Русоволосые детишки бежали по огромному лугу – На руках она держала младенца с глазами такого же цвета, как у нее. Со стороны широкой реки шел мужчина, и его серые глаза сияли от радости.

– Просыпайся, сука. Тебя ждет сюрприз. Мечтая досмотреть такой прекрасный сон, Кристина поглубже зарылась в соломенный матрас, но кто-то грубо тряс ее. Запертая на чердаке, в духоте и почти без еды, она постоянно ощущала вялость и сонливость. Только во сне она могла бежать от действительности. Отбросив волосы с глаз, она приподнялась на локте. Сквозь приоткрытую дверь лился свет, отражаясь от пистолета, который дю Бопре небрежно держал в руке.

– Что вам надо? – тусклым голосом проговорила она.

– Поднимайся. – И он грубо дернул ее вверх, потом, отложив пистолет, достал из кармана веревку и связал Кристине руки за спиной.

– Куда же подевалось ваше гостеприимство, месье? – Сарказм оставался ее единственным оружием.

– Все дерзишь? – Леон с излишней силой затянул узлы, удовлетворенно улыбнувшись, когда Кристина вскрикнула от боли. – Пришло время такой шлюхе, как ты, получить по заслугам.

Кристина, как могла быстро, спускалась по узкой винтовой лестнице. Запертая в темной комнате, она потеряла ощущение времени. Неужели только вчера утром эти двое привели ее на чердак?

– Не сюда, – прорычал Леон, когда она свернула было к гостевым комнатам. – Не настолько же ты глупа, чтобы принять себя за гостью? Даже лестница для прислуги слишком хороша для такой суки.

У Кристины закружилась голова. Один неверный шаг – и все кончено. Руки связаны, ей не за что держаться – падение окажется смертельным.

– Уже не так уверена в себе, а, крошка? – Леон слегка подтолкнул ее локтем. – Понимаешь, что одно движение – и ты полетишь вниз. Руки за спиной, ты беспомощна. А после мы можем заявить, что ты просто оступилась и сломала себе шею.

Кристина осознавала, что представить ее смерть несчастным случаем будет очень легко. Без свидетелей никто не сможет доказать обратное.

– Не теряй времени, – язвительно проговорил дю Бопре. – Твой муж не любит ждать.

Чтобы губы не дрожали, Кристина прикусила нижнюю с такой силой, что почувствовала вкус крови. Осторожно, прижимаясь спиной к стене, она продолжила спускаться.

– Вообще-то, – словно продолжая разговор, сказал Леон, – мы сначала думали, что неудачное паление было бы лучшим способом покончить с твоими несчастьями. Но потом изобрели кое-что получше.

– Вы говорите загадками.

– Скоро все узнаешь.

Спустившись на последнюю ступеньку, Кристина прерывисто вздохнула. Ее охватила дрожь – и нервная, и от прохлады кладовых. Леон в нетерпении схватил ее за руку и вытащил на яркий солнечный свет. Споткнувшись на неровном полу, она упала, больно ударившись.

– На ноги, сука.

Леон поднял Кристину, намотав на руку ее волосы. Ей пришлось больно изогнуть шею. Слезы брызнули из глаз и покатились по щекам. После полутемного чердака яркий свет солнца ослеплял, и она зажмурилась.

Сквозь какое-то марево до нее донесся голос Этьена:

– Открывай глаза, дорогая. Пора попрощаться с твоим любовником.

Смаргивая слезы, Кристина подняла веки и увидела знакомую фигуру на фоне голубого неба.

– Рид... – прошептали ее губы.

Тот сделал шаг вперед, но Этьен остановил его:

– Не двигайся, не то она получит пулю.

Кристина перевела взгляд на пистолет в руке Делакруа. Ее охватила невольная дрожь. Она поняла, что скоро они с Ридом умрут.

– Пошли к конюшням, – предложил Леон.

Рид шел первым. За ним, направив дуло пистолета в спину пленнику, следовал Этьен. Леон, все еще вцепившись в волосы Кристины, толкал ее перед собой. Не обращая внимания на боль, она оглянулась, но не заметила вокруг ни души. Без сомнения, Леон дал слугам выходной, поскольку им с Этьеном свидетели были ни к чему.

– Вам не удастся скрыть все это, – проговорила она, собрав последние крупицы смелости. – Мой дедушка будет настаивать на расследовании. Все слышали, как Рид предупреждал, что Этьен захочет меня убить.

Этьен с самодовольным видом взглянул на нее через плечо.

– Старик вряд ли усомнится в придуманной нами версии. Твой горячий любовник, дескать, был вне себя от ревности, когда ты отказалась бежать вместе с ним и решила остаться со мной, своим вновь обретенным мужем.

Леон дополнил его рассказ деталями:

– Александер убил тебя в приступе ревности, а потом пустил пулю себе в сердце, таким трагическим образом положив конец вашей преступной связи.

Даже не поворачиваясь, Рид знал, что Кристину заставили идти вместе с ними. Его сердце подпрыгнуло от радости, когда он увидел, что она жива и здорова. Конечно, ее платье было порвано, лицо испачкано, а волосы растрепаны; она страдала от жестокого обращения этих двух мерзавцев. Однако ее выразительные темные глаза по-прежнему сверкали страстью. Но если он сейчас не сможет ничего предпринять, то этот блеск потухнет навсегда.

Рид первым вошел в полумрак конюшни. Продолжая двигаться медленно, спокойно, он с кажущимся равнодушием глядел по сторонам. И увидел то, что искал. С быстротой молнии Рид схватил с крючка на стене уздечку и хлестнул ею Этьена по лицу. Кожаный ремешок рассек французу переносицу, и из раны полилась кровь. Этьен взвыл от неожиданной боли, а Рид тут же нанес ему улар в челюсть и второй – в живот. Делакруа рухнул на пол, как мешок с песком. Швырнув на него Кристину, Леон потянул из-за пояса пистолет. Не давая ему возможности выстрелить, Рид сбил Леона с ног. Оружие со стуком упало на пол и исчезло под кучей соломы. Рид нанес удар, но Леон увернулся, и удар получился скользящим. Согнувшись, мужчины двигались по кругу, как гладиаторы на арене. Леон сделал выпад первым, Рид обманным движением ушел от удара, одновременно подхватив с пола уздечку. Он встряхнул ремешок, и тот просвистел в воздухе, как плеть.

Увидев, с каким мастерством его враг управляется с этим оружием, Леон принялся лихорадочно озираться, подыскивая что-нибудь в противовес. Он медленно отступил назад.

– Только один из нас уйдет отсюда живым.

– Тогда тебе не помешает помолиться. – Рид хлестнул дю Бопре по руке.

– Будь ты проклят. – Леон сгибал и разгибал покрывшиеся красными рубцами пальцы. – Зачем ты опять появился и моей жизни?

Рид обходил креола, не сводя с него глаз.

– Почему ты сделал это, дю Бопре? Почему убил своего брата?

– Удивлен, что ты спрашиваешь. – Леон язвительно рассмеялся. – Гастон был дураком. Он не имел права ставить на карту то, что должно было принадлежать мне.

Уздечка снова просвистела в воздухе, но Леон ловко увернулся. Он схватил вилы с острыми изогнутыми зубцами, которые кто-то небрежно прислонил к дальнему стойлу.

– А теперь посмотрим, кто побелит. – И резкими, короткими движениями угрожая Риду, Леон заставил того отступить.

– Я все равно не понимаю. – Александер старался выиграть время. – Гастон был твоей родной плотью и кровью.

– Гастон был шутом, – прорычал дю Бопре.

Он поднял вилы над головой, как копье, прицелился и метнул их в Рида. Железо просвистело в воздухе, и один острый зубец пришпилил рукав Рида к стене. Кровь хлынула из раны на руке. Застонав от боли, он повернулся и выдернул вилы. Снова посмотрев на Леона, увидел, что тот роется в соломе, ища оброненный пистолет. Рид отбросил вилы.

– Теперь наши силы равны, дю Бопре. Только ты и я. Леон нанес удар кулаком, но Рид без труда уклонился.

Сейчас ему пригодились те умения, которые он приобрел в юности на улицах Лондона. Он не спешил – слишком долго ему пришлось ждать этой последней схватки. Крепко прижав левую руку к телу, он ударил правой, и голова Леона запрокинулась. Последовал еще один резкий удар, и Рид с удовлетворением услышал хруст сломанного хряща. Кровь из носа залила дю Бопре подбородок.

– Проклятие! – пробормотал он. – Ты заплатишь за это.

Краем глаза он увидел лопату, которой выгребали из стойла навоз. Рид тоже увидел ее, но не мог до нее дотянуться. Леон поспешно схватил орудие, и его лицо исказило подобие улыбки.

– Я разобью тебе голову, ублюдок. Превращу тебя в фарш. Даже твоя любовница не узнает тебя после всего, что я сделаю.

Он размахнулся, держа лопату обеими руками. Правая нога креола попала на комок навоза, упавший с лопаты.

Пытаясь удержать равновесие, он замахал руками, как мельница, попятился и наступил на солому, которая выскользнула из-под его ног. Леон тяжело рухнул навзничь. На его лице отразилось недоумение. Рид стоял над ним, приготовившись к продолжению схватки. Креол даже не пытался встать, и Рид увидел почему. Четыре толстых металлических зубца торчали из груди Леона. Кровавая пена запузырилась на его губах, белоснежная рубашка и солома под ним окрасились красным. Ему становилось все труднее дышать.

Зная, что теперь часы креола сочтены, Рид повернулся, чтобы помочь Кристине и готовясь свести счеты с Этьеном. Но конюшня была пуста. Ничего не понимая, подгоняемый отчаянием, он бросился к дому. Пробежал по всем комнатам, громко зовя Кристину, потом поспешил на чердак. Ворвался в распахнутую дверь и обнаружил только узкую золотистую ленту на пыльном полу – свидетельство недавнего заключения Кристины.

– Проклятие!

Рид сжал ленту. Куда мог подеваться этот дьявол Этьен? Они не могли уйти далеко. Непохоже, чтобы Делакруа терял время, седлая лошадь. А вдруг он обнаружил кобылу, на которой прискакал сюда Рид? Эта мысль заставила Александера бегом покинуть дом. Но он обнаружил свою лошадь там же, где ее оставил. Рид остановился, обдумывая следующий шаг. За его спиной была Миссисипи, впереди – болота. Без лодки невозможно продолжать преследование. И куда отправляться? Леон, кажется, упоминал о том, что у него есть лодка специально для плавания по болотам. Рид осмотрел берег, но не обнаружил никакой лодки. Значит, ею воспользовался Этьен?

Пока он стоял в нерешительности, из зарослей выплыла небольшая лодка. Выдолбленная из целого ствола кипариса, она, казалось, сама скользила по темной воде. Пирогой управлял человек с морщинистым лицом и густыми усами. Волосы цвета воронова крыла выбивались из-под его соломенной шляпы. Кажется, это был тот самый рыбак, которого они видели во время первого визита. Заметив Рида, он улыбнулся и помахал рукой.

– Вы как будто что-то ищете?

Судя по выговору, это был один из тех шотландцев, которых англичане согнали с родной земли и которые обосновались теперь в Луизиане.

– Вы не видели мужчину и темноволосую женщину? Рыбак сдвинул шляпу и почесал затылок.

– Я видел человека, который не умеет управлять пирогой. Он с темноволосой дамой. Непохоже, что она счастлива.

– Я должен догнать их. Мне нужна ваша пирога.

– Вы хотите позаимствовать пирогу Октава?

– Вот, возьмите мою лошадь, – торопил его Рид. – Если я не верну вашу лодку, то лошадь останется нам.

Октав с готовностью принял эти условия. Как только пирога коснулась берега, Рид прыгнул в нее и оттолкнулся. Подгребая веслом, он направил лодку туда, куда указал рыбак. Через несколько минут ему удалось справиться с управлением, и пирога заскользила по воде, покрытой кувшинками и ряской.

Меньше чем через две мили он увидел то, что искал. Чтобы его не заметили, Рид направлял пирогу через заросли камышей, сильными гребками сокращая расстояние между собой и беглецами. Кристина очень прямо и неподвижно сидела посередине лодки, ее руки были по-прежнему связаны за спиной. Рид с удивлением смотрел, как неловко Этьен управлялся с веслом. Потом он понял, почему – Делакруа едва владел левой рукой.

Выскользнув из камышей, Рид крикнул:

– Делакруа, стой! Тебе не скрыться.

Этьен испуганно оглянулся, едва не опрокинув пирогу. Рид с тревогой смотрел, как закачалась лодка, и уже приготовился прыгать в воду, чтобы спасать Кристину. Но равновесие было восстановлено. Кристина повернулась на сиденье, ее глаза расширились от ужаса.

– Рид! – закричала она, – Осторожно, он вооружен!

Этьен уже доставал пистолет и через мгновение выстрелил. Он промахнулся, и две цапли, напуганные шумом, взлетели, хлопая крыльями. Рид заработал веслом, и пирога понеслась стрелой. Этьен увидел, что враг приближается, поднял весло, замахнулся им. Резкое движение заставило пирогу перевернуться, и они с Кристиной оказались в подернутой ряской воде. Перегнувшись через борт, Рид поймал Кристину за волосы. Ему с трудом удалось втащить ее на борт. Они увидели, что Этьен, уже по колено в воде, уходит все глубже. Рид развязал Кристине руки и обнял ее.

– Как ты? – с беспокойством спрашивал он, убирая с се лица мокрые пряди волос. – Если с тобой что-то случились...

Она улыбнулась ему дрожащими губами.

– Как бы ты ни возражал, Рид Александер, для меня ты всегда будешь героем.

Он проглотил комок в горле.

– Это только потому, что ты сделала меня таким.

– Я люблю тебя, – проговорила Кристина, прикасаясь к его щеке.