– Только закину это в твою комнату, Люси, – улыбается он. – Поживешь в моей старой спальне.

Спать в комнате Сэма после всех этих лет. Какая ирония!

– Ну, как подготовка к свадьбе? – поворачиваюсь я к Молли.

– Такой геморрой, – стонет она.

– Теперь я здесь и могу помочь.

– Знаешь, ты ведь пожалеешь об этих словах, – предупреждает она, когда появляется Сэм.

– Да ну, нет. Мне уже не терпится начать.

– Что ж, в таком случае, почему бы тебе не заняться приглашениями? Нужно вписать туда имена гостей. Ты ведь еще не забыла, как пользоваться перьевой ручкой, правда?

Я разглядываю стопку серебристых карточек на буфете, но тут Молли не выдерживает.

– Шучу, дурочка, – хохочет она. – Сэм, поставь чайник. Давайте чайку заварим.

Быть тут снова – просто восхитительно. Я думала, что буду странно себя чувствовать здесь без родителей Сэма, но сейчас вижу, что это не так. Я будто как дома. Дома у Сэма и Молли. Наблюдаю, как друзья смеются на кухне, сражаясь с молоком и чайными пакетиками в борьбе за право сделать мне чашечку. Ребята идеально смотрятся вместе. Представляю, как Молли пойдет к алтарю к ожидающему ее нарядному Сэму. Это будет так трогательно.

Глава 2

Следующие двое суток проходят, как в тумане, в попытках привыкнуть к смене часовых поясов. Мне удалось немного подремать в день прилета, поэтому вечером я умудряюсь просидеть до девяти, прежде чем отрубиться. Однако рано поутру меня будит крылан, шумно пожирающий инжир за окном. Барабаню по стеклу, но возмутитель спокойствия не обращает никакого внимания и продолжает завтракать. Из его жутких черных крыльев торчат костлявые крюкообразные лапки.

Как-то раз на школьной экскурсии одна готка рассказывала нам с одноклассницами, что летучие мыши в четыре раза умнее собак. «Их мозг развит гораздо лучше!» – кричала она.

Смею возразить, судя по тому, что данный экземпляр не реагирует на мой стук в окно. Хотя, опять же, может, это было его осмысленное решение – игнорировать безумицу с выпученными глазами по ту сторону стекла. Наверное, крылан думал: «Просто забей на нее – и она отстанет».

Размышляю, не позвонить ли Джеймсу – дома сейчас, должно быть, воскресный вечер, – но в конце концов решаю, что еще не готова к очередному разговору с ним. Я все никак не успокоюсь, да и он представляется таким далеким отсюда. Наконец, понимая, что больше уснуть не получится, встаю. Делаю кофе и иду с ним в новую гостиную. Похоже, комнату недавно отделали. Она выглядит очень стильно, в нейтральных оттенках кремового и серого. Сижу там час или около того, читая подругины старые номера «Нью Уикли» и любуясь через французские окна розовыми и серебристыми какаду на фиговом дереве.

– Вот ты где, – появляется в дверях Молли. – Никак не привыкнешь к смене поясов?

– Да. И тут еще чертова летучая мышь за окном.

– А-а, ты видела Берта.

– Берта?

– Ага, летучая мышь Берт. Или, может быть, Бертина. Мы не уверены. Клевый, правда?

– Ага, но не в пять утра.

Молли смеется.

– Люси, пойдем со мной. Хочу тебе кое-что показать, пока не ушла на работу.

Она ведет меня наверх в большую комнату.

Помимо содержания мини-отеля, Молли еще и дизайнер одежды, и трудится неполный день в магазине в Мэнли, где начальство разрешает ей продавать и ее собственные изделия.

Разноцветные узорчатые отрезы ткани разложены повсюду, добрую половину стола занимает крупная швейная машина, а на другой раскиданы ленты, булавки и ножницы.

– Моя мастерская, – с гордостью объявляет хозяйка и достает из большого деревянного шкафа полиэтиленовый одежный чехол. – А это – для тебя.

Принимаю дар с интересом и, честно говоря, с опаской.

Мне не по себе из-за того, что у меня нет ни одной вещи, сшитой Молли. Можно было бы заказать что-нибудь с ее сайта, но у нас совершенно разный имидж. Она, скорее, эксцентричная и неординарная, я же предпочитаю более деловой стиль. Противно думать, что я могу обидеть подругу, но ее одежда мне просто не идет. Надеюсь, мастерица это понимает.

В общем, с определенной тревогой я снимаю упаковку и вижу длинное платье из серебристого атласа.

– С ума сойти!

– Будешь подружкой невесты? – улыбается Молли.

Я взвизгиваю от восторга и пару секунд подпрыгиваю на месте, а она только смеется.

– Так, значит, да?

– Шутишь? С удовольствием! – Я тянусь к ней и обнимаю, прежде чем снова вернуться к наряду.

– Должно быть впору. Я звонила Джеймсу, чтобы узнать твои размеры.

– Ты звонила Джеймсу? – изумляюсь я.

– Да, он был очень мил и так мне помог.

– Правда?

– Ей-богу. Люси, я уверена, все у вас наладится, – успокаивает Молли.

– Надеюсь, – шепчу я.

– Наладится. Вы просто идеальная пара. Та фотография, что ты прислала по электронке – вы там вдвоем пьете один коктейль через соломинки, – где вы тогда были?

– Это Флорида, год назад.

– Так мини-ло.

Я благодарно улыбаюсь. Не горю желанием омрачать проблемами важное событие в жизни друзей и подготовку к нему, поэтому, спрашивая, хочет ли Молли увидеть пресловутое сообщение, уповаю на то, что она не расстроится. Мне вдруг приспичило услышать ее вердикт.

– Конечно, хочу.

Она забирает платье, а я бегу вниз за мобильником. Возвращаюсь и держу телефон перед подругой, медленно пролистывая текст, чтобы она все прочла.

– И он думает, что это его друзья послали?

– Да, когда они были в пабе, и он отошел к бару.

– Хороши друзья, – саркастично произносит Молли.

– Ну, они, вообще-то, не друзья даже, а скорее, коллеги. Так что мне не придется часто с ними видеться.

– И прекрасно. Люси, думаю, тебе стоит это удалить.

Я неуверенно смотрю на нее.

– Ты просто обязана. Тебе будет гадко каждый раз, когда станешь это перечитывать. И если Джеймс говорит правду – а я считаю, так оно и есть, – то зачем хранить такую мерзость?

Не знаю почему, но стирать эсэмэс не хочется. Молли видит мое сомнение.

– Ты такая любительница потеребить себе нервы. Совсем как в школе, – дразнит она.

– О чем ты? – смеюсь я.

– Ой, ну, знаешь, ты вечно искала решения сразу после контрольных по математике, чтобы себя помучить, обнаружив, что сделала ошибку… Читала последнюю страницу романа, не в силах справиться с любопытством, даже предвидя, что потом будет неинтересно…Часами рылась в лотках распродаж в поисках юбки, что купила месяц назад со скидкой…

«Влюбилась в чудного кареглазого одноклассника, зная, что он безнадежно предан моей лучшей подруге», – мысленно добавляю я.

– Ладно, ладно! – сдаюсь я.

– Ну так давай! – подбадривает Молли.

– А, к черту все! – Я нажимаю на кнопку удаления, подтверждаю команду и вижу, как сообщение исчезает. Какое облегчение. Стоит чаще чистить папку входящих. – Теперь ты счастлива?

– В общем, да. Думаю, это хорошее начало. Ну, – Молли поднимает платье, – хочешь примерить?

– Непременно, – соглашаюсь я.

Мы снимаем наряд с вешалки. Его автор сотни раз видел меня в нижнем белье, правда, я уверена, что с шестнадцати лет моя фигура несколько изменилась. Натягиваю платье через голову с помощью Молли, и она застегивает молнию. Жуткую долю секунды молюсь, чтобы Джеймс снял мои размеры не с летних джинсов, потому что с Рождества я набрала пару килограммов. Но даже если и так, Молли поступила по-умному: платье село хорошо, даже в запасе осталось сантиметра три-четыре.

– Думаю, я попала в точку, – заключает швея.

Она открывает дверцу шкафа, чтобы дать мне посмотреться в зеркало в полный рост.

– Просто чудо! – восторгаюсь я.

– Что происходит? – сонным голосом спрашивает с порога Сэм и тут замечает меня в серебристом одеянии. – Привет, Люси! Нравится?

– Обожаю его, – широко улыбаюсь я.

– Слава Богу. Молли не одну неделю над ним колдовала.

* * *

В будни ребята работают, так что днем мне приходится развлекать себя самой. Вопреки ожиданиям большинства туристов, солнце сияет в Австралии не всегда. На самом деле, в Сиднее частенько бывают сильные ливни, особенно в марте, который уже на подходе. Но сейчас солнышко светит, и я счастливо провожу первые два дня, нежась в одном из шезлонгов, стоящих в саду за домом.

К среде небо затягивается облаками. Утром Молли пошла на работу пешком, оставив мне ключи от своего маленького красного «Пежо» и записку с адресом, где подобрать ее после смены. В Австралии страхуют автомобили, а не водителей, так что – красота! – достаточно сделать права, чтобы иметь право водить машину, и поскольку меня уже тошнит от бесконечного обмазывания солнцезащитным кремом, я определенно счастлива поностальгировать.

После неуверенного старта – я привыкла к механической коробке передач – съезжаю с холма в Мэнли, оставляя справа Айвенго-парк и поле для крикета. Океан впереди выглядит бурным и неспокойным. Поднимаюсь в гору, дивясь неподвижности бухты внизу. Невероятно, какая там тихая вода, совершенно не такая, как в открытом море по другую сторону полуострова. Одинокий байдарочник гребет среди белых пришвартованных парусников.

Еду дальше и вскоре добираюсь до города, по пути минуя начальную школу, где мы с Молли и Сэмом впервые встретились много лет назад. Маленькие девочки в сине-белой форме играют во дворе с мальчишками в белых рубашках и синих шортах. На пляже Мэнли волны даже больше, чем мне казалось, и я обнаруживаю его закрытым для купания. Правила не распространяются на серферов, так что я паркуюсь на одной из стоянок с видом на море и с минуту наблюдаю за ними.

Примерно пятнадцать парней сидят, постукивая по серфбордам и вглядываясь в просторы океана. В черных непромокаемых костюмах и с мокрыми темными волосами они похожи на тюленей. Вдруг один поворачивается и начинает грести, затем встает на доске и, балансируя, скользит вверх-вниз по стене воды. Один за другим серферы присоединяются к нему, доски движутся, словно водные лыжи, по гребню, пока волна не захлестывает экстремалов с головой. Потом они возвращаются обратно и продолжают грести в ожидании нового вала.

В отдалении машет крыльями одинокий пеликан, летя по ветру параллельно горизонту. Я какое-то время слежу за ним и почти теряю из виду, когда он планирует ближе к поверхности океана, и крылья сливаются с темной водой и пушистой белой пеной.

Над головой сгущаются зловещие тучи, начинается дождь. Серферы не обращают на него внимания – они и так уже мокрые. Интересно, как долго они тут? Включаю дворники и выруливаю со стоянки, еду назад вдоль побережья мимо магазина для серферов, где выставлены десятки досок и гидрокостюмов напрокат. В конце набережной поворачиваю направо и выезжаю на улицу, где мы прожили три года, перед тем как вернуться в Англию. Остановившись ненадолго, смотрю на уродливую пятиэтажку из красного кирпича с серыми каменными балконами.

Мы с мамой переезжали с места на место, снимая дешевое жилье на срок от года до четырех, пока хозяин не отказывал в аренде, так что вряд ли я могу назвать хоть какой-то дом здесь своим. Но при взгляде на квартиру на втором этаже и на маленький балкон, где мы иногда ужинали, меня до сих пор терзает острая боль ностальгии. Представляю маму в живописном английском садике и улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что она – бедная секретарша в бухгалтерской конторе – станет хозяйкой забавного чайного магазинчика в Сомерсете? Я искренне счастлива за нее. Терри был одним из главных управляющих в той конторе, и пусть в первую нашу встречу он показался мне жутко скучным, я думаю, он хороший человек и подходит маме. Одному богу известно, как он выносил мои истерики, когда мама решила вернуться с ним в Англию – потому что я винила именно отчима в том, что меня разлучают с друзьями. Но теперь дом в Сомерсете кажется мне более родным, чем все эти тесные трехкомнатные квартирки.

Внезапно хочется, чтобы Джеймс очутился здесь. Я была бы рада показать ему, где жила. Вчера вечером я рассказала ему, что буду подружкой невесты у Молли и о платье – вкратце, потому что он как раз выходил из дома на раннее утреннее совещание, да и все равно я себя чувствовала опустошенной. Но было приятно слышать его голос, хотя я слегка и беспокоилась, чем мой бойфренд занимается в Лондоне, пока меня нет.

Дождь заканчивается, и я проверяю время. Забрать Молли нужно только через несколько часов, а я не против выпить кофе и посмотреть, где она трудится, так что опять качу в город.

Молли работает в прикольном магазинчике дизайнерских штучек. Продается там все подряд: от свечей и фаянса до ювелирных изделий, подушек и одежды. Когда я вхожу, подружка обслуживает покупателя, но все равно кажется довольной. Она выбивает кассовый чек и произносит одними губами: «Привет!». Последние два часа ее смены мы сидим и болтаем, планируя субботний девичник. Я в курсе, что его организация входит в обязанности подружки невесты, но я стала ею весьма неожиданно, а Молли уже знает, что хочет устроить. Прикидываем начать с шикарного бара на Серкьюлар-Ки с видом на бухту, потом поужинать в итальянском ресторане неподалеку и в финале отправиться в клуб в Кингс-Кросс. Мы даже заказываем по каталогу ярко-розовый лимузин, чтобы доехать из ресторана в клуб. Нам обеим не терпится.