– Вам не придется жалеть об этом, сэр. Обещаю. Я буду вам хорошей женой.
Он привычно скривил губы в усмешке.
– Вопрос в том, каким мужем вам буду я?
– Прекрасным мужем, я уверена. – Потом, отступив на шаг, она произнесла твердым голосом: – Когда? Когда состоится свадьба?
Глава 9
Свадьбу назначили на следующий месяц – она должна была состояться через неделю после семнадцатилетия Ханны; к этому времени завершатся и табачные торги.
Ханна полагала, что это будет простая, почти примитивная церемония, поскольку ей казалось, что Малкольм стыдится ее.
Но вскоре, к ее величайшему восторгу, выяснилось, что все будет совсем не так.
– Мы, виргинцы, – сказал Вернер со своей кривой улыбкой, – не упускаем ни малейшей возможности устроить грандиозный праздник. А есть ли лучший повод для этого, чем свадьба? И… – он поцеловал ее в щеку, – я хочу, чтобы вся округа знала, как я горжусь и всегда буду гордиться вами, моя красавица.
Он был добрым человеком, которого она могла уважать, и с каждым днем Ханна все больше привязывалась к нему. Временами ее охватывало чувство вины, когда она вспоминала, как подвела его к решению сделать ей предложение, но это чувство быстро проходило. Она была слишком счастлива.
Все эти дни Ханна была очень занята. Времени у нее не хватало.
Поначалу ее испугало, что свадебные торжества будут длиться два или три дня и что приглашены все плантаторы, живущие по берегам реки Джеймс, равно как и множество важных особ из Уильямсберга.
– Многие гости приедут с дальних плантаций, Ханна, кое у кого дорога займет не один день, – объяснил ей Вернер. – Нельзя же, чтобы они проделали такой путь ради праздника, который продлится всего полдня. – Он улыбнулся, лицо его просветлело. – Это будет важное событие, дорогая. Большой бал, оркестр, танцы, джентльмены будут играть в карты. Приготовления на кухне начнем заранее. Я закажу в городе побольше напитков.
Вскоре Ханна обнаружила, что все это очень увлекательно. Она будет хозяйкой великолепного бала, который продлится три дня! «Малверн» оживет, наполнится разговорами, музыкой, танцами.
Но потом она огорчилась – по другому поводу. И опять пошла к Вернеру.
– Малкольм, кто-нибудь должен мне помочь. Я ведь ничего не понимаю в туалетах и прочих необходимых вещах. И мне нужны мои собственные платья.
Вернер наклонил голову набок.
– Вы прекрасно выглядите, дорогая.
– Ничего подобного! Вы ничего не смыслите в дамских туалетах! На мне может быть надет мешок, а вы этого не заметите!
– Верно. Я плохо разбираюсь в таких вещах. – Теперь он стал серьезным. – И разумеется, вам нужно иметь свой гардероб, а не ходить в обносках Марты. Я должен был подумать об этом. Мы сегодня же поедем в Уильямсберг, и вы будете обеспечены новыми платьями.
– Однако это еще не все, – настойчиво продолжала Ханна. – Я не умею танцевать, и мне нужен кто-то, кто научил бы, как мне себя вести. Лучше пока не ездить в Уильямсберг, Малкольм. До тех пор, пока я… нельзя ли привезти сюда человека, который все это сделает? Мне было бы стыдно ходить по лавкам. Лавочники решат, что я – невежественная деревенская девчонка!
– Дорогая моя, вы хотите, чтобы я привез в «Малверн» целый полк женщин! Они наводнят весь дом. – Говоря это, Вернер не переставал улыбаться. Потом махнул рукой. – Я съезду в город и посмотрю, что можно предпринять.
Весь остаток дня Ханна в волнении от ожидания то и дело подбегала к двери взглянуть на подъездную дорожку. Но когда она наконец увидела приближающуюся коляску, храбрость изменила ей, и она убежала наверх. Там она спряталась так, чтобы ее не было видно снизу, и стала внимательно прислушиваться. Она услышала, как открывается парадная дверь. Раздались женские голоса. Как же может она предстать перед группой женщин, прекрасно знающих, как должна выглядеть и держаться настоящая леди? А если они решат, что она безнадежна?
Потом до нее донесся голос Малкольма:
– Ханна! Где вы?
Она робко вышла на площадку лестницы.
– Я наверху, Малкольм.
– Сойдите вниз, дорогая. Я хочу познакомить вас кое с кем.
Ханна посмотрела вниз. Вместо нескольких женщин там стоял только один человек, кроме Малкольма. Это был мужчина.
И какой мужчина!
Никогда она не видела столь превосходно одетого джентльмена. Она медленно спускалась по лестнице и, не скрываясь, рассматривала его. Невысокого роста, стройный, одетый в дорогой камзол, рукава которого заканчивались кружевными манжетами, синий жилет, украшенный изящным узором. Панталоны из блестящего плюша оливкового цвета. Чулки шелковые, синие, а начищенные до блеска красные башмаки украшены изящными серебряными пряжками. На шее повязан платок тончайшего голландского полотна, а в правой руке кружевной носовой платок.
На голове у гостя была треугольная касторовая шляпа, и, когда Ханна спустилась вниз, человек снял шляпу и поклонился ей; при этом взорам присутствующих открылся желто-пегий парик с косичкой, завязанной ярко-синей лентой.
Ну просто попугай, а не мужчина! Ханна слышала о тех, кого называют денди или щеголями, но никогда еще не видела их.
– Ханна, дорогая, – сказал Вернер. – Я хочу представить вам Андре Леклэра. Месье Леклэр, это моя невеста, Ханна Маккембридж.
– Очень рад, миледи, – проговорил тот, снова кланяясь. Рукой, в которой был носовой платок, он взял руку Ханны и поднес к губам.
«Господи Боже, – подумала Ханна, – платок-то надушен! Мужчина душит носовой платок!»
Она могла только смотреть во все глаза, как он отпустил ее руку и отступил назад. Лицо его было длинным, нос довольно крупным, губы чувственными и такими красными, что Ханна подумала, не накрашены ли они. Глаза ярко-голубого цвета, и ему удавалось в одно и то же время выглядеть циничным, умудренным жизненным опытом и веселым. Возраст его определить было невозможно. Ханне показалось, что у него должно быть проказливое чувство юмора. Говорил он томным голосом, растягивая слова, что показалось Ханне нарочитым.
– Месье Леклэр – мастер на все руки, дорогая. – В глазах Малкольма промелькнуло веселье, смутившее Ханну. – Он – учитель танцев, обучает языку, а в последнее время в Уильямсберге он сделался владельцем «Лавки париков Леклэра».
Андре Леклэр развел руками:
– Увы, мадам, я не очень-то деловой человек.
– А у себя на родине, во Франции, месье Леклэр был кутюрье.
Ханна нахмурилась.
– Кутя… Кутю – что?
– Я придумывал дамские туалеты, мадам, – галантно объяснил Андре. И жестом изящной руки нарисовал в воздухе женскую фигуру.
– А я думала, портнихами бывают только женщины.
– Здесь, в колониях, это так. На мужчин, занимающихся подобным ремеслом, у вас смотрят с ужасом. – Он грустно улыбнулся. – Но в моей стране все обстоит по-другому.
– Я думаю, Ханна, – вмешался в разговор Вернер, – что месье Леклэр может выполнить все, что вы потребуете от него, и вполне успешно. – Он кивнул Андре: – А теперь вам, быть может, хотелось бы пройти к себе и привести себя в порядок?
– С вашего разрешения, сэр. – Андре сокрушенно взглянул на свои руки. – Когда путешествуешь по Виргинии, дорожная пыль просто въедается в кожу.
Вернер позвал Дженни и велел ей проводить Андре наверх, в его комнату, принести горячей воды для мытья. Совершив поклон, тот еще раз поцеловал Ханне руку и пошел следом за Дженни.
Все это время Ханна с трудом сдерживала смех. Теперь, когда Андре уже не мог ее слышать, она рассмеялась:
– Он всего-навсего проделал дорогу сюда из Уильямсберга – и уже чувствует, что ему необходимо помыться?
– Боюсь, месье Леклэр несколько привередлив, – сухо ответил Вернер.
– Но вы уверены, что он сможет сделать все то, о чем вы говорили?
– О да. Андре обладает множеством талантов, за исключением, как он сам сказал, деловой хватки. Как вам известно, денег в обращении мало, поэтому владельцы лавок торгуют, записывая покупки своих клиентов от одного сбора урожая до другого в долговые книги. Бедный Андре не смог дотянуть до конца года. Несколько месяцев назад ему пришлось закрыть свою торговлю париками. С тех пор он перебивается кое-как, давая уроки и берясь за все, за что ему могут заплатить.
– Но как он одет! Малкольм, его наряд, наверное, страшно дорого стоит!
– Если бы вы рассмотрели его поближе, то увидели бы, что все это очень тщательно латано-перелатано.
– Но такой человек, который привык к парижским чудесам, – почему ему пришлось покинуть Францию, приехать сюда, в Виргинию? Здесь он кажется таким… таким неуместным.
– Полагаю, он бежал из Франции, – ответил Вернер с кривой улыбкой. – Человек с таким… э-э-э… характером легко может попасть в неприятное положение.
– Но вы должны раздеться донага, дорогая Ханна. Совершенно донага, – сказал Андре, непрерывно жестикулируя. – Иначе как же я смогу снять с вас мерку? Нам нужно узнать ваши размеры, тогда я смогу заказать все, что необходимо, для шитья ваших платьев. Если бы вы пришли в Уильямсберге в мастерскую, где шьют платья, вы не стали бы упираться, я уверен.
Ханна почувствовала, что краснеет.
– Но ведь вы мужчина, Андре!
– Ах да. Мужчина. – Он вздохнул. – Возможно, к несчастью, но это так. Ну что же, будем заниматься делом?
– Будь по-вашему, если вы настаиваете!
Ханна быстро разделась и оказалась перед Андре в костюме Евы; но, как ни странно, вопреки ожиданиям, она не почувствовала смущения.
Подперев подбородок рукой, Андре несколько раз обошел вокруг нее, бормоча:
– Прекрасная фигура, дорогая леди. Вы должны ею гордиться, равно как и месье Вернер.
– Он еще не видел меня без одежды, – вырвалось у Ханны. – Мы не обвенчаны.
– Вот как? – Андре выгнул бровь. – Весьма необычно, должен заметить. Хотя, полагаю, здесь такое считается восхитительным. Но в моей стране… – Он пожал плечами, а потом пощелкал языком. – Какая жалость! Какая потеря!
– Жалость? – спросила Ханна.
– Вы обвенчаетесь с каким-то плантатором, будете вынашивать детей и много работать, уродуя свое прекрасное тело. А в моей стране вы могли бы стать известной куртизанкой.
– А что такое куртизанка? – с любопытством спросила Ханна.
– Ну как же, дорогая леди, это блудница. О… – Он поднял руки. – Разумеется, высшего сорта. Избалованная, изнеженная, хорошо обеспеченная.
– Что вы говорите! – изумилась Ханна.
– А что такое, дорогая леди? В моей стране любая дама сочла бы это за комплимент. Впрочем, ладно. – Он улыбнулся. – Мы здесь находимся не для того, не так ли?
Затем Андре еще раз обошел вокруг Ханны.
– Сначала, конечно, основа всего… начнем с корсета и шнуровки…
– Нет! – Ханна топнула босой ногой. – Я ни за что не стану надевать эти дурацкие сооружения для пыток.
– То есть как? – Андре в изумлении уставился на Ханну. – Вы отказываетесь носить то, что любая женщина в Виргинии считает самым главным, основу, на которой зиждется представление о благородной леди?
– Отказываюсь. Ребра стиснуты так, что дышать невозможно, и к тому же при этом потеешь, как лошадь. Я ни за что не стану это надевать!
Андре поджал губы.
– Mon dieu![2] Вот женщина с характером, независимо мыслящая! – Он хлопнул в ладоши. – Я аплодирую вам. Найти здесь, в этой некультурной стране, женщину, у которой хватает духу отрицать условности! Тогда… – Он опять пожал плечами. – Тогда забудем о том, на чем держится платье, и будем танцевать, исходя из того, чем одарила вас природа, дорогая леди.
Он стал снимать с нее мерку, то тут, то там прикасаясь к ее обнаженному телу. Она не испытывала ни малейшего смущения оттого, что он видит ее нагой, ни даже оттого, что он к ней прикасается. Он делал все это со столь безразличным видом, словно она была не женщина из живой плоти и крови, а всего лишь манекен. И пока Андре занимался своим делом, она размышляла над этим странным явлением.
И постепенно истина открылась ей. Ханна уже слышала обрывки разговоров о мужчинах, получающих удовольствие от близости с другими мужчинами, о мужчинах, которые не интересуются женщинами с точки зрения пола. Сама она таких не встречала и даже не очень верила в их существование. Она предполагала, что, увидев такого человека, почувствует к нему отвращение. Но этого не случилось. Андре все больше нравился ей. Она никогда не сталкивалась с подобной утонченностью; к тому же он обладал острым умом, который забавлял ее.
Вдруг ей в голову пришла еще одна мысль. Значит, это и было причиной странной веселости, которую она подметила во взгляде Малкольма. Он знал о склонностях Андре. Не потому ли он доверил ее рукам этого человека? А стал бы ее жених ревновать, будь Андре другим? Мысль о том, что Малкольм может ревновать, увлекла ее и развеселила; теплая радость охватила ее.
Теперь Андре драпировал на ней какую-то старую ткань, найденную в сундуке миссис Вернер.
"Мстительное сердце" отзывы
Отзывы читателей о книге "Мстительное сердце". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Мстительное сердце" друзьям в соцсетях.