Упсссс

Маковая роса

  Моя история началась год назад, в сентябре, одним чудесным воскресным утром. Я прогуливалась по парку кампуса, и ничто не предвещало потрясений. Щебетали птички, радуясь последнему теплу, деревья щеголяли яркими нарядами, на душе было легко и спокойно, когда за моей спиной послышался топот копыт. Ну, топот и топот, в конце-то концов. Проезд гужевому транспорту в парке не запрещен. Поэтому оглянулась я только тогда, когда мужской голос уже почти над самым ухом произнес:

  - Девушка, доброе утро! Прошу прощения, вы не могли бы мне по...

  Я обернулась, подняла глаза и поняла, что мое душевное спокойствие громко щелкнуло ластами и отправилось в одиночное плавание. На меня смотрел и ослепительно улыбался обаятельный брюнет с голубыми глазами. На вид он был моим ровесником. Светлый костюм для верховой езды оттенял его загар и сообщал, что его хозяин не бедствует. Когда молодой человек встретился со мной взглядом, то замолк на полуслове.

  - А, ну и бог с ним! - неожиданно закончил он и спешился. - Меня зовут Алекс Грейт. Разрешите составить вам компанию?

  Вот так, в прямом смысле этого слова, на белом коне, в мою жизнь ворвался Прекрасный Принц.


  Я не сильно ошиблась в возрасте Алекса. Он был всего на год старше меня и учился на выпускном курсе факультета бизнеса. После получения диплома он планировал вернуться домой, на родительскую фирму. Мой новый знакомый увлекался поло, плаваньем, любил читать и играть в бридж. Мама Алекса умерла несколько лет назад от рака. Всё это я узнала на той первой совместной прогулке, которая закончилась приглашением увидеться снова. Нужно ли говорить, что я ответила согласием?

  Мы начали встречаться. Прошло почти два месяца, прежде чем я поняла, что со стороны Алекса это не просто дружба. Ухаживания моего Принца были ненавязчивыми: приглашение на ужин или концерт, воскресные робберы в местном бридж-клубе, мимолетные касания, почтительные поцелуи руки...

  Наверное, мне пора сделать отступление и представиться. Меня зовут Амелия. Амелия Хамбл. Этот год обучения для меня тоже был последним, но заканчивала я отделение дизайна. Что я могу сказать о себе? Я себе нравлюсь. Не сказать, что я Красавица Писанная, но смотреть без слез можно. Учеба мне давалась легко, свободного времени имелось предостаточно, и тратила я его на йогу, рисование, книги и кино. Для активной общественной жизни я была слишком нелюдима. Впрочем, это не помешало мне успешно расстаться с девственностью еще на втором курсе. Я не была в восторге от первого опыта, но понимала, что мужчинам это нужно, поэтому морально была готова к "взрослой" стороне отношений. Сначала я была рада такому размеренному ходу событий. Хотя даже на мой неискушенный взгляд первый поцелуй через два месяца знакомства - это как-то слишком старомодно. Но таким вот оказался мой Алекс.

  Возможно, со стороны наш роман развивался со скоростью улитки, но к Рождеству я неожиданно осознала, что крепко увязла в сетях своего неспешного кавалера. Он стал настолько неотъемлемой частью моей жизни, что одна мысль о том, что новогодние каникулы пройдут без Алекса, вызывала во мне панику. Я, путаясь и краснея, пригласила моего Принца погостить к своим родителям. И - о, чудо! - он согласился. Что говорить, мои родители были в восторге. Безупречные манеры, учтивость, обаяние, эрудиция - все это произвело на моего папу дантиста и маму преподавателя колледжа неизгладимое впечатление. Перед нашим отъездом в университет папа сказал, что если я упущу такого замечательного молодого человека, он будет во мне разочарован. Если бы он знал, насколько я разделяла его чаяния! Я влюбилась, окунувшись с головой в это новое для меня чувство.

  Однако с нашим возвращением в кампус ничего не изменилось - наши отношения по-прежнему оставались почти платоническими. Если не считать поцелуев. Жарких, безумных прощальных поцелуев. А как их можно не считать?! Как их можно не считать, если после них я ходила как пьяная еще целый час, и всю ночь меня преследовали эротические сновидения? К концу марта я осознала на своей шкуре, что чувствует мартовская кошка. Жажда его прикосновений доводила меня до исступления, но мои поползновения на нечто более... глубокое неизбежно встречали деликатный, но твердый отказ. Я могла бы его понять, если бы я мне в живот не упиралось несомненное доказательство того, что он испытывает примерно то же. Тогда я решилась на разговор:

  - Алекс, я схожу с ума! Неужели ты меня совсем-совсем не хочешь? - спросила я его в конце одного такого свидания.

   Он хмыкнул, взял мою ладонь и положил на то самое место, которое выдавало его желания. Алекс провел моей ладонью вверх-вниз по крепкому стволу своего эрегированного члена, от наслаждения откинул голову и тихо застонал.

  - У тебя есть какие-то сомнения? - спросил он тихо.

  - Есть, - честно призналась я, продолжая движения рукой без его подсказки. Его дыхание прервалось.

  - Ами-и, - с каким-то отчаянием в голосе произнес он, - пожалуйста, остановись, иначе я сорвусь, и ничего не получится.

  - Почему же обязательно не получится. Я думаю, у нас получится всё, - заверила я, потянувшись второй рукой к пуговке на его рубашке. Его губы потянулись к моим, рука накрыла грудь, и пальцы ощутимо сжали сосок. Теперь настала моя очередь стонать.

  - Подожди, - прошептал Алекс мне в рот, - подожди. Дай мне минутку.

  Я дала ему эту минутку, опустив руки. Он прижался лбом к моей голове, успокаиваясь.

  - Амелия, - начал он, - маленькая моя... Ты даже не представляешь, насколько я тебя хочу. Для меня наши отношения очень серьезны. И именно поэтому я стараюсь держать себя на расстоянии. Потому что если я сорвусь, то не смогу остановиться. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, - мое сердце перевернулось в груди от счастья. - Но не могу принять такое решение без одобрения отца, - мое сердце снова пропустило удар, теперь совершенно по другой причине. - Понимаешь, он у меня... очень строгий, даже жесткий человек. Надеюсь, ты согласишься поехать летом ко мне домой и сможешь понравиться папе, - произнес он, почти умоляя.

  - Боже мой, еще больше двух месяцев! - это единственное, что огорчало меня на тот момент. Какая я была наивная!

  Два месяца прошли как в тумане: подготовка диплома, экзамены, поцелуи Алекса, наши одуряющие объятия, после которых мы уже всё знали о телах друг друга. И отсутствие секса. И бессонные ночи, и холодный душ, и йога, йога, йога...

  Наконец настал момент, когда наши конфедератки взлетели в воздух. Я надеялась познакомиться с отцом Алекса на вручении дипломов, но на звездный час своего сына он не приехал.

  - У него важная сделка, - легко сказал Алекс и коснулся моих губ. Лично я не понимала, что может быть важнее сына, но когда мой Принц находился рядом, я забывала обо всем на свете, тем более - о претензиях в адрес его родителя.


  Через несколько дней мы подъехали к воротам шикарного особняка. Тут у меня впервые закралось подозрение, что мой любимый что-то не договаривал о своем положении.

  - Я очень, очень на тебя надеюсь, - шепнул он мне на ухо, прежде чем ворота открылись. Мы поднялись по ступенькам парадного крыльца и швейцар (мамочки мои!) открыл перед нами двери.

  Обстановка с обманчивом стиле минимализма могла обмануть кого угодно, только не дизайнера. Наметанный взгляд выхватывал детали интерьера из эксклюзивных коллекций известных производителей. Я на какой-то момент выпала из реальности, когда услышала голос Алекса.

  - Папа, это моя девушка, Амелия, я тебе о ней рассказывал. Ами, а это мой отец, Кристиан.

  Я наконец перевела взгляд на владельца этого дизайнерского великолепия, и вдруг поняла очень простую вещь.

  Если сын - Принц, то отец - кто?

  Правильно.

  Король.


  Если бы не слова Алекса, я бы подумала, что Кристиан - его брат. На вид ему было лет тридцать пять, не больше. В том, что эти двое - родственники, сомневаться не приходилось. Одно лицо, одна масть, одна стать, какие-то неуловимые общие черты: посадка головы, привычка держать пальцы рук в шлевках брюк... Алекс был утонченной копией Кристиана. Или Кристиан - возмужавшей копией Алекса. Но, несмотря на явное сходство во внешности, различались они очень сильно. Алекс был мягким, обходительным, тогда как в его отце читалась жесткость, решительность и непримиримость.

  Сейчас эта непримиримость была направлена на меня. Даже ПРОТИВ меня, если говорить точнее.

  - Очень приятно, - проговорил он таким тоном и оглядел меня таким взглядом, что даже идиотке стало бы понятно, что это не так. И я почувствовала себя нелепой неудачницей, которой не дано оправдать надежд любимого мужчины.

   - Взаимно, - я попыталась вложить в свою улыбку максимум очарования, но мои жалкие потуги успеха не имели. - У вас очень красивый дом.

  - Спасибо, я знаю, - согласился Король, приглашая меня пройти.

  На стенах холла в резных деревянных рамках висели фотографии, что-то смутно мне напоминавшие. В моем мозгу всплыли те же картинки, только с надписями - результат спецкурса по брендам.

  - Это же "Легенды Токио", - недоуменно назвала я известную марку духов, глядя на чудесную ветвь цветущей сакуры на фоне рассветного неба. - А это "Рождественское чудо", - узнала я ветку омелы с красными ягодами на фоне заснеженного леса. - А это - "Сиреневое утро", - на фото среди зелени выделялось кружевное соцветие гиацинта.

  Файлы в голове сошлись. Я перевела взгляд на Алекса.

  - Так ты из тех самых Грейтов, которые Грейт и Ко? Повелитель парфюмерного мира? - вспомнилась мне фраза, вычитанная в одной из газет.

  - Ну, зачем же так громко, - Алекс сделал вид, что смутился, а его отец хмыкнул.

  - Вы не знали? - переспросил он.

  - Нет, Алекс никогда не говорил об этом, - я сказала Принцу взглядом всё, что думаю о его выходке и умственных способностях.

  - А откуда знаете названия?

  - Моя специализация - рекламный дизайн, а ваши бренды в цветочной тематике считаются весьма успешной кампанией. Они узнаваемы и ассоциативны. А что еще требуется хорошей марке? А вот это я не знаю, - на фотографии были изображены алые лепестки с капельками росы.

  - О, это еще никто не знает. Эти духи мы только запускаем. "Маковая роса".

  - Какое-то неромантичное название, - вырвалось у меня, и я тут же пожалела о своих словах. Нашла кого учить маркетингу!

  - Это как взглянуть, - возразил, посмеиваясь, Кристиан, Властелин Королевства ароматов. - Мак в сознании большинства людей связан с опиумом, тайными удовольствиями, миром грез. Волшебством, путь к которому связан со смертельным риском. С риском потерять всё, что есть. Разве это не романтично?

  - Не знаю. Для меня наркотики - это, прежде всего, зло.

  - А разве зло не может быть притягательно? - отец Алекса откровенно веселился.

  - Нужно бороться с искушением, - убеждено заявила я. - В этом и состоит суть духовного роста.

  Кристиан ответил мне лишь саркастическим взглядом.

  - Алекс, проводи девушку в гостевую спальню и подходи в кабинет, нужно обсудить деловые вопросы. Ужин сегодня в семь, - это относилось ко мне. - Можно одеться по-домашнему, - милостиво позволил отец Алекса.

  Развернулся и ушел.

  А я осталась смотреть ему вслед, размышляя, что означает "одеться по-домашнему" в данном интерьере, и как часто здесь ужинать "по-домашнему" не позволяют.

  И о том, что сзади Король выглядит не менее эффектно, чем спереди.


  Алекс собственноручно (теперь я осознала, что это - великая честь) помог донести вещи до моих апартаментов. По-другому назвать хоромы, временно переданные в мое пользование, язык не поворачивался.

  - Устраивайся, - улыбнулся мой Принц. - Я забегу чуть позже.

  Видимо, на моем лице было написано, насколько я расстроена, поэтому Алекс добавил:

   - Ами-и, не переживай. Отец всегда такой. Дипломатия вообще не его конек. Он прямолинеен, как рельса. Не бери в голову, всё устроится, я люблю тебя! - он поцеловал меня в кончик носа и вышел, прикрыв за собой дверь.

  Я не разделяла его оптимизм, но это не повод для того, чтобы игнорировать новое место жительства.

  В моем распоряжении имелась небольшая гостиная (у меня есть СОБСТВЕННАЯ гостиная!), спальня и санузел с душевой кабинкой, до отказа набитой всевозможной парфюмерией: шампуни, гели для душа, мыло, скрабы, молочко для тела...