принц, — говорит она, нежно целуя меня. Я хочу большего от неё, поэтому обхватываю её руками за талию и прижимаю к коленям, чтобы она почувствовала, как сильно я хочу её. Она хихикает.

— Ты наденешь их для меня?

— У меня есть идеальное белое платье под них, — говорит она, проводя руками по моим волосам.

— Никакого платья. Только они, — говорю я, наблюдая, как её кожа краснеет.

— Позже, — обещает она. — Мне нужно бежать и забрать твой подарок, — говорит она, отпрыгивая от меня. Лорен бежит к столику у стены и хватает сумочку.

— Нет, моим подарком можешь быть ты, — ною я. Она не может бросить меня с полноценным стояком.

— Так и будет. Сегодня вечером, — обещает она, доходя до двери. Я строю ей самое грустное лицо, какое только могу. — Не смотри на меня так, — она хихикает, и я приближаюсь к ней. — Нет. Назад на пять футов, — угрожает она, смеясь и удерживая руку на дверной ручке. — Надеюсь, ты выспался, пока мы не виделись. Потому что этой ночью ты спать не будешь, — говорит Лорен, давая мне подобие предупреждения, и моё тело оживляется от одной мысли.

— Предостаточно, — говорю я, подмигнув, и она выскальзывает за дверь.

***

Должно быть, этим утром моя работа реально надрала мне зад. Обычно я никогда не просыпаю. Когда зазвонил телефон, я почти положил его обратно, но увидел имя Декстера. Он звонил дважды.

— Что случилось, Декстер? — спрашиваю сонно.

— У нас проблема, — мрачно говорит он. Его тон заставляет меня сесть на кровати.

— Какая проблема? — спрашиваю его с тревогой.

— Хелен говорила со своей командой. Лекарство не получило рекомендацию к дальнейшему испытанию... — я не могу поверить в услышанное, в то, что Декстер сказал это.

— Можешь повторить это ещё раз? — спрашиваю в надежде, что просто неправильно расслышал, потому что я всё ещё сплю, и мой мозг не функционирует правильно.

— Мне жаль, Кэл, — тихо говорит он. Он сожалеет? Нет, ни черта.

— Мне насрать, что говорят яйцеголовые. Пусть Хелен принесёт мне всё, что у неё осталось, — говорю я просто.

—Кэл, она не может. Препарат показал опасные побочные эффекты. Они собираются провести дальнейшее тестирование, но на данный момент всё уничтожено.

— Ты прикалываешься надо мной. Ты, блять, издеваешься! — я кричу. Нахрен самообладание или попытки сдержать злость. Этого не может быть. Они не могут так запросто остановить испытания. — Это работает, Декс. Не считая этих чёртовых вспышек, оно работает. Ты же знаешь, — говорю я, чувствуя подступающую панику.

— Хелен может рассказать тебе о медицинских особенностях, но если у тебя ещё осталось, то избавься от всего. Ты должен перестать его принимать.

— Чушь собачья! — кричу в трубку телефона. Я хочу разбить его о стену.

— Кэл, я знаю, что ты зол.

— Зол? Я, блять, в ярости! Я не могу перестать его принимать. Что, чёрт возьми, мне делать? Перед началом приёма ты сказал, что был уверен. Это всё меняет!

Блять. Блять. Блять!

— Я не остановлюсь!

— Кэл, это Хелен. Послушай меня, всё будет хорошо. Обещаю, у нас всё получится, — говорит она, пытаясь меня успокоить. Я так зол, что у меня выступают слёзы.

— Я-не-собираюсь-останавливаться!

— Если ты этого не сделаешь, то умрёшь, Кэл. Ты понимаешь, что это может убить тебя? — говорит Декстер, как будто разговаривает с грёбаным ребёнком.

— С таким же успехом я могу быть Дексом! Как, чёрт возьми, я должен объяснить это?

— Лорен любит тебя. Она всё поймет. Мы просто скажем ей правду, — говорит Хелен.

Правда. Да, правда, после того, как мы уже поженились. Сказать ей, что она в брачной ловушке с двумя разными людьми? Я не могу так с ней поступить. Не могу. Должен быть другой способ.

— Не буду. Я не могу провести её через это дерьмо.

— Позволь мне подумать, что я смогу сделать, Кэл. Разреши мне разобраться, — вмешивается Хелен.

— Значит, разберись с этим побыстрее, — говорю я и вешаю трубку. Горло горит, в груди что-то жжёт. Хочу, чтобы это чувство сейчас же исчезло. Я бросаю телефон и пробиваю кулаком чёртову стену. Это больно, но отвлекает меня от случившегося. От того, что вот-то пойдёт наперекосяк.

Чёрт, у меня пошла кровь. Я вырываюсь из комнаты и замечаю её. Её глаза широко раскрыты. Я потеряю её. Это будет нашим концом.

— Кэл, что случилось? Ты выглядишь расстроенным, — её голос нерешителен, и она сжимает запястье. Лорен делает это, только когда что-то не так

— Эм, — что я должен ей сказать? Я должен ей что-то сказать. Провожу руками по лицу.

Она бросается ко мне по лестнице и берёт меня за руку, глядя на опухшие костяшки пальцев.

— Кэл, что ты натворил?! — спрашивает девушка дрожащим голосом, отводит меня в гостевую ванную и подносит мою руку под проточную воду.

— Не злись, но я пробил дыру в нашей стене, — отвечаю, пытаясь преуменьшить масштаб случившегося, потому что я, как псих, просто взял и разрушил одну из наших грёбаных стен.

Лорен поворачивает ко мне голову.

— Почему ты это сделал?! — недоумевает она, хватая нашу аптечку и вытаскивая салфетки с антисептиком.

— Декс очень меня разозлил, — произношу я, садясь на край ванны, пока она очищает мою руку.

Она кивает, как будто понимает.

— Я слышала, как ты с ним разговаривал, — признаётся Лорен, виновато глядя на меня. Какого чёрта она услышала? Я даже не могу ничего сказать.

— Это как-то связано со мной? — она садится на мои колени. Я обхватываю её руками и кладу подбородок ей на плечо, и она начинает перебирать мои волосы. Я не заслуживаю этого. Вот почему я собираюсь потерять её. Судьба была пьяна в стельку, когда отдала её мне, а теперь поняла, что облажалась.

— Меня... меня не будет немного дольше, чем я думал, — у меня не хватает сил, чтобы взглянуть на неё. Она выпускает сдерживаемый вздох, полный облегчения. Если бы только она знала. Лорен широко улыбается мне. И я хотел бы почувствовать такое же облегчение, но вокруг меня словно сжимаются стены, удушая.

— Всё в порядке. Я имею в виду, это не нормально, но не стоит дыры в стене, — дразнит она. — Я большая девочка, — добавляет она тихо.

Я пытаюсь улыбнуться, но даже это не срабатывает.

— Я не очень хорошо себя чувствую, детка. Будет очень хреново, если мы не выйдем сегодня? — я пытаюсь понять, насколько ей это не нравится, но она слишком хорошо скрывает это и дарит мне улыбку девушки-конкурсантки.

— Нет, детка. Если ты плохо себя чувствуешь, мы можем провести дома ещё один день.

— Ты уверена? Потому что мы можем что-нибудь поделать, если ты всё ещё хочешь, а я просто прилягу, — я прижимаю её к себе и заглядываю в глаза. Если она действительно разочарована, то проделывает адскую работу, скрывая это.

— Нет, отдохни немного. Это твой первый день дома и ты, наверное, устал после перелёта. Всё в порядке, — говорит она, прежде чем поцеловать меня в губы.

— Я собираюсь загладить свою вину, — обещаю ей. — И тебе не обязательно сидеть здесь со мной. Ты должна позвонить своим девочкам и выйти, — я пытаюсь казаться взволнованным для неё, она должна уйти. Мне придётся привыкнуть к тому, что её не будет. Я иду в спальню и ложусь на кровать.

— Я не собираюсь проводить нашу годовщину с ними. Мне важно просто быть с тобой, — говорит она, подползая ко мне.

Я обхватываю её одной рукой и прижимаю к себе.

— Ты же знаешь, что я люблю тебя, правда? — я пытаюсь звучать оптимистично, но просто не могу собраться.

— Конечно, знаю, — говорит она, с любопытством оглядываясь.

— Нет, серьёзно, — я поворачиваю её тело ко мне, чтобы она нормально посмотрела. — Несмотря ни на что. Что бы ни случилось. Если что-то случится, ничто, ни при каких обстоятельствах, — я беру её руку, кладу на грудь и удерживаю, — и никогда не заберёт тебя отсюда. Даже если ты засомневаешься, всегда знай, как сильно я тебя люблю. Я никогда и никого не любил так сильно, как тебя, и даже если я всё испорчу...

Она прикасается к моему лицу.

— Кэл, ты меня пугаешь. Всё в порядке? — Лорен садится и смотрит на меня. Нет, но я не думаю об этом сейчас. Она здесь, и она моя.

— Да, просто пытаюсь потрахаться, — вру, пытаясь убить ужасную атмосферу, повисшую в комнате. Лорен продолжает высматривать что-то в моём лице.

— Ты можешь всё мне рассказать. Ничто не изменит моих чувств к тебе. Ты всегда будешь моим Кэлом, — я хочу, чтобы её слова были правдой, но мой случай является исключением из любой ситуации, которую она может себе представить.

— Я знаю. Вот почему я люблю тебя, — говорю я ей, притягивая к себе и целуя долго и нежно, как ей это нравится. Я больше ничего не делаю. Я больше ничего не заслуживаю. У нас есть проблема. Часы только-только начали отсчёт нашего счастливого конца, и вот уже поворачиваются вспять. Она вот-вот узнает, что я не её гребаный Прекрасный Принц, даже близко.


Глава 15


Крис


Если бы сегодня утром вы сказали мне, что мой отец и Лорен смогут спокойно разговаривать, не бросая друг на друга сердитые взгляды, я бы вам не поверил. А если бы сказали, что Лорен решила остаться до конца месяца в доме моих родителей, я бы рассмеялся вам в лицо. Забавно, сколько всего может измениться за несколько часов. Не знаю, что побудило отца изменить своё мнение. Может, это из-за угрозы выкинуть его из моей жизни. Тот, кто сказал, что пряник лучше кнута, никогда не встречал моего отца. Я с нетерпением жду жизни в доме, который перестанет быть зоной боевых действий. Я рад, что он снова стал самим собой, а не тем злым парнем, каким показывал себя после приезда Лорен. Сначала я думал, что она не примет его извинений, но всё оказалось совсем наоборот. Уверен, это только из-за меня. Потому что она думает, что мне это нужно. Может, и так.

Я не могу улучшить положение вещей, но хочу, чтобы некоторые из них стали более привычными, какими были до того, как произошёл весь этот хаос. Возвращение ситуации в нужное русло – это огромный шаг. Напоминание, что всё может быть исправлено. Нет ничего невозможного. Вот что заставляет меня чувствовать себя лучше, когда я подхожу к двери Лизы. Я не знаю, что она хочет мне сказать, но мы всё преодолеем, что бы это ни было. С Лизой никогда не угадаешь, в чём проблема. Мы дружим с начальной школы. Она всегда была тем человеком, с которым я мог поговорить. У неё есть миллион способов утешить меня, когда дела кажутся безнадёжными. Но то, что казалось безнадёжным во времена моей юности, сейчас сравнимо с лёгкой прогулкой.

Она будет счастлива услышать, что мы с Лорен официально вместе. Ну, думаю, не более официальным, чем женитьба. Я звоню в её дверной звонок и жду ответа. Проходит несколько минут, но никто не открывает, поэтому я снова звоню и стучу в дверь. Её машина стоит снаружи, так что она точно дома.