Дмитрий Эдуардович взял жетоны на все аттракционы, которые только были, в кассе. Мы катались на карусели, потом ели сладкую вату. На американских горках, я визжала так, что наверное слышал весь парк, а Елецкий хохотал. Когда звезды появились на небе, мы, наконец, добрались до колеса обозрения. В кабинке мы снова оказались так близко, что у меня перехватило дыхание. Дмитрий Эдуардович пристально на меня посмотрел, с легкостью поднял, и усадил к себе на колени. Его ладони на моей талии были просто обжигающе горячими. Он властно поцеловал меня, и я мгновенно забыла, где мы находимся. Когда кабинка почти опустилась вниз, мы с большим трудом оторвались друг от друга. Мне трудно было дышать, казалось ещё немного и просто закончится воздух в легких.


Я не помню, как мы вышли из парка и дошли до машины, всё, что я ощущала, это тепло его ладони, потому что он не отпускал мою руку ни на минуту. Елецкий завёл машину, и мы поехали. Наверное, он сам плохо соображал, потому что создавалось впечатление, что он просто петляет среди улиц. Мы въехали в красивый ухоженный сквер, и Дмитрий Эдуардович нажал на тормоз.


- Катя, простите, я не знаю, что я творю. Мы почти приехали к коттеджу, где я живу. Сейчас я разверну машину и отвезу вас домой. Но...Боже, вы просто сводите меня с ума. Я боюсь сделать что-то не так. Я не знаю, хочется ли вам, чтобы я вас целовал, прикасался к вам. Вы совершенно ничего не говорите, а только смотрите на меня.


- Дмитрий Эдуардович. Я... я не знаю. – я практически плакала, так всё было запутано. – Я ни с кем, и никогда в жизни, не испытывала таких эмоций, как с вами. Но между нами пропасть. Пропасть в социальном положении, деньгах, прожитых годах. Вы значительно старше, умнее, богаче меня. Я даже не могу назвать вас просто “Дима”, для меня вы всегда будете только Дмитрием Эдуардовичем.


- Я хочу, чтобы ты называла меня по имени, хочу чтобы ты его произносила, шептала и кричала, когда я буду целовать тебя. – он повернулся ко мне. – Я понимаю, о какой пропасти ты говоришь, но я ради тебя я готов в неё шагнуть. Я не только готов, я умоляю тебя сделать это вместе со мной.


И он снова поцеловал меня. Жадно, неистово, как никто и никогда до этого. Как будто собирался выпить меня до капли. Его руки расстегивали моё платье, а я шептала:


- Дима. Дима. Дима...


Глава 11


Мы провели ночь вместе. И это была лучшая ночь в моей жизни. Мне было всё равно, что это произошло в машине, ведь я была счастлива, как никогда. Я сидела на руках у Елецкого (хорошо, что машина была достаточно просторная), а на улице уже занимался рассвет.


- Дмитрий Эдуардович...Дима, – я исправилась, – отвези меня в общежитие. Мне очень хорошо с тобой, но скоро на работу. Нужно переодеться, умыться и привести себя в порядок.


- Да, вид у нас несколько потрёпанный, – он прикоснулся губами к моему плечу, – а может поедем ко мне? Тут совсем недалеко.


- Ты можешь себе это позволить, а вот мой отдел останется без начальника.


- Не хочу тебя отпускать, но слово дамы – закон. – Елецкий улыбнулся и помог мне пересесть на пассажирское сидение. – Ну, говори адрес общежития, про которое ты до последнего не хотела мне рассказывать.


- Езжай к супермаркету, около которого ты меня забирал, а там недалеко, я покажу дорогу.


Я не ощущала стыда или неловкости, мне казалось, что всё, наконец-то, встало на свои места. И судьба свела меня с человеком, которого я ждала всю свою жизнь.


Люди выбирались из своих квартир, кто-то выгуливал собаку, кто-то выходил на утреннюю пробежку, дворники мели улицы, а мне казалось, что никого в это утро не было счастливей меня на всём белом свете.


Мы остановились около общежития, Елецкий помог выбраться мне из машины, вручил букет роз, которые ночью временно перекочевали в багажник. Мы стояли и целовались у входа, как влюбленные на своем первом свидании. Хотя, мы такими и были.


Я услышала, как открылась входная дверь и тут же раздался до боли знакомый голос:


- Дмитрий Эдуардович?! Катя?!


Не знаю почему, но я буквально отскочила от Елецкого, и букет выпал у меня из рук. На пороге стояла тетя Люся и...


- Артём!


Он смотрел на меня такими глазами, что внутри у меня всё сжалось.


- Катюша, так вы уже знакомы? – тетя Люся казалось не ощутила, что атмосфера накалилась. – Это мой племянник Артём, с которым я хотела тебя познакомить! А это жених, про которого ты говорила? Приятно познакомиться.


Она приветливо кивнула в сторону Елецкого.


- Теть Люсь, – Артём сказал практически не разжимая рта, – иди в машину, я скоро буду.


Я только сейчас обратила внимание, что чуть поодаль стоит машина Артёма.


- Ну ладно молодежь, общайтесь, а я пойду. Артёмчик, жду тебя.


Тетя Люся забрала сумку из рук Артёма и направилась в сторону машины.


- Что вообще происходит? – сказал Елецкий резко. – Артём, ты что тут делаешь?


- Моя тётя работает тут вахтером, я приехал забрать её со смены. А Катя, как оказывается, тут живет, как тесен мир.


- Всё это как-то странно. Катя, это правда? Может быть есть ещё что-то, что мне стоит узнать? – Дмитрий Эдуардович раздраженно посмотрел на меня.


- Да, это просто совпадение, – я сама была растеряна.


- А я думаю, что вам есть что узнать. – Артём подошел к нам вплотную. – Не правда ли, Катя?


Я просто его не узнавала, черты лица стали резкими, рот насмешливо кривился, но в глазах у него не было злости, а только боль.


 - Я не понимаю, о чем ты.


О, я прекрасно понимала, о чем он говорит. Но что подумает Елецкий! Боже, за что мне всё это?


- Может быть расскажешь Дмитрию Эдуардовичу, что решила завоевать его сердце с моей помощью. – Артёма было не остановить. – Подробно опишешь советы, которые я тебе давал, как заставил перекраситься в более светлый цвет. Давай вместе расскажем, как мы выбирали тебе платье и туфли, в которых ты сейчас стоишь. И, конечно же, дорогое белье, которое Дмитрий Эдуардович, несомненно оценил сегодняшней ночью. Напомни, может быть я что-то упустил?


Я готова была сквозь землю провалиться, словно меня с ног до головы облили грязью. Но самое страшное, что всё это было правда. И от этого я чувствовала себя ещё хуже.


- Катя? – Елецкий подошел и взял меня за руку. – Посмотри на меня и скажи, что он лжет. Прошу тебя.


Я не смогла поднять глаза, а так и смотрела себе под ноги:


- Всё, что сказал Артём – правда. Правда от первого до последнего слова.


- Боже, что же это такое? – Дмитрий Эдуардович резко отпустил мою ладонью. – Зачем всё это было нужно? Ты же и так мне нравилась. Я и не знаю теперь, какая ты на самом деле. Возможно, я  был всё время влюблен в тот образ, который создал Артём?


- Вчера вечером я была собой. Я говорила, то что сама считала нужным, я не притворялась!


- Да, только в этот момент на тебе было белье, которое ты выбирала вместе с ним. – он отошел от меня и с отвращением посмотрел на Артёма.


- Ты уволен, с этой самой минуты.


- Я сам собирался увольняться. Через неделю я улетаю заграницу. Мне предложили должность генерального директора в одной фирме. Все документы оформлены, билеты на самолет куплены. Отчитываться или извиняться я не собираюсь. Разбирайтесь в своих отношениях сами. А меня больше не нужно впутывать.


Он посмотрел мне в глаза, и пошел к своей машине. Елецкий тоже резко развернулся, уселся в свой автомобиль, и буквально сорвался с места. Мне хотелось бежать за ним, умолять, чтобы он вернулся и выслушал меня. Но что я могла сказать в своё оправдание? Поэтому я пошла в общежитие, размазывая по лицу слёзы, а букет так и остался лежать на асфальте.


Как робот я сходила в душ, переоделась, хотела съесть хотя бы бутерброд, но не смогла проглотить ни кусочка. В таком состоянии полной отрешенности я отправилась на работу. Жизненные драмы не волнуют нашего директора.


- Кать, что случилось? – Алёна присела около меня. – На тебе лица нет. Тебе плохо? Отпросись у Сергея Юрьевича, он уже у себя, вышел после отпуска.


Можно было поговорить с директором, сказать, что заболела, но мне категорически нельзя было оставаться одной. Лучше взять себя в руки и погрузиться в работу.


- Я действительно плохо себя чувствую, но лучше поработаю. Спасибо за беспокойство, Алён.


- Как знаешь, если совсем плохо станет, мы прикроем, не переживай.


Мы начали принимать клиентов, и я хоть немного отвлеклась, рутина сделала своё дело. Весь день я ловила на себе обеспокоенные взгляды девчонок, даже Олег пару раз подходил, интересовался, как я себя чувствую.


Когда рабочий день закончился, я быстренько собрала вещи и первая выскочила на улицу. Мне кажется, Алёна начинала догадываться, что мое странное поведение как-то связано с Елецким. Не хотелось отнекиваться и повторять, что всё нормально. Я и так держалась из последних сил, чтобы не разрыдаться.


Возле общежития меня ждал неприятный сюрприз. Около входа стоял Артём, собственной персоной. Как только он меня увидел, то буквально побежал навстречу. Хотелось накинуться на него, лупить кулаками, кричать, высказать всё, что я о нём думаю. Но, когда он приблизился, я просто влепила ему со всей силы пощечину. После удара он перехватил мою руку и поцеловал ладонь, а потом запястье, и притянул меня к себе. Он заключил меня в объятья и начал гладить мои волосы.


- Катя, прости меня. Пожалуйста, прости. Я просто законченный эгоист. Прости, прости, прости...


Он повторял это раз за разом, а у меня просто не было сил вырваться, я рыдала у него на груди, и не могла остановиться. Я ненавидела его, за то что он сделал, и себя, за то что уговорила его начать весь этот фарс.


- За что, Артём? Просто скажи, за что? Что я тебе сделала?


Он отстранился, взял моё лицо в свои ладони, и заставил посмотреть ему в глаза:


- Ты разве ничего не поняла? Катя, ты мне безумно нравишься! Я делал это всё, чтобы видеться с тобой как можно чаще. Шопинг, разговоры по поводу Елецкого, это всё было ради того, чтобы продолжить общение с тобой. Ты же ничего не видела, кроме Дмитрия Эдуардовича, если бы я просто позвал тебя на свидание, ты бы меня отшила! Я специально разлил кофе на документы, чтобы только был повод к тебе приехать! Когда в кафе ты попросила помочь тебе с Елецким, я просто ухватился за этот шанс. – он перевёл дыхание. – Мне было так больно, когда я увидел вас сегодня. Ты была такая счастливая, и я понял, что всё получилось, что вы будете вместе и у меня нет ни единого шанса. Я поступил просто ужасно. Но я всё исправлю, я обещаю. Я поговорю с Дмитрием Эдуардовичем, и он поймет, что ты тут не при чем. Ты не должна страдать из-за моей любви. Это только мои проблемы. Прости меня, если сможешь. Скажи только, тот поцелуй, когда я провожал тебя после ресторана, он хоть что-нибудь значил для тебя?


Слёзы высохли и я в недоумении смотрела на него. Он меня любит? У меня просто не укладывалась в голове вся эта история. Елецкий, Артём...Артём, Елецкий. Почему у меня всегда всё так сложно?


Он ещё раз заглянул мне в глаза, печально улыбнулся и прошептал:


- Можешь не давать ответ, я всё понял. Клянусь, что всё исправлю и ты будешь счастлива с Елецким. Я скоро уеду и, обещаю, больше ты меня не увидишь. Поэтому прости меня, за то, что я сейчас сделаю.


Артём нежно прикоснулся своими губами к моим губам, и я почувствовала всю горечь, обреченность и боль, с которыми он целовал меня. Не знаю почему, но я ответила на поцелуй, и в этот раз совершенно не думала о Елецком.


Артём отстранился первым и сказал:


- 10 из 10, Катя. Даже в первый раз я дал бы за поцелуй 10 из 10.


Он вымученно улыбнулся и ушел. Не знаю сколько времени я ещё стояла и смотрела ему вслед.


- Екатерина Викторовна, здравствуйте! С вами всё хорошо? Вы сегодня какая-то странная.


Я обернулась и увидела, что около меня стоят те самые первокурсники, с которыми я  разговаривала на кухне в общежитии.


- Всё нормально. Наверное.


- Ну ладно, – они недоверчиво посмотрели на меня, – тогда мы пойдем.


Я достала мобильный и набрала номер Танюхи.