Я краснею, и Блейк снова целует меня, передвигаясь на мою сторону машины. Он шепчет, медленно расстегивая куртку.

— Есть ли что-либо, что я могу сказать, чтобы ты осталась еще на неделю?

Я качаю головой.

— Ты уверена?

Я втягиваю воздух и бормочу «да», когда он расстегивает мой лифчик.

— Ну, в таком случае... — Блейк расстегивает мои джинсы. — Давай посмотрим, смогу ли я вместо этого что-то сделать...

Глава 11

Я не хочу уезжать из Вашингтона. Никогда.

Хочу остаться здесь и заниматься сексом с Блейком весь день, каждый день, но я знаю, что это невозможно. Нереально.

Произошедшее с нами за последние полторы недели — это то, что я всегда буду помнить, но и то, что я не могу оставить в прошлом.

Шторм заканчивается, а у него есть фирма, чтобы заниматься ею.

У меня есть жизнь, которую нужно восстанавливать. Рано или поздно.

Может быть, из-за этого никто из нас и не произносит ни слова этим утром, и мы смотрим друг на друга не больше секунды.

Не уверена, сколько раз перепроверила свою сумку, зная, черт возьми, что у меня все есть. Я просто тяну время, потому что это не так просто, как я думала.

Чуть раньше утром, когда мы проснулись, Блейк оставил мне на тумбочке последний подарок. Это была маленькая серебряная коробочка, где лежало две вещи: билет на самолет до Нэшвилла с рейсом через четыре дня со словом «Останься», написанным сверху. И маленький брелок в виде серебряного самолета со словами «Ты на моем месте», выгравированными на крыльях.

Я бы хотела взять и то, и другое, сказать ему «хорошо» и остаться, но не могла этого сделать. Вместо этого я повесила брелок на свой браслет и написала на билете «Я не могу...».

— Я готова, — говорю, когда вхожу в гостиную.

— Хорошо, — Блейк встает с дивана и забирает мою сумку, направляясь в гараж. Он смотрит на меня еще раз, прежде чем тронуться. — Я наслаждался каждой секундой, пока ты была здесь.

— Я тоже.

Мы молчим всю дорогу до аэропорта. Здесь нечего сказать.

Я смотрю на него всякий раз, когда мне выпадает такая возможность, пытаясь убедиться, что запомнила каждую деталь, и каждый раз, когда он бросает взгляд на меня, делаю вид, что не смотрела.

Приехав в аэропорт, он хватает мою сумку и открывает дверь, провожая меня внутрь, как настоящий джентльмен.

Забирая у него свою сумку, я избегаю зрительного контакта.

— Спасибо большое, что позволил мне остаться с тобой, Блейк. Я действительно ценю это.

— Не за что.

— И, эм... секс был нормальным.

Он обхватывает пальцами мой подбородок.

— Нормальным? — Блейк вздергивает брови.

— Мне нужно дать тебе определение этому слову?

Он обхватывает руками мою талию и прижимает губы к моим.

— Я уверен, что через неделю ты все еще будешь думать, как «нормально» это было.

— Может быть.

Обнимая меня чуть-чуть сильнее, он вздыхает.

— Что самое ужасное могло бы случиться, если бы ты осталась со мной еще на четыре дня?

Я открываю рот, чтобы сказать «ничего», но останавливаюсь.

— Чувства.

Не понимая последствий этого, он целует мой лоб и шепчет:

— Я был бы не против, — и затем дает мне уйти.

Я разворачиваюсь и ухожу от него, но останавливаюсь и оглядываюсь через плечо.

Блейк выглядит совершенно растерянным и расстроенным, но скрывает это за улыбкой.

Я вздыхаю и подхожу к нему снова, обхватывая руками его шею, и целую его так, как он целовал меня много раз до этого.

— Спасибо тебе за все.

— Ты всегда говорила мне это, — Блейк отстраняется и пропускает пальцы сквозь мои волосы.

— И?

— И если ты все еще планируешь бросить меня, предлагаю тебе сделать это сейчас, потому что иначе я утащу тебя домой в течение двадцати секунд.

— Прощай, Блейк, — я медленно отпускаю его и следую к стойке регистрации, оглядываясь назад каждые несколько секунд и проверяя, что он все еще смотрит на меня, пока не перестает.

По какой-то причине в моей груди скручивается узел, и я не могу ничего поделать, но чувствую, что совершаю огромную ошибку.

— Добро пожаловать, мисс Уэстон, — говорит служащий за стойкой регистрации, когда протягивает мне мой посадочный талон. — Счастливого полета.

Я снова смотрю через плечо, говоря себе, что если Блейк еще там — это должно быть какой-то романтичный знак, но его там нет. Никого нет.

Вздыхая, прохожу без инцидентов через охрану. Никаких случайных сигналов тревоги, нет агентов безопасности раз за разом опорожняющих мою сумку, и, к сожалению, никого, от кого бы я спешила улететь в этот раз.

К тому времени, как я захожу, почти все уже на борту.

— Наслаждайтесь первым классом, мисс Уэстон, — женщина сканирует мой билет и улыбается.

Я говорила Блейку, что мой билет домой был эконом-класса и что мне не нужно улучшение, но он все равно сделал это. Хочу написать ему сообщение, игриво ругая за это, но не могу.

Я не хочу производить неправильное впечатление.

Мы уже попрощались.

Застегнув свой ремень безопасности, я смотрю в окно. Я почти ожидала, что Блейк в любую секунду поднимется на борт и скажет: «Я решил, что хочу трахнуть тебя и в Нэшвилле тоже», но никто не занимает место возле меня.

— Дамы и господа на борту рейса номер 318, основные двери будет закрыты в течение двух минут...

Я постукиваю ногой в ожидании, все еще храня одну и ту же надежду.

— Основные двери кабины закрыты. Пожалуйста, выключите все личные электронные устройства, пока мы не достигнем нужной высоты.

Вздыхая, я закрываю глаза и откидываюсь на кресле. Лицо Блейка сразу появляется в моей голове, и я точно знаю, что сделала большую гребаную ошибку.

Я могла остаться еще на четыре дня...


***


Я обхожу выдачу багажа и сразу иду на выход к эскалаторам.

Когда спускаюсь, вижу Дэвида, стоящего в очереди с другими владельцами табличек. Он написал «Пир-Пир» красным маркером и нарисовал под надписью то, что кажется языком и влагалищем.

— Серьезно? — я вырываю у него табличку и ударяю его по руке. — Почему мы с тобой друзья?

— Понятия не имею, — смеется он, забирая мою сумку. — Как прошли последние дни поездки? Пожалуйста, давай без всех секс-историй, пока я не надел наушники.

— Было нормально.

— Нормально? И все?

— Да.

— Что случилось со всеми волнениями на тему «О, боже, его член в самом деле поместился у меня во рту»?

— Серьезно, Дэвид? — качаю головой. — Я наслаждалась этим. Мы занимались сексом снова и снова. Ох, и мы смотрели несколько ужастиков в промежутках, когда он готовил для меня.

Дэвид вдруг останавливается и кладет руки мне на плечи.

— Он нравится тебе, да?

— Нет. Я едва его знаю. Секс просто был действительно хорошим, и мы понимали сарказм друг друга.

Даже слишком хорошим...

— Позвони ему и спроси, может ли он приехать к тебе. Тебе все равно нечем заняться на выходных. Кроме того, ты сейчас практически осталась без крыши и без работы.

— Я не могу больше оставаться у тебя? И разве мы не собираемся где-нибудь потусоваться на выходных?

— Не ночью, — издевается он. — Ты должна оставаться на своей стороне дома, когда у меня есть компания. Кстати, я внес поправки в одно из моих обещаний только для тебя.

— Твой номер одиннадцать?

— Ты не настолько особенная. Я не могу вспомнить номер, но там говорится: «Помочь Пэрис найти подругу, с которой можно обсудит члены». Если я не выполню другие, но определенно собираюсь исполнить это, — он закатывает глаза и ведет меня к парковке.

Сегодня Дэвид на своем черном «Мерседесе», и я ничего не могу поделать и думаю о Блейке.

«— Какие плюсы в том, чтобы иметь парня? — Блейк целует меня в губы.

— Я сейчас не тот человек, у которого нужно это спрашивать. Ты так не думаешь?

— Ты говорила, что сначала все было великолепно. Так что?

Я улыбаюсь, когда он надвигается на меня сверху.

— Эм... Ну, ты можешь поговорить с кем-то обо всем, и он не будет осуждать. Он — твое плечо, на котором можно поплакать, и все, что тебе нужно... Он помнит мелочи, которые делают тебя счастливой в плохие дни и наоборот. Тебе вполне комфортно с ним и... Ты знаешь, физические вещи в неограниченном количестве...

— Секс?

— Поцелуи, — я закатываю глаза. — Да, секс.

— Звучит интригующе.

— Достаточно интригующе, чтобы попробовать это однажды?

— Возможно, — он обхватывает руками мои бедра. — Если я найду правильную женщину.

— Убедись, что ты скрыл свою истинную сущность, когда вы впервые встретитесь.

— Зачем бы мне это делать?

— Потому что, если покажешь ей, какой ты на самом деле, она узнает, какой ты дурак и что у тебя нет фильтра речи, ты можешь разрушить свои шансы после первой же встречи.

Он смеется и хватает презерватив из шкафа.

— Посмотрим...»

— Тебе реально нравится этот парень, хм? — звук смеха Дэвида вырывает меня из фантазий, и я понимаю, что мы на трассе.

— Нет. Просто секс был хорош, — вру я. — Я уверена, что посвящу тебя во все детали позже.

— Пожалуйста, не надо.

— Все равно. Эй, ты еще не рассказал мне про остальные твои обещания. Колись.

— Нет, спасибо. Я повторял их твоей матери бесчисленное количество раз в течение последних трех дней. Когда ты, наконец, решишь перезвонить ей, ты можешь спросить у нее.

Я закатываю глаза.

— Ты в любом случае, — говорит он, — можешь прочитать мне свои, а я притворюсь, что мне интересно.

Улыбаясь, я достаю кошелек и вытягиваю список.

Я отчеканиваю номера от одного до семи, игнорируя просьбу Давида изложить слово «оргазм» должным образом, а затем замечаю, что в то время, как следующие два пункта те же самые, остальные обещания в моем списке изменены:

7. Писать каждый день... Предполагалось, что я начинающий журналист, но этот список — первое, что я написала за месяцы. МЕСЯЦЫ.

(Я позвонил Вандербилту... Один из моих старых профессоров, который работает в приемной комиссии. Позвони им во вторник.)

8. Заняться страстным, горячим сексом с кем-то, кто сможет довести меня до ОРГАЗМА...

(Я думаю, ты выполнила это... Больше одного раза...)

9. Начать тренироваться... Ха! Нет. Беру свои слова назад... Я еще вернусь к номеру девять.

(Начни улыбаться чаще. Ты слишком красивая, чтобы не делать этого...)

10. И к номеру десять тоже.

(Перестань беспокоиться, что твоя мама, сестра и остальная часть твоей семьи думают о твоих решениях... Живи для себя.)

11. И мне по-прежнему нужен номер одиннадцать...

(Забрать Блейка из Аэропорта «Нэшвилл» через четыре дня... Он хочет убедиться, что два из этих обещаний выполняются ВСЕГДА...)


***КОНЕЦ***