Кэтрин подняла брови и фыркнула с сомнением.

«Потом я рассказала ей о тебе... о том, что случилось», - сказала Энни.

«И тогда она тебя ударила», - сказала Кэтрин.

Энни кивнула.

«Правильно сделала», - тихо сказала Кэтрин и протянула руку за компрессом.

Энни отдала ей его и взяла свой напиток.

Кэтрин опустила полотенце в холодную воду. Она слышала как Энни отпила виски, проглотила и поставила стакан на стол.

Кэтрин посмотрела на нее. Энни сидела, уставив взгляд в стакан, ее брови были нахмурены.

Словно почувствовав на себе взгляд Кэтрин, Энни посмотрела наверх и их глаза встретились. «Ты злишься?»

«Честно, не знаю», - сказала она, щупая полотенце. «Не знаю, есть ли у меня на это право». Она вытащила мокрую ткань из миски, выжала ее и протянула Энни. «В принципе, это я была третьей лишней».

Энни прижала компресс к щеке. Они сидели в полной тишине несколько минут - Энни хмурилась, уставившись в свой стакан, а Кэтрин проводила пальцем по глубокой царапине на деревянном столе. Она слышала как стрелки часов отбивают время. Энни бросила компресс в миску и Кэтрин подняла голову. Вода пролилась на стол. Кэтрин промокнула капли рукавом своем ночной рубашки.

«Ты действительно хочешь этого?» - вдруг спросила Энни. «Думала ли ты о последствиях? Тебе придется отказаться от привычной жизни».

Кэтрин сжала губы и пожала плечами. «Я много думала о том, что ты говорила».

«И?» - спросила Энни.

«И», - ответила Кэтрин. «Я запуталась».

Энни закрыла глаза и вздохнула. «Я так и знала».

«Нет, выслушай меня. Меня растили с верой, что это...», - она повела рукой, указывая на них обеих, «...грех. Что такие как мы отвратительны. Но я не верю в это. Я не могу ничего поделать с теми чувствами, которые испытываю к тебе. Я долго это отрицала. Но когда умерла Клэр, я многое поняла о себе. И одно из этих понятий было то, что я влюблена в тебя. Наблюдать все эти месяцы за тобой и Марджи, представлять, что ты делаешь, когда находишься с ней... Это сводило меня с ума».

Кэтрин сделала глубокий вдох и потянулась через стол, чтобы взять Энни за руку. Она ждала пока Энни не посмотрела на нее. «Это все не просто для меня. И я напугана. Я напугана тем, что будут думать люди, когда узнают - что подумала бы моя семья, если бы узнала об этом. И я не могу сказать, что этот страх не поглощает меня порой. Но я также влюблена в тебя. Просто влюблена».

Энни все еще смотрела на нее, ее взгляд был темным и серьезным. «И что мы будем делать?»

Кэтрин подняла руку и коснулась пострадавшей щеки девушки. «Мы не будем торопиться и вместе все решим. Но сейчас ты должна, если, конечно, тебе не очень больно, поцеловать меня».

Глава 17

Чикаго, Иллинойс, 1935 год

«НЕ ПОНИМАЮ, почему ты не можешь взять меня с собой», - сказала Энни, лежа на краю кровати. «Они знают, что мы друзья. Черт, я даже проводила Рождество в их доме».

Кэтрин подошла к зеркалу и, взяв бело-зеленое платье приложила его к себе, примеряя.

«Да», - рассеянно сказала она, оглядывая себя критичным взглядом.

«Что да?» - переспросила ее Энни.

Кэтрин опустила платье и повернулась к Энни, которая лежала на животе, подложив руки под подбородок и широко распахнув глаза, и наблюдала за Кэтрин.

«Да, они знают о тебе», - раздраженно сказала Кэтрин. «Но когда я говорю, что они знают о тебе, я имею в виду, что им известно о твоем существовании. Они знают, что ты моя подруга. Они не знают, что мы спим вместе обнаженные. И, поверь мне, если ты будешь там со мной, именно этого я и захочу».

Энни закатила глаза и перевернулась на спину. «Я не предлагаю тебе рассказать им о том, что мы встречаемся. Просто... они знают, что мы проводим вместе много времени, что мы вместе работаем. Не думаю, что они посчитали бы странным, если бы я приехала с тобой».

Кэтрин взяла темно-синее платье и повернулась к зеркалу. «Я не согласна с тобой».

«Почему?» - упорствовала Энни.

«Потому что, когда ты поехала со мной домой на Рождество, это было по причине того, что у тебя не было семьи, с которой ты могла бы отпраздновать этот праздник. Но поехать со мной сейчас, когда я собираюсь повидать родных и друзей, ну... думаю, это может показаться им странным». Она отвела взгляд от своего отражения и посмотрела на Энни.

Энни щипала заусенец на большом пальце. «Думаю, они были бы рады увидеть меня. Я понравилась твоей маме. Она сказала мне, что я могу вернуться в любой момент».

Кэтрин повернулась и посмотрела на Энни. «Это было до того, как ты начала спать с ее дочерью». Она улыбнулась. «Не думаю, что она была бы столь же гостеприимна, если бы знала это».

Энни протянула руку. Кэтрин подошла к кровати и взяв ее, переплела свои пальцы с Энни.

«Я хочу занимать бОльшую часть твоей жизни», - сказала Энни, легко покручивая тигровое кольцо, которое она подарила Кэтрин, увидев как та восхищается им с витрины магазина. «Я хочу чтобы это было серьезно».

Кэтрин сжала пальцы Энни. «Ты и есть большая часть моей жизни и у нас все серьезно. Только потому, что я еду домой одна не значит, что мы не...»

«Я хочу, чтобы мы жили вместе». Энни села, глядя на Кэтрин с серьезным выражением лица. «Мы вместе уже больше года. Разве не время начать строить совместную жизнь?»

«У нас и так совместная жизнь», - сказала Кэтрин.

«Это не совсем так», - настаивала на своем Энни. «Я хочу кажый день засыпать и просыпаться с тобой».

«Это давно так», - сказала Кэтрин.

«Я устала жить на два дома. Я хочу, чтобы у нас был один дом. Вместе».

«Энни», - начала Кэтрин.

«Я знаю, знаю». Энни вытянула свои пальцы из руки Кэтрин. «Что подумают люди? Не покажется ли им это странным? Мне надоели эти споры».

«Это только часть этого», - сказала Кэтрин. «Я просто не готова. Пока не готова».

Энни вздохнула. «Ты никогда не примиришься с этим». Кэтрин слышала раздражение в ее голосе. «Я знала это еще в ту первую ночь. Ты все еще цепляешься за свои мысли о гетеросексуальности. Ты все еще не уверена». Ее лицо горело от злости.

«Я уверена», - ответила ей Кэтрин. «Я люблю тебя».

«Но недостаточно сильно, чтобы двигаться дальше», - сказала Энни.

«Прошу тебя, не делай этого». Кэтрин снова взяла руку Энни в свои. «Послушай. Я знаю, что ты переживаешь по тому поводу, что я еду домой. Но у тебя нет никаких причин для беспокойства. Я хочу быть с тобой. И только то, что я пока не готова жить вместе, не значит, что я не чувствую обязательств по отношению к тебе или к нам. Я просто пока не готова отказаться от самостоятельности».

Энни внимательно изучала ее несколько секунд, затем улыбнулась. «Полежи со мной».

«Мне нужно собирать вещи», - возразила Кэтрин.

«Приляг», - снова сказала Энни и притянула ее на кровать. Она легко поцеловала ее в губы. «Я устала, что ты постоянно говоришь мне "нет"».

Кэтрин вздохнула и легла, опустив голову на плечо Энни. Энни поцеловала ее в макушку и они лежали так некоторое время, в полной тишине.

«И, скорей всего, тебе все равно не удалось бы отпроситься с работы», - прошептала Кэтрин.

«Тссс...»

«И, если честно, мне кажется, что если бы ты поехала со мной, все было бы слишком очевидно».

«Тссс....»

«Не думаю, что у меня получилась бы скрывать это», - сказала Кэтрин. «Как и тебе».

Не пытаясь больше заставить ее молчать Энни просто крепче обвила Кэтрин руками. Она прижалась к ней плотнее, слушая как ровно бьется сердце Энни под ее ухом.

«Я просто знаю, что ты будешь в компании людей, которые не знают о нас и не знают о тебе», - сказала Энни. «И я беспокоюсь, что если не буду там, ты станешь прислушиваться к ним и к их внушениям, что тебе пора выйти замуж, родить и уехать из Чикаго». Она легонько поцеловала голову Кэтрин. «Я не выдержу твоей потери».

«Ты не потеряешь меня». Кэтрин подняла голову и посмотрела на Энни.

Энни слабо улыбнулась. «Я боюсь, что это произойдет. Я представляю как ты идешь в церковь, видишь Элберта и решаешь податься на уговоры, не выдерживая давления».

«Ох, милая», - быстро сказала Кэтрин. «Этого не произойдет. Я люблю тебя».

«Ты беспокоишься о том, что думают люди». Ее тон был сухим.

«Ты несправедлива», - сказала Кэтрин. Она чувствовала как вскипает. «Я говорила тебе с самого начала, что у меня будут трудности с этим. Но я также обещала, что найду способ разрешить их». Она вздохнула, собираясь с мыслями. «Ты просто должна доверять мне и знать, что только потому что я поеду домой, только потому, что пойду в церковь и увижу Элберта, который, между прочим, женат, ничего не поменяет по отношению к тебе или к нам. Мне не нужно видеть тебя постоянно, чтобы помнить как сильно я тебя люблю».

Энни изучала лицо Кэтрин некоторое время. Кэтрин даже стало любопытно что она пытается в нем найти.

Наконец Энни улыбнулась. «Я верю тебе».

Она откинулась назад и раскрыла свои объятия. Кэтрин улыбнулась и легла рядом, положив голову на плечо Энни. Через несколько минут они крепко спали.

КЭТРИН сошла с поезда в Лоренсе и оглянулась, в очередной раз осознавая насколько ее жизнь в Чикаго отличается от жизни остальной ее семьи. Чикаго был большим, полным активности городом, жизнь в котором постоянно кипела. Но Лоренс, с его атмосферой маленького города, напоминал старого друга, который никогда не меняется.

«Ну разве ты не приятное видение».

Кэтрин подняла голову и увидела спешащего ей навстречу Бада. Он был одет в грязный комбинезон и рабочие ботинки. Из кармана выглядывали черные потертые перчатки.

«Бад!» Кэтрин бросила чемодан и поспешила к нему навстречу.

«Осторожнее». Бад пытался удержать ее на расстоянии руки. «Ты перепачкаешься».

Кэтрин махнула рукой и крепко обняла брата. «Это не важно. Я рада видеть тебя».

«И я рад видеть тебя, Кети», - как-то неуклюже выговорил он, отстраняясь. Он посмотрел на ее чемодан. «Всего один?»

Кэтрин улыбнулась. «Один». Она повернулась и пошла забрать его.

Бад поспешил опередить ее. «Я сам».

Кэтрин открыла рот, собираясь опротестовать его решение.

«Может в Чикаго и считается нормальным для девушки таскать тяжести», - сказал Бад, поднимая чемодан. «Но здесь это работа мужчин».

Кэтрин пришлось подавить в себе желание настоять. «Ну тогда ладно».

Бад кивнул, но ничего не ответил. Вместо этого, он махнул в сторону парковки, расположенной напротив вокзала и направился к ней. Кэтрин последовала за ним к старому пыльному грузовику. Это было еще одно напоминание, что она вернулась в провинцию.

«Сиденья немного грязные», - предупредил Бад, открывая пассажирскую дверь и доставая сложенный плед. Он улыбнулся, разворачивая его и расстилая на сидении. «Эмили настоятельно просила взять его с собой, чтобы ты не испачкалась».

Кэтрин улыбнулась. «Ты женился на хорошей женщине».

Бад согласно кивнул и отодвинулся, позволяя Кэтрин забраться в грузовик. Как только она расположилась, он положил внутрь чемодан и обойдя грузовик подошел к водительской двери. Дверь заскрипела, когда он распахнул ее и еще раз, когда закрыл. В салоне пахло бензином и грязью, вперемешку с резким запахом машинного масла, что заставило Кэтрин опустить окно, впуская воздух.

Они выехали с парковки и направились к Шестой улице.

«Ну как дела дома?» - спросила Кэтрин.

«Нормально», - ответил брат, не сводя глаз с дороги.

Кэтрин прождала несколько секунд, напрасно надеясь что он продолжит более подробно. Она попробовала подойти с другой стороны. «А как урожай?»

Бад нахмурился и потер подбородок. «Ну не так плохо, как у фермеров на западе, но непогода все усложняет». Он пожал плечами. «Но зато цены на то, что у нас есть повышаются».

«Сейчас везде трудно», - согласилась Кэтрин. «В городе все так дорого. Людям приходится сводить концы с концами».

Бад кивнул.

«Ты помнишь мою подругу - Энни... Девушку, которая приезжала со мной на Рождество несколько лет назад?» - спросила она, желая как-нибудь включить в разговор Энни. «Мы складываемся и готовим совместный ужин, чтобы сэкономить деньги».

Бад снова кивнул. «Самое лучшее в фермерстве это то, что ты растишь свою собственную еду. У нас нет чего-то большего, но, по крайней мере, это у нас есть».

Кэтрин кивнула, не уверенная просто ли он делает замечание или пытается на что-то намекнуть. Она ничего не ответила и только уставилась через грязное стекло на засеянные поля, бегущие вдоль дороги. Они уже проехали Лоренс и направлялись к Биг Спрингс. Вдруг девушка увидела парящего вдали ястреба. Она выгнула шею, чтобы лучше рассмотреть его и показала Баду. Тот кивнул.

«Ты наверное слышала, что Элберт женился», - сказал Бад, после недолгой тишины. «Напился до чертиков за день до этого. И говорил о тебе».