— Ты выйдешь за меня замуж, — прямо заявил Пирз.



ГЛАВА ПЯТАЯ

— Ты в своем уме? — воскликнула Джуэл. Пирз нахмурился.

 — Я не безумен.

 — Ты говоришь серьезно?

 Она уставилась на него с изумлением.

—Ради бога! Ты думаешь, я выйду за тебя замуж?

—Нет никакой причины говорить таким тоном, будто ты в ужасе.

—В ужасе, — пробормотала она. — Приблизительно так оно и есть. Послушай, Пирз. Мне нужна твоя помощь. Твоя поддержка. Но мне не нужен брак. Мне не нужен брак с тобой.

—Что ж, если тебе нужна моя поддержка, тебе придется выйти за меня замуж, чтобы ее получить, черт возьми, — проворчал он.

—Убирайся! — Она подняла дрожащую руку и указала на дверь, но Пирз схватил ее руку, положил на край кровати и нежно погладил внутреннюю сторону ее запястья.

—Мне не следовало это говорить, но ты меня рассердила. Если ты ждешь от меня ребенка, конечно, я позабочусь о тебе, Джуэл. Я сделаю все, что смогу, чтобы обеспечить тебя и нашу дочь.

Пораженная резкой переменой, которая произошла с Пирзом, она уставилась на него, не в силах сказать хоть что-нибудь. Как этот мужчина может так на нее действовать после всего, что он сделал?

— Значит, ты больше не будешь говорить о браке?

Он сжал губы.

—Я этого не обещал. Я намерен на тебе жениться как можно скорее, до того, как тебе сделают операцию.

 —Но...

 Он поднял руку.

 — Тебе предстоит опасная операция. У тебя нет семьи, с тобой не будет никого, кто смог бы принимать решения, если случится худшее.

От ужаса у нее похолодела спина. Откуда он знает о ее семье? Неужели он наводил о ней справки?

—Должен быть другой способ, — слабым голосом сказала она.

—Я здесь не для того, чтобы с тобой ссориться. Мы должны многое решить, а у нас мало времени. Мне нужно поговорить с твоим врачом и добиться для тебя лучших условий. Я хочу, чтобы уходом за тобой занимался специалист. Я позабочусь о приготовлениях к нашей свадьбе.

— Остановись сейчас же, — сказала Джуэл. Она пришла в ярость. — Ты не будешь принимать за меня решения. Я говорила с врачами. Я хорошо знаю, что именно нужно сделать, и я решу, что лучше для меня и моей дочери. Если это тебя нервирует, то можешь вернуться к себе на остров и оставить меня одну, черт возьми!

Он поднял руку, пытаясь ее успокоить.

— Не расстраивайся, Джуэл. Мне жаль, если я тебя обидел. Ты попросила меня помочь, и я здесь именно для этого. Но ты, кажется, уже не хочешь, чтобы я тебе помогал.

— Я хочу, чтобы ты мне помог, не ставя условий. Они долго и пристально смотрели друг на друга.

— И что, я не имею права высказать свое мнение?

— Ты ведь даже не уверен в том, что это твой ребенок.

 Он кивнул.

 — Это верно. Я был бы дураком, если бы поверил тебе на слово. Мы едва знаем друг друга. Но я согласен помочь. Я хочу, чтобы мы поженились до того, как тебя станут лечить дальше.

 — Но это просто безумие.

 Он продолжал так, словно она ничего не сказала.

— Я попрошу составить соглашение, которое будет защищать интересы нас обоих. Если окажется, что ты солгала и ребенок не мой, брак будет немедленно расторгнут. Я обеспечу тебя и твою дочь, и мы расстанемся.

Джуэл заметила, как он сказал «твою дочь». Если она солгала.

 — А если она — твоя? — мягко спросила она.

 — Тогда мы не расторгнем брак. Она покачала головой.

— Нет. Я не хочу выходить за тебя замуж. Ты тоже не можешь этого хотеть.

— Я не стану об этом спорить, Джуэл. Ты выйдешь за меня замуж, и сделаешь это немедленно. Подумай о том, что лучше всего для твоей дочери. Чем дольше мы будем спорить, тем дольше вы с ребенком будете рисковать.

— Ты действительно меня шантажируешь, — сказала она, не в силах этому поверить.

— Думай что хочешь. — Он небрежно пожал плечами.

 — Она — твой ребенок, — твердо сказала она. Пирз кивнул.

— Я допускаю, что она может быть моей. Я не предложил бы тебе выйти за меня, если бы думал, что такой возможности не существует.

— И все же ты не хочешь дождаться этих результатов прежде, чем жениться?

— Наше соглашение предусмотрит любую возможность. Как я говорил, если окажется, что ты мне солгала, наш брак немедленно будет расторгнут. Я готов быть щедрым, несмотря на ложь, но это будет на моих условиях. А если окажется, как ты утверждала, что она — моя дочь, то для нас лучше всего пожениться и обеспечить ей родной дом и семью.

— С двумя родителями, которые едва могут выносить друг друга. Он поднял одну бровь.

— Я не зашел бы так далеко. Я бы сказал, что мы неплохо поладили в ту ночь в моем номере.

Она залилась румянцем.

— Вожделение — не замена любви, доверию и обязательствам.

 — Что, если они возникнут потом? Она изумленно уставилась на него.

— Дай нам шанс, Джуэл. Кто может сказать, что ждет нас в будущем? Сейчас неразумно рассуждать о вещах, которые, может быть, даже не станут проблемой. Мы должны заняться твоей операцией и, конечно, тестом на установление отцовства.

— Конечно. Глупо с моей стороны обдумывать краеугольные камни брака, когда мы намереваемся пожениться.

— Не нужно быть такой язвительной. Если мы закончили, я предлагаю тебе отдохнуть.

 — Я не сказала, что выйду за тебя замуж.

 — Нет, пока не сказала. И я жду твоего ответа.

Этот человек приводил ее в ярость. Надменный. Уверенный в том, что всегда добьется своего. Но он ей нужен. Он нужен их дочери.

Джуэл откинулась на подушку, закрыв глаза. Ей хотелось зарыдать. Это было так непохоже на ее мечты о сильном, любящем мужчине. Который не злоупотребит ее доверием. Который будет ее любить безоговорочно. -

— Это будет не так уж плохо, — ласково сказал Пирз. Он снова взял ее за руку.

Она открыла глаза и увидела, что он пристально на нее смотрит.

— Хорошо, Пирз. Я выйду за тебя замуж, — устало сказала она. — Но у меня будут свои условия.

— Я позабочусь о том, чтобы твои интересы представлял адвокат. Он может просмотреть мою часть соглашения и дать тебе соответствующие советы.

— Как насчет того, чтобы я сама выбрала себе адвоката? — любезно предложила она.

 К ее удивлению, он расхохотался.

— Не доверяешь мне? Конечно. Выбери своего адвоката, и пусть он пошлет мне счет.

Она задумалась. Он был, несомненно, великодушен. Но почему бы ему и не быть великодушным теперь, когда он победил?

 — Тебе нужно что-нибудь еще? Я бы привез. Она с минуту колебалась.

 — Еду.

 — Еду? Тебя здесь не кормят?

— Очень хорошую еду, — с надеждой сказала она. — Я страдаю от голода.

Он улыбнулся. Черт бы побрал этого мужчину за то, что у него такой привлекательный вид! Ей не хотелось, чтобы ее к нему влекло. Она погладила живот, молча извиняясь перед своей дочерью. Она не жалела об их ночи страсти, но это не означало, что она хотела постоянно об этом вспоминать.

— Я постараюсь привезти тебе очень хорошей еды. А теперь немного отдохни. Я скоро вернусь.

Какой уж тут отдых, когда он приехал и перевернул ее жизнь вверх дном!

Пирз изумил ее тем, что нагнулся и удивительно нежно поцеловал ее в лоб. Она затаила дыхание, получая удовольствие от его прикосновения. Он провел пальцами по ее щеке.

— Я не хочу, чтобы ты о чем-то беспокоилась. Просто отдыхай, выздоравливай и заботься о твоей... нашей дочери.

Вид у него был мрачный. Возможно, он не хотел заводить детей. Но теперь у него есть дочь, и он должен привыкнуть к этой мысли.

Пирз взглянул на нее в последний раз, а потом повернулся и вышел из больничной палаты. Когда за ним закрылась дверь, Джуэл выдохнула.

 Замужем.

Она не могла представить себя замужем за таким суровым человеком. Ей доводилось "общаться с суровыми людьми. С неэмоциональными, холодными личностями без сердца, без любви. А теперь ей предстояло вступить в брак, который грозил тем же самым.

 Она погладила живот.

— У тебя никогда такого не будет, дорогая. Я уже очень тебя люблю, и ты каждый день будешь в этом убеждаться. Я клянусь. Как бы ни повел себя твой папочка, я буду у тебя всегда.


ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Я сделал ужасную вещь, — сказал Пирз, когда его брат Крисандр поздоровался с ним по-гречески, неразборчиво бормоча.

Крисандр вздохнул, и Пирз услышал, как он садится в кровати и отбрасывает одеяло.

— Почему мои младшие братья привыкли звонить мне ночью и говорить эти слова?

— Тирон тоже что-нибудь натворил? — изумленно спросил Пирз.

— Да уж, натворил. Он обольстил женщину, которая была под его покровительством, — сухо сказал Крисандр.

— А-а, ты имеешь в виду Беллу. Почему-то мне кажется, что это она его обольстила.

— Ты отклоняешься от темы. Что за ужасную вещь ты сделал и сколько это будет стоить?

— Может быть, ничего. Может быть, все, — тихо сказал Пирз.

У Крисандра вырвалось проклятие, а потом Пирз услышал, как он что-то сказал Марли на заднем плане.

— Не беспокой этим Марли, — попросил Пирз. — Мне жаль, что я помешал ей спать.

— Поздно сожалеть, — проворчал Крисандр. — Просто дай мне одну минуту, я перейду в кабинет.

Пирз нетерпеливо ждал, барабаня пальцами по письменному столу в номере отеля. Наконец Крисандр заговорил снова:

— Теперь скажи мне, что произошло.

Сразу приступить к главному — это было очень похоже на Крисандра.

— У меня был роман... короткий роман, на самом деле роман на одну ночь.

— Итак? — нетерпеливо спросил Крисандр. — У тебя это не впервые.

— Она была моей новой ассистенткой.

 У Крисандра снова вырвалось проклятие.

— Я не знал, что она моя ассистентка, до тех нор, пока она не пришла на работу. Из-за меня ее уволили.

 Крисандр застонал.

— И эта женщина предъявила иск. Сколько она хочет с нас получить?

— Дай мне закончить. — На этот раз нетерпение проявлял Пирз. — Я вовсе не намеревался ее увольнять. Я попросил моего начальника отдела кадров перевести ее, или повысить, или расплатиться с ней за срок, указанный в контракте, но он услышал только просьбу избавиться от нее и уволил ее. Она исчезла раньше, чем я смог исправить положение, и я не сумел ее найти. Нашел только сейчас.

— Хорошо, в чем же проблема?

— Она в больнице. Она больна, ей нужна операция... и она беременна. 

 Наступила мертвая тишина.

— Theos, — тихо сказал Крисандр. — Пирз, ты не можешь допустить такое снова. В прошлый раз...

 — Я знаю, — раздраженно сказал Пирз. 

 — Ты уверен, что этот ребенок — твой?

— Нет. Я попросил ее о тесте на установление отцовства.

— Хорошо.

— Ты должен знать кое-что еще. Я собираюсь на ней жениться. Вскоре, через несколько дней.

— Что? Ты не в своем уме?

— Забавно, именно об этом и она меня спросила.

— Я рад, что у одного из вас есть здравый смысл. С какой стати тебе жениться на этой женщине, когда ты даже не знаешь, от тебя ли ребенок?

— Удивительно, как мы поменялись ролями, — мягко сказал Пирз.

— Даже не начинай. Я слышал то же самое от Тирона, когда он так твердо решил жениться на Аланнис. И ведь я был прав, предвидя, каким это будет несчастьем. Когда вы оба предупреждали меня насчет Марли, ситуация была совсем другой, и ты это знаешь. Ты не встречаешься с этой женщиной. Ты спал с ней одну ночь, теперь она утверждает, что беременна от тебя, и ты собираешься на ней жениться?

— Ей нужна моя помощь. Я не так глуп, как ты пытаешься представить. Я попрошу нашего адвоката составить жесткие условия соглашения, где будут оговорки насчет того, что ребенок, возможно, не мой. Сейчас, когда ей предстоит операция, нам лучше всего пожениться. Так я смогу принимать решения относительно ухода за ней и за малышом. Если она окажется моей дочерью, как я буду себя чувствовать, зная, что ничего не сделал, ожидая, когда получу доказательство?

 — Дочь?

 — Да. У Джуэл будет девочка.

 Несмотря на свои сомнения и подозрения, он не мог не улыбнуться, когда представил себе маленькую девочку с большими глазами и прелестной улыбкой.

 — Джуэл. Как ее фамилия?

— О нет, не надо, старший брат. Нет надобности в том, чтобы меня защищать и выяснять ее происхождение. Я сам могу этим заняться. А ты заботься о своей жене и о моем племяннике.

— Я не желаю, чтобы тебе снова причинили боль, — тихо сказал Крисандр.

Как бы сильно ни хотелось ему забыть прошлое, оно всегда было рядом и нависало над ним, как темная туча. Пирзу стало больно, потому что ему вспомнился другой ребенок, милый маленький мальчик, темноволосый, с ангелоподобной улыбкой и крепкими ножками. Эрик. Пирз нередко думал о нем, но только сейчас воспоминания сопровождались такой болью.