Ну, все. У бедняги поехала крыша. Видно, хорошо она его приложила. Маша с опаской отступила на шаг и чуть не кувыркнулась через спину Джека.

— Уф-ф, — ухватилась за мелькнувший перед носом косяк.

Пес неспешно вышел из комнаты, подошел к сидящему на полу пареньку и уселся рядом.

— Джек, выручай, дорогой, — почесал его тот за ухом. — Кто эта буйная особа в милой пижамке?

Маша растерянно моргнула. Откуда он знает Джека? Она ошарашенно наблюдала, как парень треплет пса по загривку, а тот невозмутимо поглядывает на него своими умными печальными глазищами. Выходит, грабитель — вовсе не грабитель?

— Я — Андрей, друг Виктора, — представился он, наконец. — А ты, судя по всему, замена Марты?

— Марты Владимировны, — машинально поправила Маша.

Ложки-матрешки, вот это конфуз! Сейчас в собственных глазах она из героя-одиночки превратилась в психопата-неудачника. Господи, подумать только — хозяйского приятеля да светильником по голове!

— П-простите, — она краснея опустила глаза в пол. — Я думала, вы — вор. А я тут одна…

Андрей поднялся на ноги и расплылся в улыбке.

— Смелая девушка. На месте Виктора я бы нанял тебя в телохранители.

— А, что, ему нужны? — Маша снова покраснела, осознав всю глупость вопроса. — Простите, кажется, я слегка перенервничала, — она посмотрела на веселое лицо парня и с облегчением рассмеялась.

— Пойдемте, я посмотрю вашу голову. Наверное, шишка будет.

— Это можно. Гудит как в пустой кастрюле, — хохотнул тот в ответ. — Я вообще не понял, что случилось — шел, шел, потом бац — и на полу среди разбитых черепков. Хорошо, что у тебя кочерги под рукой не оказалась.

Маша в притворном ужасе замахала руками.

— Что вы, кочергой я обычно ломаю ноги, а светильник исключительно для голов.

— Значит, мне повезло, — снова расхохотался тот.

Они спустились в гостиную, и пока Маша прикладывала к затылку потерпевшего пакетик со льдом, Андрей засыпал ее вопросами.

— И откуда ты, такая смелая, к нам приехала?

— Из Пеньков, — Маша аккуратно подула на вздувшуюся шишку. — У меня там родители и сестра живут.

Парень отобрал у нее лед и кивнул на диван.

— Милое название, — продолжал он веселился. — А в столицу каким ветром занесло?

Она вздохнула, присев на краешек.

— Хотела поваром в ресторан устроиться, да только работают там одни снобы. Опыт им подавай. А у меня, между прочим, диплом с отличием. Я знаете, какие борщи варю? Закачаешься! — Она пожала плечами. — Никому они не нужны, мои борщи. Им омаров да лобстеров подавай.

— Да-а, — задумчиво протянул парень, — столичные рестораны — это тебе не столовая райцентра. А к Виктору как попала?

Маша расплылась в улыбке.

— Ой, это просто судьба! Марта Владимировна знакома с моей соседкой по комнате, в которой я остановилась. Вот Танька и порекомендовала меня ей. Я же из дома тайком уехала, родителям не стала говорить — ни за что не пустили бы. Думала, устроюсь в ресторан, вот тогда и обрадую. Только сестру предупредила, а то мало ли что: тут у вас люди без вести пачками пропадают, ищи потом, свищи. А сестра, — она горько усмехнулась, — болтливая как сорока. Сразу родителям доложила. Да еще подначивать стала, мол, работа — это прикрытие, за мужем богатеньким поехала охотиться. Вот разве так можно?

Андрей хмыкнул.

— Ну-у-у, а почему бы и нет? Вот я, к примеру — чем плохой вариант? Холост, богат, умен и чертовски красив, — он растянул губы в широкой улыбке. — К тому же сезон охоты на меня открыт круглый год. Можешь попробовать.

— Спасибо, как-нибудь обойдусь, — она прищурилась и окинула парня притворно строгим взглядом. — Но если ваш друг не оценит моих усилий и выставит меня за дверь, возможно, тогда я запасусь парочкой светильников и разыщу вас.

Андрей в ужасе замахал руками.

— Не-е-ет, только не светильники! Боюсь, повторного покушения моя бедная голова не выдержит. Может, обойдемся мухобойкой? А? — он сделал жалобные глаза — ну, вылитый Джек.

Маша расхохоталась.

— Весело с вами, легко, — выдохнула отсмеявшись. – Не то, что с Виктором. Он всегда такой странный?

Андрей вскинул удивленный взгляд.

— А что он уже натворил?

— Да ничего особенного, но его сарказм и неожиданные перепады настроения немного настораживают.

Парень вздохнул и покачал головой.

— Не обращай внимания, на самом деле он неплохой человек. Привыкнет к тебе, и все будет пучком, — он накрыл ладонью Машину руку и без тени улыбки взглянул в глаза. — Ты ему понравишься, даже не сомневайся.

Маша в смущении убрала руку.

— Будем надеяться.

— И давай уже, прекращай мне выкать, — он хмыкнул. – В конце концов, я не твой работодатель. А после горячего приема, который ты мне устроила, можно считать наше знакомство достаточно близким для неформального обращения.

Маша согласно кивнула.

— Так, что ты делаешь в доме Виктора?

Андрей откинулся на спинку дивана и пожал плечами.

— Живу. Временно. Мой дом оккупировали дальние родственники из Сибири, и находиться с ними под одной крышей все равно, что ходить по канату над жерлом вулкана: захватывающе, но небезопасно. Совершенно чокнутая семейка.

— Как я тебя понимаю, — Маша закатила глаза и трижды мысленно послала Виктора к лешему.

Ладно, к ней не успел привязаться: получит Маша инфаркт, ну и черт с ней, не жалко. Но ведь эта немотивированная скрытность едва не стоила жизни несчастному беженцу. Невероятное легкомыслие! Она покачала головой.

— И надолго ты тут застрял?

В глазах парня вспыхнуло удивление.

— Ну, я в том смысле, — она слегка покраснела, — жить с Виктором под одной крышей — сомнительное удовольствие.

— Согласен, но, — Андрей выставил указательный палец в предупреждающем жесте, — он хотя бы не разгуливает по дому, в чем мать родила как мой троюродный дядюшка.

Маша зажала ладошками рот, пытаясь сдержать рвущийся наружу хохот.

— Мужик – двухметровый детина – так гордится своим хозяйством, словно ему его выдали за особые заслуги перед родиной. И знаешь, как этот сибирский голожопик его называет? Звенящие кедры!

Зажимать рот стало бесполезно, и Маша от души рассмеялась, покраснев при этом как вареный лобстер.

— Так что, сама понимаешь, выбора у меня нет. А сейчас, когда у Виктора появилась такая симпатичная домработница, я вообще подумываю, а не оставить ли родственничков до зимы?

Утирая выступившие на глазах слезы, Маша машинально проводила взглядом пса. Тот медленно потрусил к выходу и остановился возле застывшей в арке фигуры.

Облокотившись о косяк, в проеме стоял Виктор. Ложки-матрешки, когда он успел вернуться?

— Вижу, уже познакомились, — сухо прервал он веселье и, сверкнув взглядом, уставился на Машу. – Шла бы ты… спать. Завтра тебе предстоит генеральная уборка, подъем в семь утра.

Щеки ее вспыхнули с новой силой, и Маша обиженно глянула на хозяина. Эх, такой вечер испортил. Еще неизвестно, что хуже: звенящие кедры или его бесконечное занудство. Она обреченно вздохнула и, глянув на Андрея, пожала плечами.

— Рад был нашему знакомству, Маша, — весело подмигнул тот.

— Взаимно. Доброй ночи, Андрей, — она смущенно глянула на Виктора. – И вам, всего хорошего.

Развернувшись, она спешно покинула гостиную, уводя за собой Джека.

Глава 10

Маша открыла глаза и сладко потянулась. Уи-и-и, все-таки спать на ортопедическом матрасе – это тебе не ворочаться с боку на бок на узкой двухъярусной кровати. Резво откинула одеяло и вскочила на ноги.

Доброе утро, столица! Потянулась руками к потолку, затем сделала пару наклонов. Отлично! Она улыбнулась собственному отражению.

— Ну и прическа у вас, леди, — взлохматила и без того всклокоченные волосы.

Комнату огласил писк будильника: по тумбочке дребезжа пластиковым корпусом елозил мобильник, виляя включенным в розетку хвостом. Опоздал, дорогой: все уже на ногах. Маша нажала на сброс и с подозрением уставилась на дисплей.

Ничего не поняла. Часы показывали десять.

Как десять? Не может такого быть! Она точно помнит, что заводила будильник на… десять утра! Ложки-матрешки, проспала!

Метнувшись к комоду, Маша вытянула полотенце, стащила с себя пижаму, завязала волосы пучком и, набросив короткий халатик, рванула к двери. Десять утра – и никто ее не разбудил! А почему она завела будильник на десять? Вопрос риторический. Она осторожно выглянула наружу. Тишина. Может ей повезло, и все еще спят?

Бесшумно прошмыгнув в ванную, почистила зубы и умылась холодной водой. Бр-р-р. Немного подумала и, скинув халат, встала под душ. Какое же это блаженство! Колкие струйки приятно щекотали кожу, смывая остатки сонливости. Маша закрыла глаза и подставила под воду лицо. Перед глазами мелькнула веселая улыбка Андрея, которая тут же сменилась суровым взглядом Виктора.

Да, чудная выдалась ночка. Маша хмыкнула, вспомнив подробности знакомства с Андреем. А он хорош. Другой на его месте закатил бы скандал и, наверняка, сдал бы хозяину, а этот ничего, посмеялся. Факт: с «грабителем» ей повезло. А вот повезло ли с хозяином – большой вопрос.

Интересно, чего это вдруг Виктору вздумалось вернуться среди ночи? Сказал ведь, до утра не ждать. Может и правда выставили вон? Тогда понятно то паршивое настроение, в котором он вернулся домой. Ох, доведут его девицы до нервного истощения. А страдать Маше. Она сердито тряхнула головой, от чего в разные стороны полетели брызги.

Нет, не станет она обращать внимание на его выпады. Хочет бухтеть? Пожалуйста. А ей до этого не будет никакого дела. Она выключила воду и шагнула на мягкий коврик.

В следующее мгновение дверь распахнулась: Маша и ахнуть не успела. В ванную ворвался Виктор и, видимо, не ожидая такой жаркой встречи, застыл у порога.

— Доброе утро, — пролепетала растерянно, забыв, что стоит перед ним в чем мать родила.

Тот вздернул бровь и окинул ее полным изумления взглядом. Черт! Она в панике схватила полотенце.

— Добрейшее, — хмыкнул бесстыдник, даже не удосужившись выйти.

Черт, черт, черт! Маша судорожно крутила в руках полотенце, пытаясь отыскать край.

— Может, вы дадите мне одеться? – воскликнула отчаянно краснея.

— Ах, да, конечно, — Виктор еще раз скользнул взглядом по обнаженному бедру, которое выглядывало из-под намотанного кое-как полотенца, и развернулся к выходу.

У-у-у!

Маша зажмурилась, нервно прикусив губу. Караул? Безобразие!

— Да. Ты проспала время завтрака, — выйдя наружу, он опять развернулся.

— Да, закройте же дверь, наконец! – попыталась дотянуться до ручки.

Предательское полотенце, обретя свободу, тут же скользнуло вниз.

— Дверь! – взвизгнула Маша.

По лицу Виктора расползлась ехидная ухмылка и он, окончательно отвернувшись, пошел прочь.

Маньяк! Извращенец! Маша ринулась вперед и с грохотом захлопнула дверь.

Значит, «неплохой человек», да?! Конечно, он же не вламывался к ним в ванную! Ни к своему другу, ни к шестидесятилетней домработнице! Нет, ну какой, а?! Маша надела халат и, схватив полотенце, выглянула в коридор.

На горизонте было чисто. Она выскользнула наружу и бегом припустила в комнату: для полного счастья не хватало только столкнуться с Андреем. Пятисекундный забег прошел без приключений. Она захлопнула дверь, повернула в замке ключ и облегченно выдохнула. Так. Теперь нужно решить, как быть дальше.

Ей нужна работа. Очень нужна. Самостоятельные поиски ни к чему не привели, а рекомендованный как приличный человек хозяин оказался извращенцем. Вопрос: что делать? Она попыталась собрать в кучу разбегающиеся мысли. Громкий стук в дверь прервал этот мучительный процесс.

— Мне нужно уходить, — раздался голос Виктора. – Ты скоро?

Вот же угораздило ее связаться с бесстыдником. Хоть бы извинился!

— Сейчас, — буркнула в ответ и отперла дверь.

Виктор улыбался. Это не была та прежняя ехидная гримаса, нет. Вполне милая дружелюбная улыбка. Маша нахмурилась.

— Меня не будет до вечера, так что остаешься в доме одна, — он попытался состроить серьезное лицо. Выходило не очень, — продуктов на сегодня хватит: поход в магазин переносится на завтра. Джека я покормил. Сделаешь генеральную уборку в доме, часам к шести вернусь – приготовишь ужин, — развернувшись, Виктор направился к лестнице.