«Глаза парню отсюда, брови со второго, а руку с четвертого. Можно?».

И девушку, ту самую, которую она отбраковала еще днем за безмозглое выражение лица и улыбку идиотскую. В трех ракурсах.

Алена закатила глаза. Иногда ей хотелось взвыть от всяческих хотелок, которые высказывали люди, заказывавшие ей баннеры и обложки. Но в том и есть мастерство, чтобы по возможности и хотелки удовлетворить, и сделать как надо. Но это иногда так трудно...

Следом, прямо на глазах пришло еще одно письмо:

«Ален, я вижу, что все не то, но просто не могу найти подходящие исходники, понимаешь. Может, после отрисовки будет лучше? Я очень на тебя надеюсь, ты же у нас волшебница)))».

Вот так они все давят на жалость.

Волшебница Алена с минуту разглядывала снимки, из которых надо было слепить красавца на баннер и обложку. Потом скопировала их к себе на диск.

Ну как, как же из этого сляпать несчастного парня? Смесь бульдога с носорогом выйдет. С другой стороны, это была задача, трудная, почти невыполнимая. Она сама не заметила, как втянулась в работу.

Девушку сразу убрала с глаз долой, потому что при взгляде на нее хотелось вернуть аванс и отказаться от заказа вообще. Занялась парнем. Все три снимка с мужскими моделями, которых ей предстояло отрисовывать и курочить, имели разный фон. Разную подсветку. Взять и просто слепить их было просто невозможно. Но это же городское фэнтези, тут и антураж имел значение.

Она решила прежде всего подобрать фон, который пойдет основой. А потом осторожненько, буквально как реставратор или археолог, понемножечку переносить и совмещать фрагменты. Кое-то приходилось видоизменять, трансформировать.

Кропотливая работа заняла не один час. Но или кофе подействовал, или просто настрой пошел, она не ощущала усталости. Остановилась, только когда арт был практически готов. Отодвинулась, отложив в сторону мышь.

Арт вышел драматичный по цвету и эмоциональной составляющей. Молодой мужчина на затемненном фоне, контрастная цветная подсветка. Красивый, как и хотела заказчица, но не слащавый, а живой, настоящий, сильный, звенящий, злой. Какой-то стальной. Серые глаза с черной каймой по краю радужки, тяжелый пронзительный взгляд. Похожий...

С экрана на нее смотрел Влас.

Когда осознала - разрыдалась. Прорвалось слезами все сегодняшнее напряжение, горечь, обида, боль. Потому что запретное все это. Несбыточное, неправильное! А когда поняла, что взяла именно тот фон, который подсознательно напоминал ей квартиру, где они встречались те недолгие два месяца, разозлилась на себя. Нет ничего, все умерло еще три года назад!

Удалить его к чертовой матери!

Стерла все, вычистила корзину. Потом судорожно восстанавливала, потому что у нее было такое чувство, что она только что его убила. А от мысли, что Влас может умереть, ей стало так дурно, что свет померк перед глазами.

Восстановила. Сложила в отдельную папочку, продублировала. Все из-за странного дурацкого чувства.

Бред... У нее просто бред. а от пережитого смятения в голове звенящая пустота.

Вот сейчас Алена действительно почувствовала себя усталой. Такой усталой, что забилась в постель и сразу уснула. Вымотала ее эта эмоциональная встряска, она даже снов не видела.

***

Чуть не проспала. Не сказать, что отдохнула, зато мысли обрели некоторую стройность. Алену не отпускало то странное вчерашнее ощущение, отложившееся в сознании. Почему такие ассоциации? Они же не на пустом месте возникли? Ответа не было.

Ей хотелось еще раз взглянуть на арт, убедиться. Однако делать этого она не стала, отложила до вечера. А с утра надо было распечатать и оформить еще несколько коллажей для выставки. Арт бюро, где она обычно заказывала распечатку, было на другом конце города. Шеф просил приобрести кое-что по мелочи, в общем, на беготню ушел весь день до обеда. Потом поехала в галерею, готовить экспозицию.

Она была занята, показывала двум подсобным рабочим, куда что перевесить. Отреагировала только когда парни уставились на что-то за ее спиной.

глава 10



- Аленушка, привет, - к ней не спеша подошел Игорь.

В руке букет роз. Алена совсем забыла о нем, да и вообще, его появление сейчас было некстати. Еле сдержалась, чтобы не состроить кислую физиономию. А розы пришлось взять.

Подсобные рабочие с любопытством уставились на нее, это только добавило нелепости и разозлило Алену еще больше.

- Привет, - проговорила она. - Ты извини, не могу сейчас уделить тебе внимание. Надо срочно закончить.

И отвернулась, не зная, куда девать букет.

- А я тут подожду. Ты не против? Заодно пройдусь, посмотрю, что у вас тут выставлено.

- Ага, пройдись по залам. Тут у нас все равно пока закрыто. Кстати, как ты меня нашел, если этот зал закрыт для посетителей?

- Обижаешь, Аленушка, - проговорил тот и криво улыбнулся.

А потом, видимо уловил досаду, мелькнувшую у нее на лице, добавил:

- Не буду мешать, - и ушел.

Алена оглянулась по сторонам, положила букет на обшарпанную белую тумбу, стоявшую у стены в углу. Кроваво красные головки цветов свесились, тень от софитов на белой стене, преломление на прозрачной упаковочной пленке дало неожиданный эффект. Повинуясь какому-то наитию, Алена вытащила смартфон и сделал несколько снимков. На всякий случай.

И забыла о нем. Работы было немерено, а к вечеру хотелось закончить.

Она снова увлеклась. Снимки, векторную графику и коллажи надо было разместить так, чтобы получалась цельная композиция. Единая по смысловому звучанию, как мелодия. По цветам, по эмоциональной окраске. И чтобы по нарастающей от начала экспозиции к ее кульминации. А потом рассыпалась, как брызги шампанского, как лепестки роз.

Присматривалась, отходила, снова присматривалась. Так и эдак. Перевешивала. Понимала, что ее помощники выдохлись таскать стремянки, но надо было дожать.

Дожала. До того специфического трепета в душе, который появлялся, когда ей что-то действительно нравилось.

Еще раз внимательно оглядывала, желая правильно оценить впечатление.

- Алена Владимировна, - вполголоса проговорил один из подсобных рабочих, тот, что помоложе. - Кажется, к вам пришли.

Бросила через плечо:

- Я сейчас, Игорь.

Обернулась и обомлела.


глава 11



Они хорошо выпили с Игорем. Поговорили, он больше молчал. Мало ли о чем могут говорить мужчины, у которых совместный бизнес. О делах, о политике и спорте, о прошлых рисковых похождениях. О том, чего Власу не хотелось вспоминать, потому чуть не стоило жизни во всех смыслах.

Еще пару дней назад он бы пожалел, что выжил тогда, три года назад. А теперь просто не знал. Все смешалось в душе. Слушал Игоря, а на границе сознания совсем другое.

В конце концов, разговор сам собой иссяк. Игорь ушел спать, а Влас один остался в гостиной. Водка на низеньком журнальном столике и воспоминания, которые он уже не в силах был от себя гнать.

Это как мучительное возвращение из небытия.

Мужчина не знал, для чего судьба вытащила его душу оттуда, где он укрывался эти три года, но готов был снова жадно глотать ядовитый воздух. Потому что где-то рядом жила и дышала ОНА.

Найти ее снова - как ожог.

Хотелось послать к чертям прошлое, вернуть все, нагнать ускользающее, окунуться с головой. Хотелось пойти к ней, снова забыться, как когда-то в этом отравленном блаженстве. Верить...

Пойти к ней и спросить, как она могла, зачем это сделала. Друга хотелось взять за горло и посильнее сдавить. Спросить, какого х*** он вокруг нее трется!

Но теперь у него даже на это нет права.

Давно пора понять и смириться. Она не его олененок, она просто чистенькая лживая сука с невинными глазами. Но стоило закрыть глаза, он снова видел ЕЕ сегодняшнюю. Помнил каждый жест, дыхание. Движение, взгляд. До мелочей. Каждую ресничку.

- Влас, иди спать, - голос тихий, жалобный, руки поползли по его бедрам.

Влас не шелохнулся, так и сидел откинувшись на диване, даже глаз открывать не стал.

- Вла-аас, - руки наконец добрались, стали поглаживать, расстегивать джинсы.

Что, не боится, что братец выйдет в гостиную и увидит? Ему было плевать. Плевать, что у него стояк, что Кристина, уже забралась к нему на колени. Стряхнул ее одним движением и вышел.

***

С утра ездили с Игорем по его делам. Он сразу сказал, что дело тухлое, похоже на развод. Выгодные или не выгодные будут вложения, Влас мог определить интуитивно даже в полубессознательном состоянии. Потому Игорь и просил его присутствовать на особо важных переговорах и сделках. Но, судя по тому, как Игорь в этот раз был настроен, Влас понял, что друг упрется рогом. Пусть, каждый волен поступать, как ему вздумается.

Примерно в обед они вернулись в офис, где их ждала необычно оживленная и заинтересованная Кристина. Она не дулась на него после вчерашнего, а как-то даже слишком ластилась. И снова ему хотелось от нее отгородиться. Мучительно, до зубной боли. А после обеда Игорь сказал, что у него еще одна встреча, и что он дальше по своему плану сам. Попрощался до вечера и ушел.

Влас сразу понял, куда тот сейчас пойдет, безошибочное чутье ревнивца просто кричало об этом. Сказал себе, что это его не касается, он уже заплатил мертвым сердцем за все.

Насилуя себя, высидел почти два часа. Потом все же не выдержал. Сорвался.

***

В первый момент, когда нашел Алену в этих залах и не увидел Игоря рядом, отпустило. Стоял в дверях, смотрел, пока она работала. Такая чистенькая, кажется невинной, такой, как...

Один из ее помощников что-то ей тихонько сказал, и она бросила через плечо:

- Я сейчас, Игорь.

И обернулась.

Сразу померкло все, в душе взметнулась ярость. Успел таки, добрался. Взгляд мгновенно выцепил и красные цветы, небрежно брошенные на тумбе у входа, и то, как узнавание, от которого в первое мгновение затрепыхалось его сердце, сменяется на ее лице чистым страхом.

Влас на секунду закрыл глаза.

***

Влас стоял у входа. Алена в первый миг страшно растерялась, сердце неконтролируемо потянулось к нему. А потом вдруг вернулось все. Вся горечь. И память. И невольный страх, что она погрязнет в этом снова. И за него внезапный.

Потому что странное мрачное пламя горело в его взгляде. Она не знала, что Влас в тот момент в ней увидел, но он вдруг зажмурился, а когда открыл глаза, там не было ничего кроме мертвого презрения.

- Немного ошиблись, - протянул Влас язвительно и словно выплюнул: - Принцесса.

Алена выпрямилась, все застыло внутри. А он развернулся, чтобы уйти, но только сделал несколько шагов к выходу, как в зал вошел Игорь.

- Аленка! - окликнул ее.

Увидев Власа, осклабился:

- И ты здесь, брат?

- Да, - дробно хохотнул Влас. - Пришел проводить тебя.

- Проводить? Не рановато?

- В самый раз.

Опять это ощущение какого-то дурацкого спектакля. Довольно с нее этого дерьма, подумала Алена и решительно пошла к выходу. Но только, чтобы выбраться из зала, надо было пройти между Игорем и Власом. А ей категорически не хотелось проходить так близко от этого типа, смотревшего сейчас на нее со злостью и презрением. Видеть его не хотелось!

- Погоди, Аленушка! Я же сегодня вечером уезжаю, - перехватил ее за руку Игорь. - Неужто не проводишь?

- Сегодня? - Алена нахмурилась.

- Да, у меня в девять самолет. Но чуток времени еще осталось, - усмехнулся тот, пожимая плечами. - Посидим где-нибудь?

- Конечно, - проговорила Алена, незаметно взглянув на часы.

Уже скоро шесть. Немного совестно стало, человек ждал ее больше двух часов, а теперь всего лишь хочет посидеть часик в кафе. Алена даже нашла в себе силы улыбнуться.

- Конечно, - эхом ответил Влас.

Ей показалось, глаза Власа огнем полыхнули, а потом словно присыпались золой. Он отступил на шаг и ухмыльнулся.

Потом они втроем сидели в кафе напротив галереи. Игорь шутил, норовя взять ее за руку, Алена иногда отвечала. На Власа старалась не смотреть вовсе, но почему-то замечала только, как он недовольно ворочается в кресле, и слышала только его редкие язвительные реплики.

Но рано или поздно все кончается, закончилось наконец и это мучительное для нее действо, Игорь попрощался с ней, и Влас повез его в аэропорт, а она поехала домой.