Не дожидаясь реакции мрачного, как туча, Джеффри, Capa повернулась и поспешила к двери. Она шла с гордо поднятой головой, чтобы он не догадался о ее настоящих чувствах.


Утренний туман легкой дымкой стелился у ног собравшихся на лесной поляне мужчин. На Джеффри была расстегнутая на груди рубашка с широкими рукавами. В руке он держал тяжелый дуэльный пистолет, одолженный ему Кендаллом Бевингтоном. Отличный пистолет! Настоящий оружейный шедевр с маркой мастера, создавшего его.

Джеффри не чувствовал ни страха, ни волнения. Единственным чувством, которое он сейчас испытывал, был гнев. Яростный гнев, направленный на человека, который, не получив согласия Сары, выкрал девушку и пытался добиться силой ее расположения, а спустя какое-то время похитил ее из дома Джеффри. Всего этого было вполне достаточно, чтобы пристрелить этого негодяя.

К Джеффри подошел Террел с кипой бумажек в руке.

– Ты только представь, кузен! – возбужденно воскликнул он. – Сам герцог Эйвонский решил сделать ставку! Он сожалеет, что не может прибыть на дуэль лично, но посылает своего наблюдателя.

Джеффри осмотрелся вокруг. Даже туман не мог скрыть толпы зевак, собравшихся посмотреть на интересное зрелище. Сейчас, когда на каждого участника были сделаны ставки, это уже не была дуэль. Это был спортивный поединок двух противников.

– Так ты говоришь, герцог Эйвонский не сможет приехать? – переспросил Джеффри. – Не беда. Переживем. Обойдемся и без него.

– Ты просто не понимаешь, как важно было бы его присутствие, – продолжал огорчаться Террел. – Если бы он самолично…

– Послушай, – оборвал Джеффри своего кузена и стиснул зубы. – Если ты не прекратишь причитать, мы никогда не приступим к делу!

– Ты прав, – смутился Террел.

– Проверь пистолет Равенвича, – распорядился Джеффри. – И мой покажи его секундантам. Пусть осмотрят.

Террел взял пистолет двумя пальцами, словно дохлую рыбу, и понес его на другой край поляны. Свободной рукой он прижимал к груди кипу бумажных листов, на которых были записаны ставки.

Джеффри угрюмо наблюдал за тем, как Террел подошел к секундантам Равенвича, как те принялись осматривать пистолет.

Зрители тем временем все прибывали и прибывали. Над поляной стоял гул – любители острых ощущений обменивались замечаниями по поводу предстоящего соревнования.

«Вот сумасшедшие!» – подумал о них Джеффри.

Он поднял голову и поискал глазами Равенвича. Тот стоял в толпе зевак, делавших последние ставки. Похоже, что и сам Равенвич не удержался и поставил деньги – разумеется, на себя самого.

Наконец секунданты кивнули головами, и Террел через всю поляну вернулся к Джеффри, неся на вытянутой руке пистолет.

– Ненавижу эти штуки, – признался Террел, отдавая Джеффри оружие.

– Это я уже заметил, – кивнул Джеффри.

– Вы готовы, Грэй? – через всю поляну крикнул Равенвич.

– Да! – откликнулся Джеффри.

– Надеюсь, никто не будет оплакивать вашу смерть? – спросил Равенвич.

– Не думаю, что кому-либо придется это делать, – ответил Джеффри. – Более того, я уверен что вашу смерть никто даже не заметит.

– Посмотрим, – нахмурился Равенвич.

– Пора, джентльмены! – крикнул Террел, обращаясь к зрителям. – Дуэль сейчас начнется. Разойдитесь немного, прошу вас. Освободите место.

Зеваки плотнее сомкнули свои ряды и попятились к краям поляны. С холодной яростью Джеффри еще раз выслушал от секундантов условия поединка. Затем они с Равенвичем встали спинами друг к другу и начали отмерять шаги. Террел считал прерывающимся от волнения голосом. С каждым новым шагом гнев все сильнее разгорался в душе Джеффри. Он был уверен, что убьет Равенвича. Этому мерзавцу никогда больше не видать Сары!

Террел дошел до счета «пять» и внезапно замолчал. В толпе зрителей нарастал какой-то шум. Джеффри не выдержал и обернулся.

– Черт возьми, Террел, в чем дело?

– Прости, кузен, – откликнулся Террел. – Лорд Стэнтон решил изменить свою ставку.

– Что?! – Джеффри был вне себя от ярости.

Равенвич тоже обернулся.

– Так поменяйте ее поскорее, и приступим к делу, – недовольно пробурчал он.

Джеффри был поражен. «Нет, они не сумасшедшие, – подумал он про собравшихся, – они просто идиоты».

Абсурдность ситуации, как ни странно, несколько успокоила его. Ведь, по большому счету, он и сам был не меньшим идиотом, чем эти зеваки. Собрался пристрелить человека. За что? Во имя женщины, до которой ему, Джеффри, нет никакого дела, а ей – до него. Capa права. Лишние неприятности никому не нужны. Однако если он укокошит Равенвича, то неприятности начнутся непременно. И это еще слишком мягко сказано. К тому же разве можно назвать поединком чести дуэль, на которую сбежалось столько бездельников?

Джеффри усмехнулся и решительно направился к толпе, лихорадочно делающей последние ставки.

– Все сделали свои ставки? – поинтересовался он.

Обычно бледное лицо Террела покраснело.

– Прошу прощения, кузен. Это моя вина. Я забыл объявить о том, что прием ставок окончен.

Джеффри окинул зевак холодным взглядом.

– Хочу сообщить вам, джентльмены, – сказал он, – что я передумал убивать Равенвича.

– Вам все равно не удалось бы меня убить, – бросил Равенвич.

– Я не стану убивать его, – повторил Джеффри. – Он недостоин даже этого.

– Черт вас побери! – гневно блеснул глазами Равенвич. – Послушайте, Грэй…

Но Джеффри не стал его слушать.

– Я прострелю ему правое плечо. Хотите пари? – обратился он к толпе. – Надеюсь, вы не возражаете, Равенвич?

– Чтоб вы лопнули, Грэй! – пробурчал Равенвич.

– Если не хотите плечо, я могу прострелить вам что-нибудь другое, – заметил Джеффри под хохот зрителей.

– Ничего вы мне не прострелите, – крикнул Равенвич, наливаясь кровью. – Это я пристрелю вас!

Джеффри еще раз улыбнулся.

– Можете делать ваши ставки, джентльмены, – сказал он. – Только, если можно, побыстрее.

Поднялся невообразимый шум. Все кричали, заключая новые пари, делая новые ставки. Террел с бешеной скоростью строчил карандашом, записывая всех желающих. Джеффри смотрел на это столпотворение, прислонившись спиной к стволу дерева.

Минут через десять к нему подошел Террел.

– Все в порядке, кузен, – сказал он. – Не знаю только, как быть с теми, кто сделал ставку, но сюда не пришел. Они-то ведь ничего не знают об изменениях!

– Это их личные проблемы, – ответил Джеффри. – Нужно было приходить. Когда они еще такое увидят?

– Согласен, – кивнул Террел, поспешая вслед за Джеффри к центру поляны, – но герцог Эйвонский поставил на то, что ты убьешь Равенвича.

– Террел, – холодно сказал Джеффри, – если уж я решил не убивать, значит, так тому и быть.

– Да, конечно, – замялся Террел. – Все понятно… Но герцог – осторожный игрок. Он ведь поставил и на то, что Равенвичу удастся убить тебя!

– И теперь он проиграет дважды, так? Ну что же, сам виноват!

Джеффри тряхнул головой и быстро направился к поджидавшему его Равенвичу, окруженному своими секундантами.

– Прием ставок закончен, джентльмены! Мы начинаем! – крикнул Джеффри.

Зрители притихли и без дополнительных просьб отошли подальше, освободив поляну для противников. Соперники снова встали спинами друг к другу, и Террел вновь принялся отсчитывать шаги.

При счете «десять» Джеффри быстро обернулся и, почти не глядя, навскидку, всадил пулю в правое плечо Равенвича. Тот пошатнулся и выронил пистолет из раненой руки.

– Проклятье! – вырвалось у него.

Толпа шумела. Один нетерпеливый зритель подбежал к Равенвичу, который стоял, зажимая рану ладонью. Затем повернулся ко всем присутствующим и радостно сообщил:

– Вот это выстрел, черт меня побери! В яблочко! Прямо в яблочко!


Capa сидела в гостиной вместе с Кендаллом и Мелани. Она пыталась вышивать, но руки не слушались ее. Каждые несколько минут она бросала взгляд на циферблат каминных часов. Минуты текли медленно, одна за другой уходя в вечность, и в каждую из этих минут Джеффри мог быть смертельно ранен пулей Равенвича. И напрасно Capa пыталась убедить себя, что все это ее совершенно не касается, что этот неотесанный деревенский грубиян не стоит даже того, чтобы о нем вспоминали.

– Capa, – прервал ее размышления голос Мелани, – он же отличный стрелок. Ты сама знаешь.

Capa оторвала взгляд от минутных стрелок и посмотрела на Мелани.

– Я думала совсем не о Джеффри, – заявила она, гордо поднимая голову. – Я… Я думала о том, что раз уж мы все в Лондоне, то не дать ли нам бал.

– Конечно. Я понимаю, – Мелани опустила глаза на свое вязанье.

– Какой бал? – подал голос Кендалл, сидевший напротив юных леди с развернутой газетой. Его зеленые глаза ярко блестели.

В этот момент дверь распахнулась.

– Джеффри! – Мелани отшвырнула в сторону свое вязанье и кинулась навстречу вошедшему. – Слава богу, ты цел!

– Конечно, цел, – ответил Джеффри, обнимая Мелани.

Capa сидела на своем стуле и не сводила с них глаз. Сердце готово было вырваться у нее из груди. Джеффри жив. Жив, жив! Как она завидовала сейчас Мелани! Как ей хотелось тоже подбежать, прикоснуться к Джеффри, ощутить его дыхание, оказаться в его крепких руках!

– Приятно видеть вас невредимым, милорд, – сказала Capa с холодной улыбкой. – Это избавляет нас от лишних хлопот.

Мелани ахнула. Кендалл закашлялся. Джеффри поднял голову и посмотрел на Сару через плечо Мелани.

– Разумеется, – согласился он.

– Могу я поинтересоваться судьбой Равенвича? – продолжала Capa, ненавидя себя в эту минуту. – Он жив? Или нам пора паковать чемоданы и уезжать куда-нибудь на континент?

– О боже! – снова ахнула Мелани. – Джеффри, скажи, ты не убил Равенвича?

– Нет, – улыбнулся ей Джеффри. – Просто вывел из строя. Всего один аккуратный выстрел.

– Чисто сработано, Грэй, – удовлетворенно кивнул Кендалл.

Джеффри посмотрел на Сару.

– Меня же просили не доставлять лишних неприятностей, – сказал он.

– Что? – насторожилась Мелани. Кендалл же сразу все понял и рассмеялся. Встав со стула, он подошел к Мелани и Джеффри.

– Мисс Девон, – обратился он к Мелани, – теперь, когда мы знаем, что Джеффри жив и здоров, позвольте пригласить вас на прогулку, которую я вам обещал. Грешно быть в Лондоне и не увидеть его, да еще в такой чудесный солнечный день! – Он перевел взгляд на Джеффри и Сару. – А вы? Вы присоединитесь к нам?

– Нет, нет, спасибо, – поспешно отказалась Capa, чувствуя, как сжимается ее сердце.

– Нет, – решительно ответил Джеффри. – Я не намерен больше задерживаться в городе. Нам пора ехать.

– Пора? – упавшим голосом переспросила Мелани.

– Не волнуйся, твои вещи упакуют, – успокоила ее Capa. – Я дам распоряжения слугам. И ваши чемоданы тоже, сэр, – добавила она специально для Джеффри.

– Свои вещи я упакую сам, – хмуро откликнулся Джеффри.

– Но, Грэй, вы не можете ехать, – сказал Кендалл. – Вам нужно еще получить свой выигрыш. Кстати, я и сам сегодня здорово разбогател. Ведь я ставил именно на то, что вы раните Равенвича.

Джеффри озадаченно посмотрел на Кендалла.

– Это была рискованная ставка, милорд, – сказал он. – Ведь я изменил свои намерения только в последнюю минуту.

На губах Кендалла мелькнула хитрая улыбка.

– А я с самого начала не сомневался в вашем благоразумии, – сказал он.

Какое-то время мужчины смотрели в глаза друг другу. Затем Джеффри рассмеялся.

– Знаете, милорд, когда все это превратилось из дуэли в какой-то фарс, я просто не мог поступить иначе.

– На все милость божья, – заметил Кендалл. – Кстати, я думаю, что Равенвич в отличие от нас не слишком рад такому исходу дуэли.

Джеффри широко улыбнулся.

– Еще бы! Ведь я всем объявил о том, что прострелю ему правое плечо, и предложил делать ставки.

– Что?! – изумился Кендалл.

– И ты, конечно же, прострелил ему именно правое плечо, – без тени сомнений сказала Мелани.

– Точно, – подтвердил Джеффри. – Правое.

Кендалл с восхищением взглянул на него.

– Вот кто сейчас точно пакует чемоданы, так это Равенвич, – сказал он. – У него просто нет другого выхода. С сегодняшнего дня он стал посмешищем для всего Лондона, а это для него пострашнее, чем дырка в плече. Я уж молчу о том, что ему предстоит услышать от тех, кто ставил на его победу. Речь там пойдет о кругленькой сумме!

– Очень рада, что теперь ваша честь отомщена, милорд. Да еще с такой выгодой! – насмешливо произнесла Capa.

– Деньги меня мало волнуют. Для меня главное – поскорее вернуться домой, – спокойно ответил Джеффри.

– Конечно, – согласился Кендалл. – Но все же останьтесь еще на день! Ведь я уже обещал мисс Мелани, что покажу ей Лондон. Кто знает, когда она снова здесь окажется! Грешно упускать такой случай!