— Ты в порядке, Лена?

— Да, — ответила. Я взяла на себя роль навигатора и, не сводя глаз с его машины, говорила Сэм, в какую сторону повернуть или в каком ряду двигаться, чтобы она могла сосредоточиться только на вождении. Мы ехали за автомобилем более сорока пяти минут от его работы. И оказались на приличном расстоянии от города, далеко от нашего дома и в незнакомой местности.

— Куда он едет? — спросила, зная, что у Сэм не было ответа. Я не ожидала, что придётся покинуть город. Предполагала, что он дойдёт до угла и снимет проститутку, или направится в захудалый мотель, чтобы встретиться со случайной женщиной. Даже не представляла никогда, что он приведёт нас в пригород. Чем дальше мы отъезжали от города и приближались к жилым домам, тем более нервной я становилась. Моё тело было хорошо осведомлено, что происходит, и посылало мне всякие сигналы для побега. Инстинкты борьбы и бегства бушевали, а тело подсказывало бежать.

Но его автомобиль продолжал ехать, а мы следовали за ним. Через час после того, как он покинул своё здание, мы увидели, как он заехал на подъездную дорожку к дому. Мы остановились в соседнем квартале и выключили фары, наблюдая с убийственным увлечением. Я хотела отвернуться, на подсознательном уровне знала, что сейчас будет больно. Независимо от того, что мы увидим, это открытие разорвёт меня в клочья, но я не могла отвести взгляд.

Он открыл дверь машины и вылез, потягиваясь к небу, очевидно, разминаясь после долгой езды. Он схватил кейс с заднего сиденья и направился к типичному двухэтажному дому. Когда он был на полпути к дому, открылась дверь, и я открыла рот, когда маленький ребёнок побежал к нему. Дерек уронил портфель и присел, открыв объятия. Когда девочка — об этом говорили её длинные волосы — подбежала к нему, он взял её на руки, крепко обнимая. Затем, как будто мой мир не мог развалиться ещё больше, из дома вышла женщина, придерживая на бедре маленького ребёнка. Она остановилась на крыльце и наблюдала за Дереком и маленькой девочкой с тёплой улыбкой на лице.

Дерек поднял портфель, так и не опустив маленькую девочку вниз, и направился к двери и женщине. Когда они встретились, он наклонился к ней и прижался к её рту, их поцелуй явно был глубокий и страстный. Затем он немного наклонился и поцеловал в лоб маленького ребёнка, которого она держала. Они все повернулись и пошли в идеальный дом.

— Святое дерьмо, — голос Сэм был тихий и печальный. — Святое, — сказала она громче и повернулась ко мне. — Дерьмо.

— Сэм, пожалуйста, поехали уже, — пробормотала я.

— Святое дерьмо! — сказала она, заводя машину и разворачиваясь, выезжая из этого района, не проезжая мимо дома. — Какого черта мы только что видели, Лена?

— Думаю, мы просто нашли ответ на наш вопрос, Сэм. Дерек определённо мне изменяет.

— Да какого хрена, — она посмотрела на меня с беспокойством в глазах. — Прости, Лена, что так вышло. Ты в порядке?

Нет. Нет, я не была. В тот момент я жаждала смеяться так же, как и час назад до того, как узнала, что мой муж мне изменяет. Только он не просто изменял. Нет, он сделал гораздо больше, чем изменил. У него была совсем другая жизнь — семья — в часе езды от города.

Внезапно я засомневалась в своём здравомыслии. Возник вопрос: был ли у меня точный или жёсткий контроль над реальностью. Я провела последние семь лет своей жизни в браке с Дереком, не так ли? Мы делили дом, быт и историю, верно? Тогда, если то, что я видела минуту назад, правда и у него на самом деле была другая жизнь, почему я не заметила этого? Как могла не осознавать, что происходит вокруг меня? Как ему удалось держать всю семью в секрете?

— Я так запуталась, — прошептала я.

— Ни хуя себе, Лена. Что, черт возьми, происходит? — голос Сэм звучал неистово, она также задавалась этим вопросом.

— Дерек, по-видимому, ведёт двойную жизнь, — сказала я, прозвучав на удивление спокойнее, чем чувствовала себя. — Хотя, по правде говоря, для того, чтобы вести двойную жизнь, обе жизни должны быть реальными. Очевидно, он больше сосредоточен на своей другой жизни, чем той, которую ведёт со мной.

— Ты думаешь, что это были его дети? — размышляла Сэм.

— Какие ещё выводы мы должны сделать? Какое ещё правдоподобное объяснение тут может быть?

— У него есть сестра? Может быть, это его племянницы или ещё кто?

— Я предпочту думать, что он ведёт двойную жизнь, чем о том, что он целуется со своей сестрой. Плюс, нет, у него нет ни братьев, ни сестёр, — сделала глубокий вдох. Я знала, что он изменяет, не было никакого другого объяснения. И знала, почему измена достигла такого уровня. Почувствовала, как скрутило желудок, а слюна начала собираться у меня во рту, — Сэм, остановись, — закричала я, рукой прикрывая рот. К счастью, мы были все ещё в пригороде, поэтому она быстро повернула машину к обочине. Я открыла дверь, выскочила, и меня вывернуло на тротуар. Я блевала до тех пор, пока в моем желудке ничего не осталось, и тут же пожалела о неоново-оранжевом «Читос».

— Вот, — сказала Сэм, когда я забралась обратно в машину, вручая мне бутылку с водой, которая осталась после нашего перекуса ранее.

— Спасибо, — я сделала большой глоток.

— С тобой все в порядке? — тихо спросила она.

— Сэм, сделай одолжение, не задавай мне глупых вопросов. Я не в порядке. В этом нет ничего хорошего.

— Хорошо, что мы собираемся делать теперь?

— Ты можешь просто отвезти меня домой?

Когда мы наконец добрались до моего дома, Сэм не хотела оставлять меня одну, но я заставила её уехать, потому что мне было необходимо побыть одной.

— Если он вернётся сегодня вечером и тебе будет нужен кто-то, позвони мне, Лена. Ладно?

— Несомненно, — сказала я неубедительно. Сэм потянулась через консоль и закинула руки мне на плечи, крепко обнимая.

— Прости меня, Лена. Если бы я знала, что нам придётся увидеть, то не заставляла бы тебя это делать, — её голос был тихим шёпотом, и я слышала раскаяние и чувство вины в словах.

— Это не твоя вина, Сэм, — она не ответила, просто сжала меня чуть сильнее. — Я позвоню тебе завтра.

Когда вошла в дом, закрыла за собой дверь и стояла в холле, вслушиваясь в тишину. Тьма окутала меня, тихо заполняя чёрное пространство. Я жила в этом доме уже шесть лет, но никогда ещё он не ощущался таким огромным, пустым и холодным.

Я глубоко вздохнула и направилась к себе в спальню, идя в темноте. Мне не нужен был свет. Я знала коридоры достаточно хорошо, и каждый раз, когда проходила мимо комнат с окнами, лунный свет давал немного видимости. Но я не хотела видеть дом. Не хотела видеть фотографии, висящие на стенах. Не хотела видеть диван в гостиной, на котором мы с Дереком многократно занимались любовью. Я не хотела видеть его одежду, все ещё висящую в шкафу.

Вернулась в нашу спальню и подошла к своей стороне кровати, стараясь не блуждать глазами по его половине. Я сняла туфли с ног, оставив их лежать на полу возле моего прикроватного столика, потом сняла нелепую чёрную одежду и заползла в кровать. Прохладные простыни хорошо ощущались на коже, которая разгорячилась из-за событий вечера, потому что моя кровь кипела от того, что я видела. Я отвернулась к окну, чтобы не видеть сторону Дерека, и положила руки под щеку, уставившись в темноту.

Я не спала всю ночь, но лежала в постели, проигрывая в своей голове то, что видела. В один прекрасный момент я почувствовала, как одинокая слеза скатилась по моему лицу и упала на руки, а я и не понимала, что уже какое-то время плакала.

Мои чувства колебались от злости на Дерека до разочарования в себе. Один миг я злилась на него за то, что он изменил мне, а затем злилась на него за то, что просто не подал на развод перед тем, как строить новую семью, новую жизнь. Я также была зла на себя, пожалуй, даже больше, чем на Дерека. Я сделала это с собой, довела до такого, сделала себя жертвой.

Когда солнечный свет начал пробиваться через окно, я решила встать с кровати и начать свой день. Я не была удивлена, что Дерек не пришёл домой. Выглядело так, будто он был счастлив жить там. Я всю ночь прислушивалась к звукам его прихода домой, но все было тихо. Часть меня была рада, что он не появился, поскольку не совсем понимала, каков мой дальнейший план действий.

Подошла к нашему большому шкафу, который больше напоминал гардеробную. Нашла свою любимую одежду для бега, вытащила её и села на скамейку, зашнуровывая кроссовки. Встав перед зеркалом, убрала волосы цвета воронового крыла с лица и собрала их «конский» хвостик.

Когда вышла из дома, поставила пароль на систему безопасности и закрыла за собой дверь. Я остановилась на подъездной дорожке, чтобы немного растянуть мышцы, прежде чем побежать. В доме, в тренажёрном зале, была беговая дорожка, но я никогда не бегала на ней. Дерек купил её несколько лет назад, но считаю, что это глупо. Я предпочитала бегать снаружи, а не на бесконечной ленте перед стеной. Когда почувствовала себя достаточно разогретой, побежала не спеша по улице. У меня был определённый маршрут, который мне нравился, и если я пробегала его дважды, то это составляло около четырёх миль.

Примерно в середине моей пробежки я почувствовала свободу, которую искала, эндорфины выветрились из моей головы, и я смогла ясно мыслить.

Дерек больше не любил меня; эта мысль стала совершенно очевидна. Удивительно, как только я подумала об этом, то поняла, что знала, — это ненадолго. Он терпел меня в лучшем случае. И хотя я не знала, люблю ли его ещё, знала, что мы далеки от того, где начинали. Но со всей новой информацией понимала, что мой план, чтобы попытаться воскресить наши отношения, уже не вариант. Мне нужен был новый план.

Поэтому я продолжала бежать. Пробежав четыре мили, просто продолжила идти, надеясь на ещё большую ясность, которую искала во время бега. Приблизительно после шести миль я остановилась, прерывисто и быстро дыша, пот стекал по моему лбу. Я согнулась, уперев руки на колени, мысли мчались в моей голове.

Я размышляла о том, как оградить себя от всего этого. Планировала, что использовать против него. Он оттолкнул меня. Ну, и хрен с ним. Мой дом был всего в нескольких кварталах, и я побежала обратно. Когда добралась до входной двери, ввела пароль на дверной ручке и услышав звуковой сигнал, указывающий, что сигнализация отключена, открыла дверь и ворвалась внутрь.

Я пошла прямиком в его кабинет, мои ноги громко топали по коридору. Когда добралась до офиса, распахнула дверь и, не теряя времени, направилась к столу. Выдвигая ящики, вынимала все содержимое и бросала на пол. Не искала ничего конкретного, просто хотела создать беспорядок, выплеснуть гнев.

Когда все ящики были опустошены, я перешла к картотеке, обнаружив, что разбрасывание бумаг через плечо и вверх в воздух освобождает от напряжения почти так же, как бег. Брать что-то его и уничтожать, надо признать, заставило меня чувствовать себя лучше.

Обнаружив себя по щиколотку в формах и документах, тяжело дыша, и с трясущимися руками, я решила, что нанесла достаточно ущерба. У меня было желание выбросить его рабочий стол в окно позади себя, но, по правде говоря, обычно я не деструктивный человек, ну и знала, что это выйдет за пределы нормы.

Однако задержалась, отодвинула его плюшевое рабочее кресло, проехав по груде бумаг и слыша треск под колёсами тяжёлой работы моего мужа, и села. Пошевелила мышкой, чтобы вывести компьютер из спящего режима, а потом открыла браузер и сразу напечатала в строке поиска Google «Частный детектив». Меня затопили результаты, и я вернулась, чтобы сузить свой поиск. Снова нажала в текстовом поле и добавили слово «Портленд». После нажатия на Enter появились новые результаты. Прокручивая страницу, глазами скользила по всей информации и осознала, что понятия не имею, что ищу. Они же все одинаковые, верно? Я обнаружила тот сайт, где говорилось "PDX Investigates" (прим.: Портленд расследует). Нажала на ссылку и перенеслась на профессионально выглядящий сайт, где утверждалось, что у компании есть лицензия и связи. Понятия не имела, что это означает, но для меня звучало достаточно официально.

Встав, я побежала к себе в спальню, схватила сотовый телефон, затем вернулась обратно к компьютеру и набрала номер.

— PDX Investigates. Это Тодд. Чем я могу вам помочь?

— Эм, привет, Тодд. Меня зовут Лена, и мне нужна некая помощь. Мне нужен кто-то, чтобы раздобыть для меня кое-какую информацию о моем муже.

— О какой информации идёт речь? — спросил Тодд, звуча занятым и немного раздражённым.

— Ну, я вполне уверена, что он мне изменяет, и хотела бы, что кто-то помог мне выяснить наверняка. Мне нужны неопровержимые доказательства.

— Конечно. Мы предлагаем бесплатную консультацию, но, если вы решите нанять нас для помощи, стоимость двести долларов в час с предварительным авансом в размере двух тысяч долларов. В зависимости от того, насколько сложен ваш случай, мы либо выставляем Вам счёт ежемесячно, если аванс будет превышен, либо вернём то, что останется, если мы закончим быстро.