Лорен О'ДОННЕЛ ЛЕДИ И СОКОЛЬНИЧИЙ

Моей маме.

Мужественная, с несгибаемой волей и сильная духом, она для меня прообразом героини романа.

Моему мужу Джеку.

Именно он, его любовь, преданность и верность вдохновляют меня, когда я создавала образ моего героя. Ты — это он и гораздо, гораздо больше…

Пролог Англия, 1373 год

— Кто не спрятался, я не виновата! — прозвенел в отдалении чистый девичий голос.

Солейс Фариндейл зажала ладошкой рот, засмеялась и, согнувшись в три погибели, укрылась за скирдой сена. Она понятия не имела, где спряталась ее подружка Гвен, поскольку, как только Хелен отвернулась и начала считать, Солейс молнией метнулась в сторону, влетела в конюшню и зарылась в сено. Она ничуть не сомневалась, что горничная Лилиан, увидев ее покрытое пылью новое бархатное платье, придет в ярость. Но разве можно упустить такое замечательное место, как конюшня?! Сладкий запах свежего сена слегка щекотал ноздри Солейс. Она обожала бывать па ферме у Хелен. Сегодня ее и Гвен отцы позволили им ненадолго прийти сюда. Ферма Хелен находилась далеко. От дома Гвен сюда пришлось скакать верхом все утро, но дело того стоило.

Сделав небольшое окошко в плотном слое соломы, Солейс осторожно выглянула, но не увидела ни души. Несколько старых стойл, где раньше держали лошадей, теперь пустовали. Солейс знала, что из-за страшного неурожая прошлой осенью родителям Хелен пришлось продать не только лошадей, но и почти весь скот. Поскольку Хелен в конюшне не было, девочка вздохнула и приготовилась ждать.

Вдруг она услышала скрип — дверь конюшни распахнулась. Солейс опустилась на солому, прилагая неимоверные усилия, чтобы не рассмеяться и не выдать тайну своего убежища. Но странно, ничто по-прежнему не нарушало тишину. Судя по всему, ее никто не искал.

Солейс снова прильнула к дырочке в соломе и увидела Анну, мать Хелен.

— Добрый день, Анна, — прозвучал мужской голос.

Услышав испуганный возглас Анны, девочка устремила взгляд на дверь. На пороге конюшни стояли двое мужчин в кольчугах, а третий был уже внутри. Девочка вздрогнула от дурного предчувствия. От этого человека исходило что-то дурное. Его черные, как ночь, волосы, безупречно причесанные и подстриженные, были уложены в модную прическу. Алый бархатный камзол плотно облегал мускулистое тело и широкие плечи. Холодный взгляд синих глаз особенно поразил девочку.

— Лорд Рэндал, — пролепетала Анна и неловко присела. Мужчина подошел к ней.

— Похоже, ты тут неплохо следишь за порядком.

— Но ведь это наш дом, милорд. Нам и следует заботиться о нем.

— Полагаю, тебе следовало бы так же хорошо заботиться и о своем хозяине, — ухмыльнулся Рэндал. — А где твой муж?

В поле, милорд. Мужчина чуть заметно кивнул.

— Я приехал за деньгами, Анна. Пора платить, моя дорогая.

— Но, милорд, разве мой муж не говорил с вами? Вы же знаете, как долго шли дожди! А потом паводок!.. Весь наш урожай погиб!

— Вот уже почти три месяца, Анна, — словно не слыша ее, продолжал Рэндал, — как я не получал от вас ни гроша!

Заметив, как Анна судорожно стиснула пальцы и чуть слышно всхлипнула, девочка похолодела от страха. Надвигалось что-то ужасное.

— Я это знаю, милорд, — тихо отозвалась несчастная женщина, — но нам нечем вам заплатить. Вы же видите, пришлось продать весь скот. У нас нет ни зерна, ни…

— Зерно меня мало интересует. Сегодня я приехал не за этим. — Рэндал провел пальцем по шее Анны.

Побледнев, она оттолкнула огромную ладонь лорда:

— Вы зашли слишком далеко! Вы обобрали нас до нитки, но меня не получите!

— Боюсь, выбора у тебя нет. — Рэндал покачал головой. — Раз у вас больше ничего нет, решай сама: или ты, или ваш дом!

Анна отшатнулась от него как от прокаженного:

— Да я лучше буду спать в поле под открытым небом, чем терпеть ваши прикосновения!

— Зимой ты запоешь по-другому, — процедил Рэндал и шагнул к Анне так стремительно, что та не успела увернуться. Он рванул ворот ее платья, и ветхая ткань сползла с плеча.

Солейс хотелось бы провалиться сквозь землю, исчезнуть и никогда больше не видеть этого ужасного человека, но она боялась даже шелохнуться. Застывшие в дверях вооруженные мужчины тут же схватили бы ее.

Анна бросилась к двери, но Рэндал, удержав испуганную женщину, с силой рванул ее за руку и прижал к груди.

— Какая шустрая девка! — воскликнул он, ухватив зубами ее ухо.

С мужеством отчаяния Анна кинулась на обидчика и вцепилась ногтями в его лицо.

Взревев от ярости, лорд Рэндал швырнул ее на землю, а сам схватился за исцарапанное лицо.

— Сука! — злобно прошипел он. — Грязная сука! Негодяй расстегнул пояс на штанах, и они упали к его ногам.

— Нет! — Анна попыталась отползти в сторону, но Рэндал, опустившись на колени, прижал ее к земле.

Теперь Солейс уже не видела, что происходит. Любопытство побудило ее расширить отверстие в соломе, но она разглядела лишь искаженное гримасой лицо лорда Рэндала. Он оскалил зубы и сейчас походил на голодного зверя. Ледяной взгляд его немигающих глаз завораживал, как у ядовитой змеи. Солейс слышала, как стонала и плакала несчастная Анна, как пыталась оттолкнуть лорда Рэндала, как барабанила ему по груди. Тот же, не обращая ни малейшего внимания на ее удары, навалился на женщину всей тяжестью.

Слезы застилали Солейс глаза. Она не понимала, что происходит, однако не сомневалась: Анне мучительно больно. Зажав ладонями уши, чтобы не слышать воплей несчастной женщины, Солейс зарылась лицом в солому.

И вдруг все стихло. Поднявшись, Рэндал снова провел ладонью по исцарапанному лицу и направился к двери.

Глаза девочки покраснели от слез, и она, вся дрожа, закусила губу, чтобы не выдать себя. Ведь тогда этот ужасный человек услышит и вернется. При мысли о том, что он может с ней сделать, сердце ее ушло в пятки.

Внезапно Анна застонала. Солейс пискнула от страха, увидев, что лорд Рэндал шагнул к распростертой на земле женщине. Вдруг он сделал какое-то быстрое движение, и в воздухе сверкнула серебряная молния. Тут же все стихло. Девочка взмолилась, чтобы все наконец кончилось и эти ужасные люди ушли. Тогда она сможет убежать отсюда. До нее донеслись слова Рэндала:

— Никогда не поднимай руку на своего господина!

И вновь стало так тихо, что стук собственного сердца барабанным грохотом отдавался в ушах Солейс. Девочка всхлипнула, боясь поверить, что Рэндал не заметил ее. «Господи, сделай так, чтобы он не нашел меня!»

Однако к ней приближались тяжелые шаги. Под сапогами зашуршала солома. Солейс зажмурилась от ужаса и вся сжалась, подтянув колени к груди и обхватив их руками.

Потом шаги стихли, и Солейс услышала, как ее окликнули и велели немедленно открыть глаза. Девочка подняла голову. Сердце ее трепыхалось, как у затравленного зайца. Она оцепенела, вновь увидев это дьявольское лицо. Темные, холодные, словно льдинки, глаза смотрели на нее немигающим взглядом.

Что-то сверкнуло в лучах утреннего солнца, и Солейс заметила, что лорд Рэндал все еще сжимает в руке окровавленный меч.

Дрожащая девочка не могла оторвать от него глаз, но внезапно лезвие опустилось, а Рэндал направился к двери, которая вскоре с грохотом захлопнулась. Солейс словно приросла к месту, уверенная в том, что ей грозит неминуемая гибель, если она покинет свое убежище. Подумав же о том, что увидит, если выберется отсюда, девочка ощутила дурноту. А вдруг эти ужасные люди еще не ушли? Что, если они поджидают снаружи, намереваясь разделаться с ней?

Но вокруг по-прежнему было тихо, поэтому Солейс осторожно выбралась и осмотрелась. Конюшня была пуста.

Анна неподвижно лежала на полу. Понимая, что должна подойти и посмотреть, что с ней, Солейс не могла заставить себя сделать это. Страх парализовал ее. «Надо помочь ей», — убеждала она себя. Нерешительно направившись к Анне, Солейс с ужасом подумала: «Неужели она мертва?» Глаза женщины были закрыты. Тоненькая струйка крови бежала из угла рта к подбородку.

Слезы застилали глаза Солейс. Она вытерла их и нагнулась к Анне. Веки несчастной дрогнули.

— Солейс, — чуть слышно прохрипела она, и кровь тут же хлынула у нее изо рта.

Вид крови до смерти перепугал девочку, и она бросилась к двери. Убежать, поскорее убежать из этого страшного места, забыть все немедленно, иначе она сойдет с ума. Но, внезапно вспомнив о Хелен, Солейс остановилась. Хелен обязательно спросит, почему она не помогла ее матери! Вся дрожа, девочка пошла назад.

С трудом приподнявшись, Анна непослушными пальцами ухватилась за подол бархатного платьица Солейс.

— Скажи своему отцу, — мучительно закашлялась она, — пусть он… Рэндал должен заплатить за это! Моя смерть — на его совести. Отомстите… за меня!

Перепуганная насмерть, Солейс покачала головой.

— Прошу тебя, — взмолилась Анна. — И скажи Хелен, что я люблю ее!

Девочка онемела, увидев, как рука Анны бессильно упала на землю. Поняв, что та умерла, Солейс закричала и выбежала из конюшни.

Лорд Фариндейл развернул пергамент и прижал его ладонью. Этот высокий, импозантный мужчина со спутанной гривой каштановых волос и густой бородой задумчиво склонился над лежавшим перед ним свитком и долго рассматривал начерченный на нем план. Отодвинув свиток, он поднял зеленые глаза на мужчину, стоявшего по другую сторону стола.

— Пройдут годы, прежде чем нам удастся построить такой замок.

Его собеседник кивнул, и его голубые глаза выразили одобрение.

— Да, задача не из легких. Зато какой у вас будет дом, мой друг! Настоящая крепость! Думаю, во всей Англии не найти более мощного форта!

Улыбка тронула губы лорда Фариндейла.

— Черт возьми, Эриксон! Держу пари, у тебя на уме совсем не это! Прежде всего ты подумал о том, какая это будет защита для тебя!

Эриксон весело усмехнулся. Он был гораздо ниже ростом, чем лорд Фариндейл, не так широк в плечах и с изрядно поредевшей шевелюрой.

— К чему кривить душой? Такой великолепный замок, как этот, привлечет много славных рыцарей.

— Вдобавок к тем, кого давно манит мой доверху набитый деньгами сундук?

— Само собой. К тому же у меня камень упадет с души, если я буду уверен, что мой добрый друг, к тому же ближайший сосед, имеет у себя под началом столько вооруженных людей!

Захохотав, Фариндейл поднялся и дружески хлопнул своего собеседника по спине.

— До чего же я рад видеть тебя, Эриксон! Ладно, шутки в сторону. Скажи откровенно, что ты думаешь об этом чертеже. Может, тут нужно что-то исправить?

Дверь комнаты вдруг с шумом распахнулась, и мужчины разом обернулись. К ним бежала Солейс. Увидев ее, Фариндейл раскрыл объятия, но тут же нахмурился. Даже в неверном свете свечей он заметил, что щеки девочки раскраснелись, а глаза распухли от слез.

— Что случилось, милая? — спросил он, и сердце его дрогнуло.

Бросившись в объятия отца, Солейс спрятала лицо у него на груди. Девочка сотрясалась от рыданий.

— А где Гвен? — встревожился Эриксон. — Где моя дочь?

Солейс повернула к нему залитое слезами лицо.

— Она с Лилиан. И с Хелен.

Фариндейл перехватил испуганный взгляд Эриксона.

— Все в порядке, любовь моя, — нежно прошептал он, усаживаясь.

Девочка привычно устроилась у него на коленях.

— О папа! — плакала она, все теснее прижимаясь к отцовской груди. — Это было ужасно!

Фариндейл приподнял ее подбородок и заглянул в глаза, полные страха.

— Расскажи мне все.

Губы девочки задрожали.

— Папа, они убили Анну!

— Анну? — Фариндейл бросил на Эриксона настороженный взгляд.

— Анна — жена одного из арендаторов Рэндала. Они живут почти на самой границе его земель. Девочки сегодня утром отправились туда поиграть с их дочерью. Они дружат, — пояснил Эриксон. Фариндейл кивнул.

— Так я и знал! Не надо было отпускать их туда. С этим Рэндалом всегда жди беды!

Эриксон, кряхтя, опустился на колени возле кресла Фариндейла и ласково провел рукой по спутанным локонам Солейс.

— Кто убил ее?

Солейс подняла на него огромные, залитые слезами зеленые глаза.

— Лорд… лорд Рэндал и его люди. — Она повернулась к отцу. — Он ударил Анну, когда она сказала, что ей нечем ему заплатить. Он… он сделал с ней что-то ужасное! А потом заколол мечом.

Стиснув зубы, Фариндейл прижал к себе дочь.

— Он обидел тебя? — Лицо его потемнело, и ледяной страх стиснул сердце.