Дверь в ванную открылась, и она улыбнулась Джезу.
— Ты вернулся. Как все прошло?
Он вошел и сел на край ванны.
— Жена Джеффа беременна. Они в восторге.
Он помолчал.
— Дэйв думает, что подруга его скоро бросит.
— Бедный старина Дэйв.
«Так ему и надо, пусть не будет таким занудой», — подумала Селеста. Ее взгляд окинул фигуру Джеза: такой подтянутый, стройный, красивый в черном джемпере и кремовых джинсах. Он был всем, чего ей хотелось в действительности, ее воплощенной в жизнь мечтой.
— Джефф спросил, не считаю ли я, что пора вернуться в дело, — продолжал Джез ровным голосом.
Селеста посмотрела на него. Этот вопрос возникал и раньше. В сознании Джеза алкоголь и музыкальный бизнес были неразрывно связаны. Они шли рука об руку. Став трезвенником, он совсем перестал работать, отказывался от записи альбома, от туров и даже не пытался сочинять новые песни. Она знала, что его беспокоило: возврат к старому образу жизни мог привести к тому, что он не удержится от соблазна и снова начнет пить.
— Тебе не обязательно возвращаться к работе. Если нет желания. — Селеста ласково сжала его руку. Ей не хотелось, чтобы он возобновил выступления. Они были счастливы вместе, и денег было более чем достаточно… а мысль о том, что Джез снова погрузится в дикий мир рок-н-ролла, заставляла ее нервничать. Даже не из-за спиртного, а из-за фанаток…
— Не беспокойся, я не позволю им затянуть меня обратно.
Джез слегка улыбнулся. Он знал, что, с точки зрения любого другого, три с половиной года были значительным перерывом. Он разрывался на части, потому что ему хотелось вернуться к работе. И неважно, что ему по-прежнему присылали чеки с приличными гонорарами, — он не мог всю оставшуюся жизнь прозябать без дела.
— Ты здоров, — сказала Селеста. — Это самое главное. Джефф просто любит всех баламутить. Ему завидно, у тебя столько денег, что ему и не снилось.
Каникулы — вот что им нужно, подумала она. Пару недель вдали от всего этого, отдых на частном пляже на Сейшелах сделает свое дело.
— Не будем говорить о Джеффе. — Джез поменял тему. — Что ты делала сегодня вечером?
— Вообще-то, была очень занята, — весело заявила Селеста. — Помогала с переездом твоей новой соседке.
— Давай, — сказала Сюзи через два часа. — Я покажу мой, если ты покажешь свой.
— Тебе может быть неприятно, — предупредила Люсиль.
— Нет, обещаю. Мне очень интересно. О, это так здорово! — Сюзи радостно обвела взглядом новую спальню Люсиль. — В тысячу раз лучше, чем боулинг. У меня никогда раньше не было соседки по квартире.
Смирившись с неизбежным, Люсиль залезла под двуспальную кровать и достала пакет, в котором до этого пыталась рыться Селеста.
— Подожди. Пойду возьму мой. — Сюзи встала с постели. — Будем смотреть по очереди, начнем с самого начала, увидим, что получится, если сравнить.
Люсиль была права: немного странно смотреть на фотографии собственной матери, которая вдруг оказалась чьей-то еще. В чужом доме она улыбалась чужому мужчине, гордо показывая чужого ребенка…
Впрочем, ребенок не был чужим, все время напоминала себе Сюзи, это была Люсиль.
— У тебя были волосы, — произнесла она почти как обвинение, толкая Люсиль локтем. — Надо же, ты была красивой. Извини, немного несправедливо.
— Ты тоже была славной, — возразила Люсиль, указывая на снимок Сюзи в шестимесячном возрасте в коляске. Люсиль бесстрашно врала.
— Я была похожа на борца сумо, а еще я была лысая, как яйцо, пока мне не исполнилось два. По словам моей матери, я была самым страшным ребенком в Бристоле. — Сюзи вздохнула и перевернула следующую страницу альбома. — К счастью, потом я расцвела. К трем годам я уже стала красавицей.
— А главное — скромницей, — заметила Люсиль, склонив голову над фотографиями. — Это твой отец? Он симпатичный.
— Снимок был сделан на дне рождения Джулии. Думаю, ей исполнилось десять. А выражение лица как у пятидесятилетней, — добавила она с улыбкой.
На фотографии группа девчонок строила рожи перед камерой, а Джулия в чистом голубом парадном платье и в белых гольфах напряженно замерла в центре, сжимая руку отца.
— А где мама? — Люсиль заметила, что Бланш не было ни на одной фотографии, сделанной на дне рождения Джулии.
— Не знаю. Наверное, с тобой, — ответила Сюзи. Она указала на один из снимков в альбоме Люсиль, где та плескалась в «лягушатнике» бассейна, а Бланш наблюдала за ней. — А вот твой отец. — Она внимательнее присмотрелась к улыбающемуся темнокожему мужчине, сидящему рядом с Бланш. — Ух ты, он был красавцем.
Они продолжили листать альбомы, изучая, как каждая из них менялась в детстве, сравнивая одежду, прически и места отдыха. На пляже в Борнмуте с Люсиль и в бассейне в Альгарве со Сюзи на их матери был один и тот же желтый бикини с ромашками.
— Мы останавливались там на вилле, — сообщила Сюзи.
— А мы жили в автоприцепе, — объяснила Люсиль. — В Мьюдфорде.
Сюзи почувствовала укол совести.
— А ты никогда не жалела, что вы не ездили за границу?
Люсиль удивилась вопросу.
— У нас были замечательные каникулы. Когда мама была с нами, я была счастлива. Все остальное не имело значения.
Сюзи все еще пыталась представить Бланш, приспособившуюся к непритязательной жизни в лагере для автомобилистов.
В Мьюдфорде, в Дорсете.
Очевидно, она прекрасно проводила там время.
Но это было совсем не путешествие в Замбези, верно?
Сюзи тряхнула головой:
— Наверное, она действительно любила тебя и твоего папу.
Люсиль ответила с гордостью:
— Да, любила. И мы ее тоже.
Это выглядело все более и более странно. Судя по всему, Бланш была лучшей матерью для Люсиль, чем для своего законного потомства. Вообще-то теперь многое можно было объяснить, в том числе и игрушечного попугая из Парагвая — якобы из Парагвая, позже Сюзи видела таких же на полках сувенирной лавки в Бристольском зоопарке.
— Все эти годы, — пробормотала Сюзи, — она разрывалась на части… боже, это Харри!
Обрадовавшись, что можно отвлечься, она обратилась к следующей фотографии в альбоме, где два подростка на велосипедах делали вид, что хотят друг друга спихнуть. Люсиль с коротко остриженными волосами, с карими, блестящими от смеха глазами была в свободной футболке и розовых шортах. Рядом с ней находился Харри в обтягивающих черных джинсах и вздувшейся алой рубашке с остроконечным воротником. Он широко улыбался, а его волосы, длинные и волнистые, выглядели подозрительно ухоженными.
— Это был период «Дюран-Дюран», — объяснила Люсиль. — Он меня убьет за это.
Сюзи должна была спросить.
— Вы двое когда-нибудь?..
— Нет. Мы были лучшими друзьями, вот и все.
— А такие еще есть? — Сюзи стала с интересом исследовать покрытые полиэтиленом страницы. — Да! Вот замечательная! Что здесь происходит?
— Новогодняя вечеринка в доме Харри. Наверное, нам тогда было по шестнадцать. — Люсиль склонила голову над страницей, указывая по очереди на каждого на фотографии. — Это Перл Харрис, она была без ума от Харри. А это Шауна, ее вырвало в аквариум с золотой рыбкой через пять минут после того, как сделали снимок. Я танцую с Беном Цэигсоном — он все время пытался расстегнуть мне блузку… а Харри болтает с сестрой Бена. Не помню ее имени, но она не могла найти свои туфли. Мы выловили их из пруда на заднем дворе через шесть месяцев.
Сюзи следила взглядом за пальцем Люсиль и вдруг воскликнула:
— А это?!.
— Лео.
Сюзи с восторгом стала рассматривать правый угол фотокарточки. Должно быть. Лео тогда было двадцать или двадцать один. Он стоял прислонившись к стене, сжимая в руке стакан с каким-то напитком и наблюдая за происходящим с улыбкой превосходства на губах. Некоторые вещи не меняются, поняла Сюзи. Тогда, как и сейчас, Харри был более привлекательным, а Лео более утонченным и представительным. Лео носил рубашку для регби с отделкой и твидовые брюки, а на его лице застыло выражение скучающего старшего брата.
— Ему не хотелось там находиться, — сдержанно сообщила Люсиль. — Но ему пришлось остаться и следить, чтобы мы случайно не сожгли дом.
Не в силах противиться искушению, Сюзи спросила:
— А с ним ты когда-нибудь?..
— Перестань. — Люсиль начала смеяться. — Лео был старшим братом Харри. Я была маленькая, неряшливая подружка Харри. С точки зрения Лео, мы были просто глупыми детьми, а я до смерти его боялась.
При упоминании Лео Бакстер поднял голову. Сюзи подвинулась на край кровати и в виде утешения почесала его за ухом.
— А как теперь?
— Знаешь, трудно отделаться от старых привычек. Для меня он по-прежнему ужасный старший брат Харри. — Люсиль пожала плечами. — У меня даже мысли об этом не было.
Улыбаясь, она заправила несколько косичек с бусинами за ухо.
— Но если бы была? — настаивала Сюзи.
— Ни к чему. Брось. Он не для меня.
Что?
— Я никогда так не думаю. — Сюзи была поражена. — Мне никогда не приходит в голову, что кто-то может быть не для меня.
— Это потому, — ответила Люсиль, — что ты уверенная, успешная деловая женщина. Ты живешь в отличной квартире, водишь «роллс», носишь чудесную одежду…
— И передо мной никто не устоит, — подсказала Сюзи.
— Верно, — Люсиль развела руками, — это очевидно.
— И еще у меня сказочное тело.
— Точно, — согласилась Люсиль, улыбаясь все шире.
— Но разве ты не понимаешь? Ты ведь такая же!
— Я зарабатываю на жизнь, выгуливая собак, — терпеливо объяснила Люсиль. — Я пою в пабах и клубах, и на меня не обращают внимания. А если пьяницы и обращают, то обычно пытаются ущипнуть. Знаешь, это удивительно повышает самомнение.
Сюзи подвинулась ближе, пытаясь все это представить. Если какой-то пьяный идиот и попытался бы ее ущипнуть, она бы бросилась на него, притащила бы за уши в ближайший туалет и засунула бы его голову в бачок унитаза. Впрочем, она не была Люсиль. И она не умела петь.
Вернее, пела не лучше ошпаренной кошки. Еще раз взглянув на фотографию новогодней вечеринки, она сменила тему разговора.
— Вчера вечером я показала Лео мамин дом.
— Я слышала. Он упомянул об этом сегодня утром, когда завез Бакстера по дороге в аэропорт. — На одной из щек Люсиль появилась ямочка. — За вчерашний вечер много всего произошло.
— Похоже, он заинтересовался. — Поняв, что фраза получилась двусмысленной. Сюзи строго объяснила: — Я имела в виду дом.
— Мне тоже так показалось.
— Только я сомневаюсь, не очень ли он большой для него, слишком много спален. Но его это не отпугнуло.
— О, Лео не станет беспокоиться из-за этого, — сказала Люсиль. — Ему нужен большой дом, понимаешь? Они с Габриеллой собираются иметь целую кучу детей.
Габриелла.
Дети.
Целая куча…
Сюзи почувствовала, что желудок резко сжался, и ее захлестнула волна разочарования.
Боже, ненавижу, когда все так происходит.
Черт, черт, проклятье!
А вслух она небрежно спросила:
— Кто такая Габриелла?
— Разве Лео о ней не упоминал? — Люсиль была удивлена. — О, она потрясающая. Они с Лео вместе уже, должно быть, целый год. Они поженятся в декабре.
ГЛАВА 15
— Харри, нет, прекрати! Когда я пригласила тебя на кофе, — объясняла Сюзи, — я имела в виду кофе.
— Брось, ведь мы провели фантастически прекрасный вечер, — пробормотал Харри, его губы почти не отрывались от ее шеи. — Ты не можешь так со мной поступить. Ты сама знаешь, что хочешь этого не меньше, чем я.
— Да, да, конечно хочу. Но слушай, Харри, у меня строгое правило никогда не спать с мужчиной, пока не пройдет по крайней мере шесть недель со дня нашего знакомства.
Харри перестал ее целовать. И отпрянул в удивлении.
— Ради всего святого, почему?
Ура, она опять могла нормально дышать.
— Так я не чувствую себя шлюхой. — Сюзи поправила юбку, откинула назад растрепавшиеся во время объятий волосы и включила чайник. — Это здорово! Есть время все обдумать… продлить чудесное предвкушение… Молотый кофе или растворимый?
Она достала кофейник. Харри, которого не слишком интересовало предвкушение — чудесное или какое-то другое, — выбрал растворимый. Потрясенный, он покачал головой: — Целых шесть недель…
— Наша встреча, когда ты остановил меня за превышение скорости на автостраде, не считается. — Сюзи догадалась, что он ведет обратный отсчет.
— Проклятье, — вздохнул Харри. Он прислонился к кухонной стене, лицо выражало неверие. — Значит, ты утверждаешь, что других парней ты заставляла следовать таким правилам?
"Мой лучший любовник" отзывы
Отзывы читателей о книге "Мой лучший любовник". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Мой лучший любовник" друзьям в соцсетях.