силой пульсировала кровь. Он изнывал от моих прикосновений, слегка дергался в темп его

дыханию, а на кончике уже виднелись капельки смазки.

И вдруг я оказалась в воздухе. Он с легкостью поднял меня на руки и отнес в

ванную комнату, опустив в воду, от которой исходил пар. Он перекрыл кран и опустился в

ванну позади меня, от чего вода полилась через край. Я прижалась спиной к его груди, его

член гордо вздымался между нашими телами. Я подняла лицо, поцеловав линию его скул,

приобняла за плечи и притянула голову к себе. Встретившись, наши губы слились в

сладостном поцелуе. Тепло разливалось между нами не только от горячей воды, но и от

жара наших тел, от пара, витавшего в воздухе, и от пламени желания, разлившегося в

наших недрах.

Его руки скользнули мне под ягодицы, и он приподнял меня. Я обхватила себя за

коленки, не прерывая поцелуя, и, протиснувшись рукой между нашими телами, направила

головку его мощного члена к своей киске. Он вошел не сразу: просунул руки мне под

ягодицы и придерживал, пока бережно и медленно входил, продвигаясь сантиметр за

сантиметром, пытаясь действовать максимально осторожно, чтобы вода оставалась

неподвижной.

К тому времени, как он вошел в меня на всю длину, его руки дрожали от тяжести

моего веса. Согнув колени, он погрузился глубже в ванну, так что я оказалась сидящей на

нем, полностью насаженная на его член. Я откинулась назад, положив голову ему на

плечо, после чего обхватила ладонями его лицо и тихо прошептала его имя. Наши тела

раскачивались в медленном, волнообразном ритме, от чего вода расплескивалась во все

стороны.

Его губы вновь обрушились на мои; я выдохнула, мое горячее дыхание обжигало.

Его руки нежно касались моих плеч, перешли на позвоночник, затем переместились на

груди, сжимая их, пощипывая соски, от чего они вновь затвердели. Я простонала ему

прямо в губы, когда его рука опустилась к низу моего живота и без промедления

скользнула в мою киску. Я уперлась ногами о другой конец ванны, приподняв бедра и

опускаясь на его горячий член, изнывающий от ожидания.

Он продолжал играть в незамысловатую игру с моими чувствительными сосками,

вырисовывая рукой замысловатые круги вокруг моего клитора и, наконец, вошел в меня,

от чего наше тяжелое дыхание слилось в единый порыв. Его сердце бешено колотилось, он

постанывал мне в ухо. Его тело было жестким, мужественным и в то же время очень

нежным; он вовлекал меня в такой круговорот, как никогда ранее, достигая самых глубин и

грубо вонзаясь в меня.

Когда его член проник в меня, я почувствовала, как его сердце и душа сливаются с

моими в единое целое. Как в ванной, так и в лифте этот чувственный опыт с Трэ вышел

далеко за рамки простого сексуального контакта. Это стало своего рода переломным

моментом. Я ждала его долго, он вырисовывался понемногу, и это был его пик.

Вода плескалась вокруг нас, наши стоны блаженства превратились в крики экстаза,

голоса слились, тела двигались синхронно, эмоции захлестывали, невысказанные, но

слишком реальные.

А затем он все изменил.

Он кончил, выкрикивая:

— Черт, Шия. Я так тебя люблю.

Меня окатило волной оргазма, как в эмоциональном плане, так и в физическом. Я

не слышала этих слов много лет. Они врезались в мое сердце, когда он излился в меня, а

его тело слилось с моим. Я почувствовала, как моя киска пульсировала вокруг его члена,

поэтому схватила руками его за шею и слилась с ним в поцелуе как раз когда кончила,

вскрикнув гортанно и почти рыдая:

— О боже, Трэ. О боже. Да. — Я ухватила его волосы в кулак и изогнула шею,

чтобы заглянуть ему в глаза. — Скажи это еще раз, Трэ.

Он жестко вонзался в меня.

— Я люблю тебя, Шия. — Еще один толчок, и я бессознательно закрыла глаза от

острой боли удовольствия. — Я люблю тебя.

Я кричала и смеялась, извиваясь всем телом, и оргазм достиг каждой частички

меня. Я прильнула к нему и ничего не могла сделать с терзающим меня блаженством,

которое пронзило меня, накатывая волнами.

Наша дрожь поутихла, и я снова смогла дышать. Я лежала на нем в ванной, все еще

заполненная его членом. Я открыла рот, чтобы ответить, но он осторожно поцеловал меня.

— Не говори просто, чтобы сказать что-то в ответ, — сказал мне Трэ. — Скажи это,

когда захочешь и только потому, что ты это чувствуешь.

Я кивнула и позволила себе расслабиться. Мы лежали в воде, пока она не остыла, и

только тогда спустили ее, вылезли из ванны и направились под душ. Затем вытерли друг

друга насухо, прокладывая случайные дорожки поцелуев по обнаженной коже, после

легли в кровать, свернувшись в клубочек, а прохладные простыни быстро нагрелись от

жара наших тел.

Я заснула долгим и глубоким сном и проснулась от утренних солнечных лучей,

которые пробивались сквозь плотные шторы. Воздух в комнате, в отличие от того, что был

под одеялом, был прохладным и пах отельным кондиционером. Трэ спал слева от меня,

лицо его было расслабленным, густые темные волосы всклочены и прядями спадали на

щеку и лоб. Я убрала их пальцем, и он во сне уткнулся лицом в мою ладонь, словно щенок

в поисках ласки.

Он повернулся со спины на бок, руками ища меня. Я позволила ему подвинуть меня

ближе, прижать к себе. Он просунул ногу меж моих ног, а рукой властно схватил меня за

бедро. Его член стал твердым и упирался мне в ребра.

Я лежала, не смыкая глаз и наблюдая за ним; я почувствовала, как рухнул

последний кирпичик стены, возведенной вокруг моего сердца.

Я любила его.

И осознание этого абсолютно меня не пугало.

Сперва я не осознала, что моя рука скользнула между нашими телами к члену Трэ,

чтобы обвить его пальцами. Он приоткрыл глаза, а уголки губ приподнялись в улыбке. Он

не двигался и даже ничего не сказал, просто смотрел на меня из-под полуприкрытых век.

Поначалу я просто держала его член в руке.

Затем я закинула ногу на бедро Трэ и подвела головку члена к своей жаждущей

киске. Я не ввела его внутрь, а лишь коснулась им складочек. Его глаза распахнулись, и он

еще сильнее сжал руку на моем бедре.

— Я люблю тебя, Трэ.

Он подвинулся, и его член скользнул внутрь. Это было самое естественное чувство

в мире: ощущать, как он наполняет меня.

— Боже! Не знаю, как это случилось, но я люблю тебя.

Трэ хмыкнул, из его груди вырвался низкий рокот:

— Так произошло, потому что мы предназначены судьбой друг для друга.

Молчание, жар, движение и медленные вдохи в прохладном воздухе.

— Ты думаешь, нам суждено быть вместе? — спросила я, зарывшись пальцами в

мягкие завитки волос у его шеи.

— Да, — сказал он. Его рука была на моей спине, притягивая меня ближе к нему. —

Ты — мой дом. Язу-Сити — просто город, в котором я вырос. Мне плевать, где мы или

куда едем, что у нас есть, а чего нет. Все, что мне нужно, — это ты, Шия.

Эти слова растопили мое сердце. Он держал меня в объятьях, ласкал и любил. Мы

двигались медленно, не спеша, теперь уже без прежнего отчаяния. Каждое его движение

во мне было проникновением его сердца ближе к глубинам моей души, его душа сильнее

обволакивала мою, наши жизни все сильнее переплетались. Мы вцепились друг в друга,

наши губы касались лиц и плеч, зубы кусали, а ногти впивались — все ради того, чтобы

полностью раствориться друг в друге.

Мне хотелось проникнуть к нему под кожу, перестать быть собой или нами и стать

одним человеком, в котором сплелись воедино два близнеца.

Мы двигались в этом ритме так долго, что это показалось вечностью. Все, что я

видела и ощущала, — отблеск утренних лучей солнца в его глазах, нежная сила его рук.

Теперь я была сверху, двигалась на нем словно наездница, отклонившись назад и

наслаждаясь ощущением его тела во мне и подо мной. А затем он перевернул меня на

спину, я даже не поняла, как он это сделал, словно комната перевернулась, и его тело

укрыло меня от всего мира, от течения времени, от всего, кроме него, лишь он окружал

меня, был во мне и вокруг меня. Я видела его и знала, и чувствовала, и понимала, что

никогда в жизни не забуду этот момент любви. Его взгляд опалял, а кожу обжигало в том

месте, где соприкасались наши тела, так сильно, что мы могли растаять и слиться в одно

целое.

Оргазм — это физическое явление. Острое ощущение удовольствия в голове,

сильное напряжение мышц и их полное расслабление, и чувство наслаждения.

Кульминация — это пик сексуальных ощущений, с помощью которых достигается

оргазм. Это неимоверно краткий миг удовольствия.

То, что произошло между мной и Трэ в гостиничном номере, было совсем иным,

чем-то другим. Бывает ли эмоциональный оргазм? Оргазм чувств? Оргазм личности?

Всепоглощающая и полнейшая удовлетворенность — настолько редкое явление,

настолько непостижимое для многих, что когда достигаешь ее, то это непередаваемые

ощущения. Таким же редким даром является и чувство полного и всеобъемлющего

счастья. Правда, что физического экстаза практически нереально достичь. А если все три

сразу?

Я выросла с верой в Бога в той же степени, как и большинство верит в то, что стул

способен выдержать их вес, или земное притяжение. Затем сбежала с очаровательным

магнатом казино, познала жестокость реальности жизни и перестала верить во

Всевышнего.

То, что я ощутила с Трэ, было воссоединением с Господом. Клянусь, во время

оргазма, когда мы с Трэ поистине превратились в единое эфемерное создание, которое

попало в поток непорочности, наслаждения и совершенства, я увидела кусочек рая.

В тишине, когда вечернее солнце освещало нашу кожу, мы встретились глазами, и

слова прозвучали шепотом:

— Я люблю тебя.

Не знаю, кто именно это сказал. Эти слова были у меня на уме, и я видела их

отражение в его глазах.

Это единственное, что было важно.

ГЛАВА 3

Спустя год я занималась продажей недвижимости, а Трэ владел чартерной лодкой

для ловли рыбы на глубине. Мы жили в скромной двухкомнатной вилле на острове Сент-

Круа, и жизнь наша была спокойна.

Однако о некоторых вещах не было слышно абсолютно ничего. К примеру, мы

никогда не слышали о Дэне или родителях Трэ.

День, когда мы приобрели лодку для Трэ, был довольно-таки запоминающимся и

насыщенным. Он несколько месяцев проработал на мужчину, который занимался

рыболовным промыслом на чартере, они часто ловили рыбу в водах Миссисипи, и,

казалось, Трэ был рожден для этого дела. Однажды ночью, когда мы лежали на покрывале

на пляже возле нашего дома, распивая бутылку вина и наслаждаясь теплом летней ночи,

он озвучил идею о том, что неплохо было бы иметь собственную лодку.

Обдумав эту мысль, я поняла, что Трэ действительно лучше иметь собственную

лодку, нежели работать на кого-то, поэтому поддержала его. На следующий день мы

пошли выбирать лодку; было очевидно, что Трэ уже некоторое время занимался данным

вопросом. Он сузил свой выбор до трех приличных по габаритам судов, одно из которых

уже было полностью оборудовано под чартер, поскольку его владелец готовился уйти на

пенсию после двадцати лет глубоководной рыбалки. Ожидаемо, Трэ остановил свой выбор

на этом ухоженном и привлекательном судне под названием «Танцор Морей».

Думаю, Трэ заранее договорился с продавцом, так как мы сразу же могли забрать

лодку как свою собственность. Я выписала чек, отдала его мужчине, а тот, в свою очередь,

сразу отдал Трэ ключи и документы на право собственности лодкой, и, насвистывая

веселую мелодию, пошел по пристани.

Трэ вывел «Танцора Морей» из бассейна между пирсами и умело повел его из

залива, освещенного лучами заходящего солнца. Мы плыли в открытый океан: Трэ стоял

за штурвалом с обнаженным торсом, на голове красовалась одетая козырьком назад