– И все же я рекомендую постельный режим, - Сергей наклоняется над моим лицом… Хм… Слишком низко…

   Не так, конечно, как Гордей и не настолько близко, чтобы я решила, будто он собирается меня поцеловать, но все же…

   Слишком заинтересованно смотрит он прямо мне в глаза… И слишком много я читаю сейчас в его взгляде. Однозначная заинтересованность. И уж точно намного большая, чем доктора в состоянии своей пациентки!

   - скажи мне, Даша, - его рука мягко касается моей щеки, голос становится совсем тихим, интимным. – Тебе нужна помощь? Что я могу сделать?

   В его голосе появилась легкая хрипотца, а рука, как бы невзначай, слишком нежно коснулась моих волос, пропуская прядь между пальцами.

   Черт! Как же мне это все не нравится!

   И даже не то, что я, похоже, на самом деле вызвала каким-то чудом интерес этого во всех отношениях приятного мужчины!

   Кстати, очень надеюсь на то, что это не он меня переодевал!

   А оттого, что так хочется довериться! Хоть кому-то! Потянуться и получить защиту, надежность!

   Прикусываю губу, не позволяя словам вырваться наружу. Ни единому слову!

   « Ты жива, пока молчишь» - остужает меня голос Севера, ззвучащий в голове. Как ведро ледяной воды вываливает на голову.

   И я понимаю, - это даже не угроза.

   Это чистая правда.

   Ведь, стоит мне хоть как-то намекнуть на то, что нахожусь я здесь не по доброй воле, этот доктор, пусть даже он окажется и самым лучшим из всех этих людей и реально захочет мне помочь, начнет задаваться вопросами. Что-то выяснит, что-то знает и сам, сложит всю картину в целое… И еще неизвестно, с кем он поделиться этой информацией.

   Тогда могут уничтожить и самого Северова. А меня – просто прихлопнут по ходу дела. Как что-то совершенно незначительное. Как букашку, что встала на пути у большой машины.

   – Ты выглядишь встревоженной, - добавляет Сергей, еще сильнее склоняясь над моим лицом.

   – Так просто кажется, - выдыхаю, впиваясь пальцами в простынь. – Я после болезни… Устала… И не знаю, когда вернется Влад…

   Имя как будто ударяет Сергей по лицу, как пощечина.

   Он тут же резко отстраняется, поправляет воротник рубашки каким-то слишком нервным движением.

   – За Влада, значит, беспокоишься, да?

   В его голосе все еще остается тепло, но теперь он почти совсем отстраненный. Как и выражение лица, в миг становящееся холодным, вот просто ледяным. Таким, по которому ничего не прочитать. Даже не верится, что еще секунду назад он сомтрел на меня совсем по-другому.

   – Влад вернется через три дня, Даша. Уже почти через два. Не переживай. Уже недолго осталось тебе без него. И… С ним все будет в порядке, если тебя именно это беспокоит.

   – Спасибо, - выдыхаю, все еще сжимая простынь.

   -– Если это все… - Сергей поднимается, но все же мнется, как будто ищут повод не уходить. – Вот мой номер, - оставляет на тумбочке квадратик, вырванный из блокнота. – Если понадобиться что-то или плохо себя почувствуешь, - звони.

   И быстро выходит, даже не дождавшись моей благодарности . За все.

   А я так и остаюсь сидеть на постели, глядя в одну точку.

   Увы. Номером телефона я не смогу воспользоваться, потому что своего-то у меня нет! Но, естественно, Сергей не мог даже догадываться об этом!

   Верно ли я поступила?

   Или, наоборот, только что потеряла свой единственный шанс на спасение?

   Увы, теперь мне уже никогда не узнать ответа на эти вопросы.

   Чувствуя неимоверную слабость, все-таки проваливаюсь в сон. Тяжелый сон без всяких сновидений. И без рук, которые прижали бы меня к себе…

Глава 25

 *   *

   Поднимаюсь еще затемно.

   Просто вскакиваю, как от резкого звонка будильника.

   На этот раз сразу понимаю, где нахожусь. Никаких больше расплывчатых представлений.

   Осторожно выглянув в окно, снова натыкаюсь на пристальный взгляд Гордея. Как будто он подозревает меня во всех смертных грехах!

   Неужели он думает, что я смогу чем-то им навредить даже оставаясь здесь? Или это возможно?

   Срываюсь с постели, вспомнив о номере телефона, который оставил Сергей.

   Очень опрометчиво было так и оставить его на тумбочке рядом с кроватью.

   Схватив клочок бумаги, тут же распахиваю шкаф. Надо спрятать поглубже, туда, куда так сразу никто и не заглянет! На всякий случай запоминаю номер, несколько раз проговариваю его вслух, пока засовываю бумагу под стопку  свитеров. Вряд ли Влад пользуется ими часто, похоже, что носит в основном костюмы или рубашки. Футболки скорее частая домашняя одежда, к тому же всем видно, что я прикасаюсь к этой стопке. Так что именно этот выбор кажется мне самым удачным.

   Быстро отправляюсь на кухню за крепким кофе. Сейчас не до завтраков, у меня совсем мало времени. Осталось всего два дня, а, может, гораздо меньше. Значит, нужно исследовать все и постараться найти какой-то выход!

   Я обыскиваю все, до чего только могу добраться. Не забывая выглядывать то из кухни, то из своей комнаты в окна. И каждый раз натыкаюсь на Гордея, отдает ли он команды тем, кто меня охраняет или говорит по телефону, неважно. Стоит мне только выглянуть, как тут же встречаюсь с ним взглядом. Ощущение, будто этот человек способен видеть сквозь стены и знает о каждом моем перемещении!

   Увы, исследовав все шкафы, я так ничего и не нахожу.

   Ни даже старенького телефона, ни ноутбука, никаких средств связи. Ничего, что могло бы хоть как-то пригодиться!

   Телевизор на этот раз смотреть даже и не пытаюсь. Во-первых, не хочу, чтобы звук помешал мне услышать, если в дом кто-то зайдет, а, во-вторых, мне и без того хватило информации выше крыши. Даже не знаю, к лучшему ли то, что я обо всем этом узнала…

   В очередной раз прижавшись к окну с уже и не знаю даже, какой по счету, чашкой кофе, замираю.

   Во двор въезжают машины. Целых три. Из них выходят такие же мужчины спортивного вида, как и те, что охраняют дом, или, вернее сказать, меня. Все будто под один шаблон, - высокие армейские сапоги, черные куртки и брюки.

   С чего это вдруг Гордей или Влад решили усилить и без того такую мощную охрану? Или хозяин все-таки вернулся и дело не во мне?

   Но больше машин не появляется, а, значит, преждевременной встречи с тем, кто меня здесь держит, не будет.

   Сердце пропускает удар за ударом, когда вижу, как в одну из машин садится сам Гордей, и, мазнув на прощание взглядом по окнам, захлопывает за собой дверцу.

   Уезжает! Он уезжает!

   Хочется даже подпрыгнуть и завизжать от радости! Определенно, даже дышать становится легче! Пусть даже вместо него людей стало и больше! Главное, что он покинул это место!

   Теперь я перемещаюсь по дому уже гораздо свободнее.

   А, вернее, ношусь по нему, как ненормальная.

   Дергаю все окна, найдя объяснение на случай вопроса, что мне не хватает свежего воздуха. У Гордея бы это не прошло, но этим людям явно неизвестно, насколько я опасна!

   Но меня даже не спрашивают. Никто не входит в дом, не задает вопросов. Не загоняет меня обратно в постель и в единственную выделенную мне комнату.

   Увы, меня ждет только разочарование. Ни одно из окон открыть невозможно, с какой бы силой я не дергала все ручки. Похоже, здесь специальная система и все открывается только пультом… Которого я, естественно, в доме не нахожу.

   Зато входная дверь к моему полнейшему удивлению открывается, стоит мне только дернуть за ручку.

   Как же так? Неужели мой цербер допустил оплошность и попросту о ней забыл?

   Или подстроил все случайно. Чтобы подать все своему хозяину как побег? Чтобы было оправдание, почему он пристрелил меня?

   В любом случае, пользоваться входной дверью – однозначно не вариант…

   И я уже было отчаялась, тем более, что день подошел к концу, и неизвестно было, как скоро вернется Гордей, но все же кое-что нашла…

   А именно – люк на чердак, а оттуда и выход на крышу, который мне все же удалось каким-то чудом открыть, правда, сломав себе все ногти. Из верхних окон хорошо просматривалась лестница, по которой можно было спуститься вниз. А дальше…

   Что ж. Не такая уж и высокая ограда вокруг дома, особенно для тех, у кого на кон поставлена сама жизнь!

   А еще пожарную сигнализацию на кухне.

   Очень надеюсь, что это мне поможет…

*   *   *

   За окнами стояла непроглядная тьма, когда я, лихорадочно надевала на себя одежду Влада Северова.

   Своего платья, как и чулок я в доме не обнаружила, а замерзнуть мне хочется меньше всего! Поэтому пришло покопаться… Позаимствовать…

   Надела его брюки, закатав их максимально. Подвязала бинтами, которые нашла в кухне. Поверх футболки натянула на себя свитер, в котом почти утонула из-за размера. Подумав, решила пальто не брать, точно запутаюсь в нем. Поэтому выбор остановился на одном из теплых пиджаков.

   С обувью было сложнее. Его я точно не могла брать. Иначе просто свалюсь. Пришлось влезать в свои туфли на высокой шпильке, которые, к счастью, все же сохранились. Пусть они и жутко неудобны, а все же в них мне явно будет лучше.

   Записку с номером телефона на всякий случай решила разорвать и спустить в унитаз. Если я попадусь, Сергей потом проблем не оберется. Придется полагаться на собственную память, если я все же решусь обратиться к нему за помощью!

   И, - да!

   Мне удалось!

   Услышав свист, охрана рванулась в дом .

   Пока они разберутся в дыму, что это всего лишь груда подпаленных бинтов в раковине… Надеюсь, я уже выберусь отсюда!


Молниеносно взобралась на крышу дома, наблюдая за тем, как охрана ринулась внутрь. Матерясь и крича что-то друг другу.

   Сердце пропустило удар, в один миг пронзил морозный воздух, перекрывая дыхание.

   А вдруг попадусь? Вдруг не сумею? Что тогда?

   Но на сомнения теперь уж точно нет времени!

   И я, вдохнув побольше воздуха, начинаю стремительно спускаться вниз по лестнице, надеясь лишь на то, что сольюсь с темнотой черной одеждой. Что останусь незамеченной. И охранники, которые были здесь и сейчас побежали в дом, окажутся единственными.

   И мне удается!

   Не бегу, - лечу вперед, к уже заранее присмотренному месту в ограде.

   Там всегда было меньше людей, и высота ее чуть ниже, чем перед въездом в дом.

   Ноги скользят, руки без перчаток вмерзают в кованные извилины, но мне удается все же взобраться на самый верх.

   Закрываю глаза, решая больше не искушать судьбу. Аккуратно слезать отсюда займет слишком много времени. Поэтому просто спрыгиваю вниз, надеясь, что не умудрюсь что-то повредить при падении.

   И…

   Не повреждаю, потому что, хоть и ударяюсь со всего размаху грудью, а все равно выходит гораздо мягче, чем я думала!

   Только вот  почему мою спину, прижимая, сдавливает что-то мощное, похожее на руку?

   – Далеко собралась?

   Цедит хрипло-бархатный голос, который я узнаю из тысячи.

   О, нет. Нет-нет-нет!

   Я упала прямо в руки Владу Северову! О, Боже! Да как он вообще здесь оказался? Ведь вход совсем с другой стороны! Я же все рассчитала, и здесь не должно было никого оказаться!

   Тем более, что Влад должен был вернуться только через день!

   Боже! Да почему ж мне так отчаянно не везет в последнее время?!

   – Я спросил, - подбрасывает меня вверх, встряхивая. Так, что мое лицо оказывается вровень с его.

   Желваки играют на лице, и, судя по огню в глазах и сжатым челюстям, он просто разъярен! На пощаду рассчитывать глупо. И нереально…

Глава 26

   - Дда, - неотрывно , как загипнотизированная, смотрю в его глаза, полные ярости.

   Отпираться нет никакого смысла.

   И взгляд опускать не хочу.

   То ли приговор готова сразу в них разглядеть, чтобы не сгорать от страха в догадках. То ли снова характер выстреливает из меня, когда не нужно. Опять вызов бросаю. Даже подбородок вздергиваю.

   А у самой – зуб на зуб не попадает. И вовсе не от холода.

   – Как далеко? – бархат голоса звучит вкрадчиво, почти мягко.

   Но это очень обманчиво. Потому что челюсти сжимаются еще сильнее, а слова он выплескивает сквозь зубы, убивая меня своими чертовыми глазами, в которых уже разыгралась самая безумная буря ярости из всех, которые я когда-либо видела.

   – Как только смогу, - выдыхаю и ненавижу себя за свой задрожавший голос. – Как можно дальше.