- Феерично. - Покачала я головой и обратилась к невидимому никому Дэну. - Смерчинский, до чего ты меня довел. Видишь? Еще чуть-чуть и я сойду с ума.
"Не позволю сойти тебе с ума, дурочка, - отозвался невидимый Дэн, застывший около моего окна, - иди спать, маленькая, ты так устала. Прости, что не могу накрыть тебя одеялом".
- Спокойной ночи.
"Приятных тебе снов. Даже если на утро ты не будешь помнить, я обязательно тебе приснюсь. Ты ведь моя малышка, и хотя бы во сне я обязан быть с тобою".
Вот же... Совсем я с ума сошла. Сама с собой разговариваю.
С этими мыслями я уснула, обняв подушку, и всю ночь мне казалось, что я обнимаю своего Дэна. Мне показалось, что меня кто-то поцеловал в висок.
- Добрый вечер. Ваш пригласительный? - с вежливой улыбкой спросил один из многочисленных представителей армии секьюрити, которые в тот вечер охранили ресторанный комплекс "Золотой лотос", в котором должен был состояться благотворительный вечер "Ночь жизни". Среди приглашенных были официальные лица, политики, бизнесмены, представители местного бомонда и культуры, поэтому надежная охрана была делом чести организаторов проекта.
- Да, конечно, вот, - Князева-старшая протянула небрежным жестом два пригласительных, отливающих на ярком электрическом свету золотом. Охранник внимательно изучил их, вновь улыбнулся и сказал почтительно:
- Прошу вас, дамы, проходите, пожалуйста. Приятного вам вечера.
Ольга и ее мама, которая на эти слова только царственно кивнула, прошли в холл трехэтажного роскошного комплекса, где их тут же встретили и вежливо препроводили за свой столик в огромный, ярко освещенный зал, где, собственно, и должен был проходить благотворительный вечер.
Девушка все-таки решила придти на благотворительный бал "Ночь жизни". Не потому что она хотела развлечься - для этого она отправилась бы, как и всегда, в хороший клуб или бы просто напилась (правда, сейчас ей этого совершенно не хотелось), и не потому что желала порадовать своим поступком маму. А просто потому, что Оля понимала: ей нужно что-то делать, как-то двигаться, получать новые эмоции и впечатления - пусть даже самые мизерные, в общем, ей нужно не застывать ледяной шахматной фигурой на черно-белом клетчатом поле своих проблеме. Благотворительны бал - крохотный повод отвлечься от грустных мыслей хоть на несколько часов. Или хотя бы на час. Ведь не думать о плохом целый час - это отличный результат.
Плохое сейчас для девушки, прежде всего, было связано с Димой и с его решением. Ольга понимала, что он чувствует, и ее интуиция, которую светловолосая девушка никогда не признавала, подсказывала, что любимый парень мечется и не знает, что ему сейчас делать. И единственное, что может ему сейчас помочь - это время. Или, быть может, что-то необычное, резкое, что подтолкнут его к действиям. Ольга давала Чащину это время, и сама пыталась сделать так, чтобы все эти дни ожидания пролетели быстрее.
Князева оглядывалась по сторонам в поисках знакомых лиц. Людей вокруг было уже достаточно: все красивые, элегантные, ухоженные, с бокалами искрящегося шампанского в руках и с дорогими украшениями на шеях, пальцах, запястьях, в ушах. И добрые восемьдесят процентов этих украшений, к слову сказать, составляли бриллианты самых разных огранок, оттенков и карат.
В ушах у Ольги тоже были бриллианты - не слишком большие и вызывающие, как, к примеру, у ее матери, направо и налево посылающей слова приветствия и кивки, а по-девичьи скромные и очень милые. Раньше эти серьги принадлежали Инне - подарок родителей на шестнадцатилетние (Ольга тогда затребовала какую-то невообразимую фирменную сумочку). Вместе с серьгами Инне подарили точно такое же колечко, и оно было на ее указательном пальце в ту самую роковую поездку по морю. С этим кольцом она погибла, и с ним же ее и похоронили. А Ольга берегла серьги, считая, что раз одна часть целого комплекта у нее, а вторая - у сестренки, значит, между ними есть еще какая-то материальная связь. Надевала она их очень редко, всего лишь раза три-четыре за все эти годы, и каждый раз после того, как бриллиантики Инны оказывались в ее ушах, Ольга чувствовала, что ее близняшка где-то совсем близко - за какой-то невидимой гранью. Хоть она и считала себя атеистом, и ни в какую загробную жизнь не верила, но чувство это было вполне реальным. Да и сны потом ей снились странные - опять же о сестре. В таких снах Инна всегда утешала Олю и улыбалась ей. Но в конце сновидения ее всегда смывало гигантской волной лазурной волны, и Ольга дико пугалась. Сердце ее начинало биться точно так же, как и в ту проклятую невероятно звездную ночь, когда ей позвонили и сказали, что Инны больше нет в живых. Услышав это, Оля, которая уже около двух часов без остановки рыдала без причины (Петр, который был в это время рядом с ней и с которым она целовались, думал, что она точно наглоталась экстази), упала без чувств.
От странного эффекта ношения серьг Ольге было и страшно, и прекрасно одновременно. По сестре он, как и говорила Маше, конечно же, дико скучала, но осознавать вновь и вновь, хоть и во сне, о том, что больше Инны рядом нет, и уже никогда не будет - не хотелось. Было очень больно.
- Задумалась? - отвлекла Ольгу от мыслей мать. - Кстати, дорогая, вечер устраивает Даниил Юрьевич. Где-то должен быть и Денис с родителями. Понимаешь, к чему я клоню.
- Прости, я же тебе миллион раз говорила, что не хочу и не могу с ним встречаться. - Спокойно отозвалась девушка. Да, мать раньше особенно очень хотела, чтобы ее единственная дочка связала себя узами брака с сыном ее подруги Леры. Иметь Смерчинских в родственниках - очень даже неплохо! Вернее, очень хорошо. Правда, Ольга активно сопротивлялась этому, и Князева-старшая сдалась, уже просто хотела, чтоб та нашла себе хорошего перспективного молодого человека. И, кажется, опять начала...
- Да я понимаю, Оля, - отозвалась женщина, поднося к губа бокал с шампанским. - Просто Денис может тебя познакомить с хорошими молодыми людьми из своего круга. Жаль, что тебе Петр Смерчинский не по душе.
- Какими, мам? - насмешливо спросила Ольга. - Микаэлем и Сашей?
- Только не с первым, - решительно воспротивилась ее мать. - Саша еще в далеком подростковом возрасте перешел все границы разумного. И куда только Ангелина и Павел смотрят? - Назвала она по имени родителей Черри и Ланде. - Кстати, вон и они. Так, я подойду к Ангелине, нужно поздороваться.
Ольга кивнула. Она сама уже увидела красивую и несколько импозантную Ангелину Борг - мать Ланде, которая была довольно известной и талантливой актрисой и примой городского драматического театра. На своего сына высокая, роскошная дама с россыпью медово-русых кудрей, выглядевшая лет на тридцать, не слишком была похожа. Микаэль, видимо, больше походил на своего норвежского отца. Он, кстати, на вечере не присутствовал. Зато около Ангелины стоял злой, как триста демонов, Черри. Он был одет в смокинг и белоснежную рубашку. Правда, бабочки на нем не было. Ольга невольно улыбнулась - черный смокинг, начищенные ботинки и зеленые волосы смотрели, мягко говоря, необычно. Черри, кажется, тоже это понимал. Он мрачно смотрел на своего статного отца-режиссера, в чьих темных волосах проскальзывало серебро седины, и который своей легкой хромотой всегда напоминал девушке самого Байрона. Павел Аскольдович ходил, заложив руки, перед сыном и что-то ему нудно говорил.
- Нотации читает, - почти злорадно сказала мама Ольги, тоже глядя на эту картину. - Ну-ну. Не помогут они его сыночку. Оля, я к ним. А ты присмотри себе тут молодого человека. Вон тот, например, в темно-сером костюме-тройке, тебе как? Твой ровесник, кажется. - И мать кивнула на стоявшего неподалеку парня с хорошей фигурой, длинными ногами и короткими светло-русыми волосами.
- У него очень одухотворенное лицо, - заговорщицки прошептала она дочери. Оля лениво посмотрела на парня и чуть не вскрикнула - это был ни кто иной, как Ник Кларский!
Девушка тут же отвернулась. Не дай Бог он ее увидит!
- Подумай. Он, кажется, одинок. - С этими словами мать ушла к Ангелине и Павлу, оставив дочь одну. Князева-старшая просто-напросто не узнала, элегантно одетого брата ее "любимого" клиента Андрея Марта. Лицо парня показалось ей знакомым, но женщина подумала, что видела его раньше на каких-нибудь светских тусовках, которые ей приходилось изредка посещать.
А Ольга тут же осторожно, настороженно оглядываясь на парня и боясь, как бы он повернулся и не заметил ее, отошла за колонну - чтобы Никита не видел ее. Какого черта он тут делает? Он же писал ей, что уехал. Следит за ней? Заподозрил что-то насчет Димы? Но как он узнал?
По позвоночнику девушки медленно, цепляясь друг за друга, поползли мурашки, но она почти тут же вспомнила, что, судя по расплывчатым рассказам Игоря, сегодня на "Вечере жизни" вроде бы будут брать Андрея Марта - старшего брата Ника. Игорь, рассказывая давней подруге обо всем этом, даже и не предполагал, что Князева знакома с братишкой Марта. Он случайно упомянул об этом, когда рассказывал о Смерче и обо всем, что с ним случилось, в то числе и об охране Маши Бурундуковой.
"Наверное, Ник встретиться тут с братом, - подумала отстраненно Ольга. - А мне что делать? Прятаться, чтобы он меня не увидел?"
Раздумывая, она провела ладонью по шероховатой поверхности колонны. Подумать только, еще недавно за подобной колонной в Торговом центре прятались, как дети, Смерч и его Чип, следя за ней и Никитой, а теперь она сама занимается "слежкой". А это даже забавно - прятаться от кого-то, пусть даже и в одиночестве. Машинально потрогав прохладный камень в одной из бриллиантовых серьг, Ольга вновь осторожно выглянула из-за колоны. К ее огромному удивлению, которое быстро переросло в восхищение, к Нику подошла облаченная в черное маленькое платье девушка со светленьким прямым каре, которое раньше таскала Маша и сама Ольга, решившая ее копировать. Никита покровительственно взял ее под руку.
"Его сестра? - подумала Оля отрешенно, наблюдая за Кларским и его девушкой. - Тоже светловолосая. Но вроде бы они непохожи".
Никита тем временем доказал Ольге, что девушка в черном платье - вовсе и не его сестренка. Потому как совершил совершенно не братский поступок. Он наклонился к ней и неспешно поцеловал - просто коснулся губ губами - ничего особенного не делал, а после обнял за плечи, но Ольге хватило и этого. В ее голове ритмично застучали отбойные молоточки - вот она, удача! Она увидела Никиту Кларского с другой!! Он - с другой! Значит она, Оля, больше ему не нужна! И ей больше не стоит опасаться Ника, изобретать всевозможные способы расставания с ним, бояться, что он что-то сделает с ее любимым парнем - Димой. Все, этому конец! Кларский нашел другую жертву!
Конечно, ее женское самолюбие в какой-то степени потерпело крах - ведь Ник так часто говорил, что любит ее, отвешивал изящные комплементы, дарил подарки и вообще, делал для нее все, что она просила (даже не приставал ни разу все это время, потому как Ольга намекнула Никите, что не потерпит такого!). И, получается, врал. Но, с другой стороны, Оля чувствовала себя, как крестьянин древней Руси, узнавший, что зловредное Иго больше не будет собирать с него непосильную дань.
Решение проблемы само собой пришло в светловолосую голову - словно кто-то шепнул его прямо Ольге в уши. Она, выдохнув, вышла из-за колонны, моля весь свой актерский дар о том, чтобы он верно и правдиво сыграть ей очередную роль. Наверное, одну из самых главных в ее жизни.
Никита, не отпуская плеч девушки, продолжал стоять в том же месте. Изредка он поглядывал на часы, словно что-то ждал. Девушка в черном платье молчала и с немым восхищением осматривала все вокруг. Кажется, в подобном месте она была впервые.
"Прости, девочка, но я должна буду это сделать", - подумала Ольга, сочувствуя незнакомке. И что она нашла в этом бандите? Неужто влюбилась? Или сама такая же? Но как бы то ни было, Ольга решила до последнего бороться за свое счастье - счастье с Димой. А для этого ей нужно было избавиться от Никиты, которого девушка продолжала бояться.
"Проклятый Укроп", - думала Ника, ступая на высоченных шпильках следом за Никитой. Сегодня он одет был в строгий модный костюм-тройку и не походил внешне на тупого хама с бандитскими замашками. Напротив, он так преобразился, что казался интеллигентным симпатичным мальчиком с мажорскими замашками. Возможно, если бы Ника не знала истинное нутро Кларского, в этом элегантно-дорогом, но не кричащем обличие она приняла бы его за одного из лучших представителей сильного пола. По крайней мере, в радиусе пары километров. Но девушка прекрасно знала, что Никита собой представляет. Да, она до сих пор соблюдала условия их контракта" - притворялась его девушкой. Ника, правда, не совсем понимала, зачем Укропу понадобился этакий цирк, но пойти на попятную уже не могла. Ник бы не позволил этого сделать. Все-таки он был достаточно жестким мальчиком.
"Мой идеальный Смерч. Часть 2" отзывы
Отзывы читателей о книге "Мой идеальный Смерч. Часть 2". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Мой идеальный Смерч. Часть 2" друзьям в соцсетях.