Когда, в какой момент Лу из Черепашкиной самой задушевной подруги превратилась в ее соперницу и почти что врага? Ведь Лу ни за что бы не поверила, если б полгода назад кто-нибудь сказал ей, что она будет так отчаянно завидовать Люсе. Завидовать ее славе, той легкости, с которой она общалась с парнями и, сама того не желая, превращала чуть ли не каждого в своего поклонника! Теперь же Лу чувствовала, что дошла от своей зависти до последней черты. И доказательством тому было ее решение отбить у Черепашки Алешу. Можно было бы понять, если б все, что она наговорила Люсе про свою неземную любовь, было правдой! Лу не только не была влюблена в Алешу, она относилась к нему с высокомерной иронией, называя про себя «тормозом», «ментовским отпрыском» и тому подобными обидными прозвищами. И когда Черепашка выразила предположение, что Алеша так легко клюнул на чары Лу лишь потому, что осознал, что они с Люсей слишком разные люди, она лукавила. Потому что и Черепашке и Лу было ясно – Алеша просто устал от безответной любви. Возможно, Алеша и правда не отличался особой душевной тонкостью, но все же не до такой степени, чтобы не почувствовать, что Черепашка встречалась с ним из чувства благодарности и отчасти из жалости.

Да, Люся действительно была благодарна Алеше за то, что он помог ей в трудную минуту, когда Жене пришла в голову дикая идея инсценировать собственную смерть. А потом они вместе с Алешей и Пал Палычем спасали Лу. И когда пропала Света Тополян, Алеша был первым, к кому Люся обратилась за помощью. Что и говорить, на Алешу можно было положиться в трудную минуту. Но вот любви или хотя бы особой привязанности к нему Черепашка никогда не чувствовала. И Лу знала об этом. Тогда зачем же она решилась на такое, если понимала, что Люся не любит Алешу? Расчет был простой: хоть Черепашка и не испытывает к Алеше нежных чувств, но известие о том, что он предпочел ей красавицу Лу, не могло оставить Люсю равнодушной. Все-таки они встречались несколько месяцев, и она, должно быть, успела привыкнуть к тому, что тот всегда рядом и готов прийти по первому ее зову. Возможно, если б Черепашка не встретила Влади, то план Лу и сработал бы. Но судьба распорядилась иначе, и с этим Луиза Геранмае уже ничего поделать не могла.

Дойдя до перекрестка, Лу остановилась, взглянула на часы. Ей нужно было свернуть направо, но, потоптавшись в нерешительности на месте, она резко развернулась и зашагала в противоположную сторону. Когда до Алешиного дома оставалось несколько метров, Лу остановилась и достала из сумки мобильник.

– Привет, – ласково пропела она в трубку.

– А я только что вспоминал о тебе, – радостно откликнулся Алеша. – Ты где?

– Стою возле твоего дома. А ты сейчас один?

– Да, – поспешно ответил Алеша. – Отец на дежурство ушел.

– Тогда я зайду на минутку, если ты не против? – понизив голос, спросила Лу.

– Я тебя встречу! – выкрикнул Алеша и, не дожидаясь согласия Лу, повесил трубку.


– Ну расскажи, как там Люся? – попросил Алеша, едва они переступили порог квартиры. – Сильно расстроилась?

– А ты бы как хотел? – поинтересовалась Лу, расстегивая сапоги.

– Не понимаю. – Алеша уставился на нее удивленными глазами. – Что ты имеешь в виду?

– А ты что имеешь в виду, когда спрашиваешь, сильно расстроилась Люся или нет? – вопросом на вопрос ответила Лу.

В ее тоне слышалось раздражение.

– Вы что, поссорились? – предположил Алеша, осторожно приобняв Лу.

Та, резко дернув плечом, прошла в гостиную и, плюхнувшись в кресло, попросила:

– Сделай кофе, будь другом.

Когда Алеша вышел из комнаты, Лу вытянула ноги и протяжно вздохнула.

«Если он полезет целоваться, я за себя не ручаюсь!» – подумала девушка, вскочила на ноги и отправилась на кухню. Внезапно ей захотелось обидеть Алешу, наговорить ему гадостей, будто в том, что произошло, виноват был он, а не она сама.

Ни о чем не подозревающий парень насыпал в турку кофе.

– Ты крепкий любишь? – приветливо улыбнувшись, спросил он.

– Значит, тебя волнует Люсина реакция? Хочешь знать, расстроилась она или нет? – надменно прищурившись, спросила Лу, проигнорировав Алешин вопрос.

– Что случилось, Лу? – широко распахнул свои карие глаза Алеша. – Почему ты разговариваешь со мной в таком тоне?

– Хотел, значит, чтобы мы из-за тебя поссорились? – продолжала наступать Лу.

– Ты же знаешь, что я не хотел этого, – совсем растерялся Алеша. – И если это произошло, то…

– Успокойся, – перебила его Лу. – Ничего не произошло. Черепашка даже обрадовалась, когда узнала, что у нас с тобой... – Лу осеклась, бросила на Алешу быстрый взгляд, перевела дыхание и закончила фразу: – Что у нас с тобой… любовь.

– Обрадовалась? – поднял густые черные брови Алеша.

– А ты думал, она рыдать начнет, что ли? – хмыкнула Лу, отводя взгляд в сторону.

Алеша молчал. Какое-то время Лу тоже стояла молча. Наконец она подошла к парню, положила руки ему на плечи и заговорила тихим, проникновенным голосом:

– Послушай, не обижайся на меня, ладно? Просто я очень переживаю…

– Переживаешь? – переспросил Алеша. – Но за кого? В конце концов, я всегда знал, что Люся меня не любит… И если ты переживаешь из-за меня, то…

– Да при чем тут ты! – с досадой выдохнула Лу. – Черепашка попала в беду, понимаешь? И боюсь, без нашей помощи ей не справиться.

– Лу… – Алеша заглянул ей в глаза. – Ты можешь на меня рассчитывать.

Парень потянулся было рукой к ее щеке, но Лу, почувствовав, что вслед за этим движением должен неминуемо последовать поцелуй, резко дернула головой и отскочила к подоконнику.

– Как ты можешь? В такую минуту, когда моей лучшей подруге угрожает опасность! – устыдила она Алешу.

– Но ведь я пока ни о чем не знаю, – принялся оправдываться он. – Ты же молчишь!

– Послушай, – несколько смягчив тон, снова заговорила Лу. – Черепашка никогда не рассказывала тебе о парне по имени Влади?

– Нет, – сосредоточенно сдвинул брови Алеша. – Не помню… Нет, точно не рассказывала.

– А о группе «Каста» ты когда-нибудь слышал?

– Это которые хип-хоп играют? Реперы из Ростова-на-Дону? – вспомнил Алеша. – Да, конечно, слышал. Они сейчас очень популярны, на каждом углу диски продаются.

– Так вот, Влади – это лидер группы «Каста». И наша Люська по уши в него влюблена, – ледяным тоном сообщила Лу.

– Ты хочешь сказать, что Черепашка – фанатка этой группы? – с сомнением в голосе переспросил Алеша.

– Нет, я хочу сказать, что с Влади ее связывают личные отношения, сам понимаешь, какого свойства. Раньше у них был роман, но Люся встречалась тогда с Женькой Кочевником. В итоге она не осталась ни с тем, ни с другим, посчитала, что так будет честней. Понимаешь? А теперь вот после шести месяцев разлуки они с Влади совершенно случайно встретились в метро…

– Ну и что? – искренне удивился Алеша. – Почему тебя это так тревожит? Пусть себе встречаются, если любят друг друга.

– Не перебивай! – потребовала Лу и бросила на Алешу испепеляющий взгляд. – Я не сказала тебе самого главного. За то время, пока они не виделись, этот Влади превратился в конченого наркомана. Понимаешь? Но у Люськи крыша от любви поехала. Я не удивлюсь, если они начнут на пару колоться…

– Да брось, – махнул рукой Алеша. – Люся вполне разумный человек. Она ни за что не станет употреблять наркотики! И потом, откуда тебе известно, что Влади наркоман?

– Она сама призналась! – в сердцах бросила Лу. – И еще я в журнале одном читала, что Влади проходит курс лечения в наркологической клинике, – соврала она и добавила с чувством: – Ты бы видел его глаза! Ужас! Совершенно отмороженные!

– Значит, надо поговорить с Люсей, – рассудительным тоном произнес Алеша. – Если хочешь, это могу сделать я.

– Бесполезно, – отчаянно замотала головой Лу. – Я же тебе говорю, она так его любит, что не станет никого слушать. Я уже пробовала сегодня! Тут нужны более решительные меры, понимаешь? Если человек стоит на краю пропасти и даже не подозревает об этом, то дело его друзей не допустить падения! Надо связать ее по рукам и ногам, если она не понимает, что творит! Во всяком случае, если с Люськой что-то случится, я себе этого никогда не прощу, – закончила Лу и устремила на Алешу горящий праведным гневом взгляд.

– Что ты предлагаешь? – тихо спросил Алеша. – Как мы с тобой можем оградить Люсю от этого общения?

– Мы должны сделать так, чтобы этот тип оставил ее в покое. Понимаешь? Любыми способами, – немного помолчав, добавила Лу. – Понимаешь? Люська вбила себе в голову, что она сильная и сможет вытащить Влади, но ты сам понимаешь… В общем, не мне объяснять тебе, что бывает в таких случаях.

Алеша слушал молча, не сводя с Лу серьезных, внимательных глаз. Лу тоже немного помолчала, нервно кусая губы, а затем заговорила снова:

– Я знаю Люську уже почти восемь лет… Понимаешь, она особенный человек, очень совестливый и все такое… А сейчас еще вдобавок ее мучает чувство вины из-за этого Влади.

– При чем тут чувство вины? – не понял Алеша.

– Он напел Черепашке, что из-за нее начал пить и колоться, – нервно дернула головой Лу. – Ну, в смысле, из-за разлуки с ней. И теперь Черепашка считает, что просто обязана его спасти. А спасать-то на самом деле нужно ее саму, потому что этому Влади уже ничего не поможет. Конченый тип, – тяжело вздохнув, добавила Лу.

– Что я должен сделать? – спросил Алеша.

– Для начала поговорить с ним. – Лу устремила на Алешу свои огромные черные глаза. Она так пристально смотрела на него, что парень невольно отвел взгляд в сторону. – А если этот придурок начнет упираться, нужно его напугать. А если и это не поможет, значит…

– Но для этого мне нужно хотя бы с ним встретиться, а я даже не представляю себе, как он выглядит, – нетерпеливо перебил Алеша.

– Об этом можешь не беспокоиться, – решительно заявила Лу. – Всю техническую сторону я беру на себя.

Так и не притронувшись к кофе, девушка поднялась и, процедив «я тебе позвоню», быстрым шагом направилась в прихожую. Алеша не стал ее задерживать, потому что чувствовал, что ни к чему хорошему это не приведет.

8

На другой день, когда Лу вернулась из школы, Наталья Романовна, тревожно вглядываясь в ее лицо, спросила:

– Что-то случилось?

– С чего ты взяла? – нервно дернула плечом Лу.

– Ты вчера к ужину даже не притронулась, я же видела. И сейчас ничего не ешь, – суетилась вокруг дочери Наталья Романовна. – Слушай, красавица, а ты, случайно, не заболела? – Мама потянулась было рукой к ее лбу, но Лу увернулась:

– Отстань! Я нормально себя чувствую. И не называй меня так, ясно?

– Как? – не поняла Наталья Романовна.

– Красавицей. Ненавижу, когда ты так говоришь! – Лу чувствовала – еще секунда, и она не сможет больше сдерживать слез, а мама, как назло, пустилась в пространные рассуждения:

– А что я такого сказала? Ты ведь и вправду у меня красивая. Прямо картинка, а не личико! Но, к сожалению, я тут ни при чем. Красоту ты унаследовала от отца. Хоть что-то хорошее, – вздохнула мама.

– Ненавижу свое лицо! – уже не сдерживая слез, выкрикнула Лу. – Какая от него польза, если у меня душа черная?! И тебя ненавижу за то, что ты меня такой воспитала! Разве ты не видишь, что я чудовище? Скажи, в кого я такая злая, завистливая и подлая? – Лу бросила на мать быстрый взгляд. – Нет, ты скажи мне, в кого?

– Доченька! – Наталья Романовна попыталась обнять Лу за плечи, но та, брезгливо поморщившись, отскочила к окну.

– Не прикасайся ко мне! Слышишь, не смей ко мне прикасаться! Это ты во всем виновата! Это ты сделала из меня монстра! «Ах, доченька, ты у меня такая красивая! Ах, какая ты у меня умная! Ты лучше всех!» Да ты же с самого детства вбивала мне в голову эту чушь, а когда я выросла, то увидела, что вокруг полно людей, которые и красивей, и умней, и вообще лучше меня в тысячу раз! Но смириться с этим я уже не смогла!

– Лу, выпей воды! – испуганно попросила мама.

Она уже не пыталась подойти к дочери. Таких истерик Наталья Романовна боялась больше всего на свете.

– Ненавижу! – Лу подняла на мать побледневшее лицо.

Ее белые, обескровленные губы были плотно сомкнуты, а под глазами обозначились темные круги. Нужно было срочно что-то предпринимать, как-то остановить истерику, не дать ей развиться. Это Наталья Романовна понимала слишком хорошо. Еще свежи были воспоминания о том нервном срыве, после которого ей пришлось определить Лу в загородную лечебницу. Мать подошла к дочери и со всего маху влепила ей звонкую пощечину. Она совсем не хотела причинять Лу боль и унижать ее, но по-другому было нельзя.

– Умойся и отправляйся спать, – дрогнувшим голосом произнесла Наталья Романовна.

Какое-то время Лу ошарашенно смотрела на мать, словно никак не могла взять в толк, что та от нее хочет, а потом, ни слова не говоря, медленно поплелась в ванную.