– Конечно, – Юлиана искала в его лице хоть какие-то признаки того Стивена, который держал ее в своих объятиях и с любовью смотрел на нее.
Но перед нею опять был незнакомец.
– Мой господин, вчера...
– Это лучше забыть, – резко оборвал Стивен.
Она отвела его в сторону от работников. Рука его была твердой и потной, напрягшиеся под ее пальцами мускулы говорили о том, что он все помнит. Под низкими развесистыми ветвями старого дуба она остановилась перед ним, поднялась на цыпочки и приблизила свое лицо к нему.
– Скажи еще раз, что ты все забыл.
– Я забыл.
– Ты лжешь.
Прядь волос упала ему на лоб, сделав его дьявольски красивым, просто невероятно красивым. Губы его сложились в невеселую ухмылку.
– Уверяю тебя, переспать с девушкой в поле – для меня обычное дело. И я польщен, что для тебя это имеет такое большое значение.
– Не думай, – рассерженно прошептала она, – что ты так легко можешь одурачить меня, Стивен де Лассе. Возможно, я неопытна в постели, но я не глупа.
– Тогда зачем тебе нужно обсуждать прошлую ночь?
– Для меня это было внове. И я не могу не думать об этом. Как когда я впервые ела осетровую икру или каталась на тройке...
– Что?
– Тройка – это сани, запряженные крепкими лошадьми. И не вращай так глазами, мой господин, я не собираюсь говорить с тобой о моем прошлом. Просто я хотела объяснить, что не против испытать новые приключения.
– И ты ясно дала понять, что у тебя нет никаких сомнений.
– Что ты имеешь в виду?
– Только то, что ты – чувственное создание. Я не вижу в этом ничего плохого. – Он поднял руку, словно хотел коснуться ее, но затем передумал. – Юлиана, я совершил ошибку. Мы не должны быть близки. Боже, что если у нас появится ребенок?
– Это не грех между мужем и женой.
– Мы только делаем вид, что мы муж и жена, – зло сказал Стивен, будто испытывая ее терпение. – Мы должны сдерживать свои желания. Король скоро забудет о своей шутке, и мы ликвидируем брак. Мы оба хотим этого, не так ли?
– Но что-то заставило нас забыть об этом. – Она пыталась скрыть волнение в голосе.
– Нам нужно стараться не усложнять проблему. Ты очень смелая женщина, Юлиана. И будет нетрудно... – Он внезапно замолчал и отвел взгляд, наблюдая за женщиной, которая собирала ланолин у края воды над погруженной в воду шерстью.
– Что нетрудно, Стивен?
Взгляд его снова стал непроницаемым.
– Нетрудно будет использовать тебя как дешевую проститутку. Ты довольно темпераментна.
Еще до того, как он закончил говорить, Юлиана хотела залепить ему пощечину. Но она заставила себя сдержаться. Стивену хотелось, чтобы она возненавидела его.
– Ты боишься? – в голосе ее прозвучало удивление.
– Не говори глупостей.
– Ты боишься, – уверенно произнесла она. – Ты начинаешь любить меня.
– Я не хочу тратить время на женские фантазии, – он отступил назад, резко повернулся и пошел к воде.
Юлиана скрестила руки на груди. Стена, которую он воздвиг вокруг себя, становилась все тоньше. И если ей удастся проникнуть глубже в его жизнь, в его сердце, она начнет его понимать.
Сейчас не время спрашивать себя, зачем ей это нужно. Ей только надоело чувствовать себя женой незнакомца.
Юлиана прислонилась к шероховатому стволу дерева и наблюдала за тем, как маленькая девочка подбежала к Стивену и потянула его за руку. Он быстро обернулся, сделал вид, что рассердился, и схватил девочку под руки. Малышка взвизгнула от радости, когда Стивен подбросил ее высоко в воздух, затем еще и еще раз.
Сегодня ночью, решила Юлиана, она узнает тайну Стивена де Лассе.
ГЛАВА 11
Стивен тяжело и шумно вздохнул, ожидая пока Нэнси наполнит продуктами сумку в кладовой. Он лениво следил за работой самовращающегося вертела, изобретенного им после того, как любимый терьер поварихи обжег на кухне свою шерсть и перестал там появляться. Новая конструкция вращалась с помощью турбины и винта, а те, в свою очередь, вращались с помощью тепла, поступающего из печи.
– Вы почти ничего не ели за ужином, мой господин, – послышался голос Нэнси из-за открытой двери кладовой. – Вам не понравился ужин?
Стивен поднял бутылку с сидром и посмотрел ее на свет. Решив, что вино прозрачно, он подал бутылку Нэнси.
– Ужин был прекрасным, – пробормотал Стивен рассеянно.
– Да неужели? Тогда почему вы не ели?
– Я не был голоден.
– Нет, были голодны, – Нэнси весело подмигнула. – Только вам хотелось не каплуна, а женских грудей и бедер.
– О Боже, – пробормотал он, – и ты туда же.
– Вы имеете в виду, что не только я это заметила?
Стивен распрямил плечи, чувствуя усталость. День был трудный, пришлось много работать, впереди ждала долгая ночь.
– Юлиана... В ней что-то есть, Нэнси.
– Что-то есть. – Полное лицо Нэнси расплылось в веселой улыбке. – Отважное сердце, я бы так это назвала. Я сначала сомневалась в ней, особенно, когда вы ее привезли сюда, такую грязную, со всякими насекомыми. Но тогда я ошибалась. – Она толкнула Стивена в бок. – Помните, мой господин, полоумного аптекаря, который продал мне приворотное зелье...
– Нэнси, уже поздно.
– А я в суматохе потеряла его, и тот толстый гусак поглотил его...
– Нэнси!
– Надо было прирезать этого гусака кухонным ножом. – Покачав головой, она ткнула в Стивена пальцем. – Неужели все так ужасно, мой господин? Если вы встретили леди, которая заботится о вас, о ваших...
– Да, – сердито ответил он. – Ради Бога, уж тебе лучше всех известно, что это невозможно.
– Иногда вы удивляете меня, мой господин. Неужели произойдет катастрофа, если вы расскажете ей... – Она запнулась перед его убийственным взглядом и перекрестилась.
– Достаточно, Нэнси. Юлиана не должна об этом знать. Никогда. Я бы убил ее. И умер бы сам.
Именно в такие ночи, невесело подумала Юлиана, Павло был в самой своей хорошей форме. С тех пор как они приехали в Лунакре, у пса началась беспечная жизнь, а ведь охотничьи собаки рождены, чтобы идти по следу.
Вечером, сославшись на усталость, Юлиана рано ушла из зала и отправилась в свою спальню.
И теперь она стояла в самом конце большого сада, одетая в простое платье, босая, рядом со своей борзой. По ночному небу ветер нес разорванные облака, тени у ворот и стен сада принимали угрожающие размеры.
Ей было очень неуютно и тревожно. Она чувствовала себя преступницей, выслеживая собственного мужа. «Нет, – сказала себе Юлиана, наблюдая как Павло бежит вдоль бесконечной стены, уткнув нос в землю, высоко подняв хвост, – виной тому тайны Стивена, ложь Стивена».
Его присутствие чувствовалось везде. Каждый уголок дома нес печать его изобретательного ума. Парк был окружен стеной с подпорками, изобретенными Стивеном. Вокруг старого вяза были сооружены сиденья из дерна, рядом разбиты цветочные клумбы. Кусты роз обвивали решетку с очень сложным рисунком. В центре большой клумбы из цветов был составлен герб де Лассе с переплетенными буквами М и С.
В память о Маргарет росли эти цветы... А Юлиану он поклялся изгнать из своей жизни.
Она горько улыбнулась, когда Павло остановился у основания герба и поднял заднюю ногу. Юлиана по-русски побранила его. Был уже поздний час, надо было торопиться. Вновь напомнившая о себе гордость говорила ей, что она не должна допустить, чтобы ее муж скитался где-то еще одну ночь.
Собака бежала все дальше и дальше от дома, мимо заросших садов и вдоль посыпанных гравием дорожек, туда, где трава была густой и высокой, и запах лаванды стоял в воздухе.
Юлиана уже начала сомневаться, правильно ли борзая взяла след, хотя она дала ей понюхать один из шейных платков Стивена, – она стащила его в прачечной.
Павло бежал вдоль высоких кустов боярышника, фыркал от запахов трав и ракитника. Они прошли почти весь парк, когда пес вдруг остановился и тихо заскулил. Боясь, что собака вышла на след кабана, Юлиана подошла поближе, чтобы посмотреть. Внезапно ее охватил страх. Затем девушка пересилила себя и, раздвинув ветви ракитника, увидела просвет в кустарнике. Колючие ветви кустарника нависли над низкой неприметной калиткой. Задержав дыхание, Юлиана толкнула калитку. Низкая дверца открылась легко и бесшумно, будто кто-то предусмотрительно смазал петли.
Павло проскользнул в калитку, и Юлиана последовала за ним, затем остановилась, чтобы прийти в себя. Она думала, что эта часть поместья представляет собой густой запущенный лес. Теперь она видела, что забор из колючего кустарника скрывал ухоженную территорию, пересекаемую множеством гравиевых дорожек.
– Святой Петр! – прошептала Юлиана, переходя на русский язык и прижимаясь спиной к калитке. – Что это за место?
Луна еще не поднялась, и приходилось только надеяться на звезды и острое зрение Павло. Она находилась у входа в таинственный лабиринт.
Лабиринт был огромен: кустарник высотой не менее восьми футов, посаженный так часто, что представлял собой непроницаемую стену. Ветки кустарника образовывали над головой арки.
«Тайный лабиринт, – подумала она с содроганием. – Почему Стивен скрывал это место?»
Потому что вынужден прятать что-то ужасное? Возможно, труп или притон воров?
Стараясь успокоиться, она тихонько отдала команду Павло. Собака опустила морду, снова взяла след и побежала вдоль извивающейся дорожки. Юлиана глубоко вздохнула и последовала за ней.
Прошло полчаса, ей уже начало казаться, что она никогда не выберется отсюда и умрет здесь. Она шла за собакой примерно три мили по извилистым запутанным дорожкам, и поиски пока ни к чему не привели. Юлиана представила, как вороны клюют ее кости, оставшиеся лежать на одной из этих дорожек.
Она вздрогнула и снова устремилась за Павло. Будут ли помнить о ней? Люди Уилтшира будут говорить, что жила одна сумасшедшая цыганка, которой пришлось выбирать между повешением и замужеством. Ей так и не удалось никому доказать, кем она была на самом деле. Никто не верил, что она из рода Романовых.
«Жаль», – подумала она, но затем поняла, что для мертвой не имеет значения ни титул, ни происхождение. Но это было малоутешительно.
Подол платья зацепился за колючий куст, она рванула его, кусочек ткани остался на кусте.
«Вурма», – прошептала Юлиана в темноту. Она совсем потеряла голову. Ей давно нужно было оставлять следы. Излишняя роскошь заставила ее забыть цыганские привычки. Девушка остановилась, чтобы перевести дыхание, напряжение внутри нее росло. Она была никто. Уже не цыганка, но еще и не гаджо, не жена и не замужняя женщина.
Расправив плечи, Юлиана снова двинулась в путь. Злость ускоряла ее шаги. Она начала помечать дорогу клоками волос, кусочками ниток от порванной юбки. Павло уверенно бежал по дрожкам, не теряясь, когда тропинки расходились в разные стороны.
Босые ноги Юлианы болели от быстрой ходьбы. Ей уже хотелось отказаться от своих планов и вернуться назад, когда Павло вдруг тихо заскулил. Юлиана подошла к пересечению двух дорожек. Здесь листва была менее густой, стало светлее. Она подняла глаза и увидела, что ветви кустов уже не сплетаются вместе и на небе ярко светит луна.
Еще несколько шагов, и она вышла из лабиринта и попала в прелестный сад.
«Черт бы ее побрал», – Стивен взглянул на круглую луну. Хотя он находился недалеко от Лунакре, ему казалось, что он проехал много миль.
Он не понимал, почему хочет Юлиану, почему в комнате становилось светлее, когда она входила, почему его рукам до боли хотелось обнять ее, ее одну. Даже Мэг он так не желал. В душе его не чувствовалось безысходной опустошенности, когда цыганка-жена была рядом.
За прошедшие семь лет он приучил себя не поддаваться эмоциям, а теперь за какие-то несколько месяцев давно забытые чувства – отчаянная радость, сладкая мука, страсть вновь овладели им. Юлиана заставила его пережить все эти чувства – боль и экстаз, волнение и смутное ощущение настоящей глубокой любви.
Стивен не мигая смотрел на пламя свечи, стоящей на подоконнике, и говорил себе, что все эти чувства не для него.
Он не может позволить себе любить Юлиану, так как его жизнью управляет страх, всепронизывающий, всепоглощающий страх, и существует он независимо от него. Страх этот пропитал всю плоть Стивена, сделав его беспомощным.
Стивен жил в аду. Он не мог подвергать Юлиану таким жестоким испытаниям.
Он вернулся в темную комнату, но не для того, чтобы уснуть.
Руки Юлианы покрылись гусиной кожей. Широко раскрыв глаза, она шла по извилистой дорожке, по краям которой росли прекрасные цветы. То тут, то там стояли скамейки и отдельные сиденья для отдыха. Вокруг буйно цвели левкои, гвоздики, львиный зев.
Посреди прекрасного сада возвышался невысокий поросший травой холм, окруженный фантастическими животными: единорог, грифон и дракон. Они были увиты мелколистным плющом, легкий ветерок шевелил листья и, казалось, что звери живые.
"Круги на воде" отзывы
Отзывы читателей о книге "Круги на воде". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Круги на воде" друзьям в соцсетях.