— А почему ты не поехала с ними?

— Мама не хотела, чтобы я была рядом. Барри, э-э, намного её моложе. Она сказала, что если я буду рядом, то это будет постоянным напоминанием ему о том, насколько она старше.

— Если твой отец оставил тебе деньги, то какого хрена ты так живешь?

— Они на имя моей мамы. Она хочет сохранить их на случай, если с Барри ничего не получится.

Он заставил меня посмотреть на него.

— А она знает, что ты так живешь?

Я сжала губы, чувствуя странный стыд.

— Знает.

— Вот эгоистичная сука, — выругался Джек.

— У меня никогда не было с ней близких отношений. На самом деле она не хотела детей и родила меня только потому, что мой отец хотел ребенка.

— Она все равно твоя гребаная мать.

— Я была уже взрослой, когда отец попал в тюрьму. Юридически она больше не несет за меня ответственности.

— Твой старик знает, что она сделала это с тобой?

— Нет, так и должно остаться. Он боготворит мою мать и достаточно тяжело перенес развод и её новое замужество с Барри. Ему вовсе не обязательно знать об этом.

— Как часто вы с ним видитесь? — Джек все еще обнимал мое лицо, и я не могла отвести взгляд от его темных глаз.

— Я не виделась с ним. Он не хочет, чтобы я навещала его в тюрьме, не хочет, чтобы видела его таким. Но даже если бы он это разрешил, я не могу позволить себе слетать в Калифорнию, чтобы повидаться. И, конечно же, не собираюсь пытаться доехать туда на своей дерьмовой машине. Я разговариваю с ним каждые две недели и отправляю посылки.

— Ты шлешь ему передачи, — он снова покачал головой. — Ты чертовски голодаешь, но при этом отправляешь своему отцу посылки и кормишь чертова бездомного кота.

По какой-то причине меня снова охватила волна стыда.

— Папе еще хуже, чем мне.

— Нет, — ответил Джек. — Судя по тому, что я слышал, он сидит в тюрьме для белых воротничков. Наверное, он каждый вторник играет в долбаный гольф. Он спит в тепле и имеет трехразовое питание. У тебя есть это?

Я попыталась вырваться, но он не отпускал меня.

— Моя жизнь не так плоха.

«Не так и плохa? Ты же предлагала отсосать парню, стоящему перед тобой, за ремонт машины, помнишь?»

— Она не так и чудесна, — возразил Джек.

Боже, я ненавидела то, как он смотрел на меня. Он словно выплеснул ведро холодной воды на меня, я вывернулась из его хватки.

— Мне нужно идти.

— Почему? — он удержал меня за руку и снова притянул к себе.

— Потому что я здесь не из-за твоей жалости, — огрызнулась я.

— Почему ты здесь?

— Ты знаешь почему.

— Скажи это, принцесса.

Я сердито вздохнула.

— Ты хочешь знать правду? Я здесь, потому что надеюсь, что после того, как трахнешь меня, ты позволишь мне остаться на эту чертову ночь. Хотелось бы поспать в тепле в месте, где мне не придется просыпаться при малейшем шорохе, потому что я боюсь, что кто-то вломится и изнасилует меня.

Он сжал мою руку, и я бросила на него предостерегающий взгляд.

— Не надо... не надо жалеть меня и смотреть так, словно я нищая неудачница. Я не такая! Забудь, что только что сказала. Я прекрасно справляюсь сама, и мне не нужна твоя помощь или чья-то еще в этом дурацком гребаном городе!

Я попыталась вырваться и ударила его по спине, когда он притянул меня к себе и крепко обнял.

— Не надо меня жалеть, — прокричала я.

— Я не жалею.

— Жалеешь, а я этого не хочу. Пожалуйста, я просто хочу вернуться домой.

— Я не могу позволить тебе вернуться туда, принцесса. Это небезопасно.

Я хотела возразить, но у меня не осталось сил. Злая, сбитая с толку и снова странно возбужденная.

— Больше не хочу разговаривать. Так мы будем заниматься сексом или нет? — спросила я снова.

— Будем, — низкий голос Джека прогремел у меня над ухом, пока он гладил меня по спине своим большими руками. — Но не потому, что мне тебя жалко. Ровно наоборот. Я хочу трахнуть тебя, потому что ты сильная, храбрая и крепкая, как чертов гвоздь. Я хочу тебя, Лили.

Я вздрогнула всем телом, когда он произнес мое имя. Он прижался ко мне своей эрекцией, и мне захотелось потереться о него, как кошка.

— Ты хочешь трахнуть меня? — спросил он.

— Ты же знаешь, что хочу, — прошептала я.

— Да, хочешь, — его голос звучал самодовольно.

Я откинулась назад и сердито посмотрела на него. Он рассмеялся и поцеловал меня в кончик носа.

— Ну же, Ледяная Королева, давай трахаться.

Я прикусила нижнюю губу. Не знала, как могла забыть, что плоха в постели, но это прозвище прекрасно мне напомнило. Внезапно почувствовав себя неловко, сказала:

— Джек, послушай, я...

Дерьмо. Как можно сказать потенциальному новому сексуальному партнеру, что она бревно в постели? Я не хотела ему говорить, но это не значит, что он ничего не поймет. У него должна быть возможность отступить, если он захочет.

— Что-то не так?

— Меня не зря называют Ледяной Королевой, — проговорила я.

— До меня дошли кое-какие слухи.

— Это вовсе не слухи, — мое лицо стало свекольно-красным, но я неуклюже продолжила: — Я... ну, я ужасно разбираюсь в сексе. Я, э-э, слишком чопорная и напряженная. Не могу кончить во время секса.

Он молча изучал меня, и я прикусила нижнюю губу.

— Если ты передумал, я все пойму, но не возражаешь, если сегодня ночью завалюсь к тебе на диван? Уже поздно, и я очень устала.

Он отпустил заколку, удерживавшую мои волосы, а затем запустил пальцы в пряди, удерживая меня неподвижно.

— Принцесса, ты уже кончила мне на пальцы и лицо. Я намерен получить весь хет-трик. Сегодня вечером ты кончишь на мой член, обещаю.

Глава 7

Джек

Я чуть не рассмеялся, увидев выражение лица Лили. Но подавил это желание и притянул её еще ближе, пока каждый дюйм её тела не прижался к моему.

— Ты не отвратительна в постели, Лили.

— Так и есть, — ответила она. -То, что ты заставил меня кончить дважды, еще не значит, что я хороша в постели, ясно? Не знаю, как правильно двигаться или... Слушай, я хочу заняться с тобой сексом, но подумала, что будет только справедливо предупредить тебя, что у меня это плохо получается. Теперь ты знаешь.

На этот раз я действительно рассмеялся.

— Да, теперь знаю.

Она покраснела, но не уверен, от смущения или из-за того, что просунул руки в её джинсы и мял задницу.

— Перестань беспокоиться об этом, — попросил я. — Пора раздеть тебя, принцесса.

Вытащил руки из джинсов и схватил край её футболки.

— Руки вверх!

Она подняла руки, и я стянул с нее футболку, прежде чем быстро разобраться с остальной одеждой. Раздев, окинул её оценивающим взглядом.

— Черт возьми, ты просто великолепна.

— Спасибо, — поблагодарила она. Уверен, ей хотелось прикрыть свою грудь руками, и я обхватил их, прежде чем она смогла это сделать.

— У тебя самая красивая грудь. — Наклонил голову и пососал её правый сосок. Она застонала и выгнула спину, и я улыбнулся ей. — Тебе нравится, принцесса?

— Да.

— Хорошо. Раздень меня.

Лили стянула мою футболку через голову и добавила её к куче одежды. Она изучила мой торс и живот, прежде чем робко взглянуть на меня.

— У тебя действительно потрясающее тело.

— Ты еще не видела самого интересного, — подразнил я.

Она закатила глаза, а я рассмеялся и похлопал её по заднице.

— Продолжай.

Она расстегнула мой ремень — Господи, от одного прикосновения костяшек её пальцев к моему животу мой член дернулся — и сдвинула молнию на джинсах. Потянула их с меня вместе с трусами, и я снова усмехнулся, когда мой член выскочил наружу и румянец залил её щеки. Не говоря ни слова, она присела передо мной на корточки и избавила меня от джинсов, носков и нижнего белья. Схватил член и медленно потер его. Когда Лили попыталась встать, положил другую руку ей на плечо. Она уставилась на член, и я погладил её мягкие темные волосы.

— Хочешь попробовать, принцесса?

— Да.

— Ты уже сосала член раньше?

— Несколько раз, — она взглянула на меня снизу вверх. — Я солгала в твоем кабинете чуть раньше. У меня это тоже не очень хорошо получается.

Я убрал её волосы назад, тревога во взгляде Лили заставила мои внутренности сжаться.

— Тебе вовсе не обязательно быть в этом мастером. Просто с энтузиазмом.

Это заставило её улыбнуться, и я потер её скулу большим пальцем.

— Открой рот.

Она раскрыла его, и я направил член в её горячий, влажный рот. Застонал и использовал всю свою чертову силу воли, чтобы не засунуть член ей в глотку так глубоко, как только мог. Продвинулся еще немного, пока она осторожно лизала головку. Лили издала приглушенный звук и попыталась отстраниться, и я обхватил ладонями её изящную голову.

— Нет, принцесса. Ты можешь взять и больше. Просто расслабься.

Она вцепилась мне в бедра, но приоткрыла рот еще шире. Я снова погладил её по волосам, прежде чем толкнуть член глубже. Лили сильно посасывала, языком лизала и металась по моей горячей плоти, и, черт возьми, если я уже не был близок к тому, чтобы кончить ей в рот.

То, как её губы растянулись вокруг моего члена, выражение чистого голода на лице, когда она так жадно сосала, сделало меня горячее, чем гребаный огонь. Я выдернул член и снова застонал, когда Лили наклонилась вперед и слизнула с кончика бисеринки влаги.

— Ты очень вкусный, — она снова пососала головку и запротестовала, когда я вытащил свой член из её рта.

— Остановись, — мой голос был хриплым, а бедра дрожали. — Хватит, принцесса.

Она бросила на меня тревожный взгляд, когда я поднял её на ноги.

— Говорила же тебе, что у меня плохо получается.

Я громко расхохотался и прижал член к её плоскому животу.

— Дело не в этом. Ты так возбудила меня, что я чуть не кончил тебе в рот.

— Э-э, это прекрасно. Я не против, если ты это сделаешь.

Черт возьми! Моя маленькая Ледяная Королева пытается убить меня. Я отогнал от себя образ её милого ротика, усердно работающего над тем, чтобы проглотить каждую капельку спермы.

— Не в этот раз, принцесса. Хочу быть внутри тебя, когда кончу.

У нее на лице появилась тревога.

— Ты не можешь этого сделать. Я не принимаю таблетки.

Я крепко поцеловал её. Мне понравилось, что ощущаю свой вкус на её языке и губах. Оторвался от её рта и снова погладил по щеке.

— Я воспользуюсь презервативом.

— У меня есть один в сумочке.

— Да и у меня тут несколько завалялось.

Я хотел взять её без презерватива. Черт возьми, я бы взял её без защиты, если бы она ничего не сказала. Желание, чтобы между нами ничего не было, казалось слишком сильным, чтобы сопротивляться ему. Понятия не имел, связано ли мое внезапное стремление обрюхатить Лили Карсон с тем, что все будут знать, что она принадлежит мне, или с тем, что мои чертовы биологические папины часы тикают. В любом случае, Лили теперь моя, и я не мог дождаться, когда её живот вырастет вместе с моим ребенком.

— Что ты делаешь? — спросила Лили.

Я понял, что потираю рукой её живот, как будто там уже находился мой малыш, и отдернул руку назад.

— Ничего. Ну же, принцесса, пора тебе кончить на мой член.

Мне чертовски нравилось, как она краснела, когда я говорил что-нибудь грубое. Это делало её атласную кожу еще более неотразимой. Подвел её к кровати и обхватил ладонями грудь, прежде чем снова поцеловать. Я целовал её до тех пор, пока Лили не застонала мне в рот и не потерлась об меня своей идеальной киской. Хотел не торопиться, хотел исследовать каждый дюйм её нежной кожи своими губами и языком, но сходил с ума от желания овладеть ею. В следующий раз буду действовать медленно, но прямо сейчас? Прямо сейчас, мне нужно погрузиться в нее очень глубоко, прежде чем потеряю свой гребаный разум.

— Ты достаточно мокрая, чтобы принять мой член? — я облизнул её нижнюю губу.

— Да, думаю, да.

— Ты так думаешь? Раздвинь ноги, принцесса. Давайте это выясним, — я погладил её по низу живота и усмехнулся, когда она тут же раздвинула ноги.

Обхватил ладонью её киску, потер короткую прядь темных волос, поглаживая пальцами её набухший клитор.

— О боже мой, — снова простонала она.

— Довольно мокрая, — объявил я, — но не настолько, чтобы взять мой член. Ещё нет.

Я толкнул Лили на кровать и широко развел её ноги. Изучил её розовую киску, пухлые маленькие губки увлажнились и умоляли о моем языке, а клитор выглядывал между ними.