— Скажите, что вы любите меня! — кричал Адам.

— Да, мы любим тебя, — поторопилась заверить его Мегги.

— Дамы, все не так уж страшно, — сказал граф, глаза которого горели голубым огнем. Он со своим спутником решительно подхватил Адама и потащил силой в его комнату. Слуги тоже суетились, пытаясь помочь, но только мешались.

— Сделайте одолжение, ваша светлость, — выдавил из себя Адам, видя, что сопротивление бесполезно. — Окажите мне помощь… Я весь к вашим услугам…

— Мадам, его надо уложить в постель, — обратился граф к миссис Синтии.

— Конечно, сэр, — она торопливыми шагами поднималась по лестнице вверх, показывая дорогу и прогоняя с пути прислугу.

— Извините, что доставили вам обоим столько хлопот, — робко лепетала хозяйка и мило улыбнулась, вопросительно посмотрев в сторону спутника графа.

— Оскар Кемпбелл, мой компаньон, родом из Шотландии, — удовлетворил ее интерес Стоктон. Тот очаровательно улыбнулся, но, похоже, это по какой-то причине не понравилось графу. У миссис Феррингтон, напротив, его молчаливый и привлекательный компаньон вызвал безотчетную симпатию.

Мужчины почти волоком дотащили Адама до его комнаты, где граф рывком снял с него сюртук. Бесцеремонно бросив пьяного на кровать, мужчины наконец выпрямились и с удовлетворением глубоко вздохнули, обменявшись взглядами.

— Пусть теперь слуги сделают все необходимое, — сказал граф. Адам перевернулся к стене и затих.

Мегги, поднявшаяся вместе со всеми наверх, отдернула шторы и вдруг заметила, что Алекс внимательно смотрит на нее своими светлыми глазами. Ее щеки вспыхнули от стыда за брата. К тому же Мегги с ужасом осознала, что не успела привести себя в порядок: волосы слегка растрепаны, одежда в беспорядке. Она стыдливо опустила глаза и уставилась в пол.

— И часто он бывает таким? — неожиданно спросил Алекс, почему-то обращаясь к ней.

— Нет, — она решительно посмотрела на него, потом на его спутника. Широкие плечи, слегка расстегнутая белая рубашка, ярко-голубые выразительные глаза, ямочки на щеках, упрямый подбородок Алекса все больше раздражали ее. Рядом стоял темноволосый, стройный, кареглазый джентльмен. Он был настроен более миролюбиво, Мегги показалось, что он даже сочувствует ей.

— Думаю, не часто, — она встряхнула головой, отбрасывая волосы назад.

А Алекс в эту минуту отчаянно думал, что бы еще сказать такое, чтобы постоять вот так — рядом с этой девушкой. Он смотрел на ее покрасневшее от смущения лицо и чувствовал, как его влечет к ней. Зеленые глаза в обрамлении пушистых ресниц казались удивительно красивыми. Волосы, словно каштановый водопад, падали на ее плечи и опускались до бедер. Мегги стояла очень близко, и Стоктон чувствовал исходящий от нее аромат розовой воды. Пальцы его дрогнули, так захотелось дотронуться до ее шелковистых локонов.

— Я думаю, ему надо выспаться, — почему-то дрожащим голосом сказала Мегги. Стоктон не шевельнулся.

— Поверьте, сэр, что подобное поведение не в привычках Адама, — подбородок Мегги гордо вздернулся, губы сжались.

«В ней есть способность сохранять достоинство и не терять присутствия духа», — подумал он и, слегка улыбнувшись, молча кивнул в ответ на ее слова.

Алекс откровенно любовался нежным овалом девичьего лица, ее припухшими губками. Он пытался разглядеть ее формы сквозь одежду. Этот порыв графа был понятен и другим присутствующим.

Мегги, почувствовав это, вновь задернула штору, с трудом сглотнула, словно проталкивая, застрявший в горле ком, в который раз потупившись.

— Слава богу, все кончено, он уснул, давайте спустимся вниз, — сказала миссис Синтия. От ее взгляда не укрылось, с каким интересом смотрел граф на дочь. — Не могу выразить, как я вам благодарна, сэр Алекс.

— Полноте, госпожа Феррингтон, для меня честь оказать вам услугу, — граф учтиво поклонился.

— Вы должны остаться и отобедать вместе с нами, ваша светлость. Мой супруг не простит меня, если я отпущу вас, не оказав должного гостеприимства. В конце концов, вы обедаете у нас завтра. Днем раньше, днем позже…

— Не могу вам отказать в гостеприимстве, — любезно согласился граф и многозначительно посмотрел на Мегги…

Девушке ничего не оставалось, как повторить приглашение матери:

— Да, да, не откажите.

— Дорогая, я сама все организую, а ты тем временем развлеки наших гостей, покажи им наше поместье, — сжала миссис Синтия руку дочери.

Служанка принесла поднос с бокалами, видимо, по распоряжению хозяйки, поставила на стол, наполнила их вином и подала гостям. Оскар Кемпбелл очень быстро осушил свой бокал. Заметив на себе пристальный взгляд Алекса, встал и откланялся, сказав, что ему давно пора по делам к Паулю Батлеру. В холле он распрощался с миссис Синтией, еще раз извинившись за уход.

ГЛАВА 4

Мегги осталась наедине с человеком, которого почти не знала. На миг ей показалось, что она заперта в ловушке. Чего греха таить, она видела, что Алекс проявляет к ней интерес, просто не спускает с нее глаз.

«Что мне бояться у себя дома?» — с вызовом подумала она и, собрав все свое мужество, смело посмотрела на Стоктона.

— Ну, леди, не будете ли так любезны оказать мне услугу — показать свое поместье? — с едва заметной насмешкой, кроящейся в уголках рта, сказал он игривым тоном.

— Сэр, приглашаю вас на экскурсию, — отозвалась Мегги несвойственным ей громким голосом, встряхнула головой, едва заметным движением рук расправила сборки платья, пригладила волосы.

«Ну почему, когда он рядом, я теряюсь и не могу вести себя как подобает леди?» — думала она.

Выйдя из дома, они очутились в саду. Поместье в ее отсутствие очень изменилось: дорожки вымощены камнем, очень аккуратно подстрижены кустарники, затейливо разбиты клумбы. Вдалеке стояла беседка, затененная вьющимися растениями. Направляясь к ней, они прошли мимо пруда с совершенно прозрачной водой, поверхность которого отражала окружавшие его деревья. Мегги рассказывала о своем детстве, о том, с чего начиналось строительство их родового поместья, как она росла со своими братьями, насколько была шаловливым ребенком, как ее все любили, особенно отец. Она так увлеклась своими воспоминаниями, что не сразу заметила, как Алекс обнял ее за талию. Спохватившись, девушка отстранилась и продолжала говорить о том, в какие игры она играла с братьями, как к ним иногда приезжал и он, когда был юным. Граф был очарован ее воспоминаниями, но постепенно его внимание переключилось на нее саму. Он видел, что она успокоилась, ведет себя раскрепощенно, непосредственно и не замечает, что спутник увлеченно рассматривает ее снова и снова. Она менялась в лучах заходящего солнца. Волосы из золотисто-рыжих превратились в золотые с медным отливом. Ее зеленое платье удивительно гармонировало с ними. Шагая несколько сзади, граф не сводил с девушки глаз. В висках застучала кровь. Вдруг Мегги замолчала и обернулась в его сторону, ей показалось, что в его голубых глазах появился необъяснимый огонь.

— Мегги, а помните, как мы гуляли на вон на тех холмах? — спросил Алекс, показывая рукой вдаль.

— О да! — восторженно ответила девушка.

— А может нам стоит посмотреть на закат с высоты того холма? — предложил он с надеждой в голосе.

Мегги не успела ответить. Садовник, давно наблюдавший за их прогулкой и видевший вожделенные взгляды графа, появился словно ниоткуда и опередил ее:

— Простите, мисс, скоро уже закат, а ночь наступает очень быстро. Да… и ужин уже почти готов.

Но Мегги вдруг с задором согласилась с графом. Они ускорили шаг и, миновав усадебное ограждение, заторопились вверх к холму, на котором росли развесистые деревья. На этот раз Алекс не отставал от нее. Чуть касаясь ее локтя, он поддерживал ее, когда подъем был слишком крут. Достигнув вершины, они испытали восторг. Местность была как на ладони: внизу простирались поля, вдали искрилась в лучах заходящегося солнца река, еще дальше виднелась синева леса. Закат был прекрасен, голубое небо окрасилось ярко-красными тонами.

— Ну разве это не восхитительная панорама? — обернулась Мегги к своему спутнику.

«Как она хороша! Эта девушка не похожа на других, она совершенно особенная и стоит того, чтобы рискнуть. Мегги должна мне принадлежать, я возьму ее сейчас, здесь, на этом холме, под покровом развесистых деревьев. А потом… потом предложу ей свое покровительство», — размышлял граф в тот момент, когда Мегги обратилась к нему. Он почти не расслышал ее вопроса и ответил совершенно интуитивно, почти невпопад:

— Здесь действительно великолепно!

— Я всегда храню в своем сердце образ великолепных холмов, родового дома и бесконечных просторов! — воскликнула Мегги.

На мгновение Алекс задумался над ее словами, а она думала о своем, зачарованная великолепием родной природы. Неожиданно девушка передернула плечами, ежась от наступавшей прохлады, и обняла свои плечи руками.

— Да ты замерзаешь, — сказал очень учтиво Алекс, снял с себя сюртук и накинул ей на плечи, не обращая внимания на ее протест. Его руки на несколько секунд задержались на ее плечах. Сюртук хранил тепло хозяина. Он с любопытством заметил, как девушка вдохнула аромат его тела, он был уверен в этом. Его желания были выше его разума. Он играл с нею, как кошка с мышкой. Освободившись от сюртука, Алекс словно напоказ встал лицом к закату, давая Мегги рассмотреть себя. Белая шелковая рубашка, раздуваясь при малейшем дуновении ветерка, не могла скрыть его мускулистое тело, сквозь нее просматривались широкие и мощные плечи. При мысли, что он может заметить, как она рассматривает его, Мегги поспешно опустила ресницы и уставилась на сухие листья под ногами. Несомненно, он очень привлекателен. Теперь ей становилось понятно, почему молодые люди страстно смотрят на девушек… Им это приятно.

Алекс неожиданно повернулся к ней. Ее платье обтянуло зрелую грудь, тонкую талию, округленные бедра. Плечи матово светились в лучах заходящего солнца, глаза расширились и соблазнительно блестели. У Алекса комок подкатил к горлу, им овладело непреодолимое желание. Он сделал несколько шагов в сторону Мегги. Девушку охватила паника. Но голубые глаза Алекса призывали ее успокоиться. Он протянул руку и нежно пропел кончиками пальцев по тепой нежной щеке, коснулся пряди вьющихся волос, обеими руками взял за плечи, притянул к себе и нежно посмотрел на нее. По спине у Мегги пробежал холодок. Девушка вдруг напряглась. Повинуясь какому-то природному инстинкту, ее тело затрепетало. Граф уловил этот миг. Он склонил ее голову и нежно коснулся губами мягкой сочности рта. Мегги настолько удивилась, что не успела отпрянуть. Прикосновение Алекса была столь страстным, что у девушки закружилась голова, она попыталась отстраниться от него, но уперлась в ствол дерева, не понимая что происходит с нею… Его прикосновение привело ее в смущение… «Так целуются, — подумала Мегги. — Вот, значит, как бывает, когда целует мужчина». Алекс снова приблизился к ней, обнял крепко за талию, стремясь вновь завладеть ее губами. Он ощущал ее грудь, упругое тело и понимал, что момент, которого он ждал, уже близок…

Сняв сюртук с ее плеч и бросив под ноги, он резко подхватил девушку на руки и опустился со своей ношей на прохладную землю. Мегги испуганно забилась в его объятьях… Приступ гнева охватил ее. Сжав кулаки, она попыталась нанести удар… Он отстранился, повинуясь рефлексу. Мегги удалось подняться, но он схватил ее за руку. В ее голове пронеслись ужасные мысли…

— Отпустите меня, вы не смеете! — начала она вырываться и чуть было не освободилась из его крепких рук, но он усилил хватку, безжалостно прижимая девушку себе. — Вы делаете мне больно! — Глаза Мегги сверкали гневом, ее грудь вздымалась, а сердце бешено колотилось. — Как вы смеете мне причинять зло, оскорблять меня здесь, под носом моей семьи?!

— Мегги, ты неправильно меня поняла! — прохрипел он, глаза его вожделенно блестели. — Давай присядем и поговорим.

Девушка несколько успокоилась, он расслабил руки, но не отпустил ее. Челюсти его были напряженно стиснуты, грубоватое хриплое дыхание выдавало его состояние.

— Мое поведение имеет свои причины. Ты чертовски красива и соблазнительна, я никогда не видел столь удивительно красивых глаз, я не думал никогда, что женщина может походить на распустившийся цветок. Твоя кожа подобна нежному персику, а твои пухлые губки такие мягкие, — в этот миг он вновь попытался поцеловать девушку, но она решительно отстранилась. — Поверь, Мегги, я не мог сдержаться… Я мужчина, и все мои чувства взбунтовались, когда я встретил тебя…

Он говорит как влюбленный… Изумление было написано на лице девушки. Этого она никак не ожидала. Но в себе она не испытывала ответного чувства. Во взгляде Алекса читалось удивление. Ни одна женщина не отказала бы ему.