Она признательно сжала его в объятиях, и он почувствовал ее сильную дрожь.

— Да, конечно, я этим займусь. Будь осторожен, — прошептала она. — Будь очень осторожен!

Вдруг зазвонил телефон, она вздрогнула и отпрянула.

— Он не должен был снова позвонить.

— Возможно, просто хочет убедиться, что все идет по плану, — сказал Даниэль.

В висках бешено стучала кровь, Джастин схватил трубку:

— Блэйд слушает.

— Джастин! Это я.

— Сирена! — заорал он в ответ и услышал, как рядом вскрикнули почти все в комнате. — Что с тобой?

— Со мной все в порядке, все хорошо, Джастин…

— Ты уверена? Он не сделал тебе больно? Он дал тебе позвонить?

Сирена сумела справиться с нетерпением и постаралась говорить беспечно:

— У него не осталось выбора, он лежит здесь без сознания, пристегнутый наручниками к кровати.

Кейн вцепился в его руку, но Джастин отмахнулся от него.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что вырубила его и приковала наручниками к кровати.

Джастина мгновенно отпустило ужасное напряжение, а охватила странная, незнакомая ему легкость. Он расхохотался.

— И чего только я за тебя волновался! — воскликнул он и бессильно опустился на кушетку. Тут же поднял голову и увидел, как четыре пары глаз буквально впились в него. — Она вырубила его и пристегнула наручниками к кровати.

— Настоящая Мак-Грегор! — радостно вскричал Даниэль и заключил Анну в объятия. — И чем она его огрела?

— Это мой отец? — спросила Сирена.

— Да. Он спросил, чем ты его огрела.

— Металлической сковородкой. — Она почувствовала, что ее ноги дрожат, и села на пол.

— Сковородкой, — повторил Джастин.

— Это моя малышка! — Даниэль крепко поцеловал Анну, а затем на ее плече разрыдался.

— Джастин, ты приедешь забрать меня? — спросила Сирена. — Я провела ужасную ночь.

— Где ты?

Сирена ощутила новый приступ головокружения, но быстро приказала себе: «Держись! Не теряй самообладание». Она услышала, как Джастин зовет ее откуда-то издалека, проглотила слезы и потребовала:

— Подожди, говори со мной, сейчас раздвину шторы и осмотрюсь вокруг.

— Вся твоя семья здесь, — сообщил он, почувствовав истерические нотки в ее голосе. — Твоя мама хочет устроить сегодня вечером семейный ужин. Что бы ты хотела?

— Чизбургер, — ответила Сирена, отодвинув штору. — О боже, я бы хотела чизбургер и шампанского. Мне кажется, я где-то к востоку от города, около моря. Здесь еще несколько деревянных домов вдоль дороги, никогда не бывала в этом районе. — Сирена изо всех сил закусила губу, чтобы говорить спокойно. — Я не знаю, где я.

— Дай мне номер телефона. Сирена. Мы выясним. — Джастин быстро записал номер. — Держись, я скоро приеду!

— Конечно. Со мной правда все в порядке. — Солнечный свет, проникший в комнату, заставил ее почувствовать себя немного лучше. — Просто поторопись. Скажи всем, чтобы не волновались.

— Сирена, я люблю тебя!

Слезы снова навернулись на ее глаза.

— Приезжай, жду тебя, — сказала она и повесила трубку.

Джастин протянул лейтенанту Реники листок бумаги с номером:

— Выясните, где это.

Кивнув в ответ, лейтенант принялся набирать номер.

— Вырубила его сковородкой? — Лейтенант довольно усмехнулся. — Смелая женщина.

— Она — Мак-Грегор! — громко возгласил Даниэль.

— Это маленький домик на берегу моря, к востоку от города, — через несколько минут сообщил лейтенант Реники, торопливо направился к двери и спросил Джастина: — Вы едете?

Джастин с благодарностью взглянул на него:

— Мы все поедем.

* * *

Сирена стояла на пороге дома, хотя от свежего утреннего воздуха у нее зуб на зуб не попадал. «Прошло меньше двадцати четырех часов, — подумала она, — а кажется, будто я несколько дней не видела солнце. Вот трава все еще влажная после вчерашнего дождя. Странно, и как раньше я не замечала, как сотни ярких красок переливаются в капле дождя, медленно сползающей по зеленой травинке? — А затем она увидела машины. — Целая кавалькада, — подумала Сирена, и ей снова захотелось плакать. — Нет, нельзя встречать Джастина с глазами мокрыми от слез».

Распрямив спину, она вышла на крыльцо.

Его машина остановилась перед двумя полицейскими машинами, и, распахнув дверцу, Джастин бросился к ней.

— Сирена! — Он обнял ее и, слегка приподняв, изо всех сил прижался к ней.

Уткнувшись ему в шею, Сирена дала волю своим эмоциям, а он снова и снова повторял ее имя.

— С тобой все в порядке? — спросил он, но не успела она ответить, как он приник к ее губам в горячем поцелуе.

«О боже, как же он дрожит!» — подумала Сирена и в желании утешить вложила всю свою нежность в поцелуй.

— Тебе холодно, — прошептал Джастин, почувствовав, как холодна ее кожа под прикосновениями его горячих рук, и принялся стягивать с себя куртку. — Вот, надень мою куртку.

— О, Джастин! — Сирена обхватила его лицо ладонями и принялась разглаживать усталые морщинки на его лице. — Через что тебе пришлось пройти?

— Дайте-ка мне взглянуть на нее! — Даниэль обнял дочь за плечи. — Так, значит, ты врезала ему сковородкой, малышка?

Сирена увидела покрасневшие глаза отца и крепко его поцеловала.

— Это была удобная сковородка! Только не говори, что ты обо мне беспокоился! — воскликнула она с напускным неудовольствием.

— Конечно нет. — Он громко шмыгнул носом. — Моя дочь способна за себя постоять. А вот твоя мама беспокоилась.

Лейтенант Реники наблюдал, как Сирену по очереди обнимали все члены семьи. Он решил не спускать глаз с Джастина, когда выведут Терри Форда, и все-таки сказал:

— Вы должны написать заявление, мисс Мак-Грегор.

— Только не сейчас.

Он согласно кивнул:

— Тогда не могли бы вы прийти в участок после того, как отдохнете и придете в себя.

Вдруг ужасно изменился в лице и напрягся Джастин. Все обернулись и увидели, как двое полицейских в форме выводят из дома Терри.

— Успокойтесь, мистер Блэйд, — произнес лейтенант. — Для вашей леди достаточно ужасов на сегодня.

Терри резко вскинул голову. Джастин сразу вспомнил его глаза. Бледно-голубые, встревоженные глаза ребенка, которые он каждый день видел в суде. «Тогда мальчику было не больше трех лет, — подумал Джастин. — Совсем крошка». Он крепко сжал руку Сирены и вдруг почувствовал, как постепенно отступает гнев. Пока полицейские вели его к машине, Терри не отрываясь смотрел на Джастина через плечо.

— Мне жаль его, — тихо произнесла Сирена. — Мне так его жаль.

Джастин заключил ее в объятия:

— И мне тоже.

— Мои люди осмотрят дом, — оживленно заявил лейтенант Реники. — А вы можете возвращаться в город, мисс Мак-Грегор.

— Давайте отвезем девочку домой, — заявил Даниэль и шагнул к ней.

— Джастин отвезет ее. — Анна схватила мужа за руку и потащила ко второй полицейской машине. — А мы все вернемся и займемся приготовлениями к ужину.

— Но она ведь босая, — запротестовал Даниэль, пока Анна заталкивала его в машину.

— С ней все будет в порядке, — заметил Алан, усаживаясь на переднее сиденье, и понял, что ужасно проголодался.

— Конечно, с ней все будет хорошо, — согласился Кейн, а затем наклонился и прошептал отцу на ухо: — Я куплю тебе сигару, если будешь вести себя тихо.

Даниэль скосил глаза на жену и откинулся на спинку сиденья.

— Хорошо, да, с ней все будет в порядке, — согласился он.


— Поехали. — Джастин застегнул на Сирене куртку. — Я отвезу тебя к нам домой.

— Давай прогуляемся по пляжу. — Она обняла его за талию. — Мне необходимо прогуляться.

— Но ты босая!

— Так лучше всего гулять по пляжу. Ты совсем не спал, — заметила она, когда они ступили на песок.

— Да. Но сейчас смогу немного отдохнуть. — Ему хотелось изо всех сил прижать ее к себе, чтобы убедиться: она действительно рядом с ним. Но он нежно обнял ее за плечи и поцеловал ее в макушку.

— Я не хотела причинять ему боль, — сказала Сирена. — Но я не знала, как он отреагировал бы, если вы встретились бы с ним лицом к лицу. В этом мальчике столько ненависти! Это так грустно.

— Я отнял у него дорогого человека. А он попытался отнять у меня самого дорогого человека на свете. — Джастин остановился, глядя на море, и прижал ее к себе. — Я удивлен, что он потребовал такую небольшую сумму.

— Небольшую? — Сирена удивленно вскинула бровь. — Для огромного числа людей два миллиона — весьма приличная сумма.

— За то, что не имеет цены? — Он обхватил ладонями ее лицо, а затем, не в силах справиться с дрожью, прижал ее к себе и впился в ее губы жадным поцелуем. — Сирена! Я не знал, смогу ли когда-нибудь снова тебя обнять, были ужасные мысли о том, что он мог с тобой сделать и что я с ним сделаю, когда найду.

— Он не причинил мне ничего плохого. — Сирена почувствовала, как жестокость вскипает в нем, и принялась гладить его, чтобы успокоить. — Я смогла так легко с ним справиться потому, что он не желал мне зла.

— Ему нужен был я…

— Джастин, довольно! — Она слегка оттолкнула его, и в ее глазах вспыхнул гнев. — Не ты все это устроил. Даже не хочу слушать, как ты во всем обвиняешь себя. Сегодняшняя история явилась продолжением того, что началось много лет назад с выпивки и драки. Теперь все кончено. И оставим это в прошлом.

— Интересно, как это я не заметил, что ты на меня кричишь! — засмеялся он, а затем снова притянул ее к себе.

— Мазохист. Знаешь… — она на мгновение прижалась к нему, — у меня было время подумать о наших отношениях.

— Да?

— Мне кажется, нам надо пересмотреть наши основные правила.

Он озадаченно взглянул на нее:

— А я и не знал, что у нас есть какие-то правила.

— Я долго думала. — Она подошла к кромке воды, но обнаружила, что набегающие волны обжигающе холодны, и отступила назад.

— И?.. — Взяв за плечи, Джастин развернул ее к себе лицом.

— Мне кажется, настоящее положение дел весьма неудобно.

— В каком смысле?

— Полагаю, нам следует пожениться, — очень спокойно произнесла Сирена.

— Пожениться? — Джастин задумчиво смотрел на нее.

Она стояла перед ним на холодном песке, босая, в его куртке, которая была ей велика на несколько размеров, со спутанными волосами, и спокойно говорила о том, что им следует пожениться. А за час до этого она ударила по голове сковородкой своего похитителя.

«Да, не так я себе это представлял», — подумал Джастин. Он собирался сам сделать ей предложение чуть позже, когда они окажутся в неярко освещенной комнате, разгоряченные любовью. Тут он переспросил:

— Пожениться?

— Да, я слышала, люди до сих пор это делают. Я хочу поступить справедливо.

— Хорошо. — Он согласился, пытаясь понять, что она задумала.

— Поскольку предложение сделала я, мы все решим твоим проверенным способом. — Порывшись в кармане, она вытащила монету.

Джастин расхохотался и протянул руку, чтобы забрать у нее монету:

— Сирена, правда…

— О нет, моя монета, мне и бросать. Орел — мы поженимся, решка — нет.

Он не успел вымолвить ни слова, Сирена уже подбросила монету в воздух, а затем поймала и показала ему.

— Орел.

Джастин уставился на монету, засунул руки в карманы и засмеялся:

— Похоже, я проиграл.

— Конечно. — Сирена убрала монету с двумя орлами обратно в карман его куртки.

— А как насчет трех попыток?

Гнев вспыхнул в ее глазах, и она устремилась вперед по песку:

— Забудь об этом!

Джастин стремительно нагнал ее и обнял, а она слегка вскрикнула и затараторила:

— Если ты думаешь, что сможешь нарушить свое слово…

— Я никогда не нарушу своего слова, — пообещал он и, слегка прикусив ее губу, понес Сирену к машине. — Дай-ка мне взглянуть на эту монету.

Сирена с наслаждением вздохнула, обвила его шею руками и рассмеялась:

— Ни за что на свете!


Внимание!