- Это шале, а мы будем жить вон там. Видишь? – длинный палец Нелли метнулся в сторону, указывая на высокое здание, расположенное чуть в стороне.

- Мама… - послышался тоненький голосок. Надя обернулась.

- А вот и наш Эльф! Как спалось?

- Мама… - повторил ребенок, дергая ремень безопасности.

- Сейчас-сейчас! Я тебя освобожу.

- Ну, ты, конечно, оригиналка! – рассмеялась Нелли, выбираясь из машины.

- Это почему же?

- Назвать сына Эльф! Да его же засмеют, Надька!

Надя поморщилась. Почему-то некоторые люди считали своим долгом высказаться даже тогда, когда их мнением не интересовались.

- Эльф – это не имя, это прозвище. Да, сынок? Ну-ка, давай одеваться, на улице холодно!

- Ну, хоть прозвище! Уже лучше. Слушай, да ведь он, и правда, на Эльфа похож! Какой прелестный малыш…

Надя подхватила сына на руки и первой пошла к входу. Нелли семенила следом на шпильках. Отовсюду слышались смех и рождественские гимны в шикарном исполнении Френка Синатры.

Надя не стала развенчивать выводы спутницы. Хотя сына она прозвала Эльфом вовсе не из-за его ангельской внешности. Просто с его отцом – Дедом Морозом, у Нади ассоциировались лишь олени да новогодние эльфы. Оленем собственного ребенка она прозвать не могла, а вот прозвище Эльф как-то быстро приклеилось.

На рецепции было пусто. Основной поток уже давно заселился. Их регистрация не заняла много времени, и уже через десять минут каждая из женщин получила ключ от своего номера.

- Нель, ты можешь приглянуть за Эльфом, мне нужно вернуться в машину за сумкой?

- Да ты что! Я же ни черта о детях не знаю.

- Ты работаешь в детском отделении… Как ты можешь не знать? – удивилась Надя, - к тому же я одной ногой здесь, другой там – мне же только сумку из багажника достать. Тут дел на пять минут.

- Ну, ладно… - неуверенно протянула Нелли, поглядывая на Эльфа, - мы же справимся, правда, малыш?

Эльф очаровательно улыбнулся и спрятался за ногу Нади.

- От него не будет хлопот, - заверила та коллегу и, приложив ключ-карту к замку, повернула ручку двери.

Окинув номер беглым взглядом, Надя пропустила вперед сына и Нелли.

- Симпатично, - прокомментировала она, ничуть не покривив душой. Внутри номер был отделан в мягких кремово-песочных тонах. Обитое тканью изголовье кровати гармонировало с тяжелыми шторами на высоких окнах. Стены были выкрашены в приятный оттенок топленого молока и декорированы отполированным деревом. Необычно.

- Сынок, мама сейчас сходит в машину и вернется. Побудешь с тетей?

Мальчик послушно кивнул головой и сунул в рот пальчики.

- Нет, Эльф! Нет… Сначала ручки нужно вымыть… Нель, помоешь ему руки, ладно?

Наде не хотелось кого-то просить, ставя себя в обязывающее положение, признаться, она вообще ненавидела это все, но матери-одиночке довольно тяжело справляться самостоятельно. И теперь ей частенько приходилось переступать через себя.

- Беги уже! Мы справимся!

Надя послушно выскользнула за дверь и, посчитав, что пешком она спустится гораздо быстрее, побежала вниз по лестнице. Впопыхах чуть было не налетела на какого-то мужчину, пробормотала извинения и, даже на него не взглянув, помчалась дальше. За время, что они заселялись, на улице пошел снег. Пушистые лохматые снежинки кружились в свете уличных фонарей и мягко опускались на плечи. Надя запрокинула лицо к небу, жадно втягивая в себя пряный аромат зимнего леса.

Из домика невдалеке от стоянки высыпалась веселая и явно подвыпившая компания во главе с ряженым Дедом Морозом в синем костюме. Ее Дед Мороз был в красном… Это одно из немногих воспоминаний, оставшихся в памяти Нади. Огромный Дед Мороз… темная свежеотремонтированная палата, освещенная лишь гирляндой на установленной в углу елке, откуда-то взявшаяся бутылка, его красивые… какие-то добрые глаза и она у него на коленях. Почему-то Наде казалось, что это ужасно весело. Усесться, как в фильмах, Деду Морозу на руки и вместо стишка зачитать список своих самых заветных желаний. Она могла лишь надеяться, что выдала самые безобидные из них. Что-то вроде «есть шоколадки и не толстеть». Но в глубине души понимала, что все зашло гораздо-гораздо дальше…

Где-то неподалеку взорвалась хлопушка. Надя вздрогнула, возвращаясь в реальность. Растерла озябшие руки, достала злосчастную сумку из багажника и вернулась в нарядно украшенную гостиницу. Рядом с лифтами стоял лишь какой-то мужчина. Выдавив из себя улыбку, Надя зачем-то еще раз нажала на кнопку вызова и, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, подняла глаза кверху, отсчитывая пройденные лифтом этажи. Дверь открылась, Надя ступила в отделанную зеркалами кабину, мужчина зашел вслед за ней.

- Мне четвертый, - сказали они одновременно и потянулись к кнопке. Взгляд Нади невольно замер на красивой широкой загорелой ладони с длинными крупными пальцами. Скользнул чуть выше. Отметив широкое запястье, по-медвежьи мощную грудь, обтянутую старым свитером толстой вязки, крепкую колонну шеи. Ее подбородок задирался все выше и выше (Господи! Да какого ж он роста?). Взгляд скользнул по заросшим щекам, крупному, плотно сжатому рту, породистому носу с горбинкой к темным смеющимся глазам и коротко стриженой, соль с перцем, макушке. Ничего себе! Настоящий великан... Надя выдавила из себя улыбку, пряча за ней смущение, и первой нажала на кнопку. В кабине лифта повисло неловкое молчание. Они преодолели уже два этажа, когда свет в кабине мигнул, и лифт с легким толчком застопорился. Надя в панике огляделась, хлестнув себя по лицу растрепавшейся за время дороги косой:

- Что это?

- Похоже, застряли…

- Как застряли, Господи?! Как застряли… - повторила Надя, затравленно озираясь, как будто это могло им хоть как-то помочь.

- Да не переживайте вы. Обычный перепад электричества.

- Да какая мне разница, что это? – вспылила Надежда, с ужасом представляя, как испугается Эльф, если она тут задержится. А Нелька и вовсе ее убьет! Тут охота в самом разгаре, а она с ребенком чужим сидит… - Господи, что же делать? Здесь есть кнопка экстренного вызова?! Ну, что вы стоите?

- Если суетиться, ситуация ничуть не улучшится. Зачем паниковать?

- Зачем? Зачем… - возмутилась Надя, но после резко выдохнула. Ее спутник не мог знать об оставленном на чужую тетю ребенке, а она, и правда, вела себя чересчур возбужденно. Впрочем, плевать! Плавать, что он о ней подумает. Им детей не крестить! Кстати, о крестинах… Нужно уже что-то решать, не дело, что Эльф некрещенный… Эльф! Господи, как он там?!

- Да вы не беспокойтесь, - пробормотал мужчина, безрезультатно тыча пальцем в кнопку вызова диспетчера, - вышел, наверное, в туалет, скоро вернется. А вообще здесь безопасно, не волнуйтесь. Если, например, начнется пожар…

- Да что ж вы каркаете?!

- А вы нервничаете понапрасну! Или вы шо, таки спешите скорее, чем я? – хмыкнул. Взгляд Нади пылал! И понимала ведь, что конкретно этот мужчина ни в чем не виноват, но его показное спокойствие лишь еще сильнее выводило ее из себя. Резко выдохнув, Надя отвернулась и прошептала:

- У меня маленький сын с незнакомым человеком остался в номере…

- Ох, извините. А я шучу, как дурак…

- Ну, что вы… Это я веду себя, как истеричка. Вы-то здесь причем?

- Ваше волнение понятно, - развел руками здоровяк.

- Да, уж.

Надя растерла лицо, заправила за уши выбившиеся из косы пряди. Что же так не везет? Подняла глаза. Наткнулась на пристальный взгляд мужчины. Порядком нервирующий взгляд…

- Что-то не так?

- Вы мне кого-то напоминаете.

О господи! Только неудавшегося пикапера ей сейчас для полного счастья и не хватало. Будто прочитав ее мысли, мужчина громко рассмеялся, выкинул руки вперед, словно в знак капитуляции:

- Да я ж без всякой задней мысли. А вы, таки, шо подумали?

Надя не успела ответить, лишь краем уха отметила все усиливающийся характерный акцент незнакомца, но даже не придала этому значения. Свет мигнул, и лифт тронулся дальше.

- Ну, слава Богу! – воскликнула Надя, подходя вплотную к выходу.

По коридору она уже едва ли не бежала. Распахнула дверь так, что та отлетела к стенке. Из комнаты доносился эльфийский рев и Нелькины причитания.

- Где тебя носило?! Ты посмотри, что со мной сделал этот маленький демон?! Ну, на кого я теперь похожа? Всю прическу мне испортил! А ведь с минуты на минуту начнется ужин! Я не могу его пропустить!

- Да-да, я помню. Там будет Левин, а у тебя на него грандиозные планы, - пробормотала Надя, подхватывая тут же успокоившегося сына на руки. – Ты извини, пожалуйста, он ведь не хотел… Да и я не виновата, что застряла в лифте.

- Как будто мне легче от твоих извинений! Ты посмотри, на кого я теперь похожа!

Старательно завитые локоны, намокнув, повисли вдоль лица.

- Все не так уж и плохо. Однако я не пойму, как Эльф мог тебя намочить.

- Он не доставал до раковины! Ты сказала вымыть ему руки, я открыла кран в ванной, но почему-то включился душ!

- То есть Эльф ни при чем? – уточнила Надя, уже ничего не понимая.

- Ррр… - натуральным образом рыкнула Нелли. - Если бы мне не пришлось мыть ему руки, я бы не вымокла!

- Ааа, - протянула Надежда, оглядываясь по сторонам в попытке понять, откуда тянет. Взгляд натолкнулся на распахнутую настежь дверь и темные глаза незнакомца.

- Все хорошо? – едва слышно уточнил он. Надя кивнула, подошла к двери и, неловко улыбнувшись напоследок, захлопнула ту прямо перед его носом.

- Кто это был? – спросила Нелли все еще недовольно.

- Да мужик какой-то, откуда мне знать. Мы с ним вместе в лифте застряли.

- А чего он за тобой увязался?

- Не знаю, Нель, может, хотел убедиться, что все нормально. Если честно, я вела себя несколько неадекватно.

- Ты? – удивилась блондинка. - Да твоему хладнокровию завидует все отделение! Господи, что же мне делать с этими волосами?! – перескочила с темы на тему, с отчаянием разглядывая себя в зеркале. – Ладно, я пойду, может, еще что-то можно спасти? Тридцать баксов потратила на укладку…

- Ну, хочешь, я тебе верну, Нель? – спросила Надя, которая не то что в парикмахерскую не успела, но и даже просто помыть голову, после дежурства.

- Да ну тебя! – бросила та и удалилась, плавно покачивая бедрами.

Надя пожала плечами и перевела взгляд на сына. Сладкий, теплый комочек, который она беззаветно любила.

- Ну, что? Будем ужинать, - спросила она?

- Дя! Дя! Дя…

- Ух, ты! Да ты полон энтузиазма, как я погляжу. Ну, давай. Слезай тогда с ручек, я приготовлю кашу. А потом, может быть, даже успею переодеться!

- Не…

- Скажешь тоже! Я не могу пойти на праздник в старых джинсах. Я, между прочим, платье купила. Первое за два года…


=3=


Платье, и правда, было первым за несколько лет. Как-то совсем не до нарядов ей было все это время, если не считать того ужаса, купленного ею больше по необходимости, чем исходя из каких-то иных соображений, который почему-то именовался платьем для беременных, а в действительности больше походил на штору.

- Эй-эй! Эльф, ну-ка, слезай! Туда нельзя залазить. Упадешь.

Смешно пятясь, ее сынок послушно спустился со стола на стул и, чуть пошатнувшись, все же успешно приземлился на пол.

- Молодец, – улыбнулась Надя. Проводила сынишку взглядом и включила электрический чайник, который, по счастью, имелся в номере. Впрочем, никаких других излишеств там больше не обнаружилось. Лишь пара кофейных чашек и блюдца. В таких кашу не развести. Хорошо, что она догадалась взять для сына специальную походную тарелку с забавным медведем на донышке. Вообще, с появлением Эльфа она стала более дисциплинированной, что было несомненным плюсом. Если раньше внутри ее сумочки вещи терялись, словно в Бермудском треугольнике, то теперь там был полный порядок, и каждому предмету отводилось свое четко определенное место. Соска, бутылочка с водой, перекус, салфетки сухие и влажные, антисептик, памперс, пара сменных комплектов одежды и, непременно, запасные носки. Однажды, когда она еще не была такой опытной, они с Эльфом здорово оконфузились в поликлинике. Это и стало наукой.

- Мама.

- Да, мой хороший – мама. Ну-ка, скажи мне – рис с тыквой, или гречка с земляникой?

- Мама!

- Рис с тыквой? Отличный выбор, сынок.

С улыбкой глядя на заинтересованно бродящего по комнате сына, Надя отмерила специальной ложкой порошок каши и на глаз влила успевшую остыть воду. Эльф был совсем не по-эльфийски крупным ребенком. Высоким и крепким, как для своего возраста. Надя очень внимательно относилась к его рациону. Как врач, она понимала, что лишний вес малышу абсолютно ни к чему, и делала все возможное, чтобы сын не получал лишних, совершенно ему не нужных калорий. Даже бабушке, поначалу порывающейся то и дело побаловать единственного внука вкусненьким, было строго-настрого запрещено кормить его сверх установленной нормы. Кто-то бы сказал, что ее подход был безжалостным. Сама же Надя так не считала.